Я найду тебя за морем, о прекрасный мир

— Эй, Иорвет, мы в полной жопе. — И без тебя знаю, гений. Старый Лис сидел вплотную к решетке, едва ли не касаясь лицом ее холодного металла, рассматривая темерца. В темноте не было почти ничего видно, но слабый свет луны позволял разглядеть черты лица. И, казалось, что Роше то ли зол, то ли сосредоточен. — Да уж, а ты говорил, что у этой dh'oine память дырявая, — нахмурившись, он хотел растереть руками пульсирующие виски, но вовремя остановился. Не хотелось терпеть одну боль, чтобы уменьшить другую. — Не то, что бы. Просто рассеянная она, вот и все. Ее и не учили быть собранной, — спокойно ответил Вернон эльфу. — Так ты к чему это? — К тому, что у нее хватило мозгов запомнить кое-как запомнить моё имя, но вот подумать о том, что не стоит кричать его на всю улицу, как видишь, не вышло, — сдерживая рычание в голосе, негромко ответил тот. — Что ж… — немного помолчав, бывший командир, крепко сжал переносицу. — Сейчас это не так важно. Даже если я чудом перережу всю стражу, то не смогу вас вытащить. В ответ на это Иорвет только тихо фыркнул. Сейчас стража пошла спать, а часовые стояли слишком далеко и были заняты разговорами, чтобы заметить то, что травник по имени Рэн куда-то ушел, не говоря уже о том, чтобы понять, что он творит. — Ребят, — начала говорить Хьюи, но после того, как на нее яростно шикнули в два голоса, продолжила шепотом. — Ребят, а почему мы не можем сломать замок? — Dh'oine, у нас нет времени объяснять тебе это! — раздраженно высказался эльф оборачиваясь на нее. — Нет, Иорвет, есть. До Аэдирна пилить и пилить еще, — помотал головой Роше, не обращая внимание на то, как Старый Лис в свою очередь гневно откинулся на прутья. — Смотри, ключей у стражи нет. У нас нет отмычек. Тем более никто из нас не может или не умеет их использовать. Мы не можем сломать замок, так как у нас нет ничего подходящего для этого. Тем более это слишком громко. Прутья тоже не распилить. И, прошу заметить, подкупить стражу тоже не выйдет. — Нас можно же с клеткой утащить? — Нет, Хью, это невозможно. Скажешь почему? — А, ну… — замялась девчонка, всматриваясь в пол. — Слишком тяжело? — Молодец, этого хватит. Подумай еще над тем, что нам делать. А пока пожуйте немного, — протягивая стащенные два ломтика хлеба, тихо проговорил темерец. Иорвету не требовалось много труда, чтобы удержать эту еду в руках, поэтому он все еще хмуро сверлил все свое окружение недовольным взглядом, но уже мерно пожевывая. Ему явно сильно не нравилась не та ситуация, в которую он попал, а с кем переживает передрягу. Ну, или ему просто не понравилось то, что Роше решил поговорить с девочкой, а не обсудить ситуацию с ним. Эльф был в какой-то степени прав, конечно, но… Два командира в следующую секунду обернулись на странное копошение снаружи. Кто-то встал, а потому темерцу нужно было поспешно ретироваться и принять позу дохлого опоссума на своем месте, чтобы никто ничего не заподозрил. Лишь Хью, не обращая ни на что внимания, продолжала поедать свой кусочек, за что Иорвет с тихим шипением запихнул оставшийся хлеб ей в рот и сам сделал вид, что снова спит.

