Звуки музыки

Когда Бродяга видит впервые ЭТУ штуку, он отшатывается и шипит, как рассерженный кот. Штука выглядит слишком городской, слишком много в ней металла, пластика и лака. А когда по бокам штуки загораются разноцветные огоньки и из корпуса начинают доноситься непривычно громкие звуки, Бродяга, наверное, впервые в своей жизни испытывает страх. Что это? Секретное оружие Полиса? Да, точно, наверняка с ее помощью Полис следит за ними, вынюхивает, с какой стороны подобраться, с какого бока нанести удар. Аккуратно проверяет длинной палкой - нет, точно не живая, и это не дрон, Бродяга знает - дроны все, как на подбор, беленькие, чистенькие, на ощупь приятно прохладные, а ЭТО маленькое, черное, невзрачное и ужасно грязное. Проклиная себя, Бродяга бережно засовывает находку в рюкзак, шикнув на нее, чтобы кричала потише - в поселении покажет ее Барду, он умный, разберется, что с ней делать.

***

Бард ожидаемо приходит в восторг. Со всех своих далеких вылазок Бродяга принес немало важных и попросту интересных штук, но эта штука была самой необычной и интересной, поэтому Бродяга, запинаясь, спрашивает у Барда, не знает ли он, что же это такое. Бард понимающе улыбается и спрашивает, помнит ли Бродяга уроки музыки. Что за дурацкий вопрос, возмущается Бродяга, конечно он помнит длинные вечера у костра, ненавистную гитару и полчища комаров, каждую песню успевающие сожрать его заживо. Демонстрирует с гордостью мозоли на пальцах, мол, не все забыл, иногда еще упражняюсь. А к чему вопрос, Барду резко приспичило что-нибудь сыграть? Тот лишь по-доброму смеется, смотря на недоуменное лицо, наклоняется и шепчет, что это не простая коробочка, а с музыкой. Быть такого не может, удивляется Бродяга, как музыка может хранится в такой малюсенькой коробочке? Бард лишь виновато разводит руками, берет коробочку, вертит ее в руках и, заговорчески подмигивая, нажимает на какую-то кнопочку. Плавный гитарный перебор слишком необычен, слишком бьет по ушам, Бродяга подпрыгивает и вертится во все стороны, пытаясь отыскать глазами гитару, не обращая внимания на смех Барда. - Это называется плеер, Бродяга, - юноше на руки ложится коробочка, - храни его, не думаю, что такие еще остались. - А ты? - неуверенно спрашивает Бродяга, боясь поверить своему счастью, подумать только, коробочка, которая будет играть только для него одного, больше не придется прятаться по углам с гитарой, достаточно только выйти из поселения и нажать на волшебную кнопочку, и тут же гитара сама начнет играть, а невидимые люди петь. - Тебе, чувствую, она будет нужнее, только помни, Бродяга! - кричит Бард убегающему юноше, - плеер не будет играть вечно, у него есть определенный запас заряда, он может кончиться в любой момент, не слушай музыку слишком часто! - Не буду!... - доноситься издалека, и Бард лишь обреченно вздыхает - когда этот мальчишка кого-то слушался?

