Цветочка нет, я за нее

Над выбором как минимум двух новых дисциплин, которые третьекурсники будут изучать с нового учебного года, я думал недолго. Древние руны мне не интересны, вся эта магия востока для меня скучна и сложна, так что я первым вычеркнул ее из списка. Впрочем, магловедение я тоже убрал, зачем она маглорожденному? Нумерология - это гадание по числам, что меня весьма заинтересовало. Прорицание изучает гадания, предсказания и учит предугадывать будущее, самое главное для меня это то, что ведет этот предмет не мисс алкоголичка Трелони. Уход за магическими существами, ну, изучать животных, которые живут только в волшебном мире, дожно быть как минимум любопытно. И я с уверенностью выбрал три предмета: Нумерология, Прорицание и Уход за магическими существами. В случае чего, я могу в течение месяца поменять свое расписание, так что волноваться мне было не о чем. Остальные ребята из Хафлпаффа выбрали два предмета, а хитрые Крис и Майя просто горели учиться магловедению. И им было безразлично, что первый-то полукровка, а вторая - маглорожденная. — О, Сев. А ты какие предметы выбрал? — я уселся рядом со слизеринцем. Северус устроился под старым деревом и сидел уткнувшись носом в книгу. — Уход и Нумерологию, — парень торопливо закрыл учебник и убрал его в черную потрепанную сумку. — Здорово, — я улыбнулся и прикрыл глаза, защищаясь от яркого света. — Будем вместе ходить на занятия. И сегодня на уроке Зельеварения ты был превосходен. Слышал, Слизнорт хочет пригласить тебя в следующем году в свой клуб. Снейп уверенно кивнул. — Тебя тоже он хочет пригласить, Лиас. У тебя ведь тоже одни "Великолепно". Даже несмотря на то, что Поттер пытался испортить тебе зелья, — на лице слизеринца появилась кривая неприятная ухмылка. — Тебе все равно удалось его подловить. — На самом деле, — я чуть нахмурился. — Пусть Поттер терроризировал меня с первого курса, он перестал это делать в середине второго курса. А тот случай на зельях, думаю, Поттер специально дал мне его подловить... Подумай сам, Северус, я тщательно следил за ним почти два года, чтобы он не кинул в мой котел лишнее, а тут вдруг он достает из кармана сушеную гусеницу и так показательно тянет ее к котлу. Это не логично. — А я думаю, что Поттер просто высокомерный болван, — буквально выплюнул Снейп. — Он просто чистокровный пижон. Я вздохнул. Не стоило, не стоило упоминать кого-то из Мародеров при Снейпе. — Кстати, Сев, ты придешь вечером на общефакультетскую мини-вечеринку? Меня попросили спеть девушки, я не смог отказать им. Снейп недовольно фыркнул. — Если ты так настаиваешь, почему бы и нет, — равнодушно ответил он, но я видел, как радостно заблестели его глаза. Тоже мне, актерище нашелся. — Тогда увидимся вечером, Северус, — я помахал рукой парню и направился к замку. В общей гостиной собрались множество студентов с разных курсов. Хотя вчера все четыре факультета бурно праздновали начало нового учебного года, нас, третьекурсников, хафлпаффцы отправили по постелям, говоря, что такие вечеринки только с четвертого курса. Я подозреваю, что гриффиндорцы могли им возразить, хотя бы Мародеры, они бы точно не пропустили