Я тебя называла просто "эй"

Закончился длинный день. Закончились очередные сьемки- длительные, изматывающие. Радовало только то, что все получилось. Результат должен быть потрясающий. Оля помогла снять тугой корсет и украшения. Несколько комплектов гардероба для разных локаций были уже упакованы и сложены той же Олей, аккуратной и пунктуальной. С Пашей обсудили планы на завтра и в который раз обговорили стратегию на ближайшее будущее. А ещё кто кого завтра перехватывает и забирает на машине(вот просто бесит, иногда, его упертость по отношению к личной машине с личным водителем-вернее стойкое нежелание их иметь). Наташа освободила моё лицо от грима, который порядком поднадоел за весь день. Антону моего внимания досталось меньше всего - только время завтрашней репетиции и ещё передать сейчас водителю, через сколько я буду готова уезжать домой. STARWAGEN, который ещё пять минут назад был наполнен разговорами, погрузился в тишину. Все, всех выпроводила со словами - "Хочу тишины". Устала. Так и осталась сидеть на диванчике в одних плавках и объёмном свитшоте без грамма косметики и собранными на макушке волосами. Было уютно. Небольшой ворс на изнанке моей толстовки как-то по особенному сегодня теребил мои соски. Я не люблю бюстгальтер и пользуюсь любой возможностью, что б не одевать его, не стеснять движения грудной клетки. Мои мысли унеслись далеко от работы. Думала, отдыхала. Замечталась... Никогда не любила галопом выскакивать с гримерки и нестись домой или дальше по делам . Всегда переваривала и прокручивала съемку. Но не сегодня. Стук. И тут же, без предоставления времени на ответ или малейшие раздумья, открытая дверь. Антон. Плечистый, в меру скромный и незаменимый заполнил собой пространство моего временного убежища. ... Мы оба чувствовали, что уже перешли грань. По началу я в приказном порядке требовала его присутствия практически во всех рабочих моментах и особенно выездах. Так мне самой было проще. Была иллюзия, что я под защитой. Под присмотром не просто нанятых за деньги людей, хорошо выполняющих свою работу, а и кого-то близкого. Позже он сам стал ездить практически на все съёмки, переговоры и встречи, избегая только светские гулянки и камеры. А сейчас я просто сообщала место и время и точно была уверенна, что он будет. В минуты бессилия теперь я могла подойти и без разговоров, положить ему голову на грудь. Достаточно было только моего молящего и уставшего взгляда, чтоб он обнял меня и укрыл в своих накачанных руках от посторонних взглядов. Становилось легче. Мы оба понимали, что между нами невидимые нити притяжения, которые с каждым мгновеньем становились короче. Мы позволяли себе флиртовать, обниматься, обмениваться неоднозначним взглядами и даже поцелуи в макушку, щеку или просто в губы, робко, как только могут мужчина и женщина, чувствующие взаимное влечение, но боящиеся признаться в этом даже самим себе. Я давала себе отчёт, что моё тело и женское начало жаждут мужского внимания. Я сама с собой провела беседу, что интим с Антоном обязательно случится, когда я решусь на это. Уверенна что инициатором буду я, но подходящего момента не так и не случилось. ... Антон обрадовался, как-то через чур без причины. Осмысливать и размышлять чему он так рад у меня не было времени. Мелькнула единственная мысль моего суперэго-успел соскучиться за мной пока не видел последние 10 - 15 минут. Он подошёл к моему диванчику и присел передо мной на корточки. Мне было непонятно, что это все значит. Антон уверенным движением передвинул меня на край дивана и спустил мои ноги на пол, аккуратно поочерёдно ставя каждую по обе стороны от его колен. Я сидела перед ним с широко расставленными ногами. Его рука потянулась к моей промежности. ... Сказать, что я была удивлена-это ничего не сказать. Я всегда была уверенна, что он слишком скромный, что б делать решительные шаги в мою сторону первым. Я, как умная и хитрая женщина, во многих ситуациях с нашими шажочками навстречу друг другу придумывала нужный мне ход и выкручивала ситуацию так, что получалось как бы невзначай или он сам этого захотел-будь то посиделка в ресторане или совместный поход в книжный магазин. ... Антон отодвинул мои трусики и аккуратно пальцами провёл по моей плоти, которая мгновенно отреагировала на его касания. Мозг мой бешено молотил, выплевывая мысли-"Секс", "Гриммерка", "Посторонние", "Не заперта дверь", "Вдруг кто-то зайдёт"... А тело изнывало-"Хочу". Я закрыла глаза и решила-"Всё, сдаюсь. Отдаюсь в его власть". Я почувствовала, что он что-то засовывает в меня. По моему бешенному и непонимающему взгляду Антон понял, что без объяснений не обойдётся. -Это два серебряных оргазмических шарика, размещенных на белой ленте. Внутри каждого шарика находится маленький шарик, который в результате даже малейшего движения вращается и вызывает стимулирующие влагалище вибрации. Сегодня будет секс и я хочу, что б ты к нему была максимально готова. За тобой оставляю выбор где это произойдёт. А пока ты будешь думать и собираться, эта серебристая парочка поможет тебе уложиться в максимально