Истории о деде (и дедах)

      В хате был погром. Погроменнейший.       - Тьфу, бардак, - сплюнула Гуленька и пнула помятый котелок. – Ну, древний…       На радостях от того, что Андрей дедом стал, созвал старый дед село на гулянку, а с утреца, прямо с бодуна, отправили Андрея восвояси в «командировочку». Поприходила родня с каждого дома, порастаскивала своих стариков, жён да мужей, невест да детей, спящих мертвецким сном после великой попойки, великого разгрома и…       - Прямо как монголо-татарское иго, - нахмурилась баба Рая. – Припасов и не осталось вовсе. Эх, Зойка, и ты в этом набеге участвовала. И ведь на свою же святыню! Предательница.       Баба Зоя сонно потирала затылок, морщась от головной боли.       - У… Уху… А хде?       - Нема, опустошили. Ничого не осталось. И чем кормить всех? – сокрушалась баба Рая.       - Эх, - вздохнула баба Зоя. – По сусекам…       - То-то же… Сусеки…       - К Демьяну можно обратиться, - подошёл дед Бо. – Ну и по суседям походить. Потребовать этой, как её…       - Компенсации, - подсказал дед Михеюшка.       - Ага, её самой.       - Ну, на том и порешили, совершим сами набеги, а хмельных преступников в погреб.       - Зачем? – вздрогнул уснувший было под лавкой старый дед.       - А шоб знали. Я тя твоей хмельной радости не лишаю, всё по договору, вот только ни капли даже колодезной воды в хате не осталось, поэтому посидите-ка, протрезвейте-ка и подумайте-ка.       Дед Нетет с раскрытым ртом наблюдал за прежде невиданным чудом – серьёзной и грозной бабой Раей.       - И меня? Мож не надо? – взмолилась баба Зоя.       - И тебя, - сурово отрезала баба Рая и принялась раздавать указания домашним, что на ногах были и с ясной головой.       А всех участников кутежа заперли в погребе вместе с перинами, подушками и одеялами, да остатками сухарей и бубликов до тех пор, пока запас не пополнят.       - Выпустим, когда хату в порядок привести надо будет.       - Хорошо, что я не пил… - поёжился Олежа и пошёл за санями.       Разделилась оставшаяся семья и пошла по соседям. Те, кого старый дед собрал кутить в своей хате, виновато потупив глаза извинялись и выносили из своих запасов еды разной, да клялись-божились, что больше этого не повториться.       - Да, сильно им от своих досталось, - сказала Янка деду Нетету после того, как они нагрузили сани продовольствиями и погнали гнедую кобылку домой.       - С чего ты взяла? – задумчиво проговорил дед Нетет, то и дело поскальзываясь на хорошо утоптанном снегу то тут, то там.       - Да выглядят как побитые собаки. Сразу видно, что их славно отчихвостили, прямо как наших.       - Я вот что думаю, - сказал дед Нетет, вставая в очередной раз и потирая ушибленное место, - у них всех всё словно заранее наготовлено было. Всё в мешках да корзинах аккуратно уложено.       - Ну да, так не первый же раз древний их на попойку в нашу хату водит, и всегда разгром. Когда сильный, мы ходим и покрываем убытки, беря от семей, которые нанесли нам вред. Но обычно немного, так как это происходило весной или летом, ну или осенью, и мы успевали припасов на зиму набрать. Зимой древний наш так не буянит. Это сейчас он… Эх. Что и говорить, древний же, - Янка махнула рукой и дальше они с дедом Нететом шли молча.       Была поздняя ночь, когда домашние закончили возить продукты. Баба Рая вместе с Прошей, Борькой, Гуленькой и Дашенькой на скорую руку приготовили ужин, накормили домочадцев и отнесли еду в погреб. Никого оттуда так и не выпустили.       - Наутро выйдут на свет Божий, - сурово сказала баба Рая. – Пусть подумают над своим поведением. А Зоя-то тоже хороша! Туда же! Ишь какая…       - Может, не надо? Она же захворать может, хиленькая же, как и я, - взмолилась было Дашенька.       - Ишь, ещё чего! Пить, значит, и бедокурить она не хиленькая. Нет! – отрезав, баба Рая резко развернулась и пошла в свою комнату.       Дед Нетет весь съёжился и испуганно смотрел ей в след. В очередной раз он подумал, что ещё ни разу на его памяти она не была такой суровой и властной, и даже не пошутила ни разочек за весь день!       - Эх, - вздохнул дед Нетет, подкинул последнее полено в печь и тоже отправился на боковую.       Все очень устали и разбрелись по постелям, и только был слышен сильный хриплый кашель Ивана. Стаська гладила мужа по голове и вздыхала.       - Ох, как же так, захворал…       На утро все нехотя повылезали из комнат. Маленький Сёма выглянул из-за двери и грустно сказал:       - Тятенька заболел. Жар у него.       - Ух, изверги! Ну я им сейчас выскажу. – Баба Рая погрозила кулаком погребу и направилась туда.       