Прекрасный и жестокий мир.

Гермиона не могла отвести глаз от Драко, тяжело дышащего над ней, в его глазах читалась похоть, с каждым разом он вбивался в неё резче и сильнее. Одной рукой он удерживал её ногу на своем плече, чтобы сократить любое возможное расстояние между ними. Прошла неделя и они буквально не вылезали из постели сутками. Гермиона чувствовала, как начинает к этому привыкать. — Ох, блять, Гермиона! — зашипел он, когда она укусила его за шею. Её ногти сильно впились ему в спину, что стало негласным знаком к тому, чтобы Драко стал жестче. Он и не был против, увеличив темп и губами ловя её. Каждый раз, когда Драко не было, Гермиона оставалась одна, постоянно размышляя о том, что они делали, каждый раз приходя к выводу, что всё это полнейшее безумие. Драко Малфой. Человек, который был для неё врагом всё это время. Человек, которому она отдала то, чего никогда не должна была. Свое согласие. Гермиона ненавидела себя за это. Она ненавидела себя до всего этого и ненавидела после. Но, в процессе…что ж, процесс всё менял. Каждый раз, когда Драко прикасался губами к её шее, показывая ей, напоминая, что он хотел именно её, вся ненависть внутри растворялась и превращалась в чистую, жесткую похоть. Каждый раз, когда она чувствовала его внутри себя, каждый раз, когда он делал с ней то, что никто и никогда до этого, она ощущала себя живой. В эти моменты она действительно была живее всех живых. Это чувство было сложно игнорировать и окрашивать ненавистью. Вдруг, Драко резко обхватил её талию и перевернул девушку так, что она оказалась сверху. Вероятно он был близок к тому, чтобы кончить, так как прекрасно знал, что Гермионе особенно нравилось быть в момент своего пика на нем. Ведь в такие моменты именно она владела ситуацией. В начале, он всегда придерживал её бедра руками, задавая темп и помогая, но сейчас…она не позволяла ему подобного, желая самостоятельно довести их обоих до кульминации. Гермиона опёрлась руками об его грудь и начала наращивать темп, сильнее прижимаясь к нему промежностью. Он протянул руку и одним резким движением схватив её за волосы, притянул к себе для страстного, влажного поцелуя. Он любил чувствовать звук исходящего от неё удовольствия на своих губах, особенно когда она так была близка к тому, чтобы кончить. За эту неделю им удалось создать невероятно идеальный симбиоз; им удавалось испытывать оргазм с разрывом в пару секунд. Этой ночью Гермиона сдалась первой. Вибрация от её стонов прямо в его рот, стала последним фактором к получению удовольствия. А потом всё закончилось. Гермиона в бессилие осталась лежать на Драко, в то время как он крепко обнял её, прижимая к себе. Оба тяжело дышали, снова ощущая как ненависть к самим себе постепенно возвращалась. Несмотря ни на что, они оба понимали, что это не приведёт ни к чему хорошему. Совсем скоро, Гермионе придется уйти и они снова станут врагами. Плевать, им нужно было это сейчас. Именно сейчас, когда они нашли друг в друге что-то, что до этого никто другой не мог им дать. Они нашли друг в друге понимание. Даже с учетом того, что каждый боролся на своей стороне, они не осуждали то, через что им пришлось пройти, через что они проходят сейчас. Гермиона осознавала, что она никогда не сможет объяснить это Гарри и Рону. Они никогда этого не поймут. Чем ближе становились они с Драко, тем страшнее ей было возвращаться к своим друзьям. Ей так не хотелось терять только пришедшее на смену вечному страху ощущение комфорта. Что если она больше не почувствует его снова?  — Грейнджер? Гермиона подняла на него глаза, осознавая, что всё время её раздумий Драко смотрел на неё. Он чуть потянул девушку к себе и стал аккуратно вытирать её влажные от слез щеки. Снова слёзы. Она даже не заметила. — Прости, — сказала она, переводя взгляд на повязку на его предплечье. Она погладила её, снова опустив голову на его грудь, ощущая звуки его сердца. Ей хотелось еще немного продлить эти ощущения внутри себя. Девушка улыбнулась, когда Драко поцеловал её в макушку. — Пойдешь со мной на балкон? Гермиона кивнула, еще раз вдохнув его запах всей грудью, после чего медленно села на кровать. Просканировав комнату в поисках одежды, она быстро встала и надела то самое платье, что он подарил ей. В тот момент, когда она завязала пояс на своей талии, Драко обнял её, нежно поцеловав, после чего, взял за руку и вывел из комнаты. Когда они вышли на балкон, Гермиона заняла свое привычное место на полу, пока Драко, сидевший на кресле, достал палочку и наложил Заглушающее. Он вытащил сигарету и поджег её, не упуская момент, когда Гермиона еле заметно сморщила нос. Она никогда не говорила этого, но он знал что ей не нравилось, что он курил, особенно теперь, когда они стали ближе друг к другу в физическом аспекте. Ведь каждый раз, после этого, она на отрез отказывалась целовать его, пока он хорошенечко не почистит зубы. Гермиона снова начала закусывать нижнюю губу, через дыру в балконе наблюдая за улицей. Внизу никого не было, понять почему она так внимательно и напряженно смотрит было невозможно. Скорее всего, она снова думала обо всем, что происходит, бесконечно анализируя сложившуюся ситуацию. В последнее время это стало для неё привычным. — Уже пришла к чему-то, Грейнджер? Она моргнула, возвращаясь обратно в реальность. — Нет. Драко не сводил с неё глаз, медленно докуривая сигарету: — Ты же знаешь, что я вижу когда ты врешь. — Я не думала ни о чем новом, Драко. Всё как всегда. Драко нахмурился: — Ты ни разу так и не сказала о своем отношении ко всему этому.  — Я знаю. — Тебе не кажется это немного странным? Ты позволяешь мне входить в тебя членом, но не пускаешь в свою чертову голову, — тихо сказал он, подаваясь вперед и опускаясь на колени. — Пожалуйста, не говори так, — отозвалась она, зажмурившись, — Я…мне не нравится чувствовать себя грязно от этого. Драко ухмыльнулся: — Это не может быть чем-то грязным. Всё это прекрасно и вполне естеств… — Но, не для меня! — резко прервала его она, чуть краснея. Искоса смотря на неё, Драко прошептал: — Мне бы хотелось, чтобы ты перестала это. — Перестала что? — в тон ему ответила она, продолжая смотреть на улицу. — Винить себя за то, что ты не могла контролировать. В том плане, что если ты действительно считаешь, что между нами происходит именно то, что… Гермиона резко повернула к нему голову и сорвавшись выкрикнула: — Нет! Это…это не так! — Тогда скажи мне как ты видишь происходящее, Грейнджер. Она застенчиво посмотрела на пол: — Не знаю. — Ты думаешь, что всё это неправильно? Гермиона затрясла головой: — Просто…просто я не могу назвать это правильным тоже, понимаешь? Мне сложно объяснить. Драко снова оглядел её и вздохнул. Он выбросил окурок и встал с колен, после чего палочкой очистил рот, руки и одежду от сигаретного запаха. Протянул к ней руки: — Иди сюда, Грейнджер. Гермиона наложила заклинание невидимости, чтобы никто не мог увидеть их на балконе, после чего встала и подошла к Драко. Он обвил её талию руками и опустился на кресло, сажая к себе на колени. — Мне тоже непросто. Хотеть тебя, — сказал он, зарываясь лицом в её шею и волосы, — зная, что ни к чему хорошему это не приведет. Но, я не могу остановиться. — Почему ты хочешь меня, Драко? — спросила она, пальцами вырисовывая незамысловатые узоры на его спине. — Никаких причин за этим. Я просто хочу. — Но…ты можешь взять любую. Как Пожиратель Смерти, всё, что от тебя требуется — просто тыкнуть пальцем в любую понравившуюся ведьму и она твоя. Драко чуть отодвинулся от Гермионы и подняв руку тыкнул на неё. Она покраснела и убрала его руку, положив её обратно к себе на талию. — Ты прекрасно понимаешь о чём я. — Понятия не имею, — он засмеялся, — Думаю, я просто устал от всего этого. Ни одна из них никогда не могла удовлетворить меня полностью. — А я? — спросила Гермиона с любопытством. — Полностью? Нет, — признался он, — Но, ты даже не представляешь насколько близка. — Оу, — она прикусила губу. Драко сильнее прижал её к себе и ухмыльнулся: — Я не пытаюсь сейчас задеть твои чувства, но с тобой я сильно сдерживаюсь. Не могу дождаться момента, когда ты будешь готова к тому, что я позволю отпустить себя. Гермиона подняла брови: — Как же я это пойму? — Не волнуйся об этом, — всё, что он сказал, после чего нежно коснулся губами её шеи. Гермиона прижалась к его губам. Закрыла глаза и вздохнула. — Ты же знаешь, что мы можем остановиться когда тебе угодно, Грейнджер. Всё что тебе нужно — просто сказать об этом. Она резко открыла глаза: — Ты этого хочешь? Всё упростить? Тишина. Гермионе на секунду стало тяжелее дышать, она чуть отстранилась от парня, желая посмотреть ему в глаза. Как только она это сделала, Драко одной рукой взял её за подбородок и потянул на себя, накрывая её губы своими, покусывая их и облизывая языком, после чего, медленно углубил поцелуй. Гермиона ошиблась. В те редкие моменты, когда он целовал её так — нежно, сладко, её сердце пропускало удары, а ладони потели, заставляя снова чувствовать себя кем-то значимым, важным. В такие моменты она не могла себя ненавидеть. Когда Драко целовал её так, как сейчас, она ощущала уже давно забытые чувства; безопасность, привлекательность, забота. Да даже любовь. Конечно, она понимала, что последнее было уже за гранью безумства. Но, разве всё сейчас не за ней? — Я хочу тебя, Грейнджер, — прошептал Драко прямо в её рот, продолжая целовать, — Несмотря на всё происходящее, Я. Хочу. Тебя. Сейчас и ровно до дня пока ты не уйдешь. Остальное…решай сама. Эти двое всё еще не выпускали друг друга из своих объятий, не разрывая нежные поцелуи и абсолютно игнорируя холодный воздух идущий с улицы. Уже наступила ночь, но они всё еще сидели в том же положении. В их поцелуе не было страсти, похоти, отчаяния, только приятное чувство нежности и комфорта для того, кому было нужно. Того, кто держал в надежде, что его тоже никуда не отпустят. Того, кто желал тебя также как и ты. Того, кто нуждается в тебе, кто смотрит на тебя не осуждая, кто знает твое прошлое, но не пытается судить тебя по нему. Кто понимает, через сколько дерьма тебе пришлось пройти, но притом не обращается с тобой так, как будто ты стеклянный. Драко и Гермиона ощущали все это друг к другу и всё, чего им хотелось — продлить эти ощущения как можно дольше. — Пойдем в кровать, — сказал Драко, когда температура воздуха значительно опустилась, так и не разорвав поцелуй. — Еще немного, — сказала она, аккуратно положив ладонь на место, где билось его сердце. Всё еще такое быстрое и такое реальное. Так они и остались. Секунды переползали в минуты, а те в свою очередь в часы. До этого момента, никто из них даже не догадывался насколько сильно оба нуждались друг в друге. Это было что-то больше и значительно сильнее, чем просто секс. Истинная связь. Это продолжалось до тех пор, пока Драко не заметил, что Гермиона уже начинала замерзать в его руках, тогда он наконец-то заставил себя отстраниться от неё. Смотря ей прямо в глаза, он осторожно обхватил её за ноги и поднялся, держа в своих руках и занес внутрь. Драко положил её на кровать, помогая снять платье и тапочки, после чего выключил свет и лег рядом. Они снова возобновили поцелуй, находу избавляясь от остальной одежды, пока Драко снова не вошел в неё, медленными толчками сопровождая их в новый день. Солнечный свет пробирался к ним в комнату. Их губы не отстранялись ни на секунду, а страсть, впервые за всё время, перестала быть необузданной. Сегодня они были с друг другом особенно нежны, пытаясь запомнить каждое прикосновение получаемое и отдаваемое. — Гермиона, — выдохнул он ей в губы, смотря на её прекрасное, удовлетворенное лицо, — Это… — он замолчал, почувствовав, как она сжала его внутри, принося ему собственное удовлетворение. Драко смотрел на её тело, пока они пытались перевести дыхание, после чего еще раз поцеловал её и лег рядом, притягивая к себе. В последний раз вдохнув её сладкий запах, он наконец-то закрыл глаза. Часть Драко хотела, чтобы Гермиона продолжила разговор и он смог бы закончить свою прошлую мысль. Почти полное удовлетворение. Он хотел сказать ей это. Потому что, так оно и было. Это было невозможно близко к полному удовлетворению. У него никогда в жизни не было такого секса. Даже с Панси, когда она вроде как была ему даже небезразлична и он почти заботился