Лечебница "Акрам"

      Каролус приехал в "Акрам" ближе к вечеру, когда, как ему показалось, удалось отыскать способ загладить вину перед Сарией за неприемлемое поведение. Братья Макивор ждали рыцаря. Они курили у входа. – Ну как? – спросил Каролус. – Если честно, сэр, – начал Змей, состроив кислое выражение лица, – не по себе. Я знаю, что как это звучит, но я всерьёз боюсь... заразиться безумием. – Да ладно тебе, – сказал Каролус. – Не так уж он и плох! Рыцарь натолкнулся на хмурый взгляд Ворона. Змей поддержал брата: – Роланда штормит. Мне кажется, что он сам с собой иногда разговаривает. Или всегда... Это… – Змей повёл плечами, – ну такое себе. Каролус поморщился: – Сегодня уж не нажирайтесь в сопли, ладно? Не хватало ещё, чтобы вас закрыли в полицейском участке. – Угу, – кивнул Ворон. – Есть "не нажираться", сэр, – произнёс Змей. – Свободны. Братья отправились в город, а Каролус подождал немного, а потом вытащил с заднего сиденья роскошный букет, который едва помещался в руках. Щёки пылали, и Каролус с превеликим удовольствием спрятал бы подарок от посторонних глаз, но делать нечего. Рыцарь кивал при встрече с монахинями, улыбался, чувствовал себя глупо, но шёл к кабинету Сарии. Каролус добрался до цели. Он сел на кушетку рядом со входом. Тут же встал, подумал: "Здравствуй, Сария. Я вчера повёл себя…" Нет. Скажи иначе. "Я – солдат, Сария. Прошу прощения за вспышку гнева. Не всегда выходит..." И снова не то. "Сария, мне очень жаль, но я просто не привык к такому обращению. Эти люди…" Боже-Император, последнее – худшее, что ты выдумывал за последние лет… даже не знаю сколько!" Рыцарю даже стало смешно. Он – уже несколько раз прошедший омоложение старик – теряется и краснеет при мыслях о женщине, самой обыкновенной женщине. Как раз в этот миг Сария вышла навстречу. Она даже не заметила Каролуса. Сария помассировала виски, вытащила связку ключей и заперла дверь. Только потом настоятельница заметила рыцаря и охнула, будто привидение увидела. – Каролус?! Он не нашёл ничего лучше, чем просто протянуть букет: – Мне очень жаль за вчерашнее… Сария. Настоятельница широко раскрыла глаза: – Право… не стоило. – Вам только лучшее. "О, Боже-Император, что с моим языком?!" – взмолился Каролус. – Спасибо, но… "Нет!" – Я очень устала, – произнесла Сария. – Ещё раз спасибо за цветы. Мне так неловко, но сегодня я хочу просто поспать. Прошу простить, Каролус. Рыцарь застыл. – Увидимся завтра, – закончила Сария с грустной мучительной улыбкой с дрожащими уголками рта. – Конечно… Каролус даже не помнил, как уехал из лечебницы, и как оказался на улицах Вербрука, освещённых тусклым светом фонарей и ярким сиянием неоновых вывесок закрытых ресторанов. Только эти огни и говорили о том, что город, венчающий остров, не вымер. Любителей прогуляться перед сном, праздных гуляк или любопытных туристов Каролус не встретил. Рыцарь сбросил скорость и просто колесил по окрестностям, стараясь справиться с навалившейся хандрой.       "Я здоров, свеж, светел… ну и чего так дико..." – Каролус вздохнул.       С предательскими чувствами следовало расправиться как можно скорее.       Рыцарь иначе посмотрел на Вербрук.       "Змей говорил, что "кто ищет, тот найдёт". Что ж, поищу", – подумал Каролус.       Рыцарь добрался до самой крупной площади города, если не считать пешеходную зону центра, и припарковался у обочины. Каролус достал трубку, закурил и оглядел окрестности.       На противоположной стороне дороги, рядом с памятником неизвестного героя Нагары, который занёс над головой цепной меч, прошагала команда военной полиции с парой сторожевых псов. Они перешли дорогу и направились вдоль линии закрытых заведений, осматривая брошенные рядом с ними автомобили. Полицейские светили внутрь салонов фонарями, и во время проверки наткнулись ещё на одного такого же полуночника, как и Каролус.       Рыцарь опустил стекло, издали донеслись злые крики.       Полуночника вывели наружу, приказали сложить руки за голову, развернули и грубо приложили грудью к машине. Однако потом произошло нечто отличное от задержания. Вместо того, чтобы вызвать полицейский наряд и увезти нарушителя комендантского режима в участок, одна женщина затолкала его обратно в машину и села следом.       