***

На следующий день было не лучше. Постоянная качка действовала на нервы, казалось, куда больше, чем бесцельные метания скучающей девчонки. Роше теперь сидел поодаль, активно разговаривая со стражей. О чем именно они балакали Иорвет не знал, поскольку уже не вслушивался в эту пустую болтовню. От стражи не добиться нормального разговора, ровно как и его логической линии, но каким-то образом темерец поддерживал тему. Очень даже хорошо. Почему-то эльф ощущал, что раздражается с каждой секундой все больше, ровно как и впадал в смятение. Какая ирония судьбы: его пытается спасти давний враг. Враг, который оказался вовсе не человеком, хотя скоя’таэль никак не мог приспособиться к тому, что перед ним не совсем он. В голове при имени «Вернон Роше» всплывал образ охотника на нелюдей, а не сам нелюдь. Его потрясли за плечо. Надо же, Хьюи смотрит на него так, будто только что у нее на глазах котенка придушили, за плечо немного шатает, но все равно молчит. Молодец, делает то, что сказали, несмотря на свою забывчивость. И почему он до сих пор не подправил волосы, которые торчали в разные стороны с разной длинной? Ах, да, Гроза Севера, легендарный лидер белок же больше не в состоянии даже ложку взять в руки нормально. — Эй, — тихо начал эльф, устало выдохнув. — dh'oine, знаешь что такое «Старшая речь»? В ответ девчонка только быстро помотала из стороны в сторону. Вообще не удивительно. Ее не стали и некоторые эльфы учить, что уж говорить про людей, для которых это было чем-то неизведанным и окутанным тайной. Хотя, может, было бы неплохо, даже смешно, если бы этот глупый ребенок научился говорить на ней. Весь следующий день Иорвет методично втюхивал ей слова один за другим, а под конец выяснилось, что таки она запомнила несколько из них. К сожалению — или счастью — он был командиром, а не учителем, поэтому понятия не имел как учить кого-то языку, чуждого ему. Сам эльф знал ее как что-то совершенно обыденное, и ему было сложно на подсознании понять, что можно так коверкать звучание простых слов, хотя разум в ответ на это злобно вопил о том, что девчонку глупо было начинать учить. Конечно, он мог придумать что-то другое, чтобы она не сходила с ума в клетке, но почему-то раньше именно это казалось хорошей идеей. А ночью ему снова приснился сон. Неприятный, походящий на кошмар. Иорвет почему-то сначала бежал от кого-то, а когда его догнали, то попытался отбиться. Не получилось. Удары были неприлично слабыми, а кончики пальцев будто окаменели от окружающего холода. После Старый Лис почувствовал, как его прижали к дереву, и чужая мокрая холодная рука медленно заползает ему под рубашку, будто желая выпотрошить. Только вот под конец его утянули теплые, грубые руки назад, прямо в дерево, что-то приговаривая. Очнувшись, он понял, что часто дышал. А еще злоебучий Вернон Роше сидел рядом как ни в чем не бывало. — Очнулся, — негромко констатировал тот, держа чужое плечо. — Надо же, у тебя жар, белка. — Бывшая… — автоматически поправил Иорвет, прикусывая язык. — Белки не бывают бывшими. С протяжным выдохом, эльф осмотрелся вокруг. Как и в прошлый раз темно, холодно, карие глаза попутчика, кажущиеся во тьме совсем черными. Только почему-то это вместо того, чтобы злить или хотя бы пугать, успокаивало быстро идущее сердце. Ну да, все-таки они почти что на одной стороне. Хью мерно сопела на его плече, не привлекая внимания. — Эй, ты случаем ничего не надумал? — первым начал Роше, откидываясь на стену повозки. — Нам нужно поскорее что-то придумать, а то откинешься ведь. Вас тут не кормят, у тебя уже жар. Странно, Хьюи и то больше продержалась. — Могу задать такой же вопрос, dh… anad'enel. Только сроки поджимают не по той причине. Aen Seidhe, в отличие от людей, не погибают от таких мелочей. Мы болеем, но для нас жар — сущий пустяк. Если, конечно, в пределах нормы, — смотря собеседнику в глаза, Старый Лис медленно проговаривал каждую фразу. — Иначе бы мы все давно сдохли, не находишь? Мы десятилетиями живем в лесах без постоянной поставки еды и не имея крова. — Так-то да, но ты недавно из тюрьмы вышел. — Достаточно давно, чтобы все прошло, — фыркнул скоя’таэль, но тут же застыл хмурясь. Хотелось добавить, что прошло все, что могло пройти, но не стал. А темерец, кажется, понял и без слов.