Палач Кибертрона

На Кибертроне снова творился мрак. Небосвод сковали непроглядные тучи, из которых уже на протяжении нескольких циклов лил дождь и, судя по всему, даже не собирался останавливаться. Каждый миг были слышны мощные раскаты грома, а небо, казалось, пылало огнём от пробивающих его молний. Угнетающая атмосфера, уже так привычная для этой планеты, лишь становилась сильнее. Мегатрон, наконец-то отвлёкшись от рутины, устремил свой взгляд на разразившуюся бурю снаружи. Она была беспощадна. Хоть Кибертрон и был достаточно суровой планетой в плане погодных условий, но подобное явление предводитель десептиконов видел не более десятка раз. И самое главное, ему нравилась такая погода. Буря всегда была для него признаком сильных перемен в его пользу. А ведь и вправду, всё складывалось так, как и должно. Автоботы сильно ослабли после победы над их лидером – Зетой Праймом. Большая часть Иакона уже была захвачена, оставалось подавить остатки сопротивления, которые ушли вглубь города к своим самым защищённым объектам. План по их уничтожению уже был задействован, нужно было только ждать, когда те попадутся в ловушку… И как думаете, что произошло? Конечно же, всё пошло совершенно не по плану. Автоботы пронюхали, что с ними играются и решили ответить, причём достаточно жестоко, истребив всех, кто ожидал в укрытиях. Как автошлаку удалось это провернуть, одному Праймусу известно. Факт в том, что теперь нужно было ускорить продвижение основного войска. А с этим возникли проблемы… Оказывается, автоботы и здесь подсуетились: напичкали все пути взрывчаткой и организовали засады. Десептиконам пришлось потерять ещё больше времени и солдат. Это очень раздражало, да ещё и Оптимус Прайм объявился... А ведь когда-то он был хорошим другом для бывшего гладиатора во времена «Золотого века», когда царил мир. Тогда Оптимус звался Орионом Паксом и работал архивариусом в Иаконе. Он всегда увлекался историей родного мира, в этом он себя ничем не ограничивал, только углублялся в неё, и привело это к тому, что с каждым прочитанным текстом, Пакс стал сильнее погружаться в политику. Тогда он и заметил «гниль» в правительстве, как и во всех современных реалиях. Орион начал изучать эти проблемы уже более глобально. Через какое-то время, архивариус познакомился с речами одного гладиатора. Те завлекли молодого трансформера, и он решил начать общение с Мегатронусом, который позже стал для Пакса в каком-то роде наставником. Время шло и вот когда Мегатронус, а в то время уже Мегатрон, взобрался на политическую арену и наконец-то предстал перед Высшим советом, он показал свои истинные намерения. Мегатрон желал насилия, благодаря которому тот планировал уничтожить древний строй. Вот только Орион был иного мнения. В ответ на раскалённые от ярости речей своего друга, он произнёс свою правду, что нельзя добиться справедливости с помощью расправ. В тот момент обычный архивариус сделал огромный шаг к своему истинному будущему, показав свою мудрость, смелость, решимость и великодушие. Он заставил совет наконец-то раскрыть окуляры и увидеть мир таким, каким он стал за время их правления. Но самое главное, члены совета впервые за долгое время увидели перед собою того, кто действительно достоин звания Прайма… Вот только Мегатрона совсем не обрадовал поступок друга. Гладиатора окутала холодная ярость. Все планы, все приготовления, всё было разбито. И виною тому был его близкий друг, которого он практически обучил всему, что знал сам… Предательство, вот как оценивал триумф Пакса будущий лидер десептиконов. Поэтому, не желая мириться с этим, он порвал все связи с Орионом. А после весь мир охватила самая жестокая война, которую знал Кибертрон. Даже сейчас, спустя много десятков ворн, она никак не утихнет, лишь сильнее разгорается. И вот когда Мегатрон находится так близко к победе, Прайм вновь дал о себе знать… Вспышка молний и рокот грома разбили мысли Великого гладиатора Каона, возвращая того в реальность. А в следующий миг пришёл запрос на установление связи от Шоквейва, который Мегатрон незамедлительно принял. – Докладывай, Шоквейв. – Лорд Мегатрон, – начал учёный. – Процесс по выявлению информации из автобота прошёл неудачно… – Надеюсь, ты сможешь мне объяснить, почему у тебя возникли сложности даже с психо-кортикальным соединением, которое по твоим словам было доработано, – перебил подчинённого лидер десептиконов. – Изначально всё пошло не так как должно. Я настроил психо-кортикальное соединение так, чтобы автобот при его подключении должен был уйти в оффлайн, но по необъяснимым причинам этого не произошло. – И ты всё равно решил продолжить? – Да, – ответил учёный, а затем поспешил пояснить: – Соединение было устойчиво и автобот не мог мне помешать, поэтому я принял решение продолжать. И в то же время я допустил ошибку… Автобот как-то смог повлиять на соединение в том числе и на весь процесс в частности, дестабилизировав его. А Старскрим резко разъединил нас, чуть не лишив актива пленного и меня. Мегатрону от такой новости оставалось только зарядить себе по фейсу своим огромным манипулятором. Даже здесь этот сикер напортачил. Мириться с его поступками уже надоело, но сейчас не хотелось тратить время на вправление процессора Старскриму, поэтому с ним бывший гладиатор решил поговорить позже, сначала хотелось узнать, что же было дальше. – Продолжай. – Из-за резкого разрыва соединения, автобот повредил себе процессор и дальнейшее применение на нём психо-кортикального соединения является нецелесообразным, так как это приведёт к его неминуемой гибели, – на этом Шоквейв резко прервался, что насторожило его повелителя. – Что произошло далее? – требовательно произнёс лидер фиолетового знака. Учёный не отвечал. – Шоквейв… – Прошу меня простить, Лорд Мегатрон. Явление, что произошло, практически невозможно, и оно не подтверждено… – Говори уже. – Как прикажете мой Лорд. Когда произошёл обрыв связи, случилось непредвиденное – автоботу стали известны данные из моей памяти, минимум их часть. – Шоквейв, не неси чушь, – немного раздражённо ответил Мегатрон. – Прошу прощения, мой Лорд. Это информация неточна, так как её доносчиком является сам пленный, а он… – То, что он это сообщил, не значит, что так оно и есть. Рагнр сам по себе слишком болтлив и верить ему – глупо. Хотя с другой стороны, если всё так и случилось, как ты говоришь, то оставлять его в живых станет слишком рискованно… – задумчиво отозвался Владыка. – Шоквейв, когда ты сможешь повторить задумку с психо-кортикальным соединением? – Сначала нужно привести подопытного в нормальное состояние. На это уйдёт меньше орна. Также потребуется доработать само оборудование. – Тогда приступай к приготовлениям сейчас же. Необходимо вытащить из Рагнера все его знания. – Что делать с информацией которую он узнал от меня? – Ты сам сказал, что в том, что он смог узнать от тебя хоть крупицу информации – нет никакой уверенности, так что сначала проверишь правда ли это. Дальнейшие инструкции получишь после. На этом всё, можешь приступать. – Будет выполнено, Владыка, – донеслось