о ней. Но, с Гермионой…он сильно волновался за неё. Сильнее, чем ему следовало. Осознание того, что такой интимный момент он переживал с кем-то, кто каким-то образом успел так сильно проникнуть к нему в голову… Что ж, так было даже лучше. ХХХ Драко и Бронсон ходили по магазину женского белья в полном ошеломлении от того, как много вариантов стояло перед ними. Как женщины вообще могут заставить себя сделать один выбор? Заметив их ошарашенные и неуверенные лица консультант подошла к ним, широко улыбаясь и предложила помочь. — Ох, было бы здорово, — промямлил Бронсон, — нам нужен лифчик и какая-нибудь ночнушка для моей девушки, а мы даже не знаем с чего начать. Ничего такого вызывающего, — быстро добавил он, — Что-то более повседневное. — Что ж, может всё-таки не совсем прям повседневное, — протянул Драко, — Ей не помешало бы иметь хоть что-то сексуальное в своем гардеробе. Его глаза сразу же перешли от лица друга на по-слизерински зеленое неглиже, висящие в углу. Мерлин, как бы это смотрелось на Гермионе. — Всё же, что-нибудь повседневное, пожалуйста, — сказал Бронсон, старательно избегая ужасно похотливого взгляда Драко, оценивающе оглядывая магазин. — Хорошо, — ответила девушка, — Какой у неё размер чаши? Бронсон нахмурил лоб и поджал губы. Перевел взгляд на Драко и понял, что тот смотрел на него с такой же гримасой. Вот же. Они даже не спросили. Затем, Драко поднял руку и сказал: — Чуть меньше горсти, я думаю, — он согнул ладонь, как бы касаясь воображаемой груди. Консультант еще немного посмотрела на руку Малфоя, после чего перевела озадаченный взгляд на Бронсона: — Для вашей девушки, верно? — спросила она поднимая брови. — Эм…да, именно так, — сказал он, внезапно почувствовав себя крайне некомфортно. У него возникло отвратительно чувство того, что его воображаемая девушка изменяет ему с Малфоем. — Тогда, если брать в расчет размер руки вашего друга, предположу, что размер чаши либо В, либо С. Девушка маленькая? — Да, — синхронно ответили парни. — Хорошо. Пойдемте. Пока они следовали за консультантом, Бронсон схватил Драко за локоть и остановив, тихо прошипел: — Эй, Малфой. Прекрати отвечать на вопросы, касательно моей девушки. Это выглядит странным. — Прости, — сказал Драко, взглядом упираясь в красное кружевное неглиже. Сколько же тут было всего. Драко определенно нельзя было посылать сюда одного, он бы не задумываясь спустил бы здесь все свои деньги. Прошло больше часа, прежде чем Бронсон и Драко вышли из магазина неся с собой пару сумок в руках. Несмотря на то, что Бронсон старательно придерживался принципа базового, повседневного комплекта из черного, бежевого и серого цвета, Драко всё-таки уговорил его взять один кружевной черно-розовый комплект под предлогом «она должна почувствовать себя женщиной». Он также заставил его купить еще один ярко-красный, утверждая, что скоро возьмет к нему еще и красный свитер. Также они купили ей несколько пижам и теперь ей не придется пользоваться вещами Драко, к ним же купили еще короткую ночнушку, на случай «теплых ночей», по-крайней мере так преподнес идею этой покупки Малфой. Бронсон даже не стал спорить с товарищем, аргументируя, что на дворе середина ноября, еще и в Лондоне. До теплых ночей еще очевидно далеко. На выходе из магазина, девушка-консультант вложила бумажку в ладонь Бронсона, прошептав почти на ухо, укоризненно поглядывая на Малфоя: На случай, если с девушкой ничего не выйдет. Когда они все-таки вышли, парень посмотрел на свёрнутую бумагу. Красивым почерком было выведено имя и адрес, чтобы если вдруг, Бронсон смог отправить сову. — Видишь, что случается, когда ты тащишь меня в подобные места? — пробубнил парень, комкая кусок бумаги, — Именно поэтому я предпочитаю парней. Женщины такие коварные. В том плане, что, ради Мерлина, у меня же всё-таки есть девушка! Драко усмехнулся: — Успокойся, Бронсон. Тебе необязательно отправлять ей сову. — Тебе надо? — парень протянул ему листок, пытаясь скорее избавиться от этой информации. Драко отрицательно покачал головой и Бронсон выбросил бумажку в первую же мусорку. — Эм, а собственно откуда у тебя такая уверенность в том, что грудь Гермионы, чуть меньше горсти твоей руки? — поглядывая на парня спросил Бронсон. — Я всё же мужчина. Я приглядывался, — ему нечего было стыдиться. Ему в общем-то было совершенно насрать на то, что именно Бронсон знал о них с Гермионой. Это она была против. Очевидно, он высказался о своем неодобрении еще до того, как всё началось и теперь она просто не хотела провоцировать ссоры. — Но, никогда не трогал, да? Драко не смог сдержать ухмылки: — Есть какая-то конкретная причина по который ты это спрашиваешь? — спросил он, заходя в переулок и вытаскивая из кармана пачку сигарет. Он предложил одну соседу и они вместе закурили, облокотившись о стену, чтобы их никто не застал за этим делом. — Не знаю. Но, я переживаю за Гермиону, как за младшую сестру и я…я не часто виделся ни с одним из вас последние пару недель. Такое ощущение, что вам нужно дополнительное уединение или что-то типа того. — Это правда, — признался Драко. Он облокотился головой на стену, выдыхая облако дыма, — Уверен, ты давно уже это понял, Бронсон, но Гермиона была рабом. Их перевозили из дома в дом раз в два месяца, а скоро как раз заканчивается второй. Когда она сбежала, её перевозили к другому хозяину, она всё еще не может избавиться от страха, что скоро все может закончиться. Это не было ложью. Каждый день она боялась приближения к дате перевозки. Но, это очевидно не главная причина их желания уединиться. Какое-то время они стояли в тишине, после чего Драко повернул голову в сторону друга. Бронсон смотрел на него с широко раскрытыми глазами и открытым ртом, сигарета в нём уже почти выпала. — Что? — непонимающе спросил Драко. — Как…как ты её назвал? — Грейнджер? — спросил Драко, пытаясь в голове воспроизвести собственные слова. Он не очень то был уверен в вариантах. Он же всегда один — Грейнджер. Не считая спальни, ведь он знает, как действует на неё звук собственного имени. Правда сейчас, ему казалось, что её имя всё же вырвалось из его рта. — Нет. Не так. — Я уверен, что именно