Beastly Handsome

***

— Сынок!!! Мы дома!!! Родители Чонгука, Чон Ёсан и Чон Минги, одни из самых влиятельных людей Кореи. Они владеют огромной сетью ресторанов по всей Корее и за рубежом. Их признают и знают везде, куда бы они не поехали. — Чонгук, ты что спишь до сих пор или что? — начал возмущаться папа Ёсан. — Приветик… — Ох Господи боже… Ты хочешь чтобы у меня сердце прихватило? Ты чего в лыжной маске? — схватившись от испуга в области сердца, спросил Ёсан. — Просто… Папа, отец… Кое-что произошло. — Так…? — Хён… Помоги… — схватившись за голову, заныл Чон. — Короче, вашего сына прокляли, — сказал Хо. — Что ты имеешь ввиду? — переспросил Минги. Чонгук снял с себя капюшон и маску. От увиденного, Ёсан чуть не потерял сознание. А Минги не мог и слова произнести. Они никак не ожидали увидеть в своей жизни что-то подобное. Это повергло их в некий ужас. Чонгуку пришлось рассказать всё как есть. О вечеринке, о том, как он унизил Кихёна, и о всём, что происходило после. В общем, он рассказал всё. После своего длинного рассказа в комнате нависла тишина. Никто даже нарушать её не осмеливался. — Тебе нужно пойти к этому парню и извиниться. Возможно, он снимет эти чары с тебя, — сказал папа. — И желательно как можно скорее. В конце месяца у нас деловая встреча, и ты должен быть на ней. Так что, ничего не знаю, чтобы до конца месяца ты со всем ЭТИМ разобрался. Ты меня понял? — протараторил отец. — Да, понял, — вздохнув, ответил парень.

***

Чонгук не из тех, кто извиняется. Слишком гордый и дерзкий для этого. Но, сложившаяся ситуация не даёт ему другого выбора, как найти Кихёна и извиниться. Сейчас вечер. Солнце зашло за горизонт. Город накрыла тьма. Но и в этом есть что-то прекрасное. Ведь, его никто не увидит, а это значит, что альфа может спокойно пройтись пешком к дому омеги. Накинув на себя кожанку и капюшон, Чон вышел из дома. Погода была прекрасная. Лёгкий ветерок пробирался сквозь толстовку, щекоча голый участок кожи, от чего по телу пробегали мурашки. Небо усеяно яркими звёздочками. На улице пахнет свежестью. А ведь не удивительно. Сейчас первый месяц осени. Деревья всё ещё стоят увешаны листьями, но уже начиная постепенно желтеть. Утром погода всегда хорошая, светит солнышко, и тепло. Как только наступает вечер, становится прохладно. И приходится накидывать на себя кофту. Через несколько минут альфа добрался до дома Кихёна. Подойдя к двери, он позвонил в звонок. Через несколько секунд дверь открылась. Войдя во внутрь, перед взором альфы открылась мрачная комната. По полочкам были расставлены свечи. Везде висели какие-то странные украшения. — Я думал ты придёшь раньше, — послышался голос сбоку. — Ты… Что ты со мной сделал? — еле сдерживаясь, прорычал альфа. — Я? Ничего. Просто хотел посмотреть на твою душу. Если честно, я думал будет хуже. — Смешная шутка. Посмеялись и хватит. Сними с меня ЭТО… — Не могу, — пожав плечами, ответил Кихён. — Как это не можешь? Ты ведь наложил на меня заклинание, значит и снять можешь. — Это заклинание особенное. Слушай меня внимательно. Чтобы чары от руки моей спали с тебя, ты должен познать истинную любовь. Если тебе признаются в любви, чары спадут, ежели нет, ты останешься таким навсегда. Времени у тебя один месяц. Кихён хлопнул в ладоши и… — Какого хрена? Чонгук оказался каким-то образом в своей комнате. Сев на край кровати, он начал думать над словами мага. Но, долго это не продлилось. В комнату постучались, и на пороге появился папа. Он подошёл и сел рядом с сыном. Каким бы он ни был, чтобы он не сделал, всё равно Чонгук остаётся для него любимым сыном. — Ну что? Он что-то сказал? — спросил папа. И тут Чонгук начал рассказывать. И сказал те слова, которые ему произнёс Кихён. Ёсан всё это время сидел и внимательно слушал сына. — Не волнуйся, мы найдём омегу, который полюбит тебя. Вот увидишь, — поцеловав сына в висок, произнёс папа. После, он поднялся и ушёл, пожелав спокойной ночи. Теперь альфа остался наедине сам с собой. У него есть месяц. Всего-лишь один месяц. Он потерял надежду. Ведь, кто полюбит такое чудовище как он?