Удачная покупка.

POV Кенсу. Стоять полуголым на высоком подиуме в борделе, где на тебя смотрят около сорока человек – самое неблагодарное дело, ведь кроме пошлых шуток и предложений ничего не услышишь. Тишину нарушает лишь томный, едкий взгляд из-под опущенных ресниц незнакомого парня. На меня смотрят и другие люди, но этот брюнет выделялся из всей этой толпы своей внешностью. Скромная улыбка вот уже целый час покоится на моих губах, которая так не уместна в данный момент. Я чувствую, как меня ощупывают глазами, ища что-то, за что можно зацепиться, и, видимо, находят, так как высокий брюнет легко поднимается с кожаного дивана и подходит ко мне. Он извиняющее смотрит на меня, а после я чувствую, как его сильная ладонь начинает гладить ключицы, потом переходит на соски, слегка сжимая их, а вторая рука уже давно исследует мой член. Кислород под этими ласками больше не хочет поступать в лёгкие, но я покорно продолжаю стоять на подиуме, в то время как брюнет грубо лапал меня, требовательно смотря мне в глаза. Когда парень сжал мою ягодицу, из моей груди вырвался стон, от которого мне стало противно. В зале зааплодировали и до моего, уже возбуждённого, сознания донеслись пошлые слова и улюлюканья. Стыд захватил меня в плен, окрашивая румянцем щёки. А парень всё продолжал трогать меня, всё так же требовательно смотря мне в глаза. - Пожалуйста, прекрати. – Непозволительная просьба сама вырвалась из моих уст. Я сжался, в ожидании удара, ведь нельзя указывать и о чём-либо просить потенциальных покупателей. Хотелось закрыть лицо руками, но они были туго связаны и подняты вверх. - Я беру его. – Слегка грубоватый голос лапающего меня парня раздался в тишине. Страх снова обуял моё сознание. Конечно, мне хотелось, наконец, выбраться из этого борделя, но мне совсем не хотелось жить в доме незнакомого человека на правах шлюхи. Извините, я ошибся - я не шлюха, а элитная проститутка, но, несмотря на это, я до сих пор оставался девственником. Спросите, как? Тогда я отвечу, что, в отличие от остальных, сюда я пришёл добровольно, и весь год моего пребывания в борделе меня ни разу не продавали. Не думайте, меня много раз выставляли на аукцион, но только в качестве украшения, не больше. Но сегодня, меня готовы продать за большие деньги. Знаете, восемнадцатилетние девственники с хорошим голосом и красивым лицом очень высоко ценятся. А брюнет всё продолжал меня разглядывать, но теперь он успокаивающе улыбался. К нам подошёл служитель борделя и освободили мои руки от верёвок, а парень, который хочет купить меня, тут же взял меня за онемевшую ладонь. Моё тело уже во всю била крупная дрожь страха, но мой новый хозяин переплёл наши пальцы и сжал их. - Не бойся, скоро мы приедем домой, и ты сможешь отдохнуть. – Тёплая улыбка тронула его чуть полные губы. – Меня зовут Джонин. А тебя? - Называйте как угодно, хозяин. – Целый год меня учили, как правильно нужно разговаривать с покупателем, и сейчас я лихорадочно вспоминал эти уроки. - Хозяин? – Джонин удивлённо поднял брови. – Не называй меня так, у меня есть имя. За разговором я не заметил, как к нам подошёл пожилой, статный мужчина – владелец борделя. - Здравствуйте, меня зовут ЛиМан. – Он вежливо поклонился Джонину. – Мне передали, что вы хотите купить лот №41? Хочу напомнить, что аукцион начнётся только через сорок минут, и только там вы сможете приобрести себе этот лот. А сейчас, пройдите на своё место. - Знаю. – Брюнет кивнул. - Вы не волнуйтесь, деньги у меня есть, но я хочу сейчас забрать парня. Я готов заплатить вам любую сумму, которую вы назовёте. Мужчина лишь удивлённо кивнул на слова Джонина и жестом показал следовать за ним. *** Сидя на диване в личном кабинете ЛиМана, я исподтишка разглядывал моего хозяина. Он очень красив, но я продолжал его бояться, ведь красота – не признак доброты. Мне нередко приходилось видеть в борделе красивых людей, но все они оказывались лишь говном в красивом теле. Глаза начали слипаться, но я упорно продолжал смотреть на парня, который в данный момент подписывал документы, что бы купить меня. Нет, он точно извращенец. Я просто не понимаю, зачем красивому, богатому, молодому парню понадобилась личная проститутка