в ответ Мегатрону и в тот же наноклик вызов был прекращён. После прекращения разговора предводитель десептиконов начал активно продумывать дальнейшие шаги своей фракции. Но предсказать теперь хоть что-то стало в разы сложнее. Появилось куча неучтённых факторов и проблем, а с учётом того, что десептиконы явно словили полосу невезения, придумать план будет нереально, по крайней мере, надёжный уж точно. Вся надежда сейчас была на костяк армии, что должен был проломить основные укрепления врага. Хотя этот план тоже дал трещину, причём достаточно давно, когда автоботы обнаружили в своём тылу несколько отрядов фиолетового знака, которые готовились к атаке в спину и никак не ожидавшие стремительные удары по своим позициям. В итоге вышло следующее: все заготовки для реализации изначального плана – зажать автошлак в клещи, рухнул, не успев начаться. Это печалило, но всё же основной задумке не должно было помешать… Однако судьба решила обратное, на что ярко указывают произошедшие три орна назад события, когда основной плацдарм был стёрт с лица Кибертрона. И этот просчёт обошёлся десептиконам очень дорого. Потеря связи на долгий период, нарушение поставок энергона, боеприпасов и других важных ресурсов сильно замедлило продвижение войск, и даже дезориентировало, что способствовало ещё большим потерям. Автоботы в тот момент точно ликовали, потому что провести десяток удачных и точных ударов по противнику дорогого стоит. В итоге десептиконам пришлось перегруппироваться, так как другого выхода из той ситуации не было. И сейчас Мегатрону нужно было придумать что-то дельное, что могло бы избавить его и армию от проблем, от которых в последнее время не было проходу. Но и здесь неудача настигла Владыку. Максимум, что сейчас смог выдать процессор бывшего гладиатора, это пару примитивных тактик, хотя их сложно таковыми назвать, скорее идиотский набор идей, да даже Старскрим с его нынешним мышлением придумает лучше. А вот мыслей связанные с недавно нашумевшим автоботом было уж чересчур много, ведь практически все провалы случились из-за него и Мегатрону хотелось заставить того страдать по полной. И в тот момент, когда обязан был произойти прогресс, снова был провал с неприятными последствиями. У бывшего гладиатора до сих пор в процессоре не укладывалось, что то о чём говорил учёный, было правдой. Да в подобный бред самый наивный спарклинг не поверит… Мегатрон провентилировал системы. Нужно было быстрее решать, что делать с Рагнером, уж больно много на него времени тратится, а это непростительная роскошь на данный момент. Подготовку к финальному этапу Шоквейву придётся постараться завершить раньше, а то такими темпами можно провозиться целый декацикл. Но вопрос о конечном результате остаётся открытым. Нестабильность самой операции и неизвестность исхода заставили Мегатрона немного переосмыслить свои мысли по поводу скорости подготовки, так как она требовала тщательного досмотра всего необходимого… Неудачная идея, снова. Да и вытягивание памяти, похоже, задержится, так что нет, к сожалению, с Рагнером быстрее разобраться не выйдет… От размышлений Владыку отвлекло только что пришедшее уведомление. Оно гласило о том, что войска были собраны и готовы выступать с новой силой. Приятная новость слегка взбодрила лидера десов. И решив, что пора заканчивать тухнуть в четырёх стенах, пошёл делать то, что умел лучше всего – направлять своих последователей и стирать в пыль всех, кто стоял на пути у Величайшего гладиатора Каона. Но так как армия не так давно отступила и изначальный ход событий претерпел множество изменений, сейчас требовалось продумать несколько резервных планов на случай непредвиденных обстоятельств. Поэтому пока он двигался к месту расположению основных войск, на ходу размышлял о том, какой ход будет выгоднее сделать, чтобы минимизировать возможные потери. К счастью, бывший гладиатор имел огромный опыт в этом деле и всегда мог быстро придумать что-то стоящее, и сейчас он снова намерен это сделать, чтобы наконец-то закончить то, что так давно началось – эту беспощадную войну… *** – И чего ты на меня уставилась, уродина? – Тебе слова не давали, автобот. На вехикона, что стоял передо мной, уставилось два немного удивившихся окуляра. – Слушай, а ты уверен, что тебе стоит здесь стоять? Просто если я вырвусь, а я вырвусь, боюсь далеко убежать ты не сможешь, – я коварно ухмыльнулся. И что же предпринял в ответ на мои слова вехикон? Естественно он не стал с ними мириться и просто попытался въехать по моему фейсплейту своим молотом и… ему это удалось. Неприятно, даже больно, как ни странно. Но зато, он теперь точно попадёт в список до кого я доберусь при первой возможности. – Зря ты это сделал… – Ещё хочешь? – угрожающе проговорил громила. – Да хоть подавиться готов, ты только сам не поранься. Просто смотря на то как ты махаешь своим шестом с излишней массой в верхней части… По камере прозвучал насыщенный звук удара металла об металл. – Да как же ты достал… – Заткнись и сиди смирно, автобот. – Вот были бы мои манипуляторы свободны, ты бы уже пожалел о своём создании, – тихо сказал я. – Что ты сказал? – Красивая оптика у тебя говорю. Думал сейчас мой фейс снова встретиться с тем молотом, но вехикон лишь с недоверием начал пялиться на меня. Постояв так примерно клик, вернулся на то место где ранее стоял. Ну а мне оставалось только облегчённо расслабить корпус. Плохо вышло, не ожидал я такой радикальной деятельности от этого дрона. Думал такой же тупой и милостивый как другие, по итогу прокололся – огрёб пару раз. Ну это мне на будущее так сказать, чтобы глоссу не распускал. Вот только учитывая последние события, мне удается себя контролировать всё сложнее и сложнее. Надо выразить Старскриму благодарность за его необдуманный поступок. Хоть он и навредил мне, повредив мои нейронные цепи вместе с процессором, из-за него мне удалось узнать сверхполезную информацию про тёмный энергон и «тайные» эксперименты Шоквейва, в которых ещё и сам Мегатрон участвовал. Который оказывается способен контролировать этот необычный энергон. Прошло примерно около двух циклов с тех пор как мне подпалили процессор. В первые наноклики меня знатно глючило, я практически ничего не мог сообразить, каждая мысль утекала от меня, лишь прикладывая нереальные усилия, мне удавалось сохранить рассудок. А получив знания, что никак ко мне не относились, я вообще чуть с ума не сошёл. Но буквально через небольшой промежуток времени, вышло ассимилировать какую-то часть тех данных. И вот тогда моему удивлению не было предела. Эти твари пытались взять под контроль мехов пребывающих в активе, ломая их волю с помощью того самого энергона. И ладно бы они на этом остановились, но вместо этого, эксперименты добрались и до слившихся с Великой искрой! Даже для меня подобное слишком. Возрождать их, пытаться подчинить самые настоящие дохлые корпуса! Безумие похлеще моего. В те мгновения мне было очень сложно себя сдерживать, так и хотелось устроить тотальную аннигиляцию всего живого в пределах сотни вун, но мой порыв