Feelings...

Ну что ж, прощай старая любовь, здравствуй новая. Так и случилось в жизни Магнуса Бейна. Она была прекрасная, потрясающая, девушка мечты, утончённая богиня, великолепная Камилла. Парни за ней гонялись толпами, а перед ней падали наповал. В её сети, так же как и Бейн, попался Джейс, сводный брат Алека. Магнус недолюбливал блондиночку и уж точно не собирался ему отдавать свою добычу. Он решил проследить за Белкорт, позвав с собой лучшего друга. А почему бы и нет? Они встретились у дома Камиллы. Бейн думал, что им обоим нужно отвлечься и опять сблизиться, а ничто так не сближает, как слежка за красивой девушкой, ну, конечно, Бейн знал ещё один, более быстрый способ сближения, но с Александром он навряд ли сработает. И Магнус уже неделю как выкинул из головы все мысли об этом парне. Странно, но Лайтвуд появился с кислой миной. Разве он как гомофоб не должен был обрадоваться нормальному увлечению его друга. Бейн не знал, что между Алеком и Лидией, но по слухам они встречались, и даже если нет, то ему должно быть всё равно. Он был уверен, что друг при любых обстоятельствах не будет отбивать его новую любовь. Любовь. Именно. Магнус так думал. С Камиллой он сможет забыть Александра и станет по-настоящему счастливым. А друг так и останется просто другом. Но согласен ли последний с этим? Они ходили вокруг дома девушки до тех пор, пока цель оттуда не вышла и не направилась гулять. Прячась за строениями и растительностью парни «беспалевно» продвигались за Белкорт. Не успели они пройти десяти шагов, как рядом в кустах послышалось шебуршание и оттуда вылезло нечто, измазанное в грязи, одетое в защитный костюм цвета хаки, с тёмными солнечными очками и держащее бинокль. — Привет, мальчики, решили меня кинуть?! — сказало оно громким шёпотом так, что Камилла обернулась, а Магнус и Алек одновременно закатили глаза, распознав голос Джейса. — Зачем? — тихо спросил его старший брат. Он надеялся сегодня серьёзно поговорить с другом, наконец-то обсудить ту ночь, но с появлением Джейса его план с крахом провалился. — Я не мог оставить вас одних, мало ли что случится. К тому же мне тоже нравится Ками, и я не собираюсь просто так сдаваться и отдавать её Магнусу или тебе, — ответил парень и принялся настраивать бинокль. Только вот через тёмные очки не так просто было смотреть в него, так что с половиной своей маскировки он скоро распрощался. — Не дождёшься, она будет моей, — прошипел Бейн, поставив сопернику подножку, и тот с громким ойканьем повалился в траву. — Тихо, — шикнул на них Алек и еле успел увернуться, потому что в следующий миг злой Джейс кинулся на Магнуса. — Я не отдам её тебе без боя, — Джейс напрыгнул на отступающего Бейна, одним выстрелом убив двух зайцев: испачкав его наряд и своим весом заставляя упасть в траву. Алеку очень хотелось свалить, но он не мог так просто оставить этих двух идиотов. Пока они отвлеклись, Камилла скрылась из виду, и слежку решено было на сегодня прекратить. На следующий день Алек и Магнус встретились на том же месте, предварительно заперев Джейса дома и забрав все ключи. Лайтвуд не одобрял эти прогулки, но ради друга он согласился пойти на это снова, надеясь хоть так с ним поговорить и разобраться во всём. Но как только в их поле зрения появилась Белкорт, Магнуса как будто подменили. Александр не узнавал в этом человеке, с жадностью и каким-то животным чувством наблюдающим за каждым движением брюнетки, своего Магнуса. Неужели последний перепутал желание с любовью, голодными глазами прожигая дыру в девушке. — У неё шикарная задница, — начал Бейн с плотоядной улыбкой, не понимая, что каждым своим словом делает больно другу. Дальше посыпался ряд «комплиментов» всем частям тела Белкорт. Камилла явно