Война и Мир

      Некоторые люди просто не понимали, как бы он не старался объяснить. Война, с монстром из ночных кошмаров каждого гражданина, наконец-то закончилась. Долгие дни Гарри одолевал страх за то, что его мирная жизнь вновь будет нарушена воспоминаниями о прошлом, которое он не хотел воскрешать — но борьба внутри была далека от завершения. Очень часто она заставляла его сомневаться, действительно ли они выиграли Войну? Как можно говорить, что они победили если призраки прошлого всё ещё часто преследовали его после финальной битвы? Возможно, все они просто ошибались.              Честно говоря, Гарри Поттер слишком устал для того, чтобы думать о том, что, казалось, ожидали от него люди. Как будто они думали, что он и те, кто сражался на Войне, волшебным образом придут в себя и буквально от простых мелочей очнутся от кошмара. Для него совершенно нормально было просыпаться посреди ночи, в ожидании чудовища из кошмаров, по-прежнему живого и продолжающего его преследовать.              Порой, Гарри Поттер думал, что было бы лучше если бы в тот день, в запретном лесу, он и правда умер. Но, конечно, эта мысль была довольно эгоистична. О ней даже и думать не стоило, потому что если бы он и правда умер, то они не выиграли бы эту чёртову Войну и до сих пор страдали от действий пожирателей смерти.              Очевидно, когда человек, ценой всех, кто был ему дорог, становится избранным, ему нельзя быть эгоистом.              — Гарри, ты поедешь со мной в Хогвартс? — спросила Гермиона Грейнджер со слабой улыбкой на лице, устроившись на холодном, деревянном полу Норы. Похоже она справлялась со своими внутренним демонами ничуть не лучше него, об этом могли сказать чёрные круги под глазами. — Я знаю, что Рональд не поедет, он хочет работать в магазине Джорджа, но знаешь, мне интересно твоё мнение. Боюсь мне будет неловко вернуться в школу совсем одной.              Такие вещи ничего для Гарри не значили. Но он все равно кивнул.              — Конечно, — сказал он. — Мне ведь нужно сдать Ж.А.Б.А.                     

***

                    Так странно было вернуться в Хогвартс после всего что случилось там год назад. Именно так, мыслями, он возвращался к пожирателям смерти, каждый раз заходя в большой зал на ранний завтрак. Возможно, всё из-за того, как кололо сердце каждый раз, когда он вспоминал Фреда, бегущего по коридорам, по которым сейчас он шёл вместе с Гермионой, говоря о чем-то таком на что можно было не обращать внимания. Или может это было чувство, которое он испытывал каждый раз, когда смотрел на Малфоя Сотоварищи.              Панси Паркинсон, казалось, выбросила из своей жизни всю роскошь, а также неприятную, а порой и грубую манеру общения. Малфой после всего случившегося на Войне держался особняком. Теодор Нотт, в основном, уделял внимание урокам и казалось его ничто больше не волновало. Блейз Забини больше не ходил по школе так словно считал, что все должны ему кланяться только потому, что чистокровное общество считало его достойным уважения. И конечно же Дафна Гринграсс, которая, казалось, только и следовала за своей младшей сестрой словно боялась, что, если её не будет рядом, то некому больше будет присмотреть за ней и Астория упадёт посередь бела дня оземь и тут же умрёт. Вполне возможно, что после Войны все они очень боялись потерять ещё хоть кого-нибудь из близких.              У Гарри было своё тайное убежище. Хотя, в принципе, если подумать, то тайным оно вовсе и не было. Просто место, где он наконец мог снова почувствовать себя самим собой, после месяцев лишений и неприятностей. Но прямо сейчас кто-то забрался в его тайное место. Гарри не знал, что и думать. За всё время что он пробыл в Хогвартсе, никто его тут, у озера, не беспокоил. Теперь же, Дафна Гринграсс сидела, прижав к себе длинные ноги и не сводила голубых глаз с неподвижной водной глади перед собой.              Неохотно, но Гарри мог признаться, что зрелище было довольно очаровательно.              Он не совсем понимал, что на него нашло, но внезапно осознал, что уже сидит рядом с ней спустив одну ногу землю.              — Поттер, — её тон ни в малейшей степени не был приятным. На самом деле она говорила так, словно собиралась убить его, только за то, что он нарушил её покой.              Гарри заставил себя улыбнуться.              — Гринграсс, — в отличии от её, его тон не был наполнен ядом. Только ложной радостью. — Странно видеть тебя здесь.              Гринграсс, казалось, не разделяла его мнения, потому что внезапно встала на ноги и зашагала прочь, не сказав ни слова. Её причудливые светлые волосы развевались на ветру с каждым шагом и Гарри смотрел ей вслед с каким-то странным чувством в глубине души.                     