короткий срок. Он встал, любуясь и с интересом разглядывая меня. Мой мозг работал плохо и не в мою пользу. Единственное, что я выдавила из себя это: -А чему ты так обрадовался, когда зашёл? -Тому что доступ к твоему передку был максимально свободным, - он хихикнул-Ты не успела одеть штаны. Через сколько ты будешь готова покинуть эти стены? - он замялся и похоже даже застеснялся: -Не затягивай, я не хочу сегодня пропустить твой огазм. Дверь снова закрылась. Одна. С бешено колотящимся сердцем, огнём в промежностях и, что тут уже скрывать, с мокрыми плавками. Мозг постепенно приходил в свой обычный режим: Первое-если б кто-то и вошёл в ту минуту в STARWAGEN, то ничего б лишнего не увидел, Антон закрыл обозрение своей широкой спиной. Второе-у меня сегодня намечается секс, которого я не планировала.Знала б, то одела какие-нибудь эротические кружавочки, а не эти бежевые хлопковые трусишки. Третье и самое главное-куда делся скромный Антон и откуда свалился этот самоуверенный тип с его грубыми и такими подвижными пальцами. В порыве мыслей я поёрзала на диване и, о Богиии, я чуть не взорвалась-во мне завибрировали серебристые поселенцы. Ой, действительно долго я их там не выдержу, меня накроет волной. Я встала и готова была собираться, но эти терзающие меня изнутри вибрации не давали мне сосредоточиться. Через пять минут, я уже не в силах была думать ни о чем, кроме Антона. С горем пополам я вывалилась с гримерки на свежий воздух. Антон и Паша (ах, вот кто охранял вход от непрошенных гостей во время недавнего визита Попова) стояли неподалёку. Я старалась ступать мягко, не раскачивать бёдрами, но во первых это не помогало-шарики всю дорогу будоражили меня, а во вторых- выглядело со стороны странно-Орлов покосился на меня, хотел съязвить, но поднятая бровь заставила его одуматься. -Паш, зайди собери мои вещи и отправь домой вместе с машиной, мне на сегодня моя не понадобится. Я покосилась на Антона. Он и бровью не повел. -Антон, помоги мне, дай руку!       Подошёл, мягко улыбнулся- одними глазами-, похоже он чётко понимал, что сделал и к чему это все приводит. Так провел меня под руку, аккуратно, как хрустальную вазу и ещё аккуратней помог сесть на пассажирское сиденье, рядом с водителем. ... К слову сказать, мы частенько перезжали по Киеву на его машине, с одного места в другое, когда некогда было вызывать и ждать мою машину или она застряла в пробке. Я привычно умостилась на своём обычном месте в его машине. Мне тут нравилось, тут какой-то особый мужской запах и всегда идеально чистый салон. Я не могла понять куда во время езды деваются пустые стаканчики из под кофе или пустая бутылка с только что выпитой воды, но они никогда не попадались на глаза и не портили общую картину идеального салона. Но сейчас мне было не до этого. Я изнемогала, я сдерживала себя из последних сил. Мои соски предательски выпирали и терлись о свит, ещё больше раздражая меня. При очередном повороте машины, когда шарики в очередной раз завибрировали я инстинктивно одной рукой прижала груди, а второй сжала промежности, как будто это спасало. Антон посмотрел на мои попытки взять себя в руки, в буквальном смысле, предложил свою помощь: -Хочешь я тебе поддержу груди? - наверно я должна была сейчас улыбнуться, но моя крайняя степень напряжения и бунтующий организм здоровой и возбужденой женщины не дали мне этого сделать. И тут до меня дошло, что я не определилась с местом нашего интимного уединения. Стала внимательно всматриваться в темноту, в мелькаюшие витрины, окна, светофоры. Он словно прочёл мои мысли: -Не паникуй, я примерно понимал, что предоставленным выбором ты не воспользуешься, я заказал номер в тихой и спокойной гостинице, без золота и канделябров. Я было открыла рот, но он не дал сказать: -Но гостиница приличная и уютная. Машина затормозила на очередном светофоре и я закрыла глаза от вибраций тех двух, что во мне. Возбуждение принимало угрожающие обороты. -Антооон, - простонала я - могу тебя не дождаться в гости. Он хихикнул и резко свернул. ... Это был небольшой парк. Внедорожник припарковался вначале большой алеи. Наверно тут было красиво - стилизованные фонари, светлые лавочки и падающие жёлтые листья кленов. Но парочке в машине было не до этого. ... Он помог мне перебраться на заднее сиденье, и пока я там укладывалась на спину, перекочевал сам. Стянуть с меня до колен широкие джинсы не составило ему труда. Он закинул мои обе ноги себе на плечо и стал стягивать с меня совсем не праздничные трусики. (Эх, не нарядилась-мелькнуло в голове и мозг перестал адекватно работать.) Антон медленно потянул за ленточку освобождая меня от шариков. Это стало последней каплей, эти прощальные вибрирования довели меня до крайней точки, я выгнулась, вскрикнула и мир провалился. Я только очень вдалеке слышала ласковое приговаривание-"Умничка, девочка. Малышка. Молодец". Он одной рукой прикрыл моё пульсирующее лоно, а пальцами второй пощипывал сосок. Я не могла прийти в себя и успокоиться. Он с такой нежностью смотрел на меня, что глаза мои вмиг заблестели и наполнились слезами.