видела шпионивших за ней парней, но не обращала на них никакого внимания, этим разжигая в Магнусе чувство никчёмности. Противоречивые эмоции Бейна смешивались в коктейль из вожделения и ярости: почему Ками игнорировала его? Это же была давно не первая их встреча, и следить за ней Магнус начал не без причины. Они встретились в клубе ещё несколько недель назад как раз тогда, когда он нашёл там пьяного Алека. Бейн пытался утопить свою несчастную любовь не только в стакане виски, но и в чьем-то рту, активно толкаясь туда языком. Но что ему мешало теперь запасть на замену своих истинных чувств? Магнуса злило понимание того, что Камилла всё равно на него больше не посмотрит — он ей не интересен, но он ничего не мог поделать, так как хотел её: её тело, секс с ней. А вот насчёт души Бейн сомневался. Он совершенно не знал Белкорт, не факт, что в красивой обёртке окажется настолько же вкусная конфетка. Алек смотрел на него с непониманием и даже с осуждением, как его друг мог быть таким мелочным, клюнуть на яркую обёртку, как из человека, которого парень знал всю свою жизнь, превратиться в похотливую тварь, нефильтрующую свой речевой аппарат. Магнус не был таким хорошим, каким знал его до этого друг. Может, Александр догадывался о беспорядочных связях своего товарища и его ночных похождениях по клубам, но не видел это своими глазами. Его бесило, что Бейн смотрел на девушку, как на кусок мяса. Но он так же предполагал, что весь этот спектакль разыгрывается для него, чтобы покрасоваться, и в душе он всё так же остаётся его Магнусом. Но Лайтвуд не подозревал на сколько его предположения далеки от правды. Да, с одной стороны, Бейн хотел показать другу свою крутость, но это было только на поверхности, внутри же, или с другой стороны, намного превосходящей первую, он пытался убедить себя самого в том, что он забыл Александра, что ему нравится Камилла. Брюнет медленно закипал с каждым словом азиата. Во-первых, ему не нравилось такое отношение со стороны Магнуса к другому человеку, во-вторых, в нём разгоралась ревность, хоть он ещё и не догадывался о её существование. С чего бы вообще? Но окончательно добило Алека нытьё друга после возвращения со слежки. — Я ей не нравлюсь. Она никогда не посмотрит на меня. — обречённо сказал Бейн, с грустью вздыхая. — Я никому не нужен, — со всем своим актёрским талантом начал причитать Бейн. — Прекрати, ты сам в этом виноват, — возможно, Александр должен был поддержать друга, но ему захотелось вместо этого прочитать нотацию, — Все эти твои «шикарная задница», «большие сиськи», ты разве не понимаешь, что это только оскорбляет нормального человека. От кого, от кого, но от тебя я такого не ожидал, Магнус! — Я понимаю, но по-другому никто не обратит на меня внимание. — в религиозной головке Лайтвуда не укладывалось такое. Бейн был красив, и кто-то обязательно посмотрел бы на него без всего этого. Причём, сам Алек был влюблён в него, пытаясь отрицать это все годы их знакомства, но сейчас он точно был уверен, что любит этого человека, каким бы он не был. — Почему ты ничего не понимаешь, Магнус! Как можно быть таким слепым! — вырвалось у парня, хоть он не имел права говорить такое. Слепым был именно он. Всю свою жизнь не замечая своих чувств, не замечая какими глазами смотрел на него друг. Но Лайтвуду было больно, что всё так паршиво складывается, что он потерял свой шанс. Эту боль он неосознанно причинял и Бейну, который старался понять поведение Александра. — Тебе она тоже нравится, — сделал неправильный вывод Магнус, который так разозлил Алека, что он со всей силы влепил пощёчину другу и, развернувшись на сто восемьдесят градусов, пошёл подальше от Бейна, пытаясь вместе с ним оставить и свои чёртовы чувства.