из борделя? Да нет, я, конечно, понимаю, зачем он меня покупает, но у меня просто не укладывалось в голове, что Джонин, такой приличный на вид парень, изъявил надобность в проститутке. Я больше чем уверен – он может найти себе парня, который позволит делать с ним что угодно за бесплатно, тогда зачем он берёт меня? Я бы понял, если бы он оплатил ЛиМану только ночь со мной, но вот покупка… Это же надо меня кормить, одевать, содержать и многое другое. Зачем ему такие хлопоты? А если я надоем Джонину, и он меня выкинет на улицу? Что тогда? Возвращаться обратно в бордель? Усталость заставила моё тело расслабиться, и я с удовольствием вытянулся на диване под недовольные взгляды ЛиМана. Сон подкрался неожиданно, вот ещё минуту назад я рассматривал Джонина, а сейчас уже мирно проваливаюсь в царство морфея. POV Джонин. Подписав все бумаги, заплатив крупную сумму денег, я готов был уже попрощаться с этим противным старикашкой, но мне не дали это сделать. - Ким Джонин, товар обмену и возврату не подлежит. Если он вам надоест, вы обязаны обеспечивать его до тех пор, пока он не сможет сам зарабатывать себе на жизнь. Если вы не захотите или по каким либо причинам не сможете заботиться и обеспечивать его, то лучше верните парня нам. Всё – таки это живой человек, а не игрушка. За непослушание хозяину, он обязан понести наказание. Его зовут Кенсу, но вы можете звать его как угодно. Вот, держите. – ЛиМан протянул мне паспорт парня и некоторые документы. – Всего доброго. Дежурная улыбка владельца борделя показала, что разговор окончен. Ну наконец – то! Повернувшись к парню, которого я только что купил, я хотел было окликнуть его и сказать, что мы идём домой, но брюнет спал, хмурясь во сне. Недолго думая, я подошёл к дивану и подхватил Кенсу на руки. Меня поразило, что парень оказался очень хрупким и лёгким. Белая кожа буквально обтягивала кости брюнета, но от этого во мне появилось желание защищать Кенсу, заботиться, но я знал, что это невозможно. В бордель я пришёл специально, что бы купить какого – нибудь красивого мальчика. Дело в том, что скоро у моего конкурента по работе день рождение, я знал, что у него есть слабость – молодые мальчики, которые согласны на всё и везде. Я занимаюсь добычей драгоценных камней. У меня есть несколько алмазных шахт в Якутии, от которых я получаю огромную прибыль. Так что купить Кенсу для меня не составило никакого материального труда. Этот парень всего лишь подарок, но бешеное сердцебиение говорило о другом. POV Кенсу. Просыпаться очень не хотелось – я не хотел снова видеть эти белые стены борделя, парней и девушек, которых принуждают спать с богатыми людьми; слышать пошлые шутки работников борделя; каждый день подвергаться наказаниям в виде побоев, голодовки, лишения воды на день; бояться, что ночью за тобой придут, что бы изнасиловать… Но вечный страх оказаться на улице совершенно одному и без денег, не давал мне даже думать о побеге из этого ужасного места. Но как бы я не не хотел просыпаться, мне всё таки придётся это сделать. Если я сам не открою глаза, то ко мне придут и насильно поднимут с кровати, а дальше последует наказание… Вздрогнув, я резко распахнул глаза. - С добрым утром. – До боли знакомый голос напугал меня и я упал с кровати. POV Джонин. Донеся тело парня до своего дома, я уже мысленно попрощался с ним, ведь завтра я должен подарить его. Но едкие, разрывающие мозг мысли не давали мне покоя. Зная Криса, я уверен, что он в первый же день так изнасилует Кенсу, что тот неделю встать не сможет, но на этом всё не закончится. Такой секс марафон будет происходить каждый день по нескольку раз и, не исключено, что Крис позовёт друзей и позволит им позабавиться с его новой игрушкой. Но с этим ничего не поделаешь. Мне до безумия жалко Кенсу, но я его уже купил для определённой цели и цель эта – ублажать Криса. Положив такое хрупкое тело парня на свою широкую и мягкую кровать, я не мог не залюбоваться им. Кенсу был до безумия красив, только худоват, его бы откормить, но за один день я вряд ли это смогу сделать. Надеюсь, Крис сделает это за меня. Хотя, я не уверен. Я вздохнул с сожалением – жалко парня. Кенсу спал, покусывая пухлые губы. А я думал. Думал