Без доказательств

       Рейден с самого начала догадывался, что наемник не просто так оказался рядом с его братом. На Фуджина много кто работал, но Эррон выделялся среди всего этого контингента. И речь даже не о прошлом Блэка, его навыках или бессмертии. Дело было в том факте, что этот человек практически не отлипал от бога ветра, стал его тенью. Любое задание, любая встреча, любые переговоры – ковбой стоял за спиной Фуджина и просто молча наблюдал. Шел всегда рядом с ним, ловил каждое его слово, исполнял любой приказ. Даже во время заседаний высших чинов Белого Лотоса этот человек стоял у стены, слушал все, что говорили присутствующие и выполнял поручения своего хозяина, если те возникали. Громовержцу это не понравилось сразу, и молчать об этом он не собирался. Он незамедлительно сообщил брату о своих опасениях и попросил отстранить Блэка хотя бы от заседаний ордена, чтобы не нарушать секретность – Фуджин даже ухом не повел. Лишь сказал, что сам будет решать, какие обязанности будут исполнять его люди.        Эррон исполнял роль телохранителя, но в это не поверил ни бог грома, ни кто-либо вообще. Фуджин никогда ничего не боялся и в случае чего мог сам справиться с проблемой, так что нанимать для своей защиты телохранителя, да и к тому же смертного... Абсурд чистой воды. Честное слово, Рейден не был бы против, если бы, во-первых, у доверия Фуджина были бы хоть какие-нибудь границы, а во-вторых, если бы он в качестве помощника выбрал кого-нибудь более надёжного. Доверять тому, кто работал почти на все миры, какие есть – слишком сомнительно. Бог грома был не на шутку встревожен, и каждый раз, когда видел брата в компании наемника, словно ощущал зуд в голове. Он переживал за брата и очень сильно боялся шпионажа со стороны человека.        — Учти, что я слежу за тобой, Эррон Блэк, — как-то раз сказал он ему, на что ковбой хмыкнул, словно насмехаясь, и бросил ему через плечо:        — Следи сколько влезет, Рейден.        Когда в один из дней громовержец заметил на шее наемника небольшой, но яркий след, который всё-таки не удалось скрыть за платком, он нисколько не удивился. Лишь понял, что его опасения окончательно подтвердились, и тревога снова возросла. Больше оставлять это на самотёк он не мог, он решился на серьезный и основательный разговор с братом. До этого он ограничивался лишь фразами вскользь и небольшими беседами, оканчивающимися ничем – Рейден не хотел уж сильно нарушать личное пространство брата, проявлять неуважение. Однако тут уже не до уважения. Раз Фуджин уже делит ложе с этим наемником, то пора бы воззвать к разуму и вернуть бога ветра в реальность.        — Нам стоит поговорить с тобой.        Фуджин сразу напрягся от этих слов – он прекрасно знал каждую интонацию старшего брата и умел по малейшему изменению тона понять, о чем будет идти речь. Он отвлекся от бумаг и перевел на Рейдена недовольный взгляд.        — Я слушаю.        — Я хочу поговорить с тобой наедине, в отдельном помещении, — бог грома указал взглядом на стоящего у стены Эррона и монахов, снующих туда-сюда. — Ты можешь удовлетворить мою просьбу?        В ответ послышался тихий вздох. Фуджин сгреб бумаги в охапку и взглядом подозвал наемника к себе.        — Отнеси это Гун Бинь, — Блэк в ответ молча кивнул, забрал бумаги и, одарив хозяина понимающим взглядом в духе "держись", вышел в один из коридоров, ведущих из зала. Фуджин потёр пальцами переносицу. — Пойдем в мои покои. Там все обсудим.        — Спасибо.        До комнаты они шли молча, никто не проронил и звука. Рейден смотрел прямо перед собой, куда-то сквозь голову брата, а Фуджин – в пол. Видимо, готовился к долгим нравоучительным речам.        