***

С приходом нового дня весь гнев парня испарился. Ему надо было нормально поговорить с другом о том случае и извиниться за своё вчерашнее поведение. Алеку было стыдно, потому что он не смог сдержать свои эмоции. Магнус, не теряя времени, решил опять пойти на слежку за девушкой. В этот раз один. Он не обиделся на Лайтвуда, видимо, было всё наоборот, и Магнус даже не знал почему. Вчерашняя пощёчина до сих пор горела на щеке, только она не приносила столько физической боли, сколько душевной. Хотелось бросить всё, потому что Бейн снова почувствовал — он влюблён в своего друга. Но ведь проще будет переспать с Камиллой или снова пойти в клуб и выбрать себе партнёра на одну ночь жёсткого секса, который заставит хоть на мгновение забыть об Александре. Самое ужасное было в том, что хотелось все эти вещи делать с одним единственным человеком: слышать только его стоны; доводить до экстаза одним касанием; терзать чужие пухлые губы, пока парень не начнёт задыхаться, а потом повторять это снова и снова. И вот поэтому он опять сидел в засаде и наблюдал за девушкой, которая, на самом деле, в сто раз хуже его Александра. Но видно не судьба остаться ему сегодня одному или наедине с Белкорт, так как из соседних кустов вылезло недоразумение с биноклем и примостилось рядом. — Джейс, вали от сюда, это занятие не для малолетних, — Бейн сделал убийственное лицо и толкнул Джейса локтем в бок. — Мне вообще-то девятнадцать… — начал возмущаться последний, но был прерван появлением ещё одного человека в их кустах. — Заткнитесь, вас за километр слышно, — Алек дал затрещину младшему брату и развернулся к Магнусу, — Мы можем поговорить? Пока Джейс стонал «за что», Бейн обдумывал ответ на вопрос друга, а Александр хлопал щенячьими глазками, Камилла наконец-то решила подойти к своим «обожателям». Все сразу же вытянулись по струнке, и на губах Бейна расцвела соблазнительная улыбка. — Привет, красотка, наконец-то ты меня заметила. — девушка на его слова нахмурила свои изящные брови, вспоминая, где они виделись и откуда тот её знает. — Прости, сладкий, но ты не в моём вкусе, тогда я видимо была слишком пьяна. А вот от тебя, красавчик, — она указала своим отращенным ногтем на Алека, — Я бы не отказалась. Это был конец, мечты Магнуса разбились в одно мгновение. Ладно, он потерял Камиллу, эту эгоистичную стерву, но вместе с ней он терял и свою настоящую и единственную любовь. Прощай, Александр. — Детка, а как насчёт меня? — Джейс не спешил сдаваться, подходя к девушке и соблазнительно, как ему казалось, облизывая губы. Белкорт открыла было рот, чтобы грубо отшить его, но её опередила Клэри, выглянувшая из кустов. — Джейс, а что это мы здесь делаем, — спросила она, подходя к парню, — Ты же сказал мне, что пошёл с друзьями на охоту, — Кларисса с интересом принялась разглядывать Камиллу, стоящую перед ней. — Клэри… Эм, я уже возвращался и тут увидел такую интересную… — договорить ему не удалось, так как девушка ухватилась за его руку и потащила в сторону дома. — Джейс Эрондейл Лайтвуд Вэйланд Маргенштерн Фэирчайлд, маленькая ты шлюшка, я, как твоя будущая законная жена, сажаю тебя под домашний арест на неопределённое время без права выхода, — грозно произнесла Кларисса, влепив новоиспечённому мужу подзатыльник и продолжая свой победный путь к «камере заключения». — Как это понимать? — округлил глаза Бейн, на миг забыв о своей собственной драме. — У неё серьёзные намерения. Наконец-то хоть кто-то взялся за этого оболтуса, — спокойно ответил Алек. — Они уже год встречаются, и мой брат хочет сделать ей предложение, только почему-то это знают все кроме него. — Лайтвуд улыбнулся от вида такого ошарашенного Магнуса, но их идиллию испортила Камилла. — И так, голубоглазый, как тебя зовут? — спросила она, продвигаясь ближе к своему предмету интереса. Лицо Бейна сразу же приняло выражение отчаяния, но