так и сказал, — соврал Драко, бросая окурок на дорогу и притаптывая ногой, — Пойдем, Бронсон. Мы только на начале нашего пути. Парню ничего не оставалось — только проделать тоже самое. Он всё еще не мог избавиться от ощущения, что что-то изменилось. По какой-то причине Драко вел себя не так как всегда. Почти что…счастливо. Это пугало Бронсона до чертиков. Пару недель назад Гермиона призналась, что это она была той самой девушкой с кексиком. Видимо, именно об этом странном ощущении она тогда говорила. Милые поступки были такими… НЕ малфоевскими. — Это пиздец как крипово, — прошептал Бронсон себе под нос, смотря как Драко направлялся в сторону женского магазина. Свитера, футболки, штаны — следующие по списку. ХХХ — Ну что, попали в размер? — крикнул Драко, сидя на спинке дивана, пока Гермиона примиряла вещи в своей комнате. — Вроде как, — отозвалась она, выходя к нему в черных брюках и кремовом свитере, — Мне кажется, штаны всё же немного малы, — он начала немного поигрывать с ремнем, который плотно сходился на талии. — Не соглашусь, — сказал Драко, наслаждаясь тем, что она наконец-то стала выглядеть женственнее. Его большая одежда очевидно не так ей шла. Теперь он был в этом уверен. Щеки Гермионы загорелись, когда она перевела взгляд на свой комнату. Её кровать была полностью завалена сумками с новыми вещами: — Вы двое немного перестарались. Куда мне всё это носить… — Нельзя лишать женщину выбора, — отозвался Драко, протянув руку и резко потянув девушку за талию, пока она не оказалась между его ног, — Теперь, когда мы наконец-то переодели тебя в что-то более достойное твоей фигуры, всё, о чем я думаю — как бы поскорее это снять. Гермиона засмеялась, когда он медленно начал покусывать кожу на её шее. Буквально на мгновение позволив ему прижаться к ней, она резко отодвинулась, чмокнула его в губы и убежала в комнату. — А теперь следующий наряд, — сказала она, копаясь в сумках и вытащив красную кофту. Затем, она полезла в сумку с бельем, её глаза округлились на пару секунд, после чего она достала оттуда черно-розовый комплект, — Полагаю, это твоя работа? Он по-кошачьи улыбнулся: — Естественно. Там также есть красный, идеально подходящий к этой кофте. А этот ты сможешь показать мне чуть позже. Гермиона закатила глаза. Она снова залезла в сумку и засмеялась. После чего достав маленькую ночнушку, спросила: — Серьезно, Драко? Как ты подговорил Бронсона на покупку этого? — Сказал, на случай теплых ночей, — ответил Драко, пожав плечами. — Теплых ночей? На улице сейчас максимум градусов шесть тепла. — Правда? — повел он бровями, — Заучит, тебе несказанно везет, ведь я очень горячий. Гермиона уже собиралась оспорить это заявление, но он был прав. Его тело было для неё подобно личному обогревателю. Наконец-то обнаружив красный бра, Гермиона подошла к двери, чтобы закрыть её. — Грейнджер, я уже видел тебя голой. — Но, не с зажженным светом, — с этими словами она захлопнула её за собой. Драко нахмурился. К сожаления так и было. После секса Гермиона всегда одевалась, а даже если нет, то всегда вставала первой из кровати. Один раз ему почти удалось посмотреть из-под слегка закрытых век, но лишь секунду, поскольку девушка быстро скрылась из вида. Теперь его целью было изменить это. Как только Гермиона закончила примерки, она убрала вещи в шкаф, улыбаясь без остановки. Закончив, она натянула платье и направилась в сторону ванной комнаты. Не успев дойти до дверей, Драко протянул к ней руки и потащил к себе. — Есть еще кое-что, — сказал он, отстранившись и достал еще один пакет, протягивая к ней, — Я знаю, это необязательно, но я подумал, что тебе это нужно. Гермиона заулыбалась, вытащив из пакета длинную, черную мантию. Она была отличного качества и чувствовалась в её руках легко и мягко. — Я никогда не спрашивал, но это очевидно, что твоя принадлежала моей тетушки. — Да, — кивнула она, продолжая гладить мягкую ткань и улыбаться. — Значит, я не прогадал, подумав, что тебе нужна собственная? — спросил Драко, одной рукой поглаживая поясницу девушки. Гермиона кивнула: — Спасибо, Драко, — она подняла взгляд полный слез на него, — Спасибо за всё. Я знаю, что сейчас мне всё это ненужно, но… Драко прервал её пламенную речь поцелуем. Сотни вспышек раздавались внутри Гермионы, пока парень продолжал поглаживать её спину, второй рукой проводя по её руке вверх, остановившись у шеи и начал пальцами играться с её волосами. Отстранившись, он быстро перевел взгляд на её лицо и криво улыбнулся: — Не думай об этом. К тому же, тебе когда-нибудь всё это понадобится. Тебя никто не будет держать здесь против твоей воли. Сердце Гермионы пропустило удар. Малфой был прав. — Я была в рабстве, Драко, а это, — она положила руки ему на грудь, — не одно и тоже. Встав на носочки она чмокнула его и быстро ретировалась к шкафу на входе, чтобы убрать свою новую вещь. Схватив старую мантию, она вышла на балкон, скрыв себя чарами и подожгла вещь, принадлежащую не ей. Драко вышел следом, взяв её за руку. Вдвоем, они молча наблюдали, как она горела. Когда остался только пепел, Гермиона палочкой потушила остатки огня и подняла пепел, направив его в ночное небо. Девушка еще какое-то время тупо смотрела ему вслед, не фокусируясь ни на чем конкретно, пока не почувствовала, как Драко медленно тянет её внутрь квартиры. Позволив себе последовать за ним она также бездумно продолжала идти, пока он не остановился. — Грейнджер? Она подняла на него глаза. Он внимательно изучал её лицо. Их взгляды встретились, он прижал девушку к себе и осторожно заправил прядь мешающих волос ей за ухо. — Ты в порядке? — шепотом спросил он. Гермиона слегка улыбнулась и кивнула: — Просто рада наконец-то от неё избавиться. Мне нужно в душ. Хочу немного расслабиться. Она попыталась отстраниться, но Драко силой удержал её на месте: — Могу я присоединиться? Её щеки покраснели и она начала осматривать комнату, старательно избегая его лица: — Ну… Я не… Понимаешь, я не… — Ты не думаешь, что пора уже подать себя и при свете? — прошептал он ей на ухо, языком проведя от мочки уха вдоль хрящика. — Я… — Хочешь посмотреть на меня? Гермиона задрожала в его руках и