Цветочка нет, я за нее

Джеймс пристально смотрел на спину хафлпаффца, сидящего за столом Слизерина. Он читал книгу в окружении многочисленных друзей и изредка о чем-то перебрасывался с ними. Лиас казался таким важным, когда говорил о том, чего другие не знают. И Джеймс залюбовался своим Лиасом. А еще этот звонкий и счастливый смех... Поттеру было странно слышать смех и гул со Слизеринского стола. — Джей, ты сейчас дырку в нем прожжешь, — Люпин укоризненно посмотрел на своего друга. — Да ладно, Ремус, — хрипло рассмеялся Сириус, хлопнув Джеймса по плечу. — пусть надышится на своего Лиаса. Через четыре дня у него уже не будет такой возможности до начала четвертого курса. — А сам-то, Сири, — вяло отбивался от подтрунивания Джеймс.— О твоих любовных похождениях знает вся школа. — Всего лишь три поцелуя, — воскликнул оскорбленный до глубины души Блэк. — И ничего больше! — И все три от разных девушек, — насмешливо отозвался Питер. — Из нашей компании ты первый целованный, — чуть смущенно сказал Люпин, а затем продолжил говорить нравоучительным тоном. — Мы только на третьем курсе. А что будет в будущем? Сириус, не стоит забываться. Став загонщиком в команде, ты же не... Джеймс перестал обращать внимание на друзей. Мысленно он грустно вздохнул. Первый поцелуй Поттер разделил с какой-то гриффиндоркой старше его на год. После удачного матча его и Сириуса окружила толпа восторженных фанаток, где парни с обаятельными улыбками кивали девушкам и подмигивали. Все таки он один из самых популярных парней в школе, и атмосфера всеобщего обожания нередко кружила Поттеру голову, заставляя играть на публику. И ничего удивительного, что подросток был совсем не против, когда его настойчиво утащила одна из поклонниц под смех Сириуса. Целоваться Поттеру сначала было неловко, но потом он решительно откинул сомнения и дальше все пошло гораздо интереснее и приятнее. Но после Джеймс то и дело отыскивал Эванса глазами, думая, а какого с ним?... — Джим, смотри, — пихнул его локтем Питер, указывая головой на слизеринский стол. Джеймс скрипнул зубами, заметив, что только стоило Эвансу встать, как поганый Снейп подорвался за ним. В груди вспыхнуло привычное раздражение, а в карих глазах плеснулась неприкрытая ненависть. Нюниус. Он не считал, что этот грязнуля достоин быть в обществе Эванса. И одновременно не мог ничего сделать, кроме как шутить и пакостничать слизеринцу. Эванс не простит, если со слизеринцем что-то произойдет по его вине. Он и так смотрит на Поттера, как на сумасшедшего. А Джеймс лишь шало улыбался и завороженно смотрел в его блестящие глаза, чувствуя, что внутри все переворачивается. Сириус Блэк тоже перевел взгляд на змеек, но замер, увидев темноволосую кудрявую макушку брата. Регулус Блэк, его младший брат, гордость и надежда семьи Блэк. Сириусу хотелось стукнуть Регулуса по его глупой голове и закричать на него, чтобы он жил своей жизнью и не думал идти на поводу у родителей, ратующих за чистоту крови и презирающих маглокровок. Но Рег с детства был слабохарактерным и предпочитал не спорить с родителями, из-за чего удостаивался от темпераментного Сириуса недовольным взглядом и пренебрежительными высказываниями с издевкой. Однако, несмотря на все обстоятельства и слухи, брата Сириус любил и желал ему только хорошего. Увлечение Регулуса Темным Лордом Сириус узнал недавно и негодовал, он видел, что брат стал коллекционировать статьи и фотографии об этом маге. Старший Блэк винил в этом мать, которая навязывала им идеалы, но в отличие от молчаливого и послушного Регулуса, Сириус лишь дерзко высмеивал их и не верил этому. — Зачем ты так с ними, Сириус? Родители ведь любят и беспокоятся о тебе, — в очередной раз осуждающе говорил Регулус, встречаясь с братом в пустующем кабинете. — Что-то я не заметил их любви и беспокойства, когда они проклинали меня, называя позором рода Блэк, — в который раз яростно шипел Сириус, скалясь и качая черноволосой головой. Мародеры никогда не трогали младшего брата Сириуса, зная, что даже если он не ладит с Регулусом, все равно не даст никому издеваться над ним и порвет любого, кто хоть как-то обидит или заденет младшего Блэка, не обращая внимания на принадлежность к любому факультету. Регулус в ответ старался не обсуждать со слизеринцами шутки компании гриффиндорцев, в которой состоял его брат, и не встревал в проказы студентов Слизерина против студентов Гриффиндора. Регулус не видел в этом смысла, его брат гриффиндорец, а он слизеринец. И младший Блэк сторонился межфакультетской вражды. — Поттер, и как же я раньше жил без тебя? — закатив глаза, раздраженно воскликнул Эванс на выпад Джеймса. У них был урок Зельеварения, где студенты варили уменьшающее зелье. Поттер не удержался и с энтузиазмом высказал свое мнение о пользе крысиной селезенки и сушеной смоквы и был награжден испепеляющим грозным взором Лиаса. На самом деле Джеймсу хотелось покрасоваться перед хафлпаффцем. Доказать ему, что он не просто озорной шалопай, а очень даже талантливый и умный гриффиндорец. Джеймс толком не злился на него, Эванс - Мерлин его побери! - такой невозможно красивый, когда злится. Чем-то ему напоминает маленького рыженького котенка, который решил показать Поттеру зубки и коготочки. — Когда ты отстанешь уже от меня?! — рассерженно сверкая изумрудными глазами, говорит хафлпаффец, стоило Джеймсу в четвертый раз сесть за стол барсуков. Поттер глазами передает: "Я не отступлюсь просто так от тебя". Эванс чувствует это и досадно отворачивается в сторону своих друзей, которые делают вид, что их не существует, когда упрямые Поттер и Эванс снова начинают выяснять отношения.