сдерживали кандалы и моё физическое состояние. И вот сейчас, многое обдумав, при этом словив несколько глюков, в процессоре крутилась только одна цель – сбежать. Идей было много, но все они были на грани нереального, поэтому я пытался пойти по слегка проверенному пути – разозлить наблюдающего за мной стражника. Честно, уже не знаю зачем решил поступить именно так. Этот громила явно попадаться так элементарно не собирается. Он не подходил близко, наносил удар с максимально дальней дистанции, действовал в целом более аккуратнее чем его собратья по глупости. И меня это бесило. Резкая боль в процессоре снова вывела меня из раздумий. Словно разрядом электричества прошибло, резко дезориентируя. В окулярах всё поплыло, мгновенное онемение всех конечностей и неспособность хоть что-то сообразить. Я даже звука не мог издать, и ведь никто медицинскую помощь оказать не может. Шлак! Сквозь пелену боли удалось расслышать что-то невнятное, наверное, тот вехикон заметил моё состояние, впервые за всё время. Перед расфокусированным взглядом промелькнул тёмный силуэт. Что это было, остаётся только догадываться, но по звуку, который напоминал открывание двери – кто-то зашёл. Но как на зло мне не удавалось никого разглядеть или услышать, мой процессор сейчас такие «пируэты» вытворял вместе со всем корпусом, что чуть дёрнув любой из конечностей или сконцентрироваться на какой-либо мысли, является настоящим чудом. Ещё этот гул в аудиосенсорах… Неожиданно в манипулятор будто залили энергон, наступило облегчение, а вместе с ним, и желанная тьма… *** Пробуждение было не из приятных. Корпус опять ныл, процессор болел, зрение расплывчатое, есть ощущение будто начало действовать всё сверхзаряженное разом, которого я выпил за свой актив немалое количество и теперь пытаюсь отойти от последствий долгого запоя. В общем, я в хлам. Удивительно то, что я соображаю и не витаю в другом измерении. Да и чувствительность корпусу вернулась. Попробовав подвигать манипулятором, наткнулся на очередную проблему – он скован. Жаль, думал меня сейчас освободят и спокойно сбегу. Приходил в себя я долго, пару бриймов думаю точно прошло. Корпус постепенно начал оживать, окуляры наконец-то «словили» фокус, аудиосенсоры стали функционировать как надо, осталась только слабость, и сказать честно, сильно хотелось уйти в оффлайн. Действительно последствия запоя, никак иначе. Находился я сейчас в другом помещении больших масштабов, плюс мой корпус сменил положение с полувертикального до горизонтального. Ко мне были присоединены различные приборы, судя по всему, медицинские, стабильное пиликанье и голотерминал с видом моего корпуса говорили именно об этом. Ну и завершающим штрихом всей картины было однолинзовое страшило. Он что-то ковырял в другом углу помещения, разглядеть было проблематично, угол обзора не позволял. Хотел его позвать, но передумал, пусть занимается своим делом, а я поищу с помощью чего отсюда можно было бы свалить. Однако у Шоквейва явно другое мнение по этому поводу… – Пациент пришёл в себя, – внезапно заговорил учёный, обернувшись в мою сторону, держа в руках психо-кортикальное соединение. – А ты бдительный, – немного изумлённо прокомментировал я ситуацию, но ответа не последовало, лишь звук тяжёлых шагов раздался по комнате. – Игнорируешь? – Глупые вопросы – не вижу смысла на них отвечать, – десептикон приблизился к голотерминалу. – Я изучил тебя. Твоё строение имеет аномальные черты, никогда подобного не видел. – Ну хотя бы чем-то отличаюсь от серой массы, – я усмехнулся. – Должно быть я теперь стал объектом твоих личных интересов? – Ты интересен Лорду Мегатрону, никак не мне, – продолжил кликать по экрану Шоквейв. – Жаль… – протянул я. – Тогда может поведаешь, что ты снова со мной сделал? – Я не обязан отвечать на каждый твой вопрос, – последовал хладнокровный ответ. Какой же он скучный. Поддержал хотя бы беседу ради приличия. Я всё-таки ценный пленный как никак… – Твоё состояние стабильно, это всё что тебе требуется знать. – Так вот в чём дело. Ты меня отремонтировал, а значит… Подожди, ты мне шлем вскрывал? – Процессорная активность в норме. Физическое состояние в пределах нормы, – как ни в чём не бывало продолжал отчитываться сам себе десептикон. – Твоя топливная система имеет необычные свойства, топливо, что ты поглощаешь циркулирует по твоим магистралям гораздо быстрее чем у обыкновенных трансформеров, поэтому тебе приходится чаще пить энергон, чтобы сохранить функционал, а из-за более скоростной переработки топлива, твой корпус становится быстрее, но сильнее изнашивается. Вкусовые рецепторы деформированы, как и система магистралей с вентиляционной системой. Поразительно, что ты демонстрировал отличные результаты на поле боя с таким уровнем повреждений. Мне в ответ на это оставалось только ошеломляюще хлопать окулярами. Вот это Шоквейв нагрузил меня информацией. А я ведь даже и не предполагал, что бегаю и кромсаю всех со сломанной вентиляционной системой, хотя вроде бы и не чувствовал ничего необычного, всегда всё казалось совершенно нормально. Но вот известие о том, что я имею большую скорость – достаточно приятно. Изнашивание корпуса толком и не волнует, с учётом всего того, о чём мне поведал учёный десептиконов. А вот деформация вкусовых рецепторов резко прояснила ситуацию, почему я нормально не ощущал вкус энергона, и явление со сверхзаряженным стало объяснимо, из-за высокой скорости усваивания топлива. Поражаюсь Шоквейву. Он за короткое время смог обо мне узнать столько, сколько Рэтчет за весь актив не смог. Вот что значит настоящий учёный. Очередной плюсик десептиконам за их умения. – Финальная диагностика и можно будет приступать, – в пустоту пробасил однолинзовый. – Стоп, не понял, к чему приступать? – в ответ Шоквейв снова взял в манипуляторы психо-кортикальное соединение. – Вот же шлак… – неприятный момент, а как его обойти – мне неизвестно. Если только как в тот раз, но тогда Скрим сделал основную работу, сейчас же его рядом не наблюдается. Придётся искать способ самому. Кстати, я совсем забыл поговорить со злобным учёным о одной крайне неприятной теме. – Эй! Не хочешь поговорить о тёмном энергоне? Реакция на заставила себя долго ждать, Шоквейв моментально обернулся и стал прожигать меня своей оптикой. – Что ты сказал? – Про твои эксперименты говорю, балда. – Расскажи мне всё, что ты знаешь о моих экспериментах, – игнорируя едкое высказывание в свой адрес, твёрдо произнёс мех. – Похоже, ты мне не поверил, а зря. Я ведь тебе тогда не соврал, однако всё прошло мимо, я опечален. – Рассказывай, – Шоквейв был непоколебим. – Нет, – и начались у нас гляделки. Долго они не продлились, учёный понял, что я не намерен отвечать, бросил свои попытки и вернулся к психо-кортикальному соединению. А мне захотелось его подразнить: – Не знал, что такое вещество как тёмный энергон способен реально подчинить… – Шоквейв молчал. – А то что вы ядро отравили, так это вообще поразительное деяние, я бы даже похлопал вам, да вот только манипуляторы слегка заняты, не хочешь случаем это исправить? – Твои