Но Рейден не собирался читать нотации или учить морали. Его это не волновало по сравнению с тем фактом, что его младший брат слишком близком подпустил к себе опасного человека. Наемника. Личность, способную продать своих за три серебрянника. Бог грома слишком сильно боялся за своего младшенького, который сам себя сделал крайне уязвимым.        У Фуджина были очень просторные и светлые покои, обставленные в традиционном стиле, смешанным с современным, из-за чего обстановка в них отличалась от всего остального храма. Сам Рейден в них редко бывал – не было на то нужды. С лёгким отвращением покосившись на кровать, громовержец сел в кресло, на которое гостеприимно указал брат, и подождал, когда Фуджин сам сядет куда-нибудь, чтобы можно было начать диалог. Атмосфера была... неловкая. Даже немного неприятная.        — Я думаю, ты уже понял, о чем пойдет наш разговор, — наконец произнес бог грома, глядя на то, как брат немного нервно барабанит пальцами правой руки по колену. Фуджин молча кивнул. — Что ты можешь сказать мне?        — Ничего нового, — последовал незамедлительный ответ. — Рейден, я сам буду решать, кто будет входить в мой ближайший круг.        — Ты безусловно прав. Я не собирался тебя утверждать в обратном. Однако меня очень тревожит то, что ты слишком многое позволяешь этому человеку.        — Брат мой, ты сам грешен тем, что частенько слишком много позволяешь людям, — Фуджин начал заметно нервничать и раздражаться. — Тот же Джонни Кейдж. Разве ты не позволял ему постоянно находиться рядом с собой и пускал на заседания совета ордена?        От такой наглости у Рейдена чуть дыханье не спёрло.        — Твое сравнение не выдерживает никакой критики, — он грозно нахмурился и сложил руки на груди. — Джонни Кейдж надёжный человек, который никогда никого не предавал и действовал всегда в интересах Земного Царства, а не своего кошелька. И к тому же Джонни Кейдж не является моим любовником.        Фуджин моментально изменился в лице.        — Откуда ты...        — Если посудить со стороны, то вы не особо это скрываете.        Лицо бога ветра залилось краской, он опустил взгляд и сцепил пальцы в замок. Воцарилось неловкое молчание. Фуджин не знал, что ответить, и нервно постукивал каблуком сапога по полу.        — Брат... Я надеялся, что ты об этом не узнаешь, — наконец выдал он будто через силу.        — Я не собираюсь осуждать твои предпочтения. Меня лишь беспокоит то, что ты выбрал такого человека, рядом с которым опасно закрывать глаза. Эррон Блэк – смертный, но очень хитрый и жестокий смертный. Ты сделал себя слишком уязвимым перед ним. Это сильно тревожит меня.        — Он не предаст меня, — Фуджин поднял на брата серьезный взгляд.        — У меня, напротив, такой уверенности нет. Нет ни единой причины, по которым я мог бы спокойно доверить такому человеку своего брата, — Рейден слегка наклонился вперёд. — На мою долю выпало достаточно потерь. И если уж мне выпал шанс предотвратить твою гибель, то я воспользуюсь этим шансом.        — Ты угрожаешь ему? — бог ветра нахмурился. — Рейден, если ты его хоть пальцем тронешь, то я...        — Я не убью его, — спокойно отрезал громовержец. — Пока что. На данный момент он причин для своего устранения не давал. Однако если возникнет ситуация, что он всё-таки вознамерится вонзить тебе нож в спину, то, прости, я не обращу внимания на твои чувства. Он умрет в ту же секунду.        Фуджин долго молчал. Сначала сверлил брата взглядом, потом вздохнул и откинулся на спинку стула, уставившись в потолок. Он понимал, что Рейден ведёт себя вполне понятно и ожидаемо, и если бы он сам попал в такую ситуацию, то бог ветра беспокоился бы не меньше.        — Я прошу тебя, одумайся, — грустно глядя на брата, произнес громовержец. — Оно того не стоит.

