Семья Лукашенко к вашим услугам!

Звук открывающейся входной двери донёсся даже до второго этажа, где в этот момент мирно спала Настя, отчего та, резко распахнув глаза, мигом поднялась с кровати и приняла сидячее положение, чувствуя зарождающуюся в душе панику. Что за чертовщина? Кто открыл дверь? Кто пробрался в дом? Это что, грабители? Но что им нужно? Эти и множество других подобных вопросов раздались в голове Насти, пока та, приложив ладонь ко лбу, тяжело дышала и никак не решалась посмотреть на того, кто проник в их обитель. Чёрт, и почему подобная дрянь происходит именно тогда, когда Коли нет дома?! Ох уж эти его хоккейные сборы, будь они неладны! Ведь если сейчас выяснится, что это и правда посторонние, то не факт, что Николай вернётся к живой семье! Но Настя, тряхнув головой и откинув от себя эту ужасную мысль, всё же нашла в себе силы встать и посмотреть, кого же там принесла нелёгкая. Аккуратно накинув себе на плечи Колину тёплую кофту (так как в доме было довольно прохладно) и обув на ноги тапочки, она, сжимая в руке первую попавшуюся острую вещь, которой оказались маникюрные ножницы, неспеша спускалась по лестнице вниз, не забывая поглядывать на первый этаж и пытаясь высмотреть там чужаков. Но увидев, что на этаже никого нет, она замерла в удивлении и покосилась по сторонам. Что происходит? У неё что, уже галлюцинации начались? Постояв в лёгком шоке ещё пару минут, она-таки не решилась сдавать позиции и всё же спустилась окончательно, на всякий случай оглядываясь в разные стороны. А то мало ли, вдруг они просто притаились где-нибудь в укромном уголке и только и ждут того момента, пока она потеряет бдительность, чтобы напасть и… — Насть, ты чего не спишь? — внезапно раздавшийся голос Коли напугал Настю, и та, вскрикнув, сильнее вцепилась в ножницы и мигом выставила их перед собой, со страхом смотря на ошарашенного мужа. Тот удивлённо переводил взгляд с ножниц на неё и еле-еле удерживал в себе смех. — Я, конечно, знал, что ты у меня та ещё защитница, но не настолько, что готова убить своего же мужа, — хохотнул он, глядя на то, как она опускает холодное оружие вниз и в ошеломлении смотрит на него. — Ты… Ты что тут делаешь? — тихо спросила она, всё ещё не веря в то, что перед ней стоит именно Коля. Не какой-то там грабитель или бандит, а её любимый и единственный Коля. Мужчина скептически поднял бровь и хмыкнул, поражаясь столь глупому вопросу жены. — Действительно, что же я могу делать у себя дома? Не знаю даже, Насть, наверное живу, — пожал плечами он, смотря на Настю с неподдельной насмешкой. Женщина выдохнула и провела ладонью по своей щеке, отводя взгляд куда-то в сторону ковра, лежащего на полу. — Нет, ты не так меня понял. Ты ведь был на сборах, разве нет? — вновь задала вопрос она, а он фыркнул. Она что, издевается над ним? — Насть, у тебя с утра мозг вообще не работает что ли? Я ведь вчера днём тебе написал и сказал, что утром уже буду дома, — он чуть нахмурился. — Ты меня не поняла или что? Настя тяжело вздохнула и, прикрыв ладонями лицо, уткнулась в них и что-то жалобно промычала. Глупая, глупая, какая же она глупая! Как можно было спутать Колю, своего собственного Колю, с каким-то хулиганами и разбойниками? Феноменально, просто феноменально! Коля же, видя состояние жены, по-доброму усмехнулся и, подойдя к ней, потянул её на себя и в ту же минуту крепко обнял, зарываясь носом в её волосы и полной грудью вдыхая столь приятный и родной ему запах. Боже, он не видел её всего лишь неделю, а такое ощущение, что прошёл целый месяц с того момента, как он уехал на сборы! Почувствовав, что её обнимают, Настя расплылась в улыбке