Лучшие

      Первое сентября всегда прельщало Вэй У Сяня. Работать два месяца без студентов — сущая каторга для него. Ему обязательно нужно поговорить с юными медиками, пошутить, поставить колы всем и каждому, а потом со спокойной душой пойти домой. Ну не может он постоянно сидеть на приеме, просто не может: его всегда тянуло преподавать, с самого детства. Черт его дернул пойти в медицинский университет, но главное, что дядя Цзян в него верил. И Вэй Ин эти ожидания оправдал.              Он был умным, пожалуй, даже слишком. Единственный минус — это чрезмерная общительность. Все преподаватели под конец пары просто-напросто уставали от него, и ведь никак не накажешь: спросишь что-то — знает, ответит. А в дневник о плохом поведении не напишешь и родителей не вызовешь, к сожалению. Вот и приходилось либо терпеть Вэй Ина, либо делать его любимчиком. Пожалуй, все женщины-преподаватели выбирали второй вариант, отчего во время учебы Вэй Ин прослыл тем еще казановой, ведь проблем с девушками у него никогда не было: любая студентка хотела быть рядом с красивым, умным и веселым парнем. Да только с отношениями у него никогда не клеилось, что тогда, что сейчас.              Вэй Ин в свои двадцать восемь по-прежнему жил у дяди Цзян и госпожи Юй, там же жили Янь Ли и Цзян Чэн. Он не очень-то хотел от них съезжать, а они не очень-то хотели его отпускать.              Кафедра пропедевтики внутренних болезней находилась в пекинской больнице «Дитань». Вэй Ин работал в ней проктологом, но когда начинался учебный год, приходилось сильно сокращать время приема. Он специально набирал себе побольше групп, чтобы забивать расписание не пациентами, а будущими медиками. Правда, не всем он позволит ими стать, но это совсем другая история…              Вэй Ин остановился у самого входа в учебную аудиторию. Лаборантка кивнула ему, как бы подтверждая, что он пришел к верному кабинету и там сидит именно его группа. У Сянь улыбнулся девушке, после чего она смутилась и быстро зашла в свою маленькую комнатушку, позволяя Вэй Ину заниматься любимейшим делом: подслушивать.              У Сянь взглянул на часы на руке: ровно восемь часов. Еще пять минуточек и он зайдет, но пока он навострил уши.              Студенты третьего курса шумели похуже первачков: было сложно что-то различить в этих перекрикиваниях.              — Ребят, да что вы как с цепи сорвались? Я понимаю, давно не виделись, но вы знаете, кто у нас ведет пропеду?! Если мы с первой же минуты ему не понравимся, он нас до смерти затрахает! — злобно прошипела Вэнь Цин, затыкая всех.              — Староста, а ты чего с утра пораньше загадками говоришь? Кто там у нас? — Вэнь Чжао вальяжно прошелся по учебной комнате, подмечая все недостатки интерьера. Ему, богатенькому сынку, за два года обучения все спускали с рук, вот он и чувствовал себя как рыба в воде.              — Лаборантка сказала, что целых полтора года у нас будет вести Вэй У Сянь, — ответил вместо старосты Вэнь Сы Чжуй.              — Вот-вот, а он взятки не берет и на твоих родителей смотреть не будет, — девушка раздраженно закатила глаза, ненавидя своего дальнего родственника до смерти.              — Хм? Ну посмотрим. Один звонок моего папы — и приползет на коленях. Я уверен.              — А вы не видели Ван Цзи? Уже десять минут прошло, а его все нет… — не к месту сказал Не Хуай Сан, глядя на первую парту, куда тот обычно садился.              — Хм? Этот задрот за все два года ни разу не пропустил учебу, у него даже отработок не было. Как он мог не прийти? Может, потерялся, ахаха…              — Вэнь Чжао, прекрати. Нам нужно решить, что сказать преподу. Может быть, прикрыть его как-то? — Сы Чжуй сонно потер глаза, испытывая желание лечь в постель. За два месяца каникул он совершенно отвык вставать в такую рань.              — И что мы скажем? Даже если мы соврем, Ван Цзи может прийти, и наши версии не сойдутся. Надо ему позвонить.              