Драко принят это за согласие. Он поднял её и усадил на край кухонной стойки. — Если хочешь, Грейнджер, я могу быть первым, — сказал он, встав между её ногами, начиная медленно тереться об неё пахом. Она пыталась закусить губу, но не успела и медленный неразборчивый стон сорвался из её рта. — Просто раздень меня, — прошептал он ей в губы. Гермиона продолжала постанывать, пока он усиливал трение между её ног. Дрожащими руками она медленно проникла холодными пальцами ему под свитер. Неловко взявшись за его края, она застопорилась на секунду, а после рывком стянула его. Её взгляд пал на повязку на руке, которую он теперь постоянно носил, но это не то, на что ей следовало обращать внимание. Поэтому она перевела глаза на обнаженную грудь, уставившись на мгновение на кремовую кожу, идеально сформированные мышцы, не удержавшись, пробежалась по ней руками, остановившись на небольшом белом шраме. — Два года назад, в схватке с сопротивлением, — мягко отозвался он, хотя она и не спрашивала, — Какой-то волшебник заклинанием отослал меня в стену и я приземлился грудью на край стола. — Есть еще? — с какой-то странной надеждой в голосе спросила она. — Оу, ну конечно, — Драко взял её ладонь в свою направляя дальше. Повел её вверх по грудной клетке и остановился где-то на самом её верху, — Сломал несколько ребер, когда Темный Лорд наложил на меня проклятие Круциатус, в те времена между нами были еще напряженные отношения. После этого я научился лучше переносить проклятие и не так сильно извиваться. Полезный опыт, — он усмехнулся и поднял её руку к своему левому бедру, позволяя ей свободной рукой чуть стянуть с него брюки, — Жалящее от одного из членов сопротивления. — Это последствия Жалящего? — спросила она, проведя указательным пальцем вдоль шрама. — Да. Одно из самых болезненных. Не знал, что существуют модификации, но, чёрт, теперь я более осведомлен в вопросе, — Драко опустил её руку и повернулся к ней спиной, — Тот что внизу на правом плече, достался мне от бладжера, когда мы играли против Когтеврана на пятом курсе. Еще один на руке, — он указал, — я упал с дерева в семь лет. Когда он повернулся обратно, то был счастлив увидеть, как Гермиона улыбалась. — У меня еще есть, — сказал он, нагнувшись к ней и чуть касаясь её губ своими, — Но тебе придется искать их самостоятельно. Гермиона потянулась вперед, обхватив его губы своими, энергично целуя и проводя руками по гладкой коже. Вскоре, оставшись без доступа к кислороду, оба поймали друг друга глазами, изнывающими от желания. Руки Гермионы медленно переместились к его брюкам. Она принялась растягивать ширинку, но неожиданно входная дверь щелкнула и распахнулась. Бронсон зашел внутрь и застыл почти посреди комнаты, увидев Драко нависшего над Гермионой, которая сидела на кухонной стойке. Двое смотрели на него такими же ошарашенными глазами, выражающими вину за то, что их накрыли с поличным. Гермиона резко убрала руки от Драко, не зная, что теперь с ними делать и куда она должна их положить, поэтому неловко держала их на весу. Драко отстранился и она, наконец, смогла использовать их для того, чтобы прикрыться платьем. — Вечер добрый, братишка, — спокойно сказал Драко, — Мы можем чем-то помочь? Бронсон все еще стоял с открытым ртом, медленно поднимая коробочку, которую держал: — Я…эээ… Квигли принес мне десерт из ресторана и я… Я хотел поделиться с вами. Неловкая тишина воцарилась в комнате на какое-то время. Никто так и не смог сдвинуться со своих мест. Гермиона не смела даже посмотреть в сторону Бронсона. Ей было слишком стыдно и она не хотела, чтобы он видел, насколько пристыжено-красной она была в этот момент. — Прошу прощения, — сказал Бронсон, нарушая тиканье часов, — Я вас прервал на чем-то? — Да, — Драко. — Нет, — Гермиона. — Это выглядит так, как будто я всё-таки что-то прервал. Как будто, Малфой решил убедиться, что твоя грудь действительно чуть меньше горсти. — Эй, вообще-то мои руки были далеко от её груди, — в свою защиту сказал Драко, — Они были между её бедрами. — Что ж, — сказала Гермиона, спрыгивая со стойки и подходя прямо к другу, который уже видимо продумывал свой нравоучительный монолог, — Бронсон, я понимаю, что ты собираешься сказать, но я хочу тебе напомнить, как важно оставаться спокойным в этой ситуации. — Спокойным? — переспросил Бронсон, закрыв за собой распахнутую входную дверь и подходя ближе, — Ты че, блять, издеваешься? Он ебанный Пожиратель, Гермиона! А ты Магглорожденная! Какого хуя, о чём ты вообще думаешь?! Я думал, ты говорила, что не мазохистка. — Я…я не, — пытаясь выдавить хоть что-то начала девушка, — Я просто не могу… — Не можешь что? Сопротивляться? Гермиона покраснела. — Это, блять, ненормально, Гермиона! Ты что, блять, совсем рассудок потеряла?! Слезы не заставили себя долго ждать, она перевела глаза в сторону, чтобы он не смог этого увидеть. Снова эта формулировка. Потеряла рассудок. — Эй! — вмешался Драко, аккуратно отводя Гермиону за талию, пряча её за собой, — Не смей! Не смей, блять, говорить с ней в таком тоне! — горящими злобой глазами, Драко повернулся к Гермионе, — Грейнджер, иди в душ, как собиралась. Я со всем разберусь. — Но… — Всё в порядке, — перебил он, легонько сжав её ладонь, — Я не буду совершать опрометчивых поступков. Я же не ты. Гермиона слабо улыбнулась: — Как будто ты лучше. Она еще раз бросила взгляд полный разочарования на Бронсона и направилась в сторону ванной комнаты. Как только дверь за ней закрылась, Драко повернулся к соседу: — Не здесь, — он поднял свитер и надел его обратно. — Я не собираюсь… — Я сказал не здесь! — приказно отозвался Драко и пошел к балкону. Проворчав что-то себе под нос, Бронсон направился за парнем, плотно закрыв за собой балконную дверь. Они оба использовали Заглушающее и разошлись по углам балкона, скрещивая руки на груди. — Какого хуя, Малфой? — начал Бронсон, метая искры в стоящего напротив волшебника. — Какого хуя что, Бронсон? Тебя не должно ебать ничего из этого! — Да? Только вот почему-то ебёт! Хоть кто-то должен вести себя как взрослый, раз вы оба не в состоянии! В плане… ДА ЕБАНЫЙ В РОТ! О чём ты только думал? Драко ухмыльнулся: — Разве неочевидно? — Бронсон уже направился в его сторону, но Драко быстро вытащив — палочку, направил её прямо на парня, — Стой где стоишь. Бронсон замер: — И что ты, блять, собираешься делать, Малфой? Используешь на мне Круцио? Интересно, как ты потом будешь объясняться перед Темным Лордом за это? — ядовито спросил он, — Или в этом уже нет ничего удивительного? Драко молчал. — Ой, да брось ты, Малфой. Мы оба знаем как ты любишь причинять другим боль, так почему бы не начать? — продолжал Бронсон. Драко сердито посмотрел на друга и опустил палочку: — Прошло столько лет, а ты всё еще так плохо обо мне думаешь, — он вздохнул, — Нет, Бронсон, я не собираюсь использовать на тебе Круцио, я бы никогда так не сделал. Ударить тебя, с удовольствием. Бросить в стену и связать, чтобы ты не смог ударить в ответ? Что ж, тоже не отрицаю. Лицо Бронсона немного смягчилось. — Ты можешь думать всё, что, блять, захочешь обо мне, — прошипел Драко, убирая палочку, — Мне насрать. Но, не смей. Блять, просто нахуй не смей, врываться сюда и оскорблять её! Она уже достаточно настрадалась в жизни! Она не должна выслушивать столь мерзкие оскорбления от того, кому доверяет! Бронсон наклонил голову в любопытстве сказал: — О чём ты? Я не оскорблял… — Да, блять, оскорбил! — закричал Драко, — Только что, прямо здесь! Разве ты даже не заметил? Ты, блять, даже не заметил как она начала плакать и насколько плохо у неё получается это скрывать? Ты оскорбил её! Ты сказал, что она потеряла рассудок! Бронсон поджал губы и обвел взглядом комнату, в голове восстанавливая разговор, который случился пару минут назад: — Даже если я так и сказал, я же не буквально. — Это неважно! Её мозг достаточно истязали в свое время, Бронсон! Она так сильно боялась за него и казалось бы, только начала справляться! А тут, одним словом, ты снова заставил её сомневаться в себе! Одно слово! Одна ебаная фраза и она перестанет! Она перестанет пытаться снова! Бронсон снова склонил голову, продолжая ошеломленно смотреть на Драко, разинув рот, пытаясь осознать все, что только что услышал. Между строк, конечно. — Че ты так смотришь? Бронсон моргнул. — Серьезно, у тебя, блять, проблемы какие-то? Мы с Гермионой взрослые люди и мы знаем, что делаем! Бронсон снова моргнул: — А ты знаешь? — Конечно, знаю! — крикнул Драко, — Мы понимаем, что ситуация не самая лучшая, но она знает, что мы можем прекратить всё когда угодно! Я её предупреждал! Я каждый раз говорю ей о том, что как только она скажет хотя бы слово об этом и мы прекратим! Я не отмороженный придурок! Я осознаю насколько конченная ситуация! Это нездорово, испорчено и полностью неправильно, но я не могу остановиться! Я не могу остановиться зная, что она тоже этого хочет! — Почему? — Потому что! — потому что Драко хотел её. Он нуждался в ней. Желал её. Потому что никто никогда в жизни не чувствовался так идеально в его объятиях, на его губах, на его члене… И он проклянет себя если отпустит всё это раньше, чем нужно. Конечно, он никогда не скажет об этом Бронсону. Обычного «потому что» вполне достаточно. Бронсон еще долго молчаливо глазел на Драко, пока лицо его не поменяло выражение и он улыбаясь протянул: — Еееебааааать… — Что? — Драко не нравилось нарастающее выражение довольного удивления на лице волшебника. — Ничего, я просто… Только что всё понял. — Понял что? Бронсон засмеялся: — Тот факт, что ты не знаешь, делает всё даже лучше! — О чем ты? — А ты так и не понял, Малфой? Настала очередь Драко тупо моргать. — Черт тебя, ты правда не понимаешь! — парень лишь начал смеяться сильнее, — Да, она тебе нравится! Глаза Драко расширились. — Тебе, блять, нравится Гермиона! Вотжешь дерьмо, прости, приятель! Если бы я знал, то не стал бы так резко реагировать. Я сначала подумал, ты просто решил воспользоваться ей пока тебе это удобно, но раз это не так…то всё супер! Я определенно не против! Драко кажется забыл весь свой вокабуляр, с трудом закрыв рот, начал: — Я бы не… В смысле, я бы никогда… Ею… — Всё в порядке, приятель, я знаю, — Бронсон улыбнулся, подходя к другу, и положил на его плечо руку, — Я имею в виду, я всё еще думаю, что в конечном итоге вы оба еще будете жалеть об этом, но, а судьи кто? Ты же знаешь, у меня был опыт с гетеросексуалами. Огромная ошибка. Даже вспоминать страшно. Менял их как перчатки. Хм… Пока Бронсон размышлял о своей прошлой жизни, Драко стал неловко ерзать с ноги на ногу, оглядываясь по сторонам, когда неожиданно смысл слов начал доходить до него. Бронсон думает, что она ему нравится. Что ему, Драко Малфою, действительно нравится Гермиона Грейнджер. Девушка, которую он постоянно унижал в школе. Девушка, которой по его вине пришлось пережить огромное количество дерьма. Которая сейчас была в душе…мокрая, намыленная сладко пахнущим мылом, которое он купил для неё. Одна. Такая, такая одинокая. Блять, как бы он хотел сейчас быть с ней там. Но, не потому, что она ему нравилась. А, потому, что ему нравилось её трахать. Должна быть разница. — Что ж, полагаю, мне пора. Я похоже всё-таки прервал вас. Вот, — Бронсон протянул ему коробочку, которую держал всё это время, — Тортик ваш. Поговаривают, шоколад является хорошим афродизиаком, — он подмигнул и направился обратно в комнату. Драко пошел за ним, — Развлекайтесь, — последнее, что сказал парень, прежде чем покинуть квартиру. Драко пошел на кухню и положил коробку на угол. Открыл и посмотрел на кусок шоколадного торта. Взяв его, он сделал большой укус и положил всё обратно в коробку, закрыв её. Его взгляд метнулся к дверям ванны. Звуки воды все еще доносились до него. Ничто не может помешать его планам. Не позволяя себе думать, он бросился к двери и зашел внутрь, не потрудившись даже постучаться. Он принялся снимать с себя всю одежду, оставив лишь повязку на руке. — Драко? — послышался голос Гермионы, приглушенный громким потоком воды, — Это ты? — Да, — тихо сказал он, подходя ближе, но так, чтобы не попадать в её поле зрения, — Надеялся, мы сможем закончить то, на чем нас прервали. — Ох…ммм…очевидно, мы быстро с этим расправимся. Бронсон хотя бы жив? К сожалению… — Он в полном порядке и даже не против того, что увидел. Я