Поэма о больном Холмсе

Как-то раннею весной Был я очень занятой: Инфлюэнца навестила Лондон. Город был больной. Я ночами пропадал, Бейкер-стрит не посещал, Уж совсем было забыл я, Что мой друг ко мне взывал. Вспомнил это я потом, Будучи на выходном. В клинику пришел посыльный: «Холмс лежит уже пластом!» Саквояж скорей собрал, Я в квартиру побежал, От волнения и тревоги Кебби вечно подгонял. Вот уж я на Бейкер-стрит, Дверь знакомо так скрипит. Миссис Хадсон вдруг с порога Громко на меня кричит: «Как же так посмели вы Бросить друга в час беды! Он не ест, не пьет неделю, Думает, что вы мертвы». Внутрь я скорей зашел, Спальню Холмса вмиг нашел. И увидев, что случилось, Понял: друга я подвёл. Лихорадочный, больной Холмс лежит передо мной. Пульс я щупаю тревожно И ликую: он живой! Миссис Хадсон дал указ: «Быстро принесите таз!» Нужно жар скорей понизить, И компрессы тут как раз. О тревоге я забыл, Холмса чаем напоил, Дал все нужные лекарства, И теплей его укрыл. Прояснился Холмса взор – Смотрит на меня в упор. «Ватсон, мне вас не хватало», – Прошептал мне друг в укор. «Холмс, простите вы меня, Пропадал весь месяц я, Гриппом болен был весь Лондон», – Всё оправдывал себя. «Как же мне вас не простить? Я могу лишь попросить, Чтобы вы не уходили», – Начал Холмс вдруг говорить. «Вы прилягте, милый мой, Наш диван совсем пустой. Прежде, чем меня покинуть, Лоб пощупайте вы мой». Просьбой был я удивлен И подумал: «Бредит он». Холмса в лоб поцеловал я, Потому что был влюблен. Холмс довольно замычал И сказал, что он устал. Вмиг глаза его закрылись – Сыщик быстро засыпал. После лёг я на диван, Обернулся как в саван В одеяло, и заснул я Будто очень сильно пьян. Спал я крепко и без снов Сном, достойным мертвецов. Только вдруг настало утро – Был к нему я не готов. Еле веки разлепил: Шторы Холмс уже открыл И стоял напротив окон Силуэтом из чернил. «Ватсон, сколько можно спать? Вам давно пора вставать!» – И приблизился ко мне он, Чтобы в лоб поцеловать. Я от жеста обомлел, А затем и покраснел. Ведь не ждал я, что мой сыщик Совершит, что я хотел. «А румянец вам идет», – Прошептал мне Холмс, и вот Быстро он меня целует, Улыбаясь во весь рот. «Что ж... Не знаю, что сказать», – Начал я вдруг лепетать. Сыщик же не растерялся, Завтрак нам велел подать. И с тех пор уж Холмса я Не покинул никогда. Потому что без меня он Вечно пропадает зря.