попытки никчёмны, автобот. – О, ты меня не игнорируешь, замечательно. Тогда может всё-таки освободишь? – Если ты действительно знаешь что-то, то не советую молчать. Учитывая твоё положение – сотрудничество будет более оптимальным вариантом. – То есть, если я сейчас всё расскажу, ты не полезешь ко мне в процессор, да и ещё оставите в живых? – Только после того, как ты встанешь на нашу сторону. – Прямо в искру поразил, – саркастическое высказывание, подкреплённое гениальной игрой своей мимики. – Ты действительно думаешь, что я встану на вашу сторону? У тебя должно быть окончательно процессор закоротило, – Шоквейв продолжал стоять и сверлить во мне дыру. – Знаешь, лучше забудь об этом. Всё потому, что это просто невозможно. Я не сменю сторону, – в помещении настала тишина, ровно до того момента как прозвучало: – Нелогично. Я чуть не подавился собственной глоссой от резкого ответа, даже мысль основную потерял на мгновение. – Чего? То есть нелогично? Это наоборот ещё как логично. Кто в здравом уме предаст то, чему он посвятил практически весь свой актив? – Ты в плену, без возможностей выбраться или связаться со своими союзниками, которые тебя бросили. Чтобы выжить, у тебя нет другого логичного выбора, как стать одним из нас. – Благоразумный ход говоришь… Нет, ты точно потерял рациональное мышление, – Шоквейв, это конечно тот ещё кадр. Такую чушь нести, хотя… А вот и нет. Не соблазнишь меня тёмной стороной. Тем более, я столько десов положил за всё время, вряд ли меня Мегатрон так просто пустит под своё крыло. Уверен, что сначала замучает до смерти, а потом накачает чем-нибудь, что сбавит мой функционал, позовёт телепата и будет мне процессор промывать, а потом захочет тёмный энергон залить в мой корпус, и стану я живой, неразумной куклой. Поэтому хочу, чтобы они быстрее со всем покончили. Подождите, а им ведь ничего не мешает мне и сейчас тёмный энергон залить… Вот же шарк… Глупый я оказывается, очень глупый. Кто же меня за глоссу постоянно тянет, упускаю такой шанс сбежать. – Возможно ты передумаешь, когда окончательно поймёшь, что автоботы тебя бросили. А сейчас советую прекратить мыслительные процессы, процедура будет быстрой, – и в этот момент Шоквейв подключил ко мне психо-кортикальное соединение и окружающее меня пространство поглотил мрак… *** – Итак, говоришь, что к власти пришёл злобный манипулятор и начал терроризировать всю планету, а затем начался очередной конфликт, я ничего не упустил? – Да, – устало ответила фемма. Она уже в десятый раз коротко пересказывает основные события, что послужили зарождению семени войны и то как оно проросло. А выросло оно огромным, очень огромным. – Мегатрон значит… – мех задумчиво сложил манипуляторы на грудной пластине. – У меня ещё вопрос, почему ты решила, что он злодей? – Он хотел устроить переворот вообще всего на планете! Из-за него страдали абсолютно все, даже его союзники! – Мне кажется у него на то были веские причины, не будет же обыкновенный трансформер, хоть и самый известный гладиатор, идти против властей планеты. – О Праймус… – Рая прикрыла оптику и легонько ударила себя по фейсплейту. Как же этот арахнид её достал. Вот уже на протяжении много времени они сидят в отдалённом уголке и разговаривают о творящихся делах в мире. Поначалу разведчице было очень некомфортно находиться в его обществе, а тем более вести диалог. Но всё же арахнид оказался настырнее. Каждый наноклик она слышала от него тонны вопросов буквально обо всём. Оказывается, он находился в своеобразной изоляции на протяжении многих сотен ворн, информацию узнавал обрывками, поэтому не имел цельной картины происходящего. А тут ему подвернулся шанс узнать множество новых подробностей. У Раи даже появилась догадка почему он её оставил в живых – ему нужны сведения. И вот он их получает. Сама фемма немного не в восторге от того, что её заваливают кучей вопросов, но в глубине искры она чувствовала, что с каждым мигом ей становится легче. Почему так, она объяснить не могла, но то, что общение с арахнидом пробуждает в ней что-то приятное, фемма игнорировать не могла. Буквально несколько циклов назад он издевался над ней, заставляя страдать, а сейчас он явно забыв о тех мгновениях, с азартом учёного выпытывает абсолютно всё до чего додумается его любопытная натура. И это пугало. Этот индивид за какой-то цикл заставил автоботку не один десяток раз изменить о нём своё мнение. Более настырного и наглого трансформера она никогда не встречала, даже Рагнр со всеми его «шуточками» и рядом не стоит вот с этим… А ещё её называли противной… – Ну тебе самой не кажется это полным бредом? Будь он хоть трижды отбитым на весь процессор, не полез бы против целого правительства, – мех снова залип. – Нет, здесь что-то другое… – Почему тебе это так важно? Мне кажется здесь и так всё ясно, ему не понравился спокойный Кибертрон, вот и пошёл творить «добро». – Эх, глупая ты ещё, – Рая непонимающе уставилась на собеседника. – Если он смог так сильно перевести процент победы в свою сторону, значит этот Мегатрон не такой уж и тупой, и его цели возможно описать с разумной точки зрения. Поэтому я уверен, что именно то самое правительство и стало тем фактором, который заставил Мегатрона пойти против него, – арахнид глянул на пленницу. – Пойми, он очень умный, раз собрал вокруг себя столько сторонников… – Я всё равно не уловила твою мысль насчёт его мотивации, что это вообще даёт? Настала очередь арахнида ловить манипулятор своим фейсом. – Как же с тобой сложно. – А ты поясни. – Если ты поймёшь основную цель врага… – Мне это ясно, он хочет уничтожить всех нас, захватить власть и править, продолжая свою тиранию. Тут арахнид не выдержал и полоснул фемму когтями по её корпусу. – Хватит меня перебивать, никчёмное существо! Если ты действительно хочешь всё понять, лучше захлопни энергоприёмник и молчи, иначе я тебе вокодер вырву вместе с твоей противной длинной глоссой! – яростно заткнул разведчицу арахнид. А ей же оставалось только стойко переносить все угрозы по отношению к себе. – Как ты вообще дожила до этого момента, у тебя ведь от процессора только оболочка. Самые простые вещи понять не можешь, да даже тот лишённый разумности кусок хлама, что радушно встретил нас по пути обратно, будет умнее тебя в десятки раз, если не в сотни. Рая с огромными от удивления окулярами наблюдала за активно махающим манипуляторами мехом, который, судя по всему, не планировал останавливаться, продолжая орать на фемму, макая её в грязь по самые антенны. Длилось это достаточно продолжительное количество времени, около брийма прошло и только тогда он сбавил обороты, перестав кричать. – В следующий раз будешь думать, перед тем как что-то ляпнуть. Поняла? – Поняла, – тихо ответила автоботка. – Запомни, на войне обязательно нужно понять своего противника: что им движет, чего он добивается и на что он готов пойти ради собственных целей. Это основы, не зная их, как ты вообще собралась побеждать? – Я солдат и моя обязанность – выполнять приказы. – Бездумное выполнение приказов и стало погибелью