Дверь неожиданно открылась. Все студенты тут же замолчали и расселись по партам. Каждый пригладил халат, поправил бейджик, а девочки завязали волосы. Пожалуй, только Вэнь Чжао чувствовал себя совершенно расслабленно.              Вэй Ин взглянул на подопечных с интересом. Пожалуй, он будет наиболее жесток с этой группой, в особенности с тем парнем, который уверен в себе и в своих связях. Ему очень хотелось увидеть его лицо, когда тот поймет, какие есть связи у него самого.              — Доброе утро. Я — Вэй У Сянь, ваш преподаватель на последующие три семестра. Если я беру студентов, то либо довожу их до экзамена и помогаю его сдать, либо же отчисляю их. Возможно, вы слышали какие-то жуткие истории про меня? Так вот, это — чистейшая правда. Ведь если не я буду вас мучить, то потом вас замучают исками недовольные пациенты. Поверьте, лучше уж вам со мной понять, что медицина — это не ваше и преспокойненько отчислиться, чем потом рыдать у разбитого корыта. Так что, дорогие мои, будем страдать.              Вэй Ин очаровательно улыбнулся, после чего сел за преподавательский стол. Он разгладил белоснежный халат на груди, взял в руку ручку и распечатанные листы методички.              — Староста, список группы на стол, да поживее. А я пока объясню вам основное, после чего начнем опрос. И не смотрите на меня так удивленно: по плану вы обязаны были выучить схему обследования больного наизусть.              Вэй Ин окинул взглядом копошащихся студентов.              — Нет-нет, убрали телефоны со столов. И учебники тоже. Вы должны были прийти ко мне полностью готовыми.              — Но преподаватель Вэй, наши методички в телефонах… — робко произнес Не Хуай Сан, чувствуя, как у него от нервов скручивает живот. Не зря старшекурсники говорили, что он зверь. Все студенты, сдавшие ему, неминуемо поседели: настолько У Сянь был требовательным. Что уж говорить: даже заведующая кафедрой такой не была.              — Вы обязаны были все распечатать. Сидеть с телефонами я вам не позволю.              Вэй Ин взглянул на подходящую к нему старосту. Девушка положила листок со списком группы, после чего присела.              Вэй Ин прошелся по списку, отмечая присутствующих. Не было только одного — Лань Ван Цзи.              — Сообщите Ван Цзи, что отработки моих занятий проходят по понедельникам в пять часов вечера. Он может прийти ко мне уже сегодня.              — Преподаватель Вэй, связаться с Лань Ван Цзи бывает затруднительно. Он практически не заходит в вэйбо, а в вичате и в инстаграме его нет…              У Сянь выгнул бровь.              — Тогда позвоните ему что ли?              — Мы звонили ему недавно, до вашего прихода, он не взял трубку… — Вэнь Цин впервые сталкивалась с тем, что чувствует себя никудышной старостой. Вообще-то с Лань Чжанем никогда особых проблем не возникало, он просто был сам по себе, но чуть что сдавал деньги, дежурил или выполнял то, что от него требовали. Вместе с тем он был лучшим студентом всего курса, потому что его рейтинг на каждом предмете, даже зачетном, был запредельным. Поэтому она, как староста, никогда не заполняла ведомости о неуспеваемости на Ван Цзи — он каждый предмет сдавал с первого раза, в отличие от своих одногруппников.              Вэй Ин поставил напротив имени не пришедшего студента пропуск, после чего продолжил объяснения.              — Буду преподавать пропедевтику два раза в неделю. Пара длится четыре часа с одним двадцатиминутным перерывом. По поводу внешнего вида: никаких рваных джинсов, коротких платьев или еще чего-то из ряда вон выходящего. Девушки, прощайтесь со своим маникюром как минимум на полтора года. Приходить нужно вовремя. При себе всегда иметь стетофонендоскоп, тонометр, часы с секундной стрелкой, не важно, механические или электронные. Шапочек не требую, они меня жуть как бесили в течение всего обучения, так что понимаю всеобщую ненависть к ним.              Вэй Ин коснулся своих длинных волос, что были завязаны в хвост.              — Хм, ну, пожалуй, на этом все. Есть вопросы?              — Как будут проходить отработки? — спросил Вэнь Нин, сидящий до этого молча.              Вэй Ин усмехнулся. Он не удержался от шутки:              — Приходите сразу с вазелином. Наверное, это еще более забавно звучит, учитывая, кем именно я работаю.              Вэнь Чжао поднял руку, а когда У Сянь кивнул, спросил:              — И кем же?              — Проктологом.              Кто-то засмеялся, после чего по всей аудитории прокатились еле сдерживаемые смешки. Вэй Ин улыбнулся.              — Вы удивитесь, какие предметы люди пихают в себя иногда. А некоторые дамочки даже заливают туда всякое по настоянию соседки. А мне потом расхлебывать это. Но профессия такая, что не соскучишься! Советую, — Вэй Ин подмигнул им, после чего опустил взгляд на вопросы для самоконтроля.              — Итак, начинаем. Вэнь Сы Чжуй, какие ты знаешь виды жалоб?              — Главные и второстепенные. А также определенные, когда пациент жалуется на что-то определенное, например, боль, и неопределенные, когда пациент говорит, что у него недомогание, эм… Ну… Главные — это те жалобы, из-за которых пациент пришел на прием. О второстепенных мы узнаем у него с помощью наводящих вопросов.              — Придумай мне ситуационный пример. Пришел к тебе пациент и жалуется на… — Вэй Ин замолчал, давая Сы Чжую подумать. К слову, паренек очень ему понравился: определенно, это будет один из лучших студентов в этой группе.              — Жалуется на боль в животе.              — Хм, хорошо.              — Это будет главная жалоба. Потом я спрашиваю, бывает ли у него рвота, а он отвечает, что бывает. Рвоту мы записываем как второстепенную жалобу, ведь он не из-за нее пришел на прием.              Вэй Ин улыбнулся: редко когда студент готовился к паре на первое сентября. Что ж, ему, определенно, надо поставить четверку.              — А, кстати. Я не ставлю пятерки, еще ни один студент не выучивал у меня на пять. Либо вы получаете на моей паре кол, либо же четыре. Другого не дано. Сы Чжуй, ты молодец, что попытался разобраться в теме. Однако сейчас я поясню всем кое-что, в чем ты был не совсем прав: определенные жалобы — это четкие жалобы, например, кашель, одышка, рвота, боль, отеки, повышение температуры, то есть то, что наблюдается при выраженных изменениях внутренних органов и систем. Неопределенные — это неясные жалобы, например, «нездоровится», «покалывает», «чувствую сердце». Такие жалобы встречаются при хронических заболеваниях или при разного рода функциональных расстройствах.              Вэй Ин с наслаждением наблюдал, как некоторые студенты записывали его определения и примеры. Черт, как же он обожал преподавать!              — Все, что мы обсуждаем, будет на коллоквиуме. Шанс, что вы его сдадите, близок к нулю, говорю вам сразу. Так, ладно. Сы Чжуй, продолжим. Пока что я вижу, что ты знаешь на три-четыре, если будешь отвечать так дальше, у тебя не будет особых проблем. Ответь мне на вопрос, что такое детализация жалоб и как она проводится.              Неожиданно в кабинет постучали. Вэй Ин выгнул бровь.              — Войдите.              На порог комнаты вошел чрезвычайно высокий и очень красивый парень. Он низко поклонился, после чего идеально выпрямился.              — Прошу прощение за опоздание.              Вэй Ин перевел взгляд на время на часах.              — Ты в курсе, что с начала занятия прошло тридцать минут?              — Простите.              Вэй Ин откинулся на спинку стула. Пожав плечами, он спокойно произнес:              — У тебя уже стоит пропуск.              — Как я могу отработать занятие?              — Как? Ну выучи все. И вон, группа тебе скажет, что прихватить с собой. В пять часов я жду тебя на кафедре.              — Хорошо.              — Чего стоишь? Можешь либо садиться за парту, либо идти домой.              Ван Цзи, недолго думая, присел за первую парту, прямо рядом с лучшим преподавателем на кафедре, о котором он знал не понаслышке.