и, приподнявшись на носочки, обвила свои тоненькие руки вокруг его шеи и со всей силы обняла мужа, так как просто до невозможности соскучилась. — Я очень соскучилась, — пролепетала она, утыкаясь носом в шею супруга и ощущая на ней нотки его одеколона, который она дарила ему на прошлый юбилей. Коля улыбнулся краем рта и крепче прижал к себе Настю. — Я тоже скучал, маленькая, — Настя издала тихий смешок, и Коля ощутил, как она оставляет на его шее короткий и быстрый поцелуй. Осознав, что ему явно мало, он хитро сверкнул глазами и молниеносно подхватил её на руки, а затем понёс в зал, пока она хихикала и пыталась вырваться, шепча что-то про то, что ей надо доспать свои законные два часа до будильника, на что Коля лишь отрицательно помотал головой и повалил её на диван, а сам плюхнулся рядом и елейно проговорил: — Вот пока всего меня не зацелуешь — не отпущу, — Настя в шутку закатила глаза и рассмеялась, а затем забралась на него сверху и удобно расположилась всем телом на нём. Она вновь обняла его руками за шею, но теперь уже прильнула своими губами к его, ведь сколько бы она не противилась и не говорила, что не хочет, всё равно прекрасно понимала, что ей действительно не хватало Коли и что сейчас нужно понемногу навёрстывать время, которое они провели по раздельности. Сам же Николай, довольно улыбнувшись сквозь поцелуй, опустил свои руки на Настину талию и немного сжал её, а после углубил поцелуй. Долго они не процеловались, поскольку их прервал звонящий телефон Коли. Нехотя отстранившись друг от друга, Настя легла головой на его грудь и что-то обиженно пробубнила, а Коля достал мобильник из кармана джинсов и ответил на звонок, с короткой улыбкой поглядывая на возмущённую мордашку жены. Завершив разговор, Николай убрал телефон от уха, скинул вызов и отбросил гаджет в сторону, подтягивая Настю ближе к себе. — Кто звонил? — поинтересовалась она, склоняя голову набок. — Мама. Спросила, как я доехал и как я себя чувствую, — ответил он, рассматривая черты лица супруги. — И тебе, кстати, передавала привет. — Ей тоже. Мы с ней вчера вечером разговаривали, она говорила, что постарается на выходных к нам заехать. По Димке с Леркой истосковалась, хочет их увидеть, да и заодно нас с тобой проведает, — кротко усмехнулась Настя. Коля утвердительно покивал головой, а затем уже намеревался вновь слиться с Настей в поцелуе, но та ловко преградила ему путь, положив свой палец на его губы. Он непонимающе нахмурился, смотря то на палец, то на хитро улыбающуюся Настю. — Э, нет, мой дорогой, так дело не пойдёт. Ты уж извини, но мне нужно собираться на работу и детям завтрак готовить, а с тобой я только время теряю, — мужчина возмутился: — Ты говорила, что у тебя есть ещё два часа! — Два часа — это очень мало, Лукашенко, и тебе ли об этом не знать, — просто пожала плечами она, поднимаясь с его крепкого тела и опускаясь на пол, — так что, родной, прости, но дела не ждут, — гордо усмехнулась она, поправляя на себе малость помятую мужскую кофту, и направилась к выходу из зала, слыша себе в спину недовольное: — Ты такая обломщица, Орлова, — она обернулась, встретившись с хмурым взглядом мужа, и сверкнула одной из своих самых ослепительных улыбок. — Уже не Орлова, а Лукашенко, если что, — и, после этих слов, покинула комнату, а Коля откинулся головой на подушку, лежащую на ручке дивана, и, подумав о чём-то своём, усмехнулся. «Ты такая засранка, Настя, но зато моя» — промелькнуло у него в мыслях, и он, улыбнувшись этой фразе, перевернулся на бок и, прикрыв глаза, задремал, пока жена на кухне колдовала над завтраком для себя и детей. Он, наконец-то, был дома. А это — самое главное.