он старался быть хорошим другом и поэтому попытался выдавить улыбку и собрался свалить. Пусть хоть Александр будет счастлив. Своего шанса на него Магнус уже лишился. — Из вас двоих, находящихся здесь, думаю, выбор очевиден, — Алек резко развернул Магнуса; который пытался улизнуть, оставив их с Белкорт наедине; и впился в губы, которые так ярко отпечатались в его сознании ещё с той ночи, притягивая обмякшее тело к себе и заключая в крепкие объятия. Первой мыслью Бейна было оттолкнуть, потому что его целовал его лучший друг-гомофоб, в которого он был давно влюблён и который… блять, где он научился так классно целоваться. Язык прошёлся по его нёбу, и Магнус поплыл, позволяя окунуться в другого человека и вновь нахлынувшие чувства. И возмущённое покашливание Камиллы в этот раз осталось незамеченным этими двумя. Девушка так постояла ещё минуту и негодующи уто́пала на своих каблуках восвояси, на что целующаяся парочка тоже внимания не обратила. Первым в себя пришёл Бейн и отстранился, пытаясь привести дыхание в норму. Ему было непонятно поведение друга, и такое случилось далеко не в первый раз. Александр стал его самой большой загадкой после того как он кого-то поцеловал на его глазах и их отношения стали ухудшаться. — Прости, — извинился Алек, пытаясь разглядеть в глазах друга ответ на его действия. Лайтвуд боялся увидеть там непонимание, разочарование или отвращение, боялся, что Магнус оттолкнёт его, не позволяя больше прикасаться к нему, убежит, не появляясь никогда в его жизни, но в них отражалось то же, что и в его собственных: «надежда». Надежда на счастливое будущее, где их не будет разделять ни Камилла, ни Лидия и никто другой. — Я всё помню, — тихо сказал парень даже больше для себя, чем для Бейна, подтверждая тот факт, что это будет не единственная их совместная ночь. Магнус сразу понял, о чём говорит его друг, и воспоминания нахлынули с новой силой, а Алек снова потянулся к чужим губам, разрешая себе не думать больше ни о чём. Магнус ответил. Нежно и страстно одновременно, смешивая любовь и желание, даря Лайтвуду искренность и раскаяние за все сказанные им слова в самом лучшем поцелуе в его жизни. Они дошли домой практически молча. Тишина говорила громче их все не озвученные ими чувства. Переступив порог квартиры Бейна, они продолжили своё занятие. Губы чередовались с языком, короткими вздохами, извинениями и тихими «люблю». Между парнями не было неловкости, как будто они идеально знали что делать, оттачивая свои навыки не один год. — Почему ты не мог сказать мне напрямую? — спросил Александр, быстрым движением избавляясь от футболки Магнуса и отбрасывая её назад, язык мазнул по ключицам, вскоре заменяясь губами. — Я боялся, что ты отвергнешь меня. Помнишь, тогда, когда я целовался с парнем и ты вошёл, ты разозлился, и я подумал, что ты ярый гомофоб, так же как и Джейс. — Бейн запутался пальцами в чёрных волосах. — Я заревновал, дурачок, — Алек шутя прикусил нежную кожу на шее, оставляя свою метку. Магнус слабо пискнул, не ожидая такого, и ещё ближе прижался к тёплому телу. Его сознание отключилось, а голос только и мог, что стонать от каждого прикосновения. Кое-как, на ощупь, они добрались до кровати Бейна и завалились на неё. Александр оказался сидящим на бёдрах парня, чем сразу же и воспользовался, толкаясь в чужой пах. Громкость стонов Магнуса поползла вверх. Пальцы Лайтвуда быстро расправились с ширинкой на чужих джинсах и стянули их вместе с бельём. — Хочу тебя, — прошептал Бейн, призывно раздвигая ноги и обхватывая ими друга за спину. — Смазка и презервативы в верхнем ящике. — Мы не сильно торопимся? Ты правда этого желаешь, — на Алека нахлынул здравый смысл, но спросил он это больше для галочки, потому что и так знал ответ и сам он навряд ли бы остановился, но перед его глазами опять встала картина из прошлого, где Бейн с упоением целует чьи-то, не