Фантазии

Темно. Сыро. Холодно. Каменный мешок, освещаемый единственной свечой, тусклое пламя которой вот-вот погаснет. Погаснет и, кажется, с ним уйдёт и жизнь из обитателя этой мрачной кельи. В тёмном углу камеры раздаётся монотонное "кап-кап, кап-кап". Если закрыть глаза, то можно представить, что это дождь. Капли ударяют по карнизу окна, а в дверном проёме стоит она, такая юная… Нежная… Любимая… Желанная… Лязг железных оков нарушает тишину. Живой… Пока ещё живой. Холод и сырость делают свое дело, словно огромный паук мохнатыми лапами захватывает жертву в тиски, заставляя мужчину сотрясаться от тяжёлого надрывного кашля. Приступ сменяется хриплым дыханием, из-под длинных всклокоченных волос больной взгляд цепляется за пламя свечи, губы едва шепчут: - Анна… Головная боль готова расколоть череп, давит на глаза до потери сознания, но мужчина борется, хватаясь взглядом за огонёк свечи, как за спасательную нить, удерживающую его в мире живых. - Анна… Что это: помутнение рассудка или наступила горячка? Пламя свечи разгорается ярче, увеличивается, приобретает знакомые очертания. Он никогда не верил в привидения, мистику, только в устойчивые материи, но знакомство с Анной пошатнуло эти устои. - Я умер… - тихо шепчут сухие губы, когда тёплое свечение в виде возлюбленной приседает перед ним. - Нет, - с ласковой улыбкой отвечает девушка. - Тогда… ты… - язык не поворачивается произнести это слова вслух, сама мысль о кончине любимой приносит боль и страдание мужчине. - Нет… - она продолжает согревать его улыбкой и ласковым взглядом. - Я жду тебя… - Анна… Блеск голубых глаз красноречивее любых слов о любви. Обессиленной рукой он тянется к свету… - Нет… Она наша… - доносится зловещий шёпот из тёмных углов камеры. Мрачные тени подползают ближе. - Наша… - чёрные руки хватают светлый образ девушки и утаскивают во тьму. - Анна!!! От собственного крика мужчина будто просыпается. Вокруг всё те же каменные сырые стены и слабое пламя свечи. Привиделось? Но в тишине, под монотонное капание воды, мужчина слышит всё тот же зловещий шёпот: - Наша… наша… Шипение перебивает новый звук – топот сапог по каменном коридору и скрип железного засова двери. - Штольман, на выход…