могу зайти? — Эм… как ты заставил его.? — Прекрати, Грейнджер. У меня на заднице есть большой шрам, который оставил мне кто-то на дуэли, заставив меня елозить по земле. Хочешь покажу? Он услышал, как она начала хихикать: — Ну, раз так, то как я могу отказаться. Тем более ты уже зашел. Драко сразу же подошел и направился к душевой двери. — Только…не требуй с меня история. Я…я пока не готова. — Договорились, — сказал он, медленно открывая дверцу, пар сразу же заполнил комнату, скрыв от него её. Когда вещи стали вырисовываться четче, он увидел лишь силуэт в углу. Подошел ближе. Она прикрыла руками своё тело, поэтому он прожил смотреть на её лицо, пытаясь поймать взгляд девушки. Она явно нервничала, кусая губы. Драко ухмыльнулся, делая еще шаг: — Успокойся, Грейнджер. Фишка в том, чтобы я мог тебя увидеть. Помнишь? Гермиона лишь застенчиво отвернула голову. — Хорошо. Я еще не смотрю, — он действительно не сводил глаз с её лица, продолжая делать маленькие шажки ей навстречу. Подойдя к ней совсем близко, он начал поглаживать её плечи, спускаясь ниже, в попытке расслабить её руки, после чего взял её ладони в свои, — Но, ты должна посмотреть сейчас. Гермиона повернула голову и посмотрела ему в глаза. Драко отступил назад. Она снова закусила нижнюю губу. — Продолжай, Грейнджер. Мне нечего стесняться. Её взгляд медленно начал опускаться вниз, она внимательно изучала каждую его часть; шею, плечи, грудь, пресс, бедра. Когда взгляд опустился на его член, она задержала дыхание, воздуха резко стало мало. Она инстинктивно опустила руку Драко и потянулась, чтобы прикоснуться к нему. Из его рта вырвался слабый рык: — Тебе это нравится? Девушка ничего не сказала, в её глазах читалась нарастающая похоть, она не отводила от него взгляд. Драко поддался вперед и впился в неё губами, на ходу откидывая её мокрые, прилипшие к лицу волосы. Затем его рука поскользила вниз, вырисовывая контуры её тела, пока не достигла цели. Он коснулся пальцами изнывающей, влажной точки между её ног, медленно массируя её клитор, после чего проник внутрь пальцем, пока она продолжала гладить его член. — Обвей меня ногами, Грейнджер. Гермиона нервно кивнула, обняв его за шею, позволив ему поднять себя и прижать к стене. Она обвила ногами его талию, всё тело сотрясалось, пока он продолжал целовать её, его губы опустились к шее и он медленно вошел в неё. — Все хорошо? — спросил он, тяжело дыша ей в шею. — Да, — прошептала она ему куда-то в щеку, — Ты можешь начать двигаться. Драко кивнул, прежде чем снова впиться голодными губами в её шею, грубо посасывая и кусая её бархатную кожу, входя и выходя из неё. Сегодня он отпустит себя. Он слишком долго держался. Слишком долго ждал. Слишком много времени было потрачено впустую на ебаного Бронсона. Драко хотел доказать. Он хотел доказать, что всё это просто секс. Просто удобный секс с тем, кого он так желал. О ком заботился. Не больше. Можно переживать за кого-то не любя его, трахаться сутками напролет и засыпать в объятиях друг друга, но при этом не любить. Это вполне реально. Он почувствовал, как её ногти впились в его спину и ускорил толчки. Снова запустив руку в ее волосы, откидывая ей голову, вглядываясь в её янтарного цвета глаза, буквально на секунду, прежде чем снова утонуть в этих губах. Божественные, восхитительные губы, которых ему всегда было мало. — Ты на вкус как шоколад, — тяжело дыша, улыбнулась она ему в губы. Драко лишь продолжил настойчиво целовать её, не позволяя их языкам разъединиться, между делом переместив обе руки ей на ягодицы, используя их для того, чтобы было легче контролировать темп толчков. Внезапно, Гермиона опустила одну руку между их телами и стала поглаживать себя внизу. — Ох, блять! — выкликнул он, понимая, что это возбуждало сильнее, чем всё до этого. Она никогда этого раньше не делала. — Мм… Драко, блять, Драко! Её голова запрокинулась назад, пока сама она кажется разваливалась на куски. Непристойные выражения тоже были в новинку, и Драко понял, что похоть полностью срывает ему всю башню. Он начал входить в неё быстрее, грубее, глубже, в этот момент больше ничего не существовало, его глаза закрылись и с губ сорвался стон, рык, крик, называйте как хотите: — Блять… Гермиона, да!!! Драко уткнулся в её шею не сбавляя ритма, он был близок, ему так хотелось продлить это ощущение, но…близок. Каждый их раз он был всё ближе и ближе к полному, нереальному, божественному удовлетворению, которое он так давно ждал. Наконец-то он стал сбавлять темп, ноги Драко покосились от подступившей слабости и он опустился вниз, утаскивая Гермиону за собой, не выходя из неё. Она обняла его, сильнее прижав к себе, пытаясь восстановить дыхание. — Чертовски прекрасно, — прошептал он ей в ухо, проводя по нему языком, пока она лениво одаривала поцелуями его шею, — Как тебе только удается превосходить себя каждый гребаный раз. Гермиона смущенно засмеялась. — Теперь, я могу посмотреть на тебя? — спросил Драко, покрывая поцелуями её челюсть и скулы. Гермиона зажмурилась, прежде чем слегка кивнуть ему в плечо. Она ослабила хватку, позволив ему медленно оттолкнуть её от себя, до тех пор пока спиной она не почувствовала стенку душа. Теплая вода продолжала литься на них, в то время пока Драко нервно втягивал воздух, смотря на Гермиону впервые за всё это время. Теперь он видел всю её. Да, её тело было покрыто шрамами, но он их почти не замечал. Да и как можно было обращать внимание на это, когда его взору открывалось много больше? Невозможная красота. Молочная кожа, слегка усыпанная веснушками. Её идеальная грудь. Всё еще упругая и молодая, с яркими торчащими розовыми сосками, очевидно эффект принятия душа. Он не мог себя контролировать и протянув руку, пальцем щелкнул по розовой бусинке. — Драко! — возмущенно крикнула она, ударив его по руке. — Прости, — прошептал он и потянулся к её груди, проведя языком по твердому соску, — Так лучше? — Для тебя то уж точно. Драко сверкнул кривой ухмылкой, прежде чем снова отстраниться от неё, его глаза продолжили скользить вниз по её телу, он пальцами обводил её каждый контур, пока не дошел до её промежности. Его член был всё еще в