***

       — И что ты ему ответил?        — Ничего... Хотел ему возразить, но это все равно бесполезно. Он не понял бы в любом случае...        Фуджин пригубил немного из своего стакана, а Эррон, который уже успел достаточно выпить, пока бог ветра рассказывал, просто забавы ради жевал лайм, порезанный на тонкие ломтики. Вообще он не планировал сегодня пить, но раз уж Фуджин сам предложил – зачем отказываться?        — Что думаешь делать? — лениво спросил он, морщась от кислости. Он не был удивлен такому радикальному настрою громовержца – в конце концов Блэк действительно был не без греха. Что поделать, Рейден просто беспокоится за брата. Тот вздохнул, доливая себе ещё из бутылки.        — Я не знаю, честно... Любое твое движение может быть теперь потенциально опасным, и ведь если Рейден подумает, что ты представляешь опасность, то я даже не успею тебя защитить. Он не тиран, далеко нет, просто... он слишком встревожен. Потеря любимых учеников слишком сильно на нем сказалась.        — Люди постоянно гибнут вокруг него, — отмахнулся наемник. — Ему не привыкать к смертям.        — С одной стороны это так, но с другой Рейден слишком сильно привязался к Лю и Лао. С детства воспитывал их и привязался к ним. Нарушил данный себе обет... — бог ветра поджал губы. — Он чуть с ума не сошел от горя, когда собственными руками убил Лю Кенга.        Эррон прикусил щеку изнутри, встал из-за стола и подошёл к своему шефу, мягко положив ладонь на плечо.        — Слушай. Как-то нарочно доказать свою верность я не смогу ни тебе, ни ему. Мы с тобой оба понимаем, что страхи твоего брата оправданны и справедливы. Нам ничего не остается, кроме как продолжать работать... или же ты можешь меня просто уволить. Здесь только тебе решать.        — Вообще есть один способ... Но он очень уж радикален, — Фуджин снял чужую руку со своего плеча и потерся щекой о тыльную сторону ладони. Блэк слегка наклонил голову набок.        — Я слушаю.        — Не слушай. Я знаю, что ты согласишься, но это правда не выход. Это опасно и навсегда, — по выражению лица бога ветра стало ясно, что он уже жалеет, что заикнулся на эту тему.        — Дай угадаю: это какие-нибудь сверхъестественные узы, да? — наемник приподнял бровь и заметив, как Фуджин нахмурился, кивнул. — Ясно...        — Я не хочу, чтобы мы делали такие вещи чтобы что-то кому-то доказать. Даже если этот кто-то – мой брат, — прозвучал тихий бубнеж, Фуджин потянул Эррона на себя, заставляя того сесть шефу на колени. — Надеюсь, ты согласишься с моей точкой зрения.        — Звучит разумно, — согласился человек, проведя большим пальцем по нижней губе бога ветра. — Ну а что тогда?        Фуджин смотрел на него самыми влюблёнными на свете глазами в такие моменты. Эррону нравились такие мгновения. Не надо ни от кого прятаться, сдерживаться, шифроваться, можно делать что хочешь и не бояться, что кто-то что-то заметит. Можно было упиваться уединением, и не было надобности отводить брошенный украдкой взгляд. Безусловно, в этом тоже была своя прелесть, но всё-таки моменты, когда они с богом ветра оставались вдвоем, Эррон ценил куда больше.        — Я могу, конечно, рассказать ему, что мы с тобой уже давно...        — О, нет, это точно не то, что стоило бы ему знать, — Блэк слегка скривил губы. — Мне в таком случае определенно хана. Обвинит в том, что я был двойным агентом десятки лет, и все, пиши пропало.        — Тоже верно... — Фуджин грустно вздохнул, положив ладони на талию любовника. — Тогда я совсем не знаю, как поступить.        — Брось. Рано или поздно сам все поймет, — тихо произнес Эррон, легонько улыбаясь. — Все нормально.        И вовлек своего хозяина в лёгкий и ласковый поцелуй, словно желая отвлечь от тревожных мыслей и его, и себя самого.

***

       — Заседание объявляю открытым, — негромко, но звучно сказал громовержец, и члены совета ордена наконец смогли сесть за стол. Первым с докладом должен был выступить Фуджин, будучи первым лицом после своего брата в совете, поэтому он не стал садиться и лишь разложил перед собой необходимые бумаги.        — Итак, итоги последних двух недель...        Рейден слушал доклад, глядя куда-то в центр стола и сцепив руки в замок. Он по ходу поступления информации уже продумывал возможные решения возникающих проблем, такова была его сложившаяся в следствие личного опыта привычка – очень часто решения приходилось принимать незамедлительно. Он сидел неподвижно и слушал привычно сипловатый голос брата до тех пор, пока тот не закончил.        — ... разведка докладывает о возможности возникновения бунта в народе шоканов. Возможно, они ещё не перешли на действия в силу отсутствия сильного лидера, — завершив доклад, Фуджин сел за стол, снова сгребая бумаги в небольшую стопку, а Рейден наконец отмер и поднял глаза на членов совета.        — Слушаю ваши предложения, — спокойно сказал он, обводя взглядом всех присутствующих. Взор на мгновение задержался на наемнике.        — Я думаю, что в вопросы восстания шоканов лучше пока не вмешиваться. Нам стоит получше понаблюдать за ситуацией и только тогда решить, стоит ли действовать или нет, — сказал один из генералов и те закивали.        Блэк все так же стоял у стены, смотря в пол, и слушал, впитывая информацию как губка. Слегка постукивал пальцами по щиткам на предплечьях и покачивал ногой, поза его была максимально расслабленной и спокойной. Почувствовав на себе взгляд громовержца, наемник приподнял голову и посмотрел в ответ. В краях глаз появились маленькие морщинки, выдавая улыбку, которую не было видно из-за маски.        На этот раз платок на шее был плотно завязан.