большинства из вашего вида во время войны с нами. Поверь, это худшее качество каждого из солдата, – продолжил стоять на своём мех. – Зачем ты мне всё это говоришь? Тем более я у тебя в плену и все твои наставительные речи для меня бесполезны. – А ты замолкни и тогда они тебя пригодятся в будущем, если выживешь конечно же, – гадко улыбнулся арахнид. – Может хватит уже? – начала закипать фемма. – Ты получил что хотел, можно я теперь просто уйду в оффлайн или ты намерен до конца моего актива читать мне лекции, которых я в академии наслушалась немало? – Действительно, зачем я тут распинаюсь, – мех резко замолк, а в следующий момент стоял вплотную к пленнице, яростно прожигая в той дыру. – Слушай сюда, маленькая дрянь, я буду древнее практически любого из ныне живущих трансформеров, мой опыт в борьбе с вами бесценен, а потому не тебе судить, полезны мои речи или нет. Для меня ты лишь спарклинг, которого слишком рано пустили в реальный мир. Уверен, что твои знания обходятся одним, тем, что ты должна убивать врагов и слушать приказы, но поспешу тебя огорчить, если ты не включишь свой процессор, то сдохнешь гораздо быстрее или... Помнишь моего собрата по несчастью, что встретил тебя на пути к твоему мёртвому другу? Так вот, превращение в бездумное существо тоже является возможным вариантом. А знаешь как он таким стал? Его свела с ума война, да и гниение в этих трущобах окончательно добило его дух, по итогу получилось то, что ты видела. Ты ведь не хочешь этого? – Нет, – ответила Рая пребывая в лёгком шоке. – Тогда начни думать, а не слепо следовать приказам, дура! – Я поняла, – пропищала фемма, вжавшись в стену от резкого рыка собеседника. Мех отошёл на несколько шагов назад. – Ну и где твоя бойкость? – иронизируя спросил арахнид. – Ты хотя бы что-то поняла или всё мимо аудиосенсоров пролетело? – Мне все понятно, – последовал тихий ответ. Арахнид же что-то пробубнил, а затем подошёл к стене и облокотился на неё. – Пойми, я гнию здесь уже более сотни ворн. В таких условиях слишком скучно даже для меня, раньше хотя бы были живы несколько моих собратьев, которые обладали разумностью. Им удавалось разбавлять мой актив общением, а сейчас… – мех с ярко выраженной тоской в окулярах глянул в сторону выхода из грязного помещения. – Тебе просто нужен был собеседник, – неожиданно отозвалась разведчица. – У меня с этим тоже были проблемы, пока… – Да что ты говоришь. Не думал, что встречу разумного подобного мне, который прожил более сотни ворн в подземелье с кучей придурков за спиной, – оборвал автоботку мех. – Меня никто не замечал, все игнорировали, словно меня никогда не существовало… – погрузившись в воспоминания, начала рассказывать фемма, пока снова не была прервана арахнидом: – Вот только давай без откровений, терпеть их не могу. – Ты сам начал эту тему, – спокойно сказала Рая. – Кто же знал, что ты проникнешься… – Слушай, раз ты меня оставил в живых, да ещё и чему-то пытаешься обучить, хотя я никак не пойму зачем… Но не суть, прими тот факт, что тебе со мной общаться и если мы хотим наладить отношения, думаю, немного откровения решит эту проблему. Ты так не думаешь? – А ты оживилась. – Не считай меня слабой. – Да-да, ты была на поле боя и всё-такое, – съязвил мех. – Лучше углубись в рассказ о происходящем наверху. – Так ты не против? – Если это будет касаться общей обстановки на фронте, то да. – Начну с того, что я не была выдающимся воином, меня редко замечали и практически со мной не общались. Было очень непросто, но в итоге война сковала из меня ту ещё заразу… – Я попросил без соплей. – Да подожди ты, – нагло ответила автоботка. – В общем, я стала дерзкой, мерзкой и достаточно боевой, чтобы надрать бампер многим мехам, и на удивление, это принесло плоды. Представь какой была моя реакция, когда ко мне обратился сам Зета Прайм! – с большим энтузиазмом рассказывала разведчица. – Нет, не представляю, – послышалась раздражённая реплика арахнида. – Меня позвали не в какое-то там сборище, а в целый спецотряд! Радости мне было не занимать, вот только… Члены этого отряда были настолько больными, что моя дерзость и рядом не стояла. А особенно тот красный ублюдок, я бы его глоссу тогда натянула бы так, что… – Так, а ну хватит, договорились без излишних подробностей. – Знаешь, ты бы тоже злился, когда тебя по самый шлем обливают шлаком. – Буквально? Фемма возмущённо уставилась на арахнида, да так, что заставила того издать смешок. – Нет, но до этого вполне могло дойти. – То есть… – Нет же! Праймус, о чём ты вообще? – О том, как тебя облили шлаком, – уже не скрывая своего весёлого состояния ответил мех. – Вот встретил бы ты Рагнера, уже бы так не смеялся. А мне с этим чокнутым приходилось работать! – Рая поморщилась. – Он самый настоящий потрошитель, в одиночку уничтоживший не одну сотню десептиконов. Но ладно если бы он им и оставался в физическом плане, так нет, этот крылатый добрался и до процессоров вместе с аудиосенсорами. Его вокодер вообще не затыкался, а те словечки, что лились из него потоком, не одна масляная ванна не смоет, – не скрывая своего презрения, прошипела Рая. – Какие интересные у тебя были «напарники». Потрошитель, ублюдок… Уверен, что ты была связующем звеном всего отряда, – арахнид гадко улыбнулся. – Был один, то самое «звено компании». Единственный среди всех, кого я не ненавидела. А последний – вообще был лишён разумности, ну и сдох в итоге. А что стало с остальными – мне неизвестно. – А что произошло? – Десептиконы, – коротко пояснила разведчица. – Они атаковали мгновенно, захватили огромную территорию и убили нашего лидера – Зету Прайма. Мы чудом выжили в той бойне, до сих пор вспоминаю те события с ужасом, столько погибших… Нашему отряду удалось собрать выживших и дойти до соседней базы, где нам оказали посильную помощь, позже меня долго никуда не отправляли, а все члены группы разошлись кто куда. Только после того, как на пост главнокомандующего взошёл Оптимус Прайм, меня отправили к тебе в гости, – закончила свой монолог Рая и уткнулась взглядом на собеседника, ожидая от него хотя бы какой-нибудь реакции. – Что ж, значит твоя фракция сейчас приходит в себя после разгромного поражения, а твой «спецотряд» расформирован, прискорбно, – протянул мех. – Более ты мне ничего поведать не можешь, да? – Нет, – фемма отрицательно покачала шлемом. – Ну тогда поздравляю – ты стала бесполезной грудой металла. – Это значит, что мне конец? – поникла автоботка. – У меня к тебе вопрос, – резко спросил арахнид. – А? – удивлённо отреагировала Рая. – Ты можешь установить контакт с надёжным союзником, который бы не испугался несколько лишних конечностей за спиной? – Ты чего задумал? – Мне надоело здесь сидеть, а спутник в виде тебя мне очень сильно может помочь в путешествии по поверхности, но ещё нужен тот, кто может дать ресурсы, ты ведь определённо далеко в таком состоянии уйти не сможешь. Поняла к чему веду? Рая с шоком уставилась на меха. Вот чего она точно не ожидала, так это то, что ей дадут возможность выйти на волю. Конечно это не полная свобода, но уже