***

                    Когда встреча произошла уже во второй раз, Гринграсс, похоже, решила, что снова уходить не станет. Вместо этого она попыталась заставить уйти его. Но она и не подозревала насколько Гарри упрям.              — Блин! — она наигранно-расстроенно замахала руками. — Мне следовало бы знать, что мальчик-который-слишком-упрям-чтобы-умереть, будет упрям и в жизни. Она крепко стиснула зубы, глядя на него ледяными голубыми глазами. — Почему бы тебе просто не уйти? Я не люблю делиться.              — Это школьная собственность, Гринграсс, — напомнил он ей. — Следовательно, общая.              Она выглядела так словно готова была просто проклясть его. Но, похоже, вдруг, передумала, потому что лишь нахмурилась и скрестила руки на груди, стараясь держаться от него как можно дальше.              До конца дня они не проронили ни слова.                     

***

                    Когда пути их пересеклись в третий раз, у Гарри выдался довольно плохой день. Он был не в настроении выслушивать ежедневные подколки. Да и вообще быть среди людей, раз уж на то пошло.              Но, как всегда, Гринграсс лишь нахмурилась, стоя на ногах, и скрестив руки на груди, словно была оскорблена тем, что он даже подумать осмелился что её так легко прогнать. Словно она была лишь надоедливой вредительницей.              Вскоре Гринграсс проворчала что-то себе под нос в последний раз и развернулась на каблуках, глядя на него с явным раздражением из-за того, что он нарушил её столь драгоценный покой.              — Да что с тобой сегодня?              — Кошмар приснился, — обычно такие кошмары не были чем-то особенным. Но этот был совершенно необычным, настолько, что ему хотелось выцарапать себе глаза, лишь бы не видеть больше мёртвых глаз своих родителей, лежащих на земле прямо перед ним. Это развлекло бы человека… нет, существа, которое полностью разрушило его жизнь, ещё когда он был совсем маленьким и продолжало делать это даже после того, как сдохло.              Гарри очень хорошо помнил Седрика Диггори, старшекурсника, который трагически погиб только потому, что кому-то помешал. Только благодаря чистой случайности — совершенно лишенной удачи — Седрик погиб.              Гарри помнил, как Фред лежал на земле окруженный членами семьи, словно стаей волков, оплакивающей своего, вспомнил чувство вины, поселившееся в груди. Когда увидел Ремуса и Тонкс, безжизненно лежащих на земле, но всё равно держащихся за руки, то чувствовал себя так, словно кто-то просто высосал из него всю жизнь. Но вдруг, он вспомнил о малыше Эдварде Люпине, которого, как ему казалось, он любил так же сильно как собственного сына.              Война быть может и была выиграна, но уж слишком большой ценой. Порой он не думал, что она закончена. Порой ему казалось, что она всё ещё продолжается в его кошмарах и воспоминаниях, которые возвращали это чувство вины сильнее чем раньше.              — Поттер, я не… Да ты же не дышишь! — внезапно Гринграсс насторожилась, заморгав. — Давай, дыши. Медленно и глубоко. Дыши.              Но он не мог.              Слишком тяжело.              — Поттер, ну же. Тебе, возможно, кажется, что всё стало серым и невзрачным, но подумай о том, что у тебя осталось. Подумай о своём крестнике.              Тедди.              Наконец он вдохнул.              Гарри прикрыл глаза затем повернул голову и посмотрел на Гринграсс. Посмотрел благодарно.              — Спасибо.              Но Гринграсс просто махнула рукой, словно это была мелочь.              — Не стоит благодарности, — на мгновение ему показалось что на её губах мелькнула улыбка. — Я серьёзно, Поттер. Не стоит.              Гарри лишь по-мальчишески весело улыбнулся ей, впервые с тех пор, как закончилась Война, наконец, почувствовав умиротворение.              После этого отношения между ними начали меняться. Они не подружились, но она уже не смотрела на него так словно хотела убить. Мягко говоря, это была приятная перемена.              — Мне было шесть лет, когда я встретила Драко. Это случилось на ежегодном святочном балу. С тех пор он стал моим близким другом, — в её голосе прозвучали мягкие нотки, словно для неё эта встреча была такой же драгоценной, как для него встреча и Гермионой и Роном.              — Когда мне было шесть, я жил в чулане под лестницей.              Гринграсс положила руку ему на плечо. Вышло несколько неловко, но успокаивающе.              — Да, Поттер. Знаю. В газетах недавно писали, — да уж, вероятно не в самом лицеприятном виде, зная прессу-то. — Если тебе станет легче, то у меня детство тоже не было сладким. Мои родители те ещё придурки.              Гарри моргнул, глядя на неё.              — Это не так.              Гринграсс слегка усмехнулась в ответ.              — Я имею ввиду, что у тебя они хотя бы есть.                     