такое веселье. Гриффы умели праздновать с размахом. Но сегодня традиционно собирались все студенты, кроме первокурсников. Не знаю, откуда это пошло. Меня привлек один русоволосый парень. С этим четверокурсником мы познакомились в теплице, где любил бывать хафлпаффец. Фрэнк Лонгботтом тоскливо смотрел в сторону одной девушки. Проследив за его взглядом, я наткнулся на девушку в красном галстуке с короткими светлыми волосами и обаятельным смехом. Она что-то обсуждала с подругами и негромко смеялась. Будущая жена Фрэнка? Как там ее звали? Эльза? Нет-нет... Алиса! Я подошел к Фрэнку. — Привет, Фрэнк, — парень вздрогнул, но через секунду принял невозмутимый вид и приветственно мне кивнул. — О, это ты, Лиас, — парень вяло мне улыбнулся, поглядывая куда-то в сторону. Я ответно насмешливо улыбнулся. — Несчастная любовь, мистер Лонгботтом? Парень изумленно моргнул и чуть покраснел, но не стал отпираться. — Я безнадежен, да? — Есть такое, — согласился я. Если даже такой толстокожий человек, как я, заметил его симпатию, то говорить о других людях вообще нечего. — Когда я нахожусь рядом с ней, то говорю какую-то ересь, хотя в мыслях я имел в виду совсем другое. И эта дурацкая робость и заикание, стоит ей обратиться ко мне, сам себя иногда ненавижу, — Фрэнк печально проследил за тем, как Алиса Севич подходит к Мародерам и садится рядом с ними, непрерывно о чем-то болтая с Люпином. — Да, парень, это клиника, — тихо пробормотал я. — Прости, что ты сказал? — Говорю, что знаю теперь какую мне спеть песню в этот раз. Ладно, бывай, Фрэнк. Я увидел Снейпа с товарищами, сидевших в самом углу, Мэри из Гриффиндора, которая была в компании студенток своего факультета, и оживленно улыбнулся и направился к своему месту, желая сыграть именно эту песню. В самом деле, о чем мечтают подростки, запертые в большом холодном замке, и у которых начался гормональный период? Проходя мимо Мародеров, я неожиданно споткнулся об что-то и чуть не полетел на пол, но чьи-то твердые руки схватили меня за запястье и дернули в сторону. Я чуть зашипел от боли, когда стукнулся головой о чью-то макушку, поднял свои растерянные глаза и тут же дернулся как от удара, поняв кое-что. Я сразу же вырвал свою руку и постарался осторожно встать, так как почти лежал на гриффиндорце. — Эванс, — насмешливо прозвучала моя фамилия в тишине. — Неужели тебе так хотелось побывать в моих объятиях? Ты мог попросить об этом, я бы не отказал тебе. Раздались тихие смешки от школьников, которые с удовольствием наблюдали за бесплатным представлением. Им только попкорна не хватает, серьезно. — Ну и самомнение у тебя, Поттер, — зло прошипел я, отходя от их компании. Вот же самовлюбленный идиот! Прав все-таки Северус, он обыкновенный пижон. Остальные Мародеры косились на нас с любопытством и весельем, хотя Люпин смотрел на меня немного виновато. Тем не менее, обмениваться сегодня колкостями не хотелось и я сел на свое место, привычно взяв в руки инструмент. — Сегодня я хочу спеть песню о любви, — я украдкой взглянул на кислого Фрэнка, пунцовую Мэри, спокойного Северуса, и хмыкнул. — Она немного, эм, прямолинейная, но мне нравится.