что-то, да и если она свяжется с кем-нибудь из своих, то… – Эй, ты ещё тут? – А?.. Да, я жива, просто немного в шоке. В один момент ты меня кромсаешь, в другой уже разговариваешь, а сейчас предлагаешь выбраться наружу к моим союзникам... – Согласен, звучит безумно, но мне действительно надоело здесь торчать. Поэтому будь добра, не упусти шанс. – Мне нужно на поверхность, иначе установить связь не выйдет, – не задумываясь ответила Рая. Кто же на её месте будет растрачивать такую возможность просто так. Только лишённый процессора может поступить подобным образом, но не она. Такой шанс выпадает раз в активе, поэтому она обязана им воспользоваться. – Тогда собирайся. И кстати, надумаешь сделать что-то плохое по отношению ко мне… – Я не выживу, – закончила за него фразу разведчица. – Неплохо, быстро учишься. А теперь пошли, поверхность меня заждалась… – Подожди, раз мы с тобой познакомились, хоть имя своё скажи. Мех окинул её недовольным взглядом, но всё же ответил: – Айриш. – Какое непринуждённое имя… – протянула фемма. – Меня Рая зовут, – последовал воодушевлённый ответ. – Угу, – отстранённо отреагировал Айриш. – Слушай, мне нужно ещё провести тебя сквозь моих одичавших собратьев и сестёр, поэтому прекрати затягивать и пошли уже. А то действительно прикончу со зверским удовольствием. – Ладно! Только позволь немного настроиться… – Живо поднимай свой бампер, дряхлая консервная банка! – Да сейчас, не ори только. – Как же ты меня бесишь… – пробубнил мех и одним резким движением поднял на серво фемму, та от неожиданности вскрикнула, а когда поняла, что её в наглую закинули на плечевой сегмент, начала дёргаться, но один чёткий удар по шлему решил множество проблем. И последним, что услышала Рая перед тем как отключиться, был «трёхэтажный кибертронский» адресованный ей… *** Ух, процессор снова на пределе. Вот что я понял, когда очнулся. Ничего не соображаю, ловлю только глюки. Судя по всему, эта процедура с психо-кортикальным соединением окончательно добила мои нейронные цепи не оставив на них и намёка. Попытался включить окуляры, ибо тьма мне уже надоела, в ответ получил лишь ошибку. И так несколько раз, пока меня это окончательно не достало, и я перестал мучить свою оптику. Решил пробежаться по общей функциональности корпуса, но и тут провал. Он словно в другом измерении пребывает отдельно от меня. Ужас. Шоквейв ты чего со мной сделал, шлак однолинзовый? Чувство будто действительно лишился тела, остался лишь разум. Как выйти из этого состояния одному Праймусу известно. Не знаю сколько я времени здесь нахожусь, но меня это знатно стало раздражать. Перед окулярами бесконечный мрак и куча ошибок, корпус не ощущается, даже одно движения сделать не представляется возможным. Не представляю какого другим мехам, что пребывали в подобном состоянии, ведь оно реально бесит! Когда ты не можешь двигаться, вообще ничего не можешь сделать – это просто невыносимо. Вот чтобы так Шоквейв ты и сдыхал, медленно, мучительно и с нереальной болью. Вот сижу… или лежу? А не важно. В общем, уже сильно жалею о своём решении сдаться в плен. Я тут пережил столько, сколько за пять последних ворн своего актива не проживал. И пытки, крики, издевательства, получение хорошей порции ментальной взбучки. Ох, чует мой бампер, это далеко не всё, самое весёлое будет впереди, если доживу конечно же. Но сейчас не об этом. Нужно найти способ выбраться из этого омерзительного и беспомощного состояния, иначе точно заржавею и сдохну от того, что развалился на куски. Нет, такая смерть не по мне. Лучше на поле боя, в окружении тысяч мертвых десов и с родными мечами в манипуляторах, с насаженными шлемами Мегатрона и Шоквейва, ну и Старскрима, а ещё… Эх мечты, да и только. А вот как выбираться – не придумал. Странно вообще, корпуса не чувствую и ничего с этим поделать не могу, процессор гудит, а мыслительная деятельность не страдает. И при этом, словно я снова попал в своё сознание, когда тот злобный учёный начал выкачивать мою память. Всё абсолютно также, за исключением одного отличия – картинок нет. Возникает закономерный вопрос, что со мной творится? Ну не могу я так просто лишиться контроля над своим корпусом. Этому должна быть логичная причина. Возможно Шоквейв что-то изменил в психо-кортикальном соединение, и оно теперь так проходит? Думай Рагнр, думай!.. Ай, шлак! Больно же! Какого квинта это было? Меня пробило разрядом электричества и… – С возвращением, – послышался ехидный высокий голос. И в тот же момент корпус резко ожил. Посыпались различные ошибки, куча пакетов данных. Гул процессора превратился в ноющую боль, а ощущения, что передавали чувствительные датчики процессору, окончательно добили моё сознание. Выражение «купаться в страданиях» приобрело реальный характер. – Эй, оживай, консервная банка, – постучали мне по шлему. Сейчас бы я твои манипуляторы тебе бы засунул так далеко в приемник, что... Неважно, эта тварь крылатая рано или поздно своего получит, все равно мое состояние не позволяет что-либо сейчас предпринять. Захотелось ответить, но не вышло. Я даже глоссой подвигать толком не смог, чего уж говорить о целой фразе. О, оптика заработала. – Так-так, всё-таки живой, – нависла надо мной морда «мегатроновской» подстилки. – Радуйся, мы тебя от лап Великой искры спасли, так что я жду благодарности… – Твоё эго… – не успел я договорить, как процессор словно насквозь прострелило. – Что-что? А ну повтори, а то тебя не слышно, – пропел радостно Старскрим. — Перестань докучать, Старскрим. Пленный только что пришёл в себя, дай ему время, – пробасил рядом стоявший мех. – У него его было достаточно. А теперь, где моё спасибо? – По-да.. вись им, – да что с моим корпусом? Вокалайзер тоже решил взять перерыв... – Похоже, ты его не до конца починил, Шоквейв. Или же он настолько отупел, что… – Нет, ему нужно время на восстановление и калибровку всех систем. Ремонт нейронных цепей и самого процессора тонкая операция, пациентам всегда необходим срок для полной реабилитации, а если ты продолжишь к нему лезть, то мои усилия будут потрачены зря. Не думаю, что Лорду Мегатрону это понравится, поэтому советую успокоиться, Старскрим. – Пф, – фыркнул сикер. – Этот кусок отходов меня докучал, теперь настала моя очередь, – нагло ткнул в меня Скрим. – Почувствуй насколько ты жалок, автошлак. Даже сказать ничего не можешь. А ещё называешься Палачом, такой мусорный и беспомощный. Тебя будто из… – Как за-п-пел... то. – А? Что прости? Тебя не слышно, говори чётче, слизняк. Вот прям просит познакомить его со своим серво и полом на котором он стоит. Как же мне безумно хочется это устроить, особенно скрутить его крылья в рулет... Заветная мечта, которой постараюсь достичь в ближайшее время, но сначала нужно прийти в себя, а то в таком состоянии далеко не уйдёшь, и тем более бампер надрать никому не смогу. Начну калибровку основных систем. Но вот беда, тут столько ошибок, мой процессор рвётся от них на куски, так что придётся потратить гораздо больше времени. Печально. – Не долго он говорил. – Старскрим, будь разумнее. Поиграешь