Утро начинается не с кофе

      — Арх… — я потянулся и развалился на всей кровати. Открыв глаза, понял, что нахожусь не в своей комнате. Затем нащупал чей-то бок и, наконец, осознал, в какой ситуации оказался. Я — самый крутой парень на потоке, поэтому могу себе позволить провести с кем-то ночь, но память от чего-то не хочет показывать мне подробности нашего приятного времяпрепровождения.       — Арх, — «счастливчик» тоже проснулся. Я тут же задал банальный вопрос и ожидал полного восхищений ответа.       — Ну, как тебе наша ночь зайчик? — насколько я понял, со мной лежал парень. Не удивляйтесь! Мне нравятся не только грудастые женщины, но и миленькие мальчики. Прямо определиться не могу, кто больше.       — Что происходит? — кудрявое чудо стало поворачиваться, и я узнал в нём старого знакомого. Им был мой заклятый враг Кирилл, что учился на экономиста, впрочем как и я. Ещё со школы между нами безмолвная вражда. Он бедный стипендиат, а я избалованный богатенький мальчик. Какая между нами может быть любовь? Только косые ненавистные взгляды.       — Действительно, что ты забыл в моей кровати? — во мне стала полыхать злоба на одногруппника. Наверное, потому что он неуклюжий, недружелюбный, невинный, одним словом, серая мышь, которая мечтает только об одном, чтобы её никто не трогал.       — Это моя комната и моя кровать! — я огляделся, квартирка, так скажем, не первой свежести. Вот у моей семьи особняк, красивый и чистый. А тут хоть и чисто, но отсутствие ремонта даёт о себе знать. Я вернул взгляд на своего «любовника». Он, конечно, симпатичный: кудрявые чёрные волосы и серые глаза, стройная фигура и мягкая красивая кожа, но его образ «серой мыши» мне прямо бесит.       — Почему же наш умник оказался со мной в одной постели? — он смущённо отводил взгляд и старался вспомнить события вчерашнего вечера. Я тем временем пытался привести волосы хоть в какой-то порядок. Внешность у меня хоть и самая обычная, то есть коричные волосы и глаза, но мне нравится. А если учесть спортивную фигуру, то вообще от поклонников отбоя нет.       — Ну, мы были на вечеринке, которую организовали одногруппники. Дальше не помню. Наверное, мы напились и… — что он себе позволяет? Чтобы я и переспал с ним? Да ни в жизнь!       — Ты о чём не помнишь, не говори! Я разборчив в партнёрах и вряд ли стал бы с тобой спать! — встав с кровати, я понял, что полностью голый. Скорее всего мы действительно пошалили этой ночью. Интересно, насколько я был пьян, что позволил себе быть с ним?       — Макс, я…       — Стоп, — я смотрел на него сверху вниз уже одетый. — Не знаю, чего ты там себе понапридумывал, но даже если что-то и было, то это просто секс и ничего более.       — Я понял… — в уголках глаз Киры были заметны маленькие бусинки слёз.       — В общем, вот деньги, можешь считать, что мы снова просто знакомые. Ясно? — я сделал строгий вид.       — Не надо деньги, я же не шлюха! Просто забудем об этом случае! — он отвернулся к стенке и сжался в клубочек.       — Пока! — из меня, как всегда, позитив так и прёт. Ничего не могу с собой поделать.

***

      Несколько месяцев наше общение ограничивалось только приветствием и вопросами по учёбе. Дома отец, как обычно, пилил меня по поводу работы в его фирме. И это несмотря на то, что я вроде бы хороший экономист, и ошибок в отчётах у меня практически нет. Пришлось отсиживаться у любовниц и любовников, у которых, к слову, квартирки получше, чем у нашей «серой мышки.»       — Макс, слышал новость? — вот так всегда, только я начинаю думать, мне обязательно кто-нибудь помешает.       — Смотря какую, — я выпрямился и посмотрел на доску. Преподаватель что-то писал и нудно бормотал о том, что этот предмет не менее важен, чем остальные.       — Наша «серая мышка» встречается со Стасом! — пришлось перевести взгляд на Киру, который похоже тоже был не сильно заинтересован в теме лекции. Он шустро печатал что-то в телефоне.       — С Петровым что ли? — они друг другу подходят. Оба ботаники.       — Нет, с Нерским! — я чуть не подавился собственной слюной. Быть не может! Он же крутой пацан! Зачем ему «серая мышь», вроде Кирилла Мельникова? Имея большую популярность мог бы встречаться с любым в ВУЗе!       — Понятно, — мне нельзя показывать удивление. Я же самый желанный парень на факультете, один из лучших игроков в футбольной команде университета, вторым был Стас, и, самое главное, сын местного миллионера Романа Стужева.       — Ты не сильно удивлён! А говоришь, что не знал! Догадывался? — одногруппник не отставал. Через минуту надоедливых толчков под бок, я, наконец, обратил на него своё внимание.       — Отстань! Дай поспать! — я лёг на парту, но продолжал тайком смотреть на Киру, который кажется тоже начинал кимарить.       Прошло пару недель, и я поверил словам одногруппника. Эти двое постоянно ходили вместе. Они вместе ели, сидели на семинарах, Кира иногда приходил к нам на тренировку. В общем Стас не упускал ни минуты, чтобы не приобнять своего партнёра.       А вот Кирилл, как ни странно, не особо льнул к нему. Смотря на эти нездоровые отношения, я медленно зверел. Мне нужно было куда-то деть ту бешеную энергию, которая во мне скопилась. Думаю пора навестить Женю, который любезно согласиться меня принять не только в своей скромной квартирке в центре города, но и в себе. Я пошло улыбнулся и облизнулся, предвкушая сегодняшний вечер.