Стоило ей открыть дверь, как оттуда выскочило… нечто. Оно толкнуло бабу Раю с ног и кинулось прочь к выходу. Алёнка ловко отскочила с прохода, а Оскар успел преградить дорогу этому нечту, и повалил на пол одним движением руки. Нечто рухнуло на пол и заворчало, заохало. Все испуганно сгрудились вокруг этого чуда-юда невиданного-неслыханного и принялись смотреть. Это нечто было бесформенным и полностью покрытым грязью.       - Так-так, - злобно рыкнула баба Рая, отчего дед Нетет в ужасе икнул и мигом залез на печь.       Из погреба никто даже носа не высунул.       - Ой, разведьмили бабу Раю… Ой, зря… - прошептал Стёпушка и попятился было прочь, но не тут-то было.       - А НУ СТОЯТЬ! – рявкнула баба Рая. – Никому нельзя уходить.       - А это что, съело всех? – округлил глаза Феофан, прижавшись к отцу.       - Нет, - успокаивающе погладил сына по голове Игнат Атёмыч, - не думаю. – Однако в голосе слышалось сомнение.       - Итак, - сказал дед Бо. – И чого делать будем? Погреб проверим?       - Зачем? – спросила тётя Саша.       - Чтобы узнать, что вот этот комок грязи сделал с нашими.       - Смысла нет, это само нам во всём признается.       - Как же? – Юленька поморщилась, закрывая глаза рвущейся посмотреть поближе на чудо невиданное Дарёне.       - А мы его помоем! – радостно запищала Лидочка и принялась прыгать на месте. Так ей понравилась эта идея.       - Да, - зловеще сказала баба Рая, - помоем. Лидочка, поможешь?       - Как куколок купать? – округлились и без того большие глаза девочки.       - Как куколок, - баба Рая наконец-то улыбнулась, но улыбка эта была какой-то...       - Нехорошей, - в ужасе прошептал дед Нетет и спрятался. – Ой-ёй, я ж не знал, что она такая демоница. У, страшно.       Нечто из грязи на полу обречённо ойкнуло, дёрнулось было, но над ним нависло мощное тело Оскара, так что пришлось сдаться.       - Не повезло, - сказал дед Михеюшка. Он знал, как Лидочка купала свои игрушки.       Тем временем Кирюша с Борькой принесли огромное деревянное корыто, а Олежа пошёл вместе с Дашенькой и Гуленькой стал набирать и греть воду. Всё это время нечто лежало на полу ни живо, ни мёртво от страха. Алёнка подошла, присела и стала рассматривать.       - Живое? – тихо поинтересовался Оскар.       - Живо-е, - шёпотом протянула Алёнка.       Наконец вода закипела, её принесли и вылили в корыто, добавили немного холодной.       - Ну, - замурлыкала баба Рая, - Лидочка, свет мой ясный, иди к бабушке, помой де… Чучело-ючело.       - И я! И я хочу! Маменька! – Дарёна с мольбой посмотрела на Юленьку, и та, тяжело вздохнув, дала добро.       Тут возник и Феофан.       - И я, и я!       Оскар взял нечто под мышки, то было дёрнулось и пронзительно заверещало, но умолкло после того, как к нему тихонечко подошла Никола, держа что-то в руках и шепнула так, чтобы нечто из грязи услышало: «Касторка. Не только в рот, но и в зад засуну». Нечто замерло, дёрнуло ногой и обречённо задрожало. Никола удовлетворённо кивнула головой, ласково улыбнулась и отошла. Оскар наконец погрузил нечто из грязи в воду.       - Отлично, - баба Рая раздала детям по железной щётке. – А теперь…       - Тлём! – закричала Лидочка и кинулась вместе с другими детьми с воинственным кличем тереть грязь.       - ОЙ ПАМАХИТИИИ! ОЙ НИМАГУУ! ПРАС… ПРОСЬ…ОЙ РАЯ, ПРОСТИИИИ! Я ТАК БОЛЬШЕ НЕ БУУУУУУУУУУДУУУУ!       Взрослые отошли подальше, а дети с веселым криком наседали и сурово чистили щёткой извивающееся и орущее тело, ровняясь на активно трущую Лидочку, высунувшую язык от усердия.       Наконец всё закончилось и дети, тяжело дышащие и мокрые, отвалили от корыта, довольные забавой. Взрослые мигом подскочили и разобрали их, чтобы отмыть мокрыми полотенцами и переодеть в сухое. К Лидочке подскочил Проша, так как мать вместе с Сёмой ухаживала за больным отцом. Проша занёс сестру в комнату, и Иван тяжёло повернул голову в сторону зашедших детей.       - Закончили древнего драить?       - Да, - довольно кивнула Лидочка и улыбнулась во весь рот.       - А откуда ты узнал, что это наш древний? – поинтересовался Сёма.       Иван только хмыкнул, а Стаська пояснила:       - Так никто, кроме него, до такого бы и не додумался.       - Бедный древний, досталось ему, - Сёма сочувственно покосился на ободранные игрушки Лидочки и поёжился.       А жертву детей вытащили из корыта и облили чистой водой. Над ним нависла баба Рая и, уперев руки в боки, усмехнулась:       - Ну что, из деда в грязь превратился, а теперь снова из грязи в деда преобразился?