Цветочка нет, я за нее

За Краучем я наблюдал одним глазом. Сближаться с ним более, чем просто знакомые в школе, я не собирался. Откровенно сказать, я не был уверен, что даже после распределения в Райвенкло, Бартемиус не пойдет в Пожиратели. Все таки он и впрямь гений. У Крауча была просто феноменальная память, и магически мальчик талантлив, если Крауч захочет меня убить, я даже и пикнуть не успею. Зато сам я собирался убить кое-кого другого. Вчера ночью состоялась дуэль между гриффиндорцами и слизеринцами. Разразился огромный скандал, о котором узнала пресса, что я схватился за голову. Немудрено, ведь сильнее всего пострадали пятеро сильных чистокровных и одаренный полукровка, остальные отделались небольшими травмами и магическим истощением. Обе стороны не гнушались условно темными заклинаниями, (хотя подозреваю, что со стороны гриффиндорцев использовали их только Блэк и Петтигрю. Первый потому что происходил из семьи темных магов, второй жил в опасном районе и наверняка знал много любопытного) и теперь дружной гурьбой лечились в Мунго. Попечительский совет единым составом и примкнувшие к ним мистер Блэк и мистер Поттер выглядели мрачно. Мистер Блэк с трудом сдерживал ярость, а мистер Поттер хмурился. Маги отправились в кабинет директора, где их уже ждали взволнованные деканы и директор Дамблдор. — Их исключат, — констатировала Джейн, сидя за столом. Большой зал жужжал, как огромный улей. Все обсуждали выходку ребят. — А я так не думаю. Аристократы не позволят исключить своих отпрысков, — вставил Крис, едя сендвич. — Значит, происшествие замнут, а остальным пострадавшим заткнут рты с помощью денег. К тому же, Поттер превосходный ловец, профессор МакГонагалл так просто его не отпустит, и, печально в этом признаваться, на пару с Блэком они одни из лучших учеников на нашем потоке, несмотря на их шалости. Я вынужденно признал его правоту. Джеймс Поттер и Сириус Блэк были талантливыми студентами. Они не корпели над учебниками несколько часов, чтобы получить хорошие оценки, они схватывали на лету новые знания и, к сожалению, использовали их только в шутках. Я же зарывался в библиотеке, ища защитные и атакующие заклятья и тренируясь в выручай-комнате. Вот и сегодня после ужина я направился туда. Комната по моему желанию создала манекены, на которых я отрабатывал чары. — Петрификус Тоталус! — я улыбнулся, когда идущий в мою сторону манекен остановился. — Бомбарда, — и первый манекен взорвался. Что же, на очереди следующие. — Депульсо, — второй манекен оттолкнулся от меня на жалкий метр. Я поморщился, слишком мало силы. — Протего, — тут же возвел щит, когда мой противник направил на меня палочку. Помимо боевых чар, я узнал немало лечебных и бытовых заклинаний. Последним я радовался больше всего, ведь они больше всего облегчали мою жизнь в холодном замке. В школе вообще-то были кружки по интересам. На первом курсе я не знал об этом, так как учился ориентироваться в Хогвартсе, писал конспекты, много времени проводил с однокурсниками и просто пытался адаптироваться. Про кружки я узнал от девчонок. Анна и Бретта убеждали Майю вступить в кружок по домоводству, где учили именно бытовым чарам и приготовлению всяких вкусняшек. Меня это заинтересовало, и я попросил девочек рассказать мне про кружки в школе. Я быстро воспользовался знаниями, свалившимся на меня, и записался в дуэльный кружок. В дуэльном студентов учили вставать в стойки и тренировали боевые заклинания. Кружок вел бывший аврор Билл Дортес, который ушел из Аврората по состоянию здоровья. Он не жил в школе и приходил строго по расписанию. На первом же уроке меня поставили против гриффа, в котором я с удивлением узнал Зака Трэбаса. Тот самый гриффиндорец, на которого в прошлом году напали слизеринцы. Справился я с