о том, что негоже дарить подарок без упаковки – надо купить парню нормальную одежду. *** Через три часа одежда был куплена и я уставший ехал домой. Сидя в дорогой машине, я ловил через тонированные стёкла завистливые взгляды прохожих. Некоторые провожали мой автомобиль с ненавистью, а некоторые с восхищением. Я уверен, многие хотят иметь много денег, большой дом, служанок, но самое главное – чувствовать, что им завидуют. Да, зависть – основа жизни. Ради этого люди усердно работают, копят деньги и покупают безумно дорогие, но бесполезные вещи только для того, что бы иметь что – то, чтобы им завидовали. Для этого они живут. Каждому хочется ловить на себе восхищенные взгляды прохожих, слушать от них комплименты, знать, что ты лучше их. Но они даже не догадываются – деньги это всего лишь крашеная бумага, которая ни какой ценности не представляет, а только портит жизнь. Я раньше тоже не подозревал об этом, думал, что имея много денег, тебе в придачу достанется счастье. Но я ошибся. Заработав первый миллион, я был по – настоящему счастлив, но потом, когда мой капитал перевалил за двадцать миллионов долларов, я осознал – крашенная бумага разрушила мою жизнь. Почти все мои друзья дружат не со мной, а с моими деньгами. Моя бывшая девушка любила меня только из-за денег. И знаете, эта была самая чистая любовь в её жизни: она так сильно любила эту бумагу, что ради неё делала всё, что я захочу. Когда я жил в деревянном доме, когда вкалывал с четырнадцати лет по двенадцать часов в день на заводе, когда не задумывался, что мне одеть (у меня было не так много вещей чтобы выбирать), я был намного счастливее, чем сейчас. Но, к сожалению, я богат. Потратив один раз приличную сумму денег больше нельзя остановиться. Но потом, когда у тебя есть всё, тебе уже ничего не надо – теряется смысл жизни и к вам в гости приходит депрессия. Единственное, что ты можешь делать – это натягивать дружелюбие на лицо на очередном светском мероприятии, что бы заработать ещё Депрессия это единственный настоящий друг, которому можно довериться. Но, Кенсу беден, разве он счастлив? Нет. Счастье – это свобода, которая нет ни у меня, ни у Кенсу. В этом мы похожи. *** Зайдя в дом, я сразу направился к себе в спальню, что бы проверить, не сбежал ли Кенсу. Втайне от самого себя, я надеялся на это, но, залетев в комнату, я увидел мирно посапывающего брюнета. Я вздохнул то ли с облегчением, то ли с сожалением. Парень задёргался во сне и что – то простонал, хватаясь тонкими пальцами за одеяло. Потом, он резко распахнул глаза и боязливо уставился в потолок. - С добрым утром. – Хотелось, что бы парень, наконец, обратил на меня внимание, и у меня это получилось – от испуга он упал с кровати. – Ты не ушибся? Подбежав к Кенсу, я помог ему подняться. А потом я понял всю глупость своего вопроса. На теле Кенсу было множество ран, которые кровоточили, а некоторые даже пульсировали. Готов поспорить, что он чувствует сейчас неимоверную боль и лёгкого ушиба от того, что он упал с кровати, Кенсу даже не почувствовал. - Нет. Всё в порядке. – Брюнет потупил глаза и опустил взгляд в пол. Его щёки залились румянцем. От этой милой, но душераздирающей картины, я готов был сбежать, но только что бы не чувствовать то, что чувствую к Кенсу. А именно жалость. Жалость – самое противное и ужасное чувство, на которое только способен человек. Из – за жалости мы готовы пойти на самые необдуманные поступки, но именно из – за неё человечество до сих пор не вымерло. Тишину нарушило урчание в животе Кенсу, отчего он покраснел ещё больше. - Пошли на кухню. Я скажу поварихе, что бы она приготовила тебе что – нибудь поесть. - Спасибо, хозяин. – Брюнет поклонился и боязливо взглянул на меня. Я грубо толкнул парня в плечо. Не люблю, когда проявляют передо мной слабость или страх. Это ужасно, когда молодой парень, у которого есть две ноги, две руки, который ни чем не болен, унижается перед тобой. Если бы Кенсу сейчас толкнул меня в ответ или ударил, я бы понял. Понял, и даже и не подумал бы дарить его Крису. Ведь, пока человек не смирился со своим положением, он живёт. А когда принимает всё, что с ним не делали бы – он умер. Но он промолчал, а значит