***

Плеер оказывается на удивление живучим. Бродяга заслушивает его до дыр - в волшебной коробочке были и песни про отважных героев, смелых рыцарей, злых драконов, и более спокойные, Бродяге непонятные, грустные, через редкие помехи проскальзывало отчаяние поющего, некая обреченность. Бродяга не понимал такие чувства, злился, слушал снова и снова, надеясь отыскать ту ниточку, свяжущую его с невидимым певцом. Бродяга учился думать, уходить с плеером на развалины, смотреть на закат и СЛУШАТЬ. Строчка за строчкой, постепенно, ему стали открываться тайны, становились понятны мысли и переживания героев, мотивы и цели злобных драконов, рассуждения степенных магов, терпеливо наставляющих горячих рыцарей на путь истинный. Бродяга радовался как ребенок - еще бы, хранить одному столько тайн, столько песен, знать то, о чем другие жители поселка, а Полиса и подавно, не имели понятия. Все чаще в голове всплывали мысли Барда о том, что плеер не будет играть вечно. Технологий, чтобы починить плеер, у них не было, а мысль обратиться за помощью в Полис Бродяга успешно заталкивал подальше - чтобы он, свободный человек, попросил о помощи этих браслетников? Еще должен им будет, а псом на привязи Бродяга становиться не собирался. Каждый раз, как он нажимал на кнопку включения, сердце екало: вдруг не включится? Вдруг прошлый раз был последним? Лицо расплывалось в счастливой улыбке, когда раздавалась приветственная песенка и на корпусе загорались красные огоньки, тревожные мысли тут же улетучивались вплоть до следующего похода на развалины. Бродяга был счастлив - а потому не замечал ни косых взглядов Волков, его бывшей стаи, ни встревоженных перешептываний за спиной - что стряслось с самым угрюмым и нелюдимым жителем поселка? Почему его глаза горят ярче звезд, а на лице иногда появляется задумчивая улыбка, никак не подходившая суровому воину? Бродяга был счастлив - а потому не замечал снующего под носом браслетника, с недавних пор чуть ли не поселившегося в лагере. Бродяга прежний подкараулил бы чужака где-нибудь на окраине и объяснил бы наглядно, почему нельзя совать свой стерильный нос куда не следует. Бродяге нынешнему искренне наплевать, кто и зачем приходит в селение, лишь бы не трогали, и, упаси господь, не отобрали плеер. - А куда ты собрался? - браслетник, словно читая мысли, вырос перед юношей прямо у ворот поселка. - На охоту, - раздраженно бросил Бродяга, запихивая плеер поглубже под куртку. Дурачок из города почему то не пугается, а напротив, дико бесяче сверкает любопытными глазами и подзывает кого-то. Второй браслетник?! Прежний Бродяга дает о себе знать, колотится под ребрами, рычит, грозясь размазать по стенке этих стерильных блох. - Брут, - Бродяга захлебывается собственным рычанием, когда пустая на первый взгляд белая фигура резко выбрасывает руку.

***

Брут равнодушно усмехается, когда Бродяга, прошипев что-то невразумительное, толкает его плечом и вихрем вылетает за ворота. Бруту эти дикари до лампочки, но Икару тут нравится, он, кажется, счастлив, а значит, и его лучший друг должен быть счастлив? Брут лишь фальшиво улыбается на немой вопрос Икара, не испытывая никакого счастья при виде огромных, сверкающих на солнце крыльев. Бруту белый цвет, преследующий его всю жизнь, осточертел до безобразия. Когда к нему подходит совсем еще юная девчонка и шепотом просит "пригляди за ним", Бруту почему-то не наплевать. Может, потому, что он как никто понимает смущение девчонки от бесконечных приставаний Икара. (Лию Икару он никогда не простит) Осторожно ступая по голой, серой земле, стараясь не зацепиться костюмом за торчащие ото всюду арматурины, Брут наконец выходит к подножию мусорного холма, на вершине которого виднеется хрупкий силуэт волчонка. Закатное солнце прочечивает строгую линию - он, Брут, дрожит в темноте и холоде наступающей ночи, волчонок же греется последними лучами уходящего дня. От горькой иронии хочется убивать. Медленно поднимается на вершину - солнце, как назло, ползет вместе с ним, ветер издевательски подталкивает в спину. Шаркает ботинками из светлой кожи, нарочито громко, не хватало еще вплотную к этому дикарю подходить, мало ли, чем тот болел. Подходит - и замирает в недоумении. Волчонок...поет?? Он знает, что такое музыка?? Не сказать, что сам Брут был специалистом в этой области, но мелодии, звучащие в магазине, он знал наизусть и нередко их напевал, когда оставался один - помогало заполнять пустоту в груди. Но это... Это не однообразные мелодии, похожие друг на друга, как две капли воды. Это не раздражающий рингтон телефона. Это была...Брут судорожно напряг память, куда приглашал Икара тот странный бородатый дядька под вечер? Костер...гитара...ПЕСНЯ. Песни под гитару у костра. Брут вдруг искренне позавидовал Икару. А мальчик все продолжал петь - тихо, нежно, грустно, Брут не вникал в смысл слов, но мелодия и интонации говорили сами за себя. Пустота в груди вдруг отступила, вытесняемая теплом уходящего солнца. Брут вдруг улыбнулся - незаметно для самого себя - и зачем-то пообещал, что выкинет все свои белые костюмы, как только доберется до дома. Или хотя бы выпачкает их цветной краской. Мелодия завораживала, убаюкивала, тихо и незаметно оплетала Брута с ног до головы, мальчишка будто колдовал, заманивая его в свой плен. Брут не сопротивлялся.

