Катарсис

Героизм - это добрая воля к абсолютной самопогибели

Фридрих Ницше

      Я отказывалась верить. Не могла принять, что всё оборвалось здесь - среди дыма, пропитанных гарью плит и звона затихающей битвы.       Двор Храма Солнца лежал предо мной, точно чаша, до краёв наполненная кровью и мёртвой плотью. Я скользила взглядом по изломанным телам, по застывшим лицам, ища одного-единственного - того, ради кого не сбежала отсюда раньше, прочь от навязанных подвигов и чужого, будто бы высокого, предназначения.       И я нашла.       - Лексиль… - имя сорвалось с губ почти беззвучно, а по щеке уже катилась слезинка - обжигающая, горькая, как растопленный воск. В ушах молотом стучала кровь, воздух в груди сделался колючим и рваным, но я заставила себя опуститься рядом с угасающим магом. Осторожно, словно он был хрупчайшим из сокровищ, я уложила его голову к себе на колени.       Теперь он мог видеть моё лицо.       - Спасибо за то, что не оставила меня, любимая, - улыбка его была вымученной, как солнечный луч, пробившийся сквозь грозовые тучи, но всё ещё хранила тепло, несмотря на боль, пожиравшую его изнутри.       - Я не позволю Высшим забрать твою душу, - пообещала я, но встретиться с ним взглядом так и не осмелилась. Лексиль всегда читал мои глаза, как раскрытую книгу, - слишком легко, слишком глубоко. Поэтому я смотрела на тонкие линии его лица, на изгиб губ, на серебристые нити спутанных, испачканных сажей волос, избегая прямого взгляда. Даже сейчас, на самом пороге вечности, он видел меня насквозь.       - У этого мира есть шанс? - прошептал он одними губами.       - У мира? Есть, - горькая усмешка искривила мои губы. Израненными, почти негнущимися пальцами я перебирала серебро его волос, распутывая слипшиеся пряди.       - Не делай этого, - голос его надломился, как осенний стебель. Он всё понял мгновенно. Всегда понимал меня раньше, чем я сама успевала осознать собственные мысли.       - Мне нет места в мире, где нет тебя, - теперь я позволила себе нежность: медленно провела пальцами по его щеке, ощущая, как уходит из-под кожи живое тепло, и наконец поймала его взгляд. Пусть видит правду. Пусть знает - это не порыв, не жест отчаяния. Это мой выбор.       - Ты не должна умирать сейчас. Ты можешь жить…       Я лишь усмехнулась - тихо, печально. Меррайил понял всё правильно, и спорить с моим решением было так же бессмысленно, как пытаться остановить солнце на полпути к горизонту.       - Прости меня, - выдохнул он, и зелень его глаз стала меркнуть, затягиваясь туманной пеленой, словно лесное озеро на закате. Очищение терзало его, выдирало душу из тела невидимыми крючьями, и оставаться в сознании ему было почти не под силу. Не стоило больше тянуть, растягивая эту пытку.       - Я тебя люблю.       Кинжал вошёл точно в цель - туда, где боевая мантия истончилась настолько, что уже не могла защитить его сердце. Последние крохи собственной магической силы, почти невесомые, как пепел, я отдала, чтобы удержать жизнь в моём возлюбленном ещё на несколько мгновений. Достаточно, чтобы попрощаться.       Я коснулась губами его губ. Поцелуй получился нежным и мягким, как первый весенний ветер, как обещание, которое двое дают друг другу на пороге вечности. Словно у нас впереди была целая жизнь - долгая, светлая, полная смеха и тихих вечеров. Словно мы могли идти рука об руку дальше, забыв обо всех бедах, что на нас обрушились. Словно нам на двоих была отмерена вечность.       И тогда воспоминания хлынули - точно река, прорвавшая плотину. Остановить этот поток я не могла, да и не хотела. Сильные ладони, что так бережно держали мои руки. Целительная магия, избавляющая от боли. Мягкий голос, рассказывающий о чудесах мироздания. Горьковатый аромат его одеколона, навсегда сплетённый с запахом пергамента и чернил. Вкус его губ - чуть терпкий, с оттенком травяного чая. И та загадочная полуулыбка, тёплая, предназначенная только мне одной. Все истории, все знания, которыми он щедро делился… и тайны, что, вероятно, навсегда останутся запертыми в его душе.       Лексиль ушёл во тьму - тихо, как гаснет последняя свеча в опустевшем зале. И всё, чем он был, всё, чем мы были вместе, - больше не имело значения. Только пустота. Только холод.       В последний раз я провела пальцами по его холодеющей щеке, задержавшись на мгновение, словно пыталась запомнить его черты наощупь, а затем осторожно опустила голову возлюбленного на холодные плиты Храма. Поднялась на ноги - медленно, решительно, чувствуя, как внутри разливается ледяное спокойствие.       "Что ж… - пронеслась в голове мысль, ясная и чистая, как звон моего клинка, - пора уничтожить Светоч".       Пришло время умирать.

…обратятся тела в прах -

И вот она в его руках.

Сквозь леса за горизонт

Ветер их двоих несёт.

Нет ни горя, ни времен.

Вот она - и рядом он.

В его руке её рука.

Как долго же она ждала.

В зимнем небе горят огни.

Навеки вновь вместе две души… The Winter Sky (Enderal OST)