его, губы. — Я понимаю, что ты со многими бывал, но я не хочу быть как все, Магнус, не хочу, чтобы между нами было только это, — желания как-то поубавилось, и осталась только горечь. — Алек, ты не такой, как все, я сох по тебе с самого детства, я боялся, что ты не обратишь на меня внимание и поэтому заливал эту пустоту алкоголем и впутывался в одноночные связи. — ладони Бейна притянули лицо парня к себе так, что он практически говорил в его губы, опаляя их своим дыханием. — Прости, это всё было неправильно. Наверное ты прав, нам надо всё обдумать и обсудить, — Бейн оставил короткий поцелуй на губах Алека и выбрался из-под его тела, принимаясь одеваться. Брюнет последовал его примеру. — Тогда завтра встретимся? Может сходим на свидание? — предложил последний, нервно улыбаясь и продвигаясь к выходу. — Хорошо, в четыре, — Магнус закрыл за ним дверь, в душе проклиная себя за то, что между ними опять засквозило это напряжение и непонимание. Лайтвуд прошёл десять шагов, гулко стучащих, так же как и его сердце. Перед ним образовалась какая-то невидимая стена, которую он не мог преодолеть, а в сознании с неимоверной яркость всплыли воспоминания их совместной ночи, полностью перекрывая всё остальное. — Какой же ты идиот, Алек, — сделал он вывод, резко разворачиваясь и залетая обратно в квартиру друга, практически сбивая его с ног и сразу же прижимая к ближайшей поверхности, засовывая язык ему в глотку. — Мне понравилось в твоей спальне, — попытался оправдаться он между поцелуями, — И ещё больше мне понравилось то, что ты делал со мною той ночью. Магнус принялся раздевать его пока он опять не передумал, но, видно, в спальню им попасть была не судьба. Он опустился на колени, признавая свою слабость перед этими голубыми открытыми глазами, глядящими прямо в душу. Пальцы расправились с ширинкой, так же как несколько минут назад то же делали руки Александра. Бейн делал минет медленно, чувственно, языком ощущая каждую венку на плоти Алека. Он застонал, пуская по члену вибрацию, у Лайтвуда от этого подогнулись ноги. Хотя сейчас он и был полностью трезв, но в голове всё шумело, а тело не хотело слушаться, живя своей собственной жизнью. Оно подавалось вперёд, желая почувствовать ещё больше, ещё сильнее. И он ощутил это в полной степени, вбиваясь в чужое тело, развернув и прижав его к стене перед этим долго и мучительно подготавливая. Знал бы Алек, как часто мечтал об этом Бейн, сколько тихих стонов «Александр-р» срывалось с его искусанных губ, пока он дрочил в душе, представляя своего лучшего друга. Член попадал каждый раз по простате, вбивая в чужой разум слова любви и осознание того, что его товарищ оказывается прекрасный любовник и между ними теперь не только дружба. Они могут встречаться, целоваться, быть вместе, у них ещё всё впереди. Это подтверждал каждый крик Магнуса, когда Алек внутри него попадал по чувствительной точке. — А-александр-р-р, — медленно простонал он, будто пробуя на вкус каждую букву. Лайтвуд сдался первым, изливаясь в горячее тело и уткнулся лицом в чужую шею, совершая ещё несколько резких толчков, подталкивая и Магнуса к краю. Быстро приняв душ, они переместились в спальню, целуясь и медленно проваливаясь в царство Морфея, не боясь, что на утро придётся сбегать или притворяться. Хорошо иметь лучшего друга, с которым ты общаешься уже много лет и которого знаешь даже лучше себя самого. Хорошо полагаться на другого человека и быть в нём уверенным на сто процентов. Хорошо, когда у тебя есть единомышленник, который всегда поймёт и поддержит. Хорошо, что ты влюблён в него и это взаимно. Плохо, что брат этого твоего лучшего друга — гомофоб, и он постоянно остаётся в твоём лофте, сбегая от своей заботливой и требовательной жены. Ну ничего, они это вскоре исправят, пробуя на прочность все поверхности в квартире и заставляя Джейса обходить их за километр.