***

      — Привет, котик! Ты устал? Сделать тебе массаж? — опять удивляюсь, он всегда готов, как будто постоянно ждёт меня. Мне это льстит.       — Давай сразу к десерту! — я прижал его к стенке и страстно поцеловал. Он в свою очередь извивался подо мной, пытаясь как можно выше задрать свою лёгкую майку и короткие шорты.       Секс с Женей, который был один из немногочисленных постоянных любовников, как всегда прекрасен. Он умело делает мне минет и насаживается на член. Однако сегодня я решил открыть для себя новый мир, а именно познать ощущение, когда спишь с одним, а представляешь другого.       Во-первых, у меня нет такого любовника, которого я любил бы не только за секс. Во-вторых, этим особенным оказался Кира. Совру, если скажу, что мне не понравилось, но для меня это как-то ново. Я не мог понять это воображение или воспоминания того вечера. Удовлетворив инстинкты, мне сразу захотелось уйти, что и сделал.

***

      — У нас игра завтра, а вы как медведицы беременные! — тренер орал на нас, как будто ему сейчас эта медведица наступила на ногу. Играем мы хорошо, только сегодня Стас постоянно отвлекается на своего благоверного.       — Тренер, простите! — правильно, пусть просит прощение. Тут только он виноват!       — Сопли не распускать! Штраф — десять кругов! — команда, понурившись, приступила к выполнению задания. — Максим, ты почему не бежишь? — тренер никогда не приветствовал непослушание. Поэтому наша команда и выиграла так много наград за три года.       — А чего это я должен за чужие ошибки отдуваться? Пусть сам бегает! — я пошёл к выходу на стадионе.       — Стужев, вернись! Иначе выведу из ближайшей игры! — не оборачиваясь, помахал ручкой на прощание. Странно, раньше я не был столь импульсивным.       — Макс, ты чего? — на моём пути встал Стас.       — Ничего, пропусти! — я несильно оттолкнул его с дороги и продолжил путь, но он, видимо, решил, что я собираюсь драться. Стас тоже не сильно ударил меня по лопаткам. А дальше началась неразбериха, в которой я отчётливо слышал только голос Киры, просящий прекратить драку.

***

      Как бы тренер не хотел меня отстранить, у него это не получилось. Стас был не в состоянии играть, а больше достойной замены нет. Вот я и был реабилитирован с условием безоговорочной победы. До начала игры пять минут, скоро на поле, а оттуда у меня только один выход, победителем. Я был предельно сосредоточен и настроен.       — Макс, привет, я хотел лишь пожелать победы! — ко мне подошёл Кира, улыбаясь так по-детски, что мне захотелось его обнять и утащить в укромное местечко.       — Спасибо! Тебя, надеюсь, не Стас прислал?       — Нет, я сам. Просто пожелать удачи хотел! — он облизнул губы, тем самым выдавая своё волнение. А я, находясь под влиянием чувств, прижал его к стенке и поцеловал, закрывая своим телом от посторонних глаз.       — Макс, я… — его губы манили меня, и если бы не предстоящая игра, то мы бы уединились.       — Тише, — я продолжал целовать его маленький ротик всё глубже и глубже.       — Стужев, совсем совесть потерял? — на краю сознания слышал голос своего тренера, но соблазн был так велик, что не мог оторваться от своего мышонка.       — Минуту, — я отстранился от красного, как рак, Киры и тихо прошептал ему на ушко. — Болей за меня и жди! А сейчас иди, я тебя прикрою! — слово сдержал, закрыл его своей широкой спиной.       — Стужев, да ты… — тренер не мог подобрать слова, а команды смотрели на меня с выпученными глазами.       — Кобель! — наконец, кто-то подсказал ему, и тот успокоился.