***

                    В следующий раз, как ни странно, они встретились не у озера. На самом деле он встретил её пока шёл в гостиную. Гринграсс, однако, похоже, к себе не шла. Она выглядела так, словно кого-то преследовала.              — Замолчи, Поттер и сядь пока нас не увидели! — она повалила его на колени и Гарри застонал себе под нос, отчаянно глядя на неё из-за того что вынужден был оказаться в такой, довольно неприятной ситуации.              — Чем ты занимаешься, Гринграсс? Разве это нормально? Поправь меня если я ошибаюсь, но следить за кем-то без разрешения это неправильно.              Гринграсс махнула рукой словно ей было всё равно.              — Следить за своей сестрой нормально, — а вот Гарри думал иначе. — Я делаю это ради её же блага. Она просто не знает с кем связалась, — затем она добавила, но уже более резко. — Не то, чтобы с Драко было что-то не так. Он довольно хладнокровен, когда не занят игрой в избалованного мудака с богатенькими родителями. Но он не может встречаться с моей сестрой! Он же один из моих близких друзей. Это неправильно.              — И какова же истинная причина того, что ты против этих отношений?              — Слушай сюда, ты может не знаешь, но репутации его семьи конец. Я люблю его, честно, но не могу позволить своей сестре рисковать своим будущим.              — Дафна? — позвал смутно знакомый голос и оба они повернулись лицом к паре, которую она пыталась преследовать. Она, не он. Он просто стал невольным соучастником. — Ты что следишь за мной? — Астория Гринграсс глубоко вздохнула. — Поверить не могу. Ты что, мне не доверяешь?              Дафна Гринграсс резко вскочила на ноги.              — Конечно доверяю, — она яростно уставилась на светловолосую девушку, на что Малфой лишь закатил глаза. — А вот ему нет, — и бросила острый взгляд на друга. — Не обижайся. Ничего личного.              Малфой выглядел ещё более оскорбленным тем фактом что она действительно думала, что может его оскорбить.              — Милая, чтобы оскорбить меня нужно что-то посильнее, поверь.              Гринграсс… Дафна лишь раздраженно закатила глаза.              — Даже не думай, Малфой, — а затем умоляюще посмотрела на сестру. — Астория, ты должна понять, я не смогу ничего сделать, если ты по глупости разрушить свою репутацию связавшись с этим мудаком, — Малфоя, происходящее, казалось, лишь забавляло.              — Дафна, я люблю Драко, — на этом моменте Малфой замер. Его серые глаза расширились от удивления. — Люблю. И если мне придётся пожертвовать своей репутацией чтобы быть с ним, то я с радостью это сделаю.              Дафна несчастно на неё посмотрела.              — Но…              — Я знаю, что ты хочешь мне добра, но позволь хотя бы раз в жизни мне выбрать самой. Перестань защищать меня. Живи своей собственной жизнью, Дафна. Может тебе пока невдомёк, но не ты ответственна за моё счастье. А я.              Малфой в свою очередь решил заговорить:              — А ты, кстати, что здесь делаешь?              — Я здесь оказался совершенно случайно, поверь мне, — ему, похоже, не поверили. Малфой последовал за Асторией, оставившей сестру в слезах, тихо катящихся по щекам.              — Ты как?              Дафна даже не потрудилась поднять на него взгляд.              — Ты не убьешь меня если я тебя обниму?              После долгого молчания она наконец ответила.              — Нет.              А потом обняла его, плача у него на плече, а он лишь крепко прижимал её к себе в ответ и шептал что-то, в чём и сам уверен не был.                     

