Я тебя называла просто "эй"

-И ты так на долго задумалась? Мне ты значит не доверяешь? Тина очнись, что с тобой? Почему моя кандидатура не пришла тебе на ум. Или ты мне можешь довериться, только в узкопрофильном направлении-какую позу для секса принять. Я даже не говорю сейчас о рабочих моментах, хотя и там, похоже ты мне не доверяешь. Тина сколько можно?! Мне надоело твоё потребительское отношение ко мне. Выплевывая все это он смотрел строго на дорогу, набирая обороты и похоже не замечал, что разогнался до приличной скорости. Хорошо, что мы ещё не въехали в сам Киев и трасса была не сильно загружена. Он резко дёргал рулём, обгоняя и оставляя далеко позади одну за другой попутные машины. Мне стало страшно. Я не могла понять - доверяю ли я сейчас Антону-водителю. Никогда не задумывалась над тем, что доверяю людям только условно, только в одном каком-то направлении и то проверяю и перепроверяю при помощи других людей. Например доверяю Паше-технику перевезти и расставить-настроить концертную аппаратуру, но, как минимум, три человека, в том числе и Антон, обязательно проконтролируют и проверят все за ним. Даже тоже яблоко - зелёное искусственное, которое сейчас присутствует в качестве антуража в моей концертной программе, упаковывает и перевозить из города в город Оля, на сцену мне его выносит Игорь, а контролирует, что б не забыли достать и положить перед концертом в условленное место Алиса. Фух, как все сложно. Да я доверяю Антону выбирать позу, да ещё я доверяю ему выбрать блюда нам на ужин и, наверно, доверяю свою безопасность во время движения, когда он за рулём. Но по мере того, как быстрее мелькали придорожные деревья уверенность в последнем уменьшалась. На работе я доверяю ему больше-он профи и умничка. А вот по жизни -это сложно. Жизнь научила никому не доверять и не доверяться. Антон похоже почувствовал неладное-он терял контроль над машиной-сбавил скорость, притормозил и съехал на обочину. Тяжёлое молчание  давило на плечи, уши, мозг. Я несколько раз открывала рот, сказать, что-то в свою защиту, но не могла подобрать нужных аргументов. Он, похоже, готовился к тираде и попросту ждал когда погаснет пламя, что б не наговорить лишнего. -Тин, мне уже надоело. Я просто терплю из последних сил. Определись, кто я для тебя. Мальчик для сексуальных утех, водитель, охранник или же твой мужчина, на которого можно и нужно положится, - заговорил он в более спокойном тоне, но с таким металом в голосе, что я поежилась и мне стало не уютно. -Ты каждый раз своим поведением и поступками тыкаешь меня носом и указываешь на то, что я для тебя ничего не значу, что я очередной удобный случай в твоей жизни и не больше. Ровно до следующего удобного случая для тебя. Он раздавил меня. Пригвоздил к сиденью. Я опустила голову и дала волю слезам. -Чего ты рыдаешь? Пойми, это мне нужно плакать, это ты мной пользуешься. И ни во что не ставишь. ... -Господи, за что мне это? От Антона я не ожидала такой нервотрепки, он всегда молча просто был рядом и я к этому уже привыкла. Он никогда ничего не требовал, типо каких-то обещаний: "Вместе навсегда" . Не выяснял отношений и даже не заикался о будущем. Я думала, что мы вместе просто наслаждались настоящим. Но теперь он ждал вразумительного ответа. А я не могла его дать, потому что сама не знала ответа. Я не могла ему сказать, например, - "Люблю". Единственное, что я знала, что он мне дорог и я к нему приросла. И отрывать по живому я не хочу. И не могу себе позволить. -Антон,-я залезла на сиденье, встала на колени, дотянулась до его лица. Рукой, взяв за подбородок, повернула его голову к себе. Он не сопротивлялся. Наши взгляды встретились. В его глазах была мольба. -Антон, прости, я не хотела тебя обидеть. Я действительно больше всех на свете доверяю себе. Но поверь я стараюсь доверять тебе, я обещаю учиться этому и дальше. Ты мне дорог. Ты мне нужен. И я хочу быть с тобой. О большем я  пока не могу обещать. Но поверь, это для меня и так героический шаг навстречу моему мужчине,- я тяжело выдохнула, непрошенная слеза покотилась у меня по щеке, упала на грудь и застыла на мгновенье прозрачным осколком, пока ткань не поглотила её. Меня рвало от собственных мыслей. Не хватало объёма грудной клетки, что б вдохнуть столько, сколько я хочу. Мне было тесно в собственных рамках. И нужно было много усилий, времени и терпения что бы раздвинуть их. -Антон, я прошу дать мне время. Сколько? Я и сама не знаю. У меня все сложно. Слишком сложно. Не бросай меня. -Ты откуда взяла, что я собрался тебя бросить? Я хоть полусловом обмолвился об этом или каким-то действием дал понять? Почему ты на столько не доверяешь мне? Я столько лет рядом с тобой работаю и ни разу не дал тебе повода сомневаться во мне. Сколько мы сейчас уже близки с тобой? И я всеми правдами и не правдами ограждаю тебя от бытовых и житейских проблем. И ты смеешь думать, что это все ради того, что б развернуться и уйти?! Ты понимаешь сама на сколько ты не доверяешь! Для меня все это было шоком он подковырнул и разворошил тот пласт во мне, который я плотно утрамбовала на дне своего сознания и топталась по нему изо дня в день, как по фундаменту. Он выбил у меня из под ног опору. Я на долго замолчала переваривая и переворачивая вверх дном все свое нутро. Мне было больно и невыносимо. Я хотела сейчас нормальных отношений, веры и понимания. Мы вновь выехали на дорогу. Антон уверено без психов вёл машину. Но не проронил ни слова. Даже когда очередной лихач выскочил нам наперерез и "подрезал" нас он был безмолвен. Мы прибыли на парковку. Оба сидели не шелохнувшись. -Антон, я уже знаю, я почти уверенна, что наилучшим вариантом в мою поддержку на шоу будешь ты и Паша. -Это, конечно вынужденное мною твоё решение. И поверь мне, да и Паше, вообще не стоит светиться на телевидение. Но сам факт доверия это серьёзная тема. Я умаю, что даже сама эта фраза, произнесенная вслух с твоих уст даёт надежду, что и в сознании у тебя что-то сдвинется. ... В конце концов мы  втроём обсудили, что были б очень хорошей командой, всех победили и все угадали. Но пришли к решению, что в данный момент пусть телеканал сам выберет мне шоуменов, которые могли б поддержать рейтинг передачи. К слову на самих съёмках я так волновалась и нервничала, все время вспоминая нашу стычку с Антоном, что почти ничего не угадала.