— Любовь бывает сладкой и предрассветной зорькой, Любовь бывает гадкой, любовь бывает горькой. Короткой, словно спичка и длинной, словно такса, Красивой, как певичка и чёрной, словно вакса.

Да, все школьницы мечтают о любви, парни тоже, но желательно, чтобы она была платонической.

— Любовь бывает стервой, любовь бывает кроткой, Кому она – до неба, кому – до подбородка. Нелётной, как погода и вечной, словно камень, Любовью Квазимодо, глотком воды в стакане.

Я взглянул на парочку, для которых и играю эту песню. Фрэнк и Алиса слушали меня очень внимательно, чуть улыбаясь. Девушка задумчиво поглядывала на Фрэнка, тот естественно это заметил и приободрился.

— Любовь бывает шёлком, любовь бывает сдачей, Как оголённый провод и пятой передачей. Ты, перебрав колоду от короля до свиты, Расплатишься любовью за то, что карты биты.

Мэри и Северус сидели все время тихо, без единой эмоции на лице, но девушка все равно выдала себя, едва заметно покраснев ушами.

— Какую ты хочешь, какую ты хочешь любовь? Застигнутый ночью, какую ты хочешь любовь? Какую ты хочешь картинку с витрины, скажи? На ту, что ты хочешь... ты пальчиком мне покажи...

Ребята привычно бурно поаплодировали, я театрально склонил голову и высокомерно вздернул подбородок, но тут же просиял. После я отложил гитару и сел играть с друзьями в шахматы и магловские карты. За деньги. Но это типа запрещено, так что мы старались не сильно привлекать внимание старшекурсников, которые могли нам подзатыльников дать и сообщить декану. Особенно хорошо играли Честер, Эдгор и Джиф, а Крис продувал уже в который раз, но упорно не хотел сдаваться. Когда ребята через час стали расходиться, ко мне подошла Анна и, нагнувшись сидевшему ко мне, прошептала на ухо: — Ты ведь заметил, что Поттер нарочно подставил тебе подножку? — Ты шутишь, — но, заметив скептический взгляд подруги, я вынужденно согласился с ней. — Но зачем ему это? — недоуменно высказался я. — Вот же засранец! Шутник хренов! — тут же запоздало разозлился я. Анна пожала плечами. — У меня есть некоторые предположения, Лиас, — увидев мои просящие глаза, она категорически произнесла. — Но я не скажу тебе их, пока сама не удостоверюсь в их правдивости. И не стоит так смотреть на меня, Эванс, не воспламеняюсь. — Какие же вы, женщины, беспощадные и черствые, — проворчал я и получил неслабый удар по плечу. — Ладно-ладно, вы самые милые и чувствительные, а также красивые и умные. Богини, одним словом. — То-то же, — важно кивнула девушка и мы оба рассмеялись. Когда наступило время Хеллоуина, я удивился. Учеба и друзья настолько сильно втянули меня, что я забыл обо всем. На праздничном пиру я мрачно обозревал стол Хафлпаффа, который ломился от еды и напитков. Ненавижу тыкву. — Эванс, не порть мне аппетит, сделай лицо попроще, — съехидничала Джейн, которая знала, что я терпеть не могу тыкву. В принципе, об этом знали все мои друзья. — Ты ешь как не в себя, Джи, — я мстительно назвал ее так, зная, что девушку это бесит. — Твой аппетит не перебьешь одним только моим прекрасным лицом. — О, заткнись, Лиас, — закатила глаза эта зараза. — Что, тебе до сих пор не дает покоя тот факт, что я красивее тебя, Джейн? — я показал ей язык. — Замолчите, оба, — не выдержал Крис и возмущенно уставился на нас. — Вы оба! Заткнитесь уже! — Сам закройся, — одновременно произнесли мы с Джейн и весело дали друг другу пять. — Как же я иногда хочу вас убить, — наигранно печально произнес Крис. — Только на вряд ли долгосрочный курорт Азкабан мне понравится. Остальные засмеялись. Обожаю своих друзей. Уже выходя из зала, я случайно толкнул плечом какого-то парня и тут же извинился. — Прошу прощения, — и собирался уходить, как услышал за спиной следующее: — Смотри куда идешь, грязнокровка. Я обернулся и увидел нагло ухмыляющегося студента Слизерина пятнадцати лет. Эдгор, Джиф и Крис открыли рот, чтобы что-то сказать, но я взглядом попросил их не вмешиваться. — В приличном обществе такими словами не бросаются. Тебе следует извиниться передо мной, — я заметил, как студенты начали сталпиваться вокруг нас. — А если не извинюсь, то что ты мне сделаешь? — слизеринец противно ухмыльнулся, явно упиваясь своей властью. Ну да, кто он, а кто я. — Жалко, я хотел решить все мирным путем, — я покачал головой, и отросшая рыжая челка сама упала мне на глаза. — Ешь слизней. — колданул я и проследил за тем, как побледневший парень, толкая столпившихся студентов, убежал в сторону лазарета, оставляя за собой кучу слизняков. — Так держать, Эванс. — Здорово ты его отделал. — Эванс, ты молодец. Студенты одобрительно галдели, а я прикрыл глаза. Похоже, третий курс будет намного сложнее, чем я думал.