смирился, а значит умер. *** POV Кенсу. Джонин оказался хорошим хозяином. По крайне мере он не бил меня, кормил, и купил новую одежду, которую я с удовольствием примерял. Но взглянув на себя в зеркало, я ужаснулся. Все эти джинсы, кофты, футболки явно были дорогими, но настолько пошлыми, что носить их было противно. Одев облегающую белую футболку и узкие белые джинсы, я вопросительно посмотрел на Джонина. Я надеялся, что он разрешит не носить мне эти вещи, купит взамен новые, поприличнее, но тот явно был доволен. - Повернись. – Приказал хозяин. Послушно повернувшись, я стал ждать. - Отлично! Сегодня оденешь это на день рождение одного моего коллеги. Его зовут Крис. – Джонин взглядом ощупывал моё тело через одежду, при этом облизывая губы. Я снова повернулся к зеркалу. На меня смотрел красивый парень с тёмными волосами. Его и без того большие глаза были густо подведены чёрным карандашом, на выпирающие скулы были нанесены румяна, подчёркивая худобу. Волосы же аккуратно зачёсаны назад и закреплены с помощью геля. Через белую футболку можно разглядеть соски, рёбра и тонкую талию. Узкие джинсы того же цвета обвивали худые, но стройные ноги мягкой тканью. Все интимные места были вызывающе подчёркнуты, что вызывало во мне отвращение. Я не сразу смог сообразить, что это именно в таком виде я должен был пойти на день рождение к Крису. Стыд залил всё мой лицо. Хотелось стянуть с себя эти вещи, но страх перед телесными наказаниями остановил меня. Джонин с первой же минуты нашего знакомства показался мне очень вспыльчивым и решительным. Я больше чем уверен, если он захочет, то сможет сделать со мной всё что угодно. - Хватит себя разглядывать. – Хозяин перевёл взгляд на массивные наручные часы, которые красовались у него на запястье. – Пора уже выезжать. Взяв меня за руку, он снова переплёл наши пальцы и с жалостью посмотрел на меня. - Кенсу, как ты попал в бордель? – Спросил Джонин, когда мы уже ехали в машине к его коллеге по работе. Я замялся. С одной стороны, мне не хотелось об этом распространяться, но с другой стороны, ослушаться хозяина в первый же день можно повлечь за собой много проблем. Глубоко вздохнув, я начал говорить: - В бордель я пришёл сам, а точнее я продал себя туда за большие деньги. – Немного помолчав, решая говорить ли дальше или нет, я продолжил. – Раньше я встречался с парнем, который был намного старше меня. Мы были вместе почти три года, но за это время он ни разу даже не приставал ко мне. Он говорил, что я слишком мал для этого, а вот когда немного подрасту, то он меня из кровати не выпустит. Долгое время у нас всё было хорошо, но вскоре он залез в долги. Он работал на трёх работах, выбивался из сил, что бы погасить свои кредиты, но всё-таки находил время для меня. Через пару месяцев от изнурительной работы он лёг в больницу, и я решил, что сделаю всё возможное, что бы помочь ему. Так как на то время мне было всего семнадцать лет, никакой работы с приличным заработком я найти не мог, мне пришла в голову идея – продать себя в бордель. Тогда я рассчитывал, что как только мой любимый расплатится с помощью этих денег со своим долгами, он сразу купит меня, и мы будем жить вместе. Но этого не произошло. А вскоре я узнал, что он женился и завёл ребёнка. - Вот мразь! – На Джонина было страшно смотреть: скулы ходили ходуном, глаза блестели злостью, губы плотно стиснуты, а руки сжаты в кулаки. Неожиданно, даже для самого себя, я дал пощёчину своему хозяину. - Не смей так говорить о нём! – Гнев тугим комом начал пульсировать где – то в груди, пытаясь вырваться наружу. – Ты сам не лучше его! Купил меня, что бы удовлетворять свои потребности! А он ко мне даже не притронулся, ждал, когда я стану совершеннолетним! Джонин замер, нервно покусывая губы. - Ты не прав, Кенсу. Я купил тебя не для себя, а для Криса. Это он будет использовать тебя, а не я. – Брюнет говорил тихим спокойным голосом, но глаза выдавали его злость, которую он испытывал в данный момент. – Ты мне не нужен. Ты не нужен никому, особенно тому человеку, которого ты любишь. Его слова задели меня за живое, но я пытался не показывать всю ту боль, которая жила во мне долгое время. В машине повисла гнетущая тишина.