с ним позже, а сейчас попрошу тебя оставить нас, мне ещё предстоит много работы, а ты – мешающий фактор. – Мешающий фактор? А ты не слишком много… – Заткнись уже, – о, у меня получилось! А Старскрима аж передёрнуло, какой удачный момент, пожалуй, эту физиономию я себе сохраню… – Я вырву твою глоссу и тебе же её скормлю! – яростно взревел сикер, резко переводя взгляд алой оптики на меня. – Старскрим, не заставляй применять силу. – Ладно! Я ухожу, но когда я вернусь… – договорить ему было не суждено, так как Шоквейв взял его за шкирку и потащил на выход из помещения, которое, судя по всему, было его лабораторией. Послышался скрежет металла, крики сикера в мой адрес и тому подобное. В общем, Старскрима нагло вышвырнули. И главное – заслуженно! – Более не советую с ним переговариваться, если не хочешь лишних проблем, – наставительно проговорил учёный. Мне в ответ оставалось только молчать. Не хотелось лишний раз напрягать и так пострадавший вокодер, который почему-то начал буквально гореть, как будто по нему струя пламени прошлась. – Твой контроль над корпусом сейчас сильно нарушен, поэтому воздержись от излишних действий, иначе не восстановишься, – предупредил десептикон. – Ты… – да чтоб тебя, как же это больно! Противный вокодер. – Я же сказал – лежи и ничего не делай. – Мой про-цес-с-с-ор… – шлак! Я сейчас вырву вокалайзер со всеми потрохами! – Процессор? – непонимающе уставился на меня Шоквейв. – В данный момент твой процессор находится в удовлетворительном состоянии, но после операции могут проявляться неблагоприятные последствия, поэтому, повторяю, не рекомендую что-либо делать. Твоё общее состояние и так шаткое, не ухудшай его. Прекрасно, просто великолепно. Меня окончательно превратили в инвалида. И что теперь делать, ждать? Или попытаться сделать хоть что-то? Главный вопрос, что я сейчас вообще способен сделать? Мой контроль над корпусом ограничивается почти мёртвыми движениями окуляров и попытками сказать цельные слова. О манипуляторах и сервоприводах говорить нечего. Фактически, я живой труп. Чисто физически ничего не могу предпринять. По крайней мере, не в этот раз. Но кое-что я всё-таки хочу узнать… – Зач-ч-чем я вам? – великий энергокуб, у меня вышло! Вот до чего дошло, радуюсь тому, что просто сказал целую фразу. – Нелогичный ход, автобот. Я же сказал перестать предпринимать попытки себе вредить. – От-т-тветь. Но Шоквейв только смерил меня мрачном взглядом и продолжил что-то нажимать на голотерминале. Вот зараза. Адекватно ведь спросил, при этом столько сил потратил, неужели так сложно ответить? Стоп, я забыл про один важный момент, у меня имеются воспоминания Шоквейва, возможно там мне удастся узнать правду, касательно меня. Пора начинать штурм многострадального процессора, надеюсь, выживу… *** Я… о Праймус. Сколько я времени провёл рыская по задворкам памяти – не знаю. Явно достаточно, чтобы Шоквейв покинул меня, в этом я убедился, когда включил оптику и каким-то чудом покрутив шлемом, никого не заметил. Ничего сверхполезного я так и не заимел, получив некоторую память Шоквейва. То есть она в большинстве случаев оказалась ненужной. Получается, просто угробил время впустую. Из приятного только несколько координат десептиконовских баз, неполноценные эксперименты с тёмным энергоном, и куча информации которая никак мне помочь не может, я ведь не учёный. В общем, сплошной мусор. А была надежда на обратный исход, но удача снова не на моей стороне, к сожалению. Ну, зато калибровка всех систем прошла успешно, теперь я не инвалид на все сто процентов, а лишь на пятьдесят. Похоже, Шоквейв не особо церемонился с моим ремонтом, потому что множество контактов повреждено и процессор имеет частичные повреждения, вот поэтому он так и гудит. Контроль над корпусом вернулся, жаль, что не в полном объёме, множество систем всё равно остаются сами по себе, но основной функционал при мне. Общее состояние корпуса находится в пределах допустимого, целых сорок пять процентов. Возможностей не так много, однако это гораздо лучше, чем было до этого. А тогда я вообще толком ничего не мог сделать, так что пойдёт. Боевой потенциал на порядок ниже, лишь двадцать три процента из сотни. Оружия нет, энергон тоже на исходе, навигация хромает, одним словом – я не боец в данный момент. Нужны ресурсы, чтобы вернуть корпусу допустимый функционал для сражений, иначе помру раньше положенного срока. Вопрос, а где мне их взять? Я связан, повсюду десы – шансы минимальны. Остаётся ждать момента, когда мои враги допустят ошибку. А пока, думаю, стоит лежать смирно и экономить энергон. В следующий момент внезапно послышался звук открывания двери. Я мигом среагировал и повернул шлем в нужную сторону… – Вижу наш пациент в активе, – сказал неизвестный красный мех. Корпус чистый, аж блестит, плавные изгибы, средний рост, примерно метров шесть. Явно не воин, слишком опрятный, ставлю сверхзаряженное, что это какой-нибудь местный медик или что-то в этом роде, может ассистент Шоквейва. – А ты красавец, – козырнул мне мех. – Ты ещё… – опять? Вокодер, да ты издеваешься! – Вокодер барахлит? Ну ничего, его мы тоже тебе поправим. – Чего? – Говорю, что я твой новый персональный врач, – с сарказмом ответил десептикон, а затем направился к голотерминалу. – А ты значит тот самый Палач, что кромсал моих союзников сотнями? – А? – Забудь, мне на них всё равно, все были теми ещё подонками… А он в карман за словом не лезет. Сразу видно, трансформер не скован моральными принципами, точно врач, причем десептикон. – И чего? – вокалайзер снова «прожгло». – Я вот что тебе скажу, если ты надумаешь встать на нашу сторону, поверь, бить никто не будет за то, что ты когда-то кого-то там прирезал... – Это шутка такая? – Забудь, – пренебрежительно махнул манипулятором доктор. – А Шоквейв правду говорил, что тебе нужен добротный ремонт, – просвистел мех. – Клапаны повреждены, топливная система вообще не пойми что пережила. Праймус, как ты выжил в таком состоянии? – Не знаю, – сухо ответил я, не понимая, что творится. А тут попробуй понять. Приходит какой-то «врач», говорит сейчас починит меня, при этом знает кто перед ним, скольких прикончил и всё равно продолжает держать стальную мину на фейсе. Честно, я немного растерян. – Н-да… Придётся потратить на тебя больше времени чем планировал. – Ага… Тут дверь снова раскрылась и оттуда послышались тяжёлые шаги. Похоже, хозяин лаборатории объявился. – Нокаут, ты уже осмотрел автобота? – обратился учёный к красному меху. – Нет, я только что пришёл. Но то что я уже увидел, вполне хватает. Мне потребуется немного больше времени. – Оборудование имеется, приступай как можно раньше. – Как скажешь, вот только позволь задать один вопрос. – Что? – Почему ты его сам не починишь? – а ведь и вправду, почему Шоквейв сам не доделает начатое? – У меня много других дел, а провести ремонт может медицинский персонал, поэтому займись делом. Как элегантно он парировал. – Ну тогда начну… И в следующий миг, корпус пронзил лёгкий разряд электричества и окуляры окутала так надоевшая мне