ним за тридцать секунд. Но парень молодец, щиты у него получаются гораздо мощнее моих. Я прямо сказал об этом Заку и протянул свою руку, чтобы помочь встать. Гриффиндорец решительно за нее ухватился, уважительно на меня посмотрев. Я хотел записаться еще на кружок танцев, но потом передумал, решив, что запишусь на третьем курсе. Дело в том, что в Хогвартсе проводится бал на Самайн для студентов с четвертого по седьмой курсы. Я здорово удивился, когда услышал это. В каноне, если я не ошибаюсь, такого не было, хотя там и про кружки ничего не сказано. Теперь стоит научиться танцевать хотя бы вальс, иначе через несколько лет буду одиноко стоять у стенки, пока остальные танцуют и веселятся. Через неделю бравых ночных дуэлянтов выписали. Всем курсом мы поапладировали героям дня, даже слизеринцы не остались в стороне. Я ухмыльнулся, кое-что вспомнив. — Северус Снейп. Наша новая знаменитость, — вальяжно протянул я, сложив руки на груди, когда слизеринец неуверенно подошел ко мне. Стив и Эдгор рядом хмыкнули, Бретта и Анна хихикнули, а Крис заржал. Снейп покраснел и опустил голову. — Лиас, мы можем поговорить наедине? — Не сейчас, — я посмотрел на часы. — Скоро начнется урок. Поговорим на перемене. Северус кивнул и отошел к своим товарищам, а я ощутил на себе чей-то пристальный взгляд. Обернувшись, я наткнулся на Джеймса Поттера, сидевшего в окружении веселых друзей. Карие глаза смотрели на меня прямо и дерзко. Я тут же отвернулся. Не к добру это, стоит готовиться к пакостям. Какие нахрен пакости? Это серьезная проблема! Черт, вот не стоило лезть не в свои дела. Нужно было пройти мимо, но... Почему именно всегда я?! — Да ладно, Эванс, не волнуйся. Нас скоро освободят. Правда я не уверен, кто найдет нас первым. Мои друзья или Филч с его старой кошкой, — беспечно произнес парень. — Заткнись, Поттер, — процедил я. — Это все из-за тебя! — Не только я в этом виноват, — тут же возразил этот дятел. — Это все дружки Нюниуса, разве нет? Я зло уставился на нахального Поттера. — Я, кажется, просил тебя заткнуться. И не смей называть так Северуса в моем присутствии. Гриффиндорец открыл рот, чтобы что-то сказать, но послушно закрыл его, увидев зверское выражение моего лица. Правильно, если бы он сказал сейчас хоть одно слово, я бы его придушил. Поттер наконец-то заткнулся, а я же задумался о сегодняшнем дне. После урока Чар мы со Снейпом поговорили. Он искренне просил прощения за безобразную свою выходку, а я внимательно его слушал и понимал, что бы Северус не говорил, все же факультет сильно меняет мировозрение человека. Северус уже начал поддаваться влиянию внутренней политики Слизерина. Я заметил, как он едва заметно кривится, когда я говорю с Маей или с темноволосой Мэри МакДональд. Обе они маглорожденные, что уже наводит на кое-какие мысли. Будем откровенны, Снейп нищий полукровка с пьяницей-отцом и слабовольной матерью. А Майя и Мэри из благополучной семьи и обе милые и хорошо воспитанные, с чего бы ему так на них реагировать, если он их не так уж и хорошо знает? Ответ прост, все дело в окружении Северуса. Я заверил его, что я не в обиде, и слизеринец с счастливым видом отправился на следующее занятие. На Снейпа я правда не обижался, зная его ненависть к Мародерам и ко многим гриффам. Но я все равно буду общаться с Люпином, что бы Снейп не говорил, и изредка бывать в гостиной Гриффиндора, так как мне там очень понравилось. У гриффиндорцев всегда весело, уютно и тепло. После занятий я привычно направился сначала в библиотеку, а потом тихо пошел в выручай-комнату на восьмом этаже. На седьмом этаже я задержался, проклиная движущиеся лестницы. Я уже собирался вступить на восьмой, как услышал приглушенные голоса. У меня возникло ощущение дежавю. Привычно выхватив палочку, я тихо пошел