*****

— Серьезно? Но нас накажут за это, если поймают, — обреченно простонал Ремус. Ребята расположились на опушке Запретного леса, где помимо них были и другие студенты, весело болтающие и хохотавшие о чем-то. — Правила созданы для того, чтобы нарушать их, Рем, — одновременно весело произнесли Поттер и Блэк, последний подмигнул девушкам, которые украдкой посматривали на Мародеров, и те покраснели под его дерзким взглядом и усиленно зашептались. — Тем более послезавтра мы все разъедемся по домам, — вставил Питер. — Нужно отметить окончание третьего курса. — Именно, — широко улыбнулся Блэк. — Не волнуйся, Рем. У Джима есть мантия, мы в любом случае не попадемся. — И уроков нет и экзамены сдали, чего зря торчать в школе, если мы можем прогуляться в Хогсмиде? — поправил очки Джеймс, довольно щурясь от солнечного лучика. — Кстати я придумал отменную шутку. Нужно купить фейерверки в "Зонко" и кое-чего по мелочам. Питер, сходишь за мантией-невидимкой? Думаю, можно сейчас сбежать, все равно никто не заметит. И снова Хогвартс-экспресс мчится в шумную столицу. На середине пути Мародеры с блеском в глазах переглянулись с друг другом и одновременно тихо произнесли слова заклинаний, взмахнув палочками. Студенты Хогвартса удивленно вскрикнули, стоило иллюзиорному большому благородному льву с густой гривой пронестись мимо окон поезда, оставляя вслед за собой сверкающие язычки пламени, медленно истаявшие в воздухе. Дети восторженно ахали и прилипали к окнам, стараясь разглядеть его как можно лучше. Перед окном хафлпаффцев лев на мгновенье остановился и торжествующе зарычал, заставив школьников вздрогнуть и шокированно захлопать глазами. Только один рыжеволосый парень внимательно склонил голову к плечу и насмешливо хмыкнул, улыбаясь уголками губ. Он быстро понял, чьих это рук дело. Уже к концу лев внезапно устремился к небесам широкими стремительными прыжками и взорвался сотней ярких огней, напоследок издав громкий рык. Все ребята от первого до седьмого курса зачарованно смотрели на устроенный фейерверк, уже догадываясь, кто стоит за этим. И последний момент в воздухе появилась красная надпись: The Marauders. Отныне это название навсегда прицепится к четырем безрассурдным гриффам до самого их выпуска. Мародеры это понимали, идя на очередную забавную шалость, и посчитали это отличной идеей. Уже на станции возбужденные студенты разбрелись к своим семьям и знакомым, делясь с ними впечатлениями от шутки гриффов. Сириус с друзьями заметил чету Блэков и, чуть морщась, заметно приуныл. Джеймс, заметив это, вдруг оживился и достал из кармана небольшую пуговицу на веревке и протянул ее лучшему другу. — Держи, Сири, — грустно улыбнулся Джеймс. — Это многоразовый порт-ключ в наш дом. Ты же знаешь, мы всегда будем тебе рады. — Спасибо, Джейми. Ты настоящий друг. Поттер знал об отношениях в семье Сириуса и старался поддерживать друга, как мог. Блэк на прощание одарил их широкой ухмылкой и направился к родителям и стоящему рядом с ними Регулуса. — Отец, мать, Рег, — помахал рукой Блэк и нагло улыбнулся, стоило Вальбурге и Ориону чуть скривиться. Регулус лишь чуть опустил голову, нервно сжав в руках складки мантии. Сириус прекрасно говорил на французском языке, мог танцевать вальс, не путаясь в ногах, и точно знал какую вилку, ложку или нож использовать с каждым приемом пищи. Однако в присутствии своей семьи он всегда произносил неправильно слова или делал безобразные грамматические ошибки, танцевал так, словно у него были две правые ноги, и путал столовые приборы, чтобы разозлить их и заставить проявить хоть малейшую эмоцию. Оглянувшись в последний раз, он махнул рукой друзьям. Мысленно Блэк уже отчаянно желал вернуться в Хогвартс. Так же мечтали об этом Поттер, Люпин и Петтигрю. Все они считали школу своим домом или местом, где им всегда комфортно и спокойно.