тьма… *** – Владыка, мы готовы приступать, – отчитался перед только что прибывшим Мегатроном Шоквейв. – Тогда пора начинать, – ответил бывший гладиатор, а учёный мигом стал проделывать необходимые манипуляции. Прошло уже более двух орн, как Рагнера привели в благоприятное состояние. Доктору пришлось сильно постараться, чтобы починить автобота, но Нокаут не был бы Нокаутом, если бы не смог выполнить свою работу как нужно. Этот медик способен на очень многое и поднимать на серво трупы, входит в его способности. Умелый врач, один из немногих кто осмелится соревноваться в умении лечить с Рэтчетом. Буквально несколько циклов назад в Каон вернулся Мегатрон. Автоботы смогли отстроить мощную оборону, поэтому в ближайшее время продавить её не выйдет. Именно по причине затяжных боёв, предводитель фиолетового знака вернулся в Каон, чтобы раз и навсегда решить одну проблему имя которой – Рагнр. Этот мех до сих пор жив, а значит можно было приступить к заключительному экспериментальному этапу. Автобот упрям и так просто к десептиконам он не перейдёт, нужно было использовать нестандартный метод. Привлечение Саундвейва вряд ли бы дало нужный эффект, так как он способен изменять память, а мнемохирургов не осталось, остаётся только один очень рискованный вариант, который может сделать Рагнера верным палачом, но в то же время может превратить его во что-то неизвестное, либо в труп, либо в бездумное существо… – Начинаю вводить тёмный энергон, – доложил учёный. Тем временем, на платформе лежал скованный Рагнр, в окулярах которого творился сущий хаос. Да, как ни странно он был сознании. Его грызло чувство самосохранения, ведь ему в корпус вливают какую-то дрянь, уничтожившую практически всех, кто входил с ней в физический контакт. Лишь Мегатрону удалось подчинить её и благодаря этому десептиконы могли ей пользоваться, но что будет с ним? Ведь никто, судя по всему, не планирует ему помогать, а это бесило и порождало гнев, который питал его искру и проявлял неимоверное желание всех порвать до такой степени, чтобы остались только болты да гайки. И вот две стороны столкнулись и ни одна из них не могла взять верх, лишь холодный разум не давал пасть в пучину эмоций. Но и он дал трещину, когда по корпусу начал разливаться тёмный энергон… – Состояние стабильное, никаких нарушений. Внезапно автобот задёргался в конвульсиях, но приборы продолжали молчать, ведь на них не было никаких критических показателей, только то, что циркуляция энергона по топливной системе на наноклик совсем остановилась, но в тот же момент продолжилась. Мегатрон почувствовал, как тёмный энергон разливался по энергомагистралям автобота. Рагнр же испытывал далеко не радужные ощущения. Корпус весь горел, процессор выдавал тонны ошибок, перед оптикой всё плыло, а новое чувство чего-то чужеродного напрягало. Он уже продумал сотню вариантов как мог бы поступить в тот клик, когда принимал решение сдаться в плен. Даже гнев утих на фоне невыносимой боли, было только одно желание, вырвать себе искру и покончить с этим… – Тёмный энергон распространился по всему корпусу. Состояние по-прежнему в пределах нормы. – Мегатрон… Я порву тебя! – прорычал сикер. – А ну выведи эту дрянь из меня, иначе я вас всех нашинкую прямо здесь и сейчас! – Ну-ну, уймись, Рагнр. Тебе ещё только предстоит понять природу тёмного энергона. И поверь, когда ты поймёшь, что я дал тебе, твоё решение быстро изменится. – К тому времени о тебе уже никто не вспомнит! – гневался автобот. – Раз так, то пришло время усмирить твою заносчивость, – угрожающе ответил Мегатрон, а затем начал проделывать ментальные манипуляции, что делал до этого не один раз. Во время них всегда нужно держать эмоции под контролем, любой просчёт может стоить хорошего результата, а продавить волю такого меха требует ещё больших усилий, ведь тот доказал, что сдаваться он не собирается. И вот сейчас происходила борьба двух совершенно разных личностей, один – великий стратег и воин, другой – убийца, которого ничего не сдерживает. Оба очень сильны, но у бывшего гладиатора был козырь – его опыт, что позволял творить невозможное… Шоквейв, наблюдавший за всем со стороны, до сих пор пытался логически объяснить все процессы, связанные с тёмным энергоном. Но это никак не выходило. Кровь Юникрона обладала свойствами, что не подчинялись законам логики, а значит искать в ней что-то логичное – глупо, поэтому учёному оставалось ждать, когда его Владыка закончит со всеми делами. Обычно у него это занимало около клика, однако сейчас Мегатрон стоял как вкопанный уже на протяжение двух кликов, в два раза больше обычного. Шоквейв начал соображать, что же могло задержать Лорда. Но додумать ему не дал, внезапно упавший на одно колено Владыка. – Лорд Мегатрон, – моментально отреагировал учёный. А главнокомандующий схватился за шлем и стал сверлить взглядом пол. – Он… Оказался не так прост, как я думал… – устало проговорил бывший гладиатор. – Вам не удалось? – Удалось, но не полностью… – Мегатрон тяжело поднялся на серво. – Следи за ним, Шоквейв, и докладывай мне обо всём. Я хочу знать каждую маленькую деталь того, как подействовал тёмный энергон. – Как прикажете, Владыка, – смиренно склонил шлем учёный. Мегатрон же окинул мрачным взглядом лежавшего на платформе Рагнера и поспешил покинуть комнату. После всей процедуры требовалось как следует отдохнуть, хотя бы пару циклов оффлайна просто необходимы. С такими мыслями Мегатрон направился в свои покои… В тот же момент в лаборатории, Шоквейв игрался в гляделки с пришедшим в себя автоботом… – И долго ты на меня будешь глядеть? А, однолинзовый? – Ты изменился. – Конечно, вы ведь влили в меня ту штуку, которая убивает вообще-то. Как думаешь, сколько мне осталось? Предполагаю, что максимум орн. – Процент возможной смерти минимальный, паника неуместна. – Ну спасибо, утешил, – Рагнр покачал шлемом, а затем уставился снова на Шоквейва своей оптикой… фиолетовой оптикой. – Мегатрон устроил хороший штурм моего процессора, ты не представляешь насколько мне было мерзко. Но это был полезный опыт, и поверь, подобного я более не допущу, – окуляры автобота засияли ярче. Учёному это не понравилось и приборам тоже, те начали пищать, предупреждая о нестабильности пленного. – Сломать меня решили, неудачная идея. – Значит, Лорду Мегатрону не удалось… – Нет, ему удалось, но не так как он хотел. Поэтому… Договорить Рагнеру не дали, Шоквейв пронзил того сильным разрядом электричества, моментально вырубая. Десептикон понял – автобот стал опаснее, тёмный энергон и так непредсказуемая субстанция, что он сделает с таким трансформером как Рагнр, известно одному Юникрону. Мегатрон не смог захватить его полностью, это учёный сразу сообразил. Они создали то, чего не должны были создавать, Палач напитанный тёмным энергоном. Звучит очень нехорошо, и возникал закономерный вопрос, что теперь будет, полный порядок или новая катастрофа мирового масштаба? На это Шоквейв не имел ответа, поэтому сейчас он направит все свои силы, чтобы сдержать семя хаоса, иначе Кибертрон погрузится в ещё большую тьму…