ней. Она заерзала, показывая дискомфорт, от чего он слегка дернулся. — Думаю, будет лучше, если я всё же из тебя выйду, — сказал он, чуть приподнимая её. Но затем, он вдруг снова опустил девушку на себя, почувствовав как головка его члена медленно касалась её лона, такого желанного. Он ничего не мог с собой поделать. Сегодня он хотел её всю. Полностью. Подняв её над собой, он поддался вперед лицом к её промежности, языком раздвигая половые губы. Гермиона начала ерзать, но он всё еще держал её. Драко вдохнул. Её естественный запах всё еще творил невероятные вещи с ним. Он хотел попробовать её на вкус. Не долго думая, он провел языком вдоль щели, после чего перестал сдерживаться. — Драко, нет! — закричала она, пытаясь высвободиться из его хватки. — Успокойся, Гермиона, — прошептал он, руками придерживая её за бедра, — Позволь мне сделать это для тебя. Обещаю, ты скажешь спасибо после. — Н-но… — Шшш…- он медленно стал посасывать её клитор, — Расслабься. Гермиона принялась кусать губы, позволяя себя откинуть голову на стену ванной, пока он ласкал её своим языком. Будучи рабом, несколько мужчин делали с ней что-то похожее, в попытках расслабить. Она так ненавидела всё это. Но, сейчас…такого она не испытывала ни разу за всю жизнь. Тихий стон сорвался с губ, когда Драко кончиком языка начал массировать кожу вокруг её клитора, её пальцы мягко запутывались в его волосах, пока бедра медленно начали поддаваться вперед. Он лишь самодовольно ухмыльнулся, после чего вошел в неё двумя пальцами, медленно двигаясь ими, от чего её тело начало сдаваться. Он всегда знал, как сделать девушке приятно и не один раз за ночь. Вскоре он ощутил, как она стала сжиматься и пульсировать, стенками легонько сжимая его пальцы внутри. Драко оставался внутри неё, пока её извивающееся тело не начало ослабевать, он еще раз поцеловал её горячие влажные губы, после чего потянулся к другим, не менее желанным. Гермиона на секунду позволила ему поцеловать себя, после чего легонько оттолкнула: — Что ж, Драко. Ты очевидно получил то, что хотел. Не думаешь, что пришла моя очередь увидеть тебя всего? — И что это значит? — улыбаясь, спросил он, еще раз потянувшись к ней губами. Драко на секунду пришел в замешательство, когда Гермиона снова оттолкнула его и схватив его левую руку, дернула насквозь промокшую повязку, которую он никогда не снимал, находясь с ней. — Что ты делаешь? — требовательно спросил он, пытаясь одернуть руку. — Тебе же нечего стыдиться, да? — спросила она, отбрасывая повязку в сторону и обнажая его Черную Метку. Гермиона едва успела рассмотреть её, когда Драко резко убрал руку, прижимая её к груди. — Я скрыл её для тебя, — сказал он. Гермиона нахмурилась: — Драко, мы оба знаем, что это не совсем так. Я обещаю, что не оттолкну тебя из-за этого, как в прошлый раз. Я просто…хочу посмотреть. Я…Я никогда толком не видела её. Драко неохотно опустил руку. Протянув руку, Гермиона осторожно принялась гладить пальцами место на его предплечье, подняв глаза в надежде поймать его хмурый взгляд. — Пожалуйста, Драко. Твоя метка эквивалентна моим шрамам. Ты также получил её против собственной воли. — Это не так, — честно, не скрывая собственного стыда, сказал он. Под её пальцами, его рука начала расслабляться. Он позволил Гермионе внимательнее рассмотреть татуировку, пока она касалась пальцами её контура. Они молчали. Драко просто нечего было сказать, он смотрел на неё с восхищением. В конце концов, она подняла взгляд обратно на него, её янтарные глаза сверкнули странным огоньком, поморщив носик, она сказала: — Не такая уж и привлекательная, да? Я понимаю, что Сам-Знаешь-Кто очень злой и всё такое, но неужели он не смог придумать ничего лучше кроме как такого претенциозного клишированного черепа в качестве собственной метки? Драко не смог сдержать смех: — Никогда не спрашивал. По иронии судьбы, он совершенно не считает себя злом воплоти. Гермиона улыбнулась и подняла его руку: — Что ж, тогда может тебе стоит поднять вопрос о смене его логотипа. Драко засмеялся громче. Он не смог удержаться и протянул руку к её щеке, мягко притягивая её лицо к себе для нежного поцелуя. Они прижались лбами друг к другу, не разрывая зрительного контакта, пока их руки касались друг друга, после чего сплели пальцы. Драко никогда не сталкивался с этим. Человек, чье мнение было для него действительно важным, принял его. Все остальные женщины раздражали Драко, они хотели его из-за статуса Пожирателя, из-за метки на его руке, они хотели ту самую часть его, которую он так сильно ненавидел. Но, не Гермиона. Она хотела его вопреки всему этому, каким-то образом не обращая внимания на эту его самую часть, которая как многие думали определяла его. Это не так. Волан-де-Морт не определял его. Драко был кем-то еще до появления Темного Лорда в своей жизни, и теперь, благодаря Гермионе, он начал думать, что он действительно стоит чего-то. — Спасибо, Грейнджер, — сказал он, продолжая поглаживать её по щеке большим пальцем, — Мне нужно было это. — Знаешь, Драко, я была бы очень признательна тебе, если бы ты называл меня Гермионой. За пределами спальни или душа. Когда с водными процедурами было покончено, Драко и Гермиона направились в кровать, где не выключая свет, она лежала в его руках, рассказывая ему историю каждого шрама, что он находил, радуясь каждый раз, когда ему удавалось отыскать какой-нибудь из её прежней жизни до войны. Когда их двоих медленно начало клонить в сон, Драко задумался. Что если Бронсон прав и ему действительно нравилась Гермиона. Её компания определенно нравилась ему больше, чем чья бы до этого, но он всегда предполагал, что это лишь из-за того, что она всегда была рядом. Не стоит даже упоминать то его перманентное желание обладать ей. Но, сейчас, несмотря на то, что Драко имел её уже насчитанное количество раз, ему всё равно было недостаточно. Он ловил себя на том, что с каждым разом желает её сильнее и эта потребность не заканчивалась сексом. Потому что он хотел её не только физически. Он желал её всю. Он желал её телом и душой. Можно ли сказать, что она ему нравилась? Или…или это было что-то совершенно другое? Совершенно.