Уже через минуту караул отправился дальше по своим делам, будто ничего и не произошло.       "Этого мне и не хватало", – решил Каролус.       Решительной походкой, но оглядываясь, рыцарь направился к интересующему его объекту. Подошёл ближе и постучал костяшками пальцем о боковое стекло автомобиля. Оно опустилось.       На Каролуса посмотрел мужчина с тонким изящным лицом и дорогой аугметикой на месте левого глаза. Полуночник не сказал ни слова.       – Господин, – начал рыцарь, – не подскажите, где в Вербруке можно с удовольствием расстаться с деньгами?       Полуночник кивнул с выражением: "Садись".       Он отвёз Каролуса на окраину города и зарулил на подземную стоянку многоквартирного дома, в место настолько мрачное и тошнотворное из-за неубранного мусора, что рыцарь даже подумал:       "Хуже места для глупой смерти не найти".       И когда Каролус на самом деле приготовился к возможному ограблению, то полуночник указал рукой на неприметную дверь с небольшой, подсвеченной зелёным, вывеской "Вход".       – Две сотни сейчас, – проговорил незнакомец. – Об остальном договоритесь на месте. К тому же, могу предложить кое-что особенное, если вас не устроит выбор. Жду здесь ещё полчаса, потом уезжаю.       Каролус передал хрустящую купюру. Полуночник кивнул с благодарностью, а потом позвал следовать за собой. Он постучал по неприметной двери, а потом посмотрел наверх направо.       Проскрежетал замок. Каролус различил ритм громкой музыки где-то в глубине здания.       Полуночник откланялся и предложил Каролусу войти. У винтовой лестницы вниз рыцарь встретился с огрином, который скрёб головой потолок, и старым угрюмым ратлингом, естественно, не столь высоким.       – Оружие при себе есть? – спросил последний.       – Нет, – ответил Каролус.       – Для тебя же лучше, если нет, – прищурился ратлинг, – иначе Бо, – он показал большим пальцем себе за спину на огрина, – скатает тебя в шар и выкинет отсюда. – С-скатаю в-в шар, ха-ха-ха, – великан схватился за живот и расхохотался. – Тише, болван! – ратлинг ударил напарника по щиколотке. – Б-бо, т-тише, – отозвался опечаленный огрин. Ратлинг ухмыльнулся и пригласил Каролуса спуститься. Даже глядя на винтовую лестницу, можно было определить, что рыцаря привезли далеко не в наркоманский притон. Затейливая вязь перил, бархатный ковёр на ступенях, на стенах рольверк: орнамент крученых лент стиля рококо. Кто бы ни занимался здесь интерьером, он не пожалел средств. Каролус сдвинул тяжёлые багровые занавеси в сторону и прошёл в широкий зал. На сцене в дальнем углу выступали полуобнажённые танцовщицы кабаре. Их товарки также были подвешены в клетках у потолка. Кого только не было… Рыцарь видел женщин не только самой разной комплекции и оттенков, но даже видов: зверолюды, ратлинги, фелиниды. "Змей с Вороном, похоже, просто не в тот клуб попали", – подумал Каролус. На мягких диванах с резными спинками посетители отдыхали перед столиками с рассыпанным порошком и раскуренными кальянами. За барной стойкой Каролуса дожидались батареи бутылок. Рыцарь усмехнулся и попытался представить, что же такое мог предложить полуночник, чего здесь нет. – Шенин де Мускада, – попросил Каролус, разглядев знакомую бутылку. – Хороший выбор, – кивнул бармен. – О-о-о, кого я вижу! – раздался бархатный женский голос. Рыцарь повернулся. Под полупрозрачной чёрной фатой скрывалась самка фелинидов: острые вытянутые уши; белая шёрстка на лице; раскосые, сверкающие золотом глаза; приплюснутый нос и маленький рот с едва заметными губами. Она облачилась в облегающее вечернее платье, и Каролус мог поспорить, что талию этого мутанта можно без труда сжать в ладонях – настолько она была тонкой. – И кого же вы видете? – рыцарь пригубил вино. – Солидного мужчину со вкусом, – промурлыкала фелинид. – Ничего от вас не скроешь, – произнёс Каролус. – Я давно этим занимаюсь, – фелинид улыбнулась и обнажила мелкие острые зубки в пасти, – и вижу насквозь. Она наклонилось ближе, и рыцарь вдохнул резкий, но возбуждающий аромат мускуса, смешанного с цветочной пыльцой. Этот запах сводил с ума. Тут же захотелось ослабить галстук и поправить штаны. – Подобрать вам пару? – спросила фелинид. – Или предпочитаете компанию побольше? Каролус на самом деле порой арендовал весь полевой бордель компании, но сейчас не чувствовал в себе сил на такие разнузданные приключения.       – А сколько стоит провести время с вами, госпожа?       Фелинид словно комочком шерсти подавилась. В глазах вспыхнули искры. Но мутант быстро пришла в себя и ответила:       – Даже если бы ты был королём, сладкий, у тебя бы не нашлось столько денег.       – Я – король, – сказал рыцарь.       – Настасья скрасит твоё одиночество куда лучше меня, – фелинид кивнула на другое подобное существо, которое медленно пританцовывало у выхода. – Или… может быть, хочешь кого-нибудь экзотичнее? Девочек с рогами и копытами?       Каролус хмыкнул.       – Ладно, я понял. Мне кажется, что вы знаете меня лучше, чем я сам себя. Кого посоветуете?       Фелинид посмотрела на Каролуса сосредоточенно. Потом вздохнула и произнесла:       – Комната № 7. На тумбе у входа оставьте двести тронов. Я пришлю лучшую.       Фелинид повернулась к залу и позвала:       – Настасья, проводи нашего дорогого гостя в апартаменты.       По пояс раздетая женщина-кошка, только не с белой шёрсткой, как у мадам, а с огненно-рыжей, приблизилась и улыбнулась Каролусу.       – Здравствуйте! Как вам наше заведение?       – Чарующе.       Рыцарь ещё раз напоследок окинул взглядом зал: настенные лампы освещали металлические изваяния, портреты и фотографии сотрудниц борделя. Некоторые посетители мирно спали, в то время как другие, наоборот, если не рвались на сцену выступать вместе с танцовщицами, то занимались с прислугой сексом прямо у всех на виду.       Каролус забрал с барной стойки бутылку и пару бокалов.       Шлюха-фелинид провела рыцаря за собой, игриво помахивая пушистым хвостом. Она открыла дверь в комнату, повернулась и произнесла:       – Желаю славно развлечься!       Каролус вытащил тяжёлую монету самого крупного достоинства и подбросил в воздух. Он и глазом моргнуть не успел, как деньги исчезли в тоненьких мохнатых лапках. Рыцарь послал Настасье воздушный поцелуй, а потом оглядел комнату.       "Денег, конечно, это место съест немеренно, но хоть интерьер лучше, чем у Хокберга, – подумал Каролус. – Ещё бы девочки были погорячее".       Мыться в душе рыцарь не стал, хотя посмотрел и убедился, что полотенца свежие, а ванные принадлежности новые, упакованные в полиэтилен. Именно по таким мелочам можно сразу определить уровень борделя.       Постельное бельё тоже оказалось чистым и надушенным. Каролус разделся и забрался под одеяло. Наполнил бокалы вином и выпил один, однако всё равно никак не мог поймать настроение. Каролус принялся было мастурбировать, но внезапно совершенно будничный процесс стал до омерзения пошлым.       А потом появилась она – царица в прозрачной накидке: очень высокая и стройная с бледной, алебастровой, совершенной чистой кожей; ухоженная, холёная, с превосходным маникюром, превосходным педикюром, превосходной причёской и интимной стрижкой; лицо, очертания тела доведены до идеала, до невозможного идеала, потому что природа не одаривает людей столь щедро. Она стоила каждого трона суммы, о которой говорила мадам.       И как назло в это мгновение Каролус вспомнил Сарию.       Настоятельница была прямой противоположностью богине, которая легла ему на грудь, ласкала соски и потянулась рукой к паху.       Сария была противоположностью, была чертовски естественна и прекрасна со своими крепкими руками и коротко стриженными ногтями.       Как и обещал полуночник, он терпеливо ждал возвращения Каролуса. Кивнул рыцарю:       – Так и знал, что вам нужно больше, чем просто дорогие шлюхи. Так чем вам помочь?       Каролус ответил. Полуночник вздрогнул.       – Вы уверены? С ними лучше не связываться.       – Это невозможно?       – Да нет, – вздохнул полуночник, – любой каприз за ваши деньги.