***

- Что ты тут делаешь?? Отвлекся. Позволил себе расслабиться. Позволил подкрасться врагу. Подставил спину. Бродяга резко развернулся, ощерил клыки, и, как волк, нагоняющий добычу, закружил вокруг городского. Как он мог не заметить слежки? Все Волки засмеяли бы. От злости и обиды на глазах выступили слезы, Бродяга яростно утер их рукавом - не хватало еще разреветься перед этой комнатной собачкой. Браслетник...застыл на месте, глядя сквозь Бродягу. Проклятье. Плеер. Не выключен. Бродяга пулей метнулся назад, выключил плеер, швырнул его под куртку и заорал, вкладывая в крик всю свою ненависть: - Проваливай! Чего приперся?! Белый костюмчик недоуменно проморгался, и, дружелюбно улыбнувшись, представился еще раз: - Я Брут. -Да мне плевать! Вали отсюда, пока не прибил! - Включи, пожалуйста, я не дослушал, - неожиданно тихо просит костюмчик, уставившись глазами в серую землю. Возмущение второй раз за день застревает в горле. - Прости, мне не стоило подкрадываться, но...мне понравилось, как ты поешь. У нас в Полисе музыки нет от слова совсем, - чужак по-доброму усмехается. - Зачем ты пришел? - щерится Бродяга, упорно давя робкую надежду, - его осмеют, опозорят, станут презирать все в селении, уж лучше свалить подальше, пока стерильненький не утянул в круговорот пустых слов. - Твоя сестра попросила. Включи, пожалуйста. - Можешь передать ей, что я нашелся, - бурчит Бродяга и, ежась от холодного ветра, быстро спускается с холма. - Я могу починить твой плеер, правда, у меня есть технологии, если он- - Не ЕСЛИ, а КОГДА, - взрывается юноша и снова становится похож на волчонка, только на этот раз загнанного, - ты прекрасно понимаешь, что однажды я буду вынужден прийти к вам! Не смей мне ничего предлагать! Я не приму помощь от таких, как вы! Бродяга резко поднялся обратно, наступая на Брута, готовясь раздавить его своей ненавистью.

***

Брут мысленно удивляется эстетике картины - разьяренный силуэт окрашен по краем красным, сам мальчишка светится, и неясно, игра ли это света, или же блеск сапфировых глаз создает такое ощущение. В любом случае, Брут отскакивает очень вовремя, и даже успевает подхватить волчонка, так неэпично споткнувшегося об очередную железку. - Не трогай меня! - мальчишка вновь взрывается, вновь выставляет иголки, видимо, боится довериться. Брут устало вздыхает(за что ему это чудо?) и крепко обнимает Бродягу, стараясь не обращать внимания на неистово колотящееся сердце под хрупкими ребрами. - Успокойся, я никому ничего не расскажу, - стараясь говорить как можно более мягко, он начинает поглаживать тощее тело, в поселке что, совсем людей не кормят? На какую охоту он ходит? На него самого скорее охотятся. - Зачем тебе это? - глухо доносится откуда-то снизу. Брут вздыхает, как обычно вздыхают люди, готовящиеся объяснять детям прописные истины. - Во-первых, волчок(шипящее "Я Бродяга!" он предпочитает игнорировать), плеер необходимо сохранить хотя бы ради развития музыкальной культуры нашего мира, которая, как ты и сам знаешь, находится в упадке. Находке надлежит пройти экспертизу, полный ремонт и замену запчастей, ой, да шучу я, перестань вырываться, не отберут у тебя игрушку. А во-вторых, мне очень понравилось, как ты поешь, и я не отпущу тебя, пока не допоешь ту песню, учти, сил держать тебя у меня хватит, - Брут развернул Бродягу лицом к себе и строго добавил, - и еще, я еще требую исполнения этой песни на гитаре, у вас есть, я знаю. Бродяга слабо улыбнулся, и, шмыгая носом, спросил: - А с чего ты взял, что я играю на гитаре? - Так я давно за тобой наблюдаю, а ты как думал? - Бруту искренне весело наблюдать за гаммой самых различных эмоций, отразившихся на лице его волчонка, - ой, да не дергайся, шучу я, мозоли на твоих пальцах точно такие же, как и у вашего Барда, он то, надеюсь, не в качестве панциря с собой гитару таскает? Бродяга тихо смеется в ответ. Делиться музыкой оказывается не так уж и страшно.