по негромко доносящим голосам и, скрывшись за статуей, осторожно огляделся. Какая знакомая картина. Только в этот раз пятеро слизеринцев против одного гриффиндорца. Вот чего им неймётся? Снова потеряют кучу баллов и вляпаются в кучу отработок. Нотт, Эйвери, Мальсибер, Кэрроу и МакНейр против одного Поттера. Где этот олух потерял друзей? Они же всегда вместе ходят. — Что, Поттер, боишься? — высокомерно вздернул нос Кэрроу. — Твои извилины натерли тебе мозг, раз ты так считаешь, слизняк, — Поттер в своем репертуаре. Похоже до моего прихода гриффиндорец успел их вывести из себя, и парни начали кидаться проклятьями. — Вот же олень, — шепотом и с досадой пробормотал я, а потом аккуратно двинулся назад. Звать профессоров конечно, против пятерых я точно не выстою даже с Поттером. Если уж они вчетвером не справились, я молчу про себя, мне, как волшебнику, только два года. — О, у нас прибавление, — раздался у меня за спиной голос. Я округлил глаза и молниеностно обернулся. Розье. Великолепно. — Думаю, Эванс, ты не будешь против пообщаться с нами о жизни? — Неправильно думаешь, Розье, — я светло улыбнулся и тут же произнес, взмахнув палочкой. — Прости, Ступефай. Похоже парень не ожидал такого от меня. Розье откинуло от меня, врезало в стену и парень упал навзначь, слабо застонав. Оглянувшись, я заметил, что слизеринцы окружили Поттера и тяжело вздохнул. Я еще тысячу раз пожалею, но... Я кинулся к ним, приложив парализующим заклинанием Нотта. Это была плохая идея, я бы сказал - идиотская. Второкурсник МакНейр и Эйвери скрутили меня за две минуты, Поттер держался на порядок дольше, но в итоге он тоже пал, не выдержав напора со всех сторон. Сперва нас обоих хотели множечко побить, но передумали. Снова попасть в заголовки газет и получить от родителей никому не хотелось, поэтому нас обоих заперли в каком-то пыльном маленьком кабинете без мебели, отобрав палочки. Чудес-сно. — Слушай, Эванс, — снова заговорил Поттер, а я сердито уставился на него. — Я все никак понять не могу, чего ты с этим грязнулей водишься. Он же слизеринец, а они все подлые и хитрые. Мы оба сидели на полу напротив друг друга, прислонившись к стене и вытянув ноги. — Он мой друг, Поттер. Именно он первый рассказал мне, что я волшебник. Он учил меня сдерживаться, чтобы моя семья не пострадала из-за стихийных выбросов. Ну и что, что Северус слизеринец? — я пожал плечами, закрывая глаза. — Мне без разницы. Вот ты, Поттер, если бы твой сын попал в Слизерин, ты бы отказался от него? — Нет, конечно, — возмущенно воскликнул Поттер. — Это же мой сын. Так, не переводи тему, Эванс. Я говорю о Нюни... Снейпе, он же нищий и грязный. — Как будто ты у нас заработал те деньги, которые тратишь, — огрызнулся я. Спать очень хочется, отбой уже был три часа назад. Я сегодня весь день на ногах был, к тому же пропустил обед и ввязался в авантюру. — Эй, Эванс, не спи, — тихо сказал Поттер, тронув меня за плечо. Я тут же открыл глаза. Как он так тихо приблизился ко мне, что я не услышал? — Слушай, ежу понятно, что нам тут придется проторчать до утра или прихода кого-нибудь, так что дай мне немного поспать, — вспылил я и снял мантию. Расстелив ее на пол, я лег на нее и, завернувшись в мантию, как гусеница, повернулся к стене и облегченно закрыл глаза. Спа-а-ть. — Эванс, ты правда собирашься спать так? Это же не.. комфортно. Я застонал от отчаяния. Он когда-нибудь заткнется? — Мне комфортно, Поттер. Я всю жизнь так спал и в этот раз тоже переживу, если ты замолчишь! Сиди, раз тебе так нравится, но я пас. Сзади громко вздохнули, зашуршали, выругались, но после снова стало тихо. — Видел бы меня сейчас Сириус, — пробормотал Поттер. — К счастью для твоего непомерного эго, никто этого не видит, так что ни слова больше, Поттер. Просто спи.