Санрайз

Сново затягивать, смачно припадаю губами к сигарете и вдыхаю в легкие никотин, который медленно расходится по легким, даруя мне чувство облегчения. Тренировка закончена в раздевалке никого нет, кроме меня. Кагеяма вышел последним буквально несколько минут назад и может вдруг вернуться за забытой формой на скамейке и мне может крупно влететь если кто-то меня поймает курящим, но я не смог больше терпеть. Курил последний раз утром, на переменах не удалось вырваться за школу покурить. Из-за этого началась бешенная ломка, что я чуть не свалился с ног на тренировке и не начал грызть собственные кросовки чтобы уменьшить ломку и не закурить при ребятах. Думаю они бы сильно разочаровались узная, что их «солнышко» не такое уж и светлое. Скорее туча, которая пьет, курит и делает всякие плохие вещи о которых хорошие мальчики и спорстмены даже не думают, не то что делают. Делаю последнию затяжку, тушу сигарету, швыряю ее в глубь комнаты и кидаю в рот привычным движением мятную жвачку, которую к слову я терпень не могу из-за ее горечи, но не чего не поделаешь, мята хоть немного убирает запах сигарет. Встаю со скамьи, потягиваюсь чтобы размять затекшие мышцы, хватаю сумку и направляюсь к двери. Оглядываюсь, вроде ничего не забыл. Шагаю через порог.

***

Я точно не помню со скольки лет я начал курить, с 12 или 13, наверное из-за этого и не расту. Просто в какое-то время мне нужно было успокоиться и я стащил у отца сигареты. С тех пор я и курю. Столько лет казалось бы, но меня еще никто не ловил, да и в принципе всего несколько человек знает что я курю, в это число входит и моя сестра Нацу. Мы с Нацу не росли в благополучной семье, мать я не помню, а у отца время от времени просыпается "любищий папочка" : он пытается нас воспитывать, дарить подарки, хотя я не знаю откуда он берет деньги на них. Но это происходит достаточно редко, всего пару раз в год и только на несколько дней. Я его вижу не часто. Обычно меня нет дома, просто там не живу, если так можно выразиться. Я работаю в одном баре в ночную смену, ну и в дневную, если удается. Обычно я беру Нацу на свою работу, где в комнате отдыха она делает уроки, играет или спит. Я остановился и оглянулся, пока я был в раздумьях зашел в один из не благополучных районов нашего городка, расположенный на достаточно отдаленном растоянии от школы настолько, что та казалась маленькой точкой. Я вздохнул и достал из кармана мятую пачку сигареты, открыв ее я увидел одну сиротливо лежащую сигарету. Сново вздыхаю и достаю из другово карману зажигалку с изображением дракона. Прикуриваю, и наслаждаюсь привычным дозой никотина. Оглядываю улицу, все как обычно: грязные улицы, мусор, бычки из под сигареты, бутылки дешевого пойла и лишь в конце виднеется более чистое здание с яркой цветастой вывеской, которое начинает работать с наступлением темноты. Подхожу ближе и вижу парковочное место занятое черным мотоциклом "Honda". Я усмехнулся, – что-то рано сегодня, – и вальяжным шагом направился к двери возле которой стоял знакомый охранник, два мера ростом и столько же в плечах, которому я махнул рукой в знак приведствие на что тот кивнул. Толкнув дверь я начал спускаться по лестнице длиною в пять ступенек и прошествовал по каменному полу к еще одной двери, толкнув и эту над головой раздался звук колокольчика. Я оглянулся, внутри стояла большая деревянная барная стойка со стаканами и разными стеллажами за ней с дорогими винами, ликером и другим алкоголем. В другой части зала стояли диваны со столиками и чуть дальше стояло нечто отдаленно напоминающее сцену, ну или в крайнем случае татами. Вообще помещение было огромным и стойка со столами занимали лишь малое простраство. Но есть еще и второй этаж. Я лениво направился к стойке и сел на один из барных стульев, и обратил свое внимание на то, что раньше не заметил. Это были прозрачные, пластиковые, прямоугольные коробочки с наклейками, на каждой из которой был написан текст. Я с интересом взял одну из коробок и начал ее разглядывать. Она была красная с иероглифом "Рубин", я приподнял бровь и взял следущюю, синию, на ней было написано "Дьявол". Я умехнулся. На оставшихся было написано "Пуля" и "Малыш". Потяряв к ним интерес я вернул коробки обратно. Поискав взглядом пепельницу, но не найдя ее я задушил сигарету в ближайшей тарелке. Позже я постучал по барной стойке: – Эй! Там есть кто живой? – ответа я не получил, лишь какое-то шорканье – Эй, а вдруг я умираю? – Единственное от чего ты можешь умирать – это от похмелья и то по выходным – услышал я знакомый голос прежде, чем распахнулась дверь кладовой.