***

                    — Отвлеки меня, — первое что сказала ему Дафна Гринграсс после того, как они заговорили после окончания занятий. — Я чувствую, что готова пойти и искать Тори. Мне надо отвлечься.              Гарри недоуменно на неё посмотрел.              — Сделаю всё что в моих силах, но я не уверен, что это чем-то поможет.              И он поведал ей историю о том, как проводил время с родственниками в маггловском доме. О днях рождения, которых у него не было и об Арабелле Фигг, которой он всегда будет благодарен за то, что она научила его выживать в этом ужасном доме.              Она всегда была очень добра с ним, когда он был вынужден жить в том ужасном доме, с родственниками, в котором ему так редко удавалось отпраздновать свой день рождения, и то, только потому что, как тактично выражалась его тетя, у уродов не бывает дней рождения. Арабелла Фигг, однако, научила его чему-то большему нежели выживанию с маггловскими родственниками, наблюдающими за каждым шагом и лишь ищущими повод для того, чтобы наказать его. Она научила его тому, что значит по-настоящему быть любимым. И он всегда будет ей за это благодарен.              Он очень хорошо помнил тот свой день рождения, который изменил для него всё. Помнил, как впервые встретился с Хагридом. Этот день для него был поистине волшебным и вряд ли он его забудет. Ведь в тот день он встретил одного из своих самых близких друзей. И по сей день он имел честь называть Хагрида своим другом и семьей.              Хотя, она, вероятно не это имела ввиду.              — Поттер, я тебя отвлечь меня просила. Не пытайся заставить меня ныть из-за горькой истории о твоём детства, — а потом её глазки озорно блеснули и прежде чем он успел понять что произошло, её руки обвились вокруг его плеч, а её восхитительные, порочные губы накрыли его и прежде чем сам Гарри успел хоть что-то понять она исчезла.                     

***

                    Гарри Поттер никогда не был в восторге от вечеринок по случаю дня рождения. В основном, потому что в детстве у него никогда не было таких вечеринок. Но даже когда подобное началось, ему всё равно не нравилось. Слишком уж подобное напоминало ему о временах, которые он провёл в чулане под лестницей.              Гарри посмотрел на старую фотографию родителей, которую держал в руке и улыбнулся, глядя на знакомые лица, видневшиеся на балконе. Однако услышав приближающиеся шаги, он привычно сунул снимок в карман.              — Поттер, ты разве не должен быть на своём дне рождения? — высокие каблуки застучали по полу, становясь с каждым шагом всё громче.              Ему не нужно было оборачиваться чтобы узнать кто это.              — А ты разве не должна избегать меня?              Дафна глубоко вздохнула, остановившись рядом с ним на балконе дома на площади Гриммо.              — Я знаю, что в последнее время вела себя довольно глупо. Я не должна была избегать тебя, потому что сама поцеловала. Мне стоило набраться смелости, — она всплеснула руками, явно вне себя. –— Но храбрость не самая сильная моя сторона.              Он пристально посмотрел на неё, но, когда открыл рот чтобы сказать что-то, она просто приложила пальчик к его губам.              — Я привыкла быть честолюбивой и хитрой. Привыкла защищать сестру, потому что мои родители этого не сделали бы, но теперь я должна жить — по-настоящему, без сестры, которая могла бы мне помочь. И я не знаю как с этим справиться. Так что, быть может… может быть, ты согласишься помочь мне? Также как я буду помогать тебе залечивать шрамы прошлого.              Гарри Поттер видел много девушек в своей жизни. Они все были разными и во многих отношениях замечательными. Но Дафна Гринграсс не была похожа ни на одну из них.              — Это честь для меня.              А потом она поцеловала его и это было лучшим подарком на его день рождения.              — С днём рождения, Гарри Поттер, — сказала она. — Быть может, ты также подумаешь о том, чтобы встречаться со мной?              Гарри мягко коснулся пальцами её волос и счастливо улыбнулся ей.              — Определённо, Дафна, я бы хотел быть с тобой.