***

      Игра прошла на ура. Наша команда победила. Всю игру я старался не отвлекаться на Киру, который смотрел на меня, не отрываясь. Радует то, что Стас не пришёл на игру, не хочу видеть его рядом с моим мышонком.       — Поздравляю с победой! — я уже переоделся и вышел из раздевалки, как у меня перед носом неожиданно возник Кира.       — Спасибо. А где же мой подарок? — мои глаза выжидающе уставились на него. Однако он видимо не понял намёка, поэтому просто отводил взгляд и смущённо улыбался.       — Прости, — Кира аккуратно встал на носочки и поцеловал меня в щёчку. А я не смог сдержаться и приобнял его за талию. Ещё никто так меня не поздравлял. Моей радости не было предела до тех пор, пока я не увидел за его спиной Стаса.       — Кир, ты любишь меня? — спрашивать в лоб, возможно не стоило, но я хотел знать, что мой мальчик не играет со мной. Вера в то, что он искренен со мной, была сильна. Однако мой собственный поступок по отношению к нему был просто ужасен. Сейчас я понимаю, как сильно обидел мышонка, которого так сильно полюбил. Теперь мне придётся всеми силами вымаливать его прощение.       — Дда… — он был очень смущён, но говорил искренне. Я покрепче сжал его в своих объятьях и поцеловал в губы, сминая их своими. Ему так нравилось, глубоко и мокро. Он покраснел ещё больше, хотя вроде бы дальше было некуда.       — Пойдём в кафе? — мне стоило больших усилий оторваться от него. За спиной малыша уже не было Стаса. Видимо, этого ему хватило, чтобы понять кому принадлежит малыш.       — А ты не собирался праздновать с командой? — Кира переступил с ноги на ногу и, почувствовав, что может стоять, отпустил мои плечи, за которые держался всё время.       — Собирался, но ты важнее! — я снова поцеловал его, но уже без напора, наш поцелуй стал похож на приветственный.

***

      — Что хочешь? Заказывай всё что угодно! — я не привык, что кто-то из моего окружения теряет голову от цен в меню, поэтому с опозданием добавил. — Я оплачу!       — Не надо, всё в порядке! — он пытался отнекаться, но я настоял на своём и просто купил ему несколько пирожных и чай.       — Давай ешь, а то щупленький весь! Того и гляди ветер сдует!       — Спасибо, — он взял пирожное и стал с удовольствием его есть, запивая горячим чаем. Мне не особо хотелось есть, более приятным оказалось наблюдать за ним. Я уже представлял, как буду есть этот очаровательный десерт. Однако на этот раз не забуду важных подробностей.       — Наелся? Мне нужно с тобой поговорить, — он кивнул и приготовился слушать. — Какие отношения связывают тебя и Стаса?       — Мы делали проект вместе, — спокойно сказал Кира.       — Тогда почему он тебя тискал в коридорах? — Кира поперхнулся чаем.       — Не было такого! — собеседник сильно покраснел, но держался уверенно. — Он иногда приобнимал меня, но только как друга! — наивный, конечно, он всё делал с определённым умыслом.       — Ладно, забудь! Я сам с ним поговорю и выясню его мотивы., — Кира погрустнел.       — Только ты осторожно! — по выражению лица мышонка было понятно, что он волнуется за этого мерзавца.       — Ладно, — иногда можно побаловать своего малыша, всё равно Кира не узнает, как прошёл наш разговор на самом деле. А это будет зависеть преимущественно от того, как Стас будет себя вести.       — Можно спросить, как ты относишься ко мне? — мышонок снова раскраснелся.       — В смысле? — я не мог понять, что он имеет ввиду.       — Ты меня любишь? — выпалило на одном дыхании чудо.       — Да, — я сам не ожидал, что скажу это. После осознания чувств друга друга мы минут пять сидели в тишине, отходили, так сказать.

***

      — Макс, подожди… — я прижал Киру к стене в прихожей, ногой закрывая входную дверь.       С того момента, как мы официально признали себя парой, прошло чуть больше месяца, а до постели дошли только сейчас. Во всем виноваты курсовая и экзамены, которые благодаря помощи Киры я сдал довольно неплохо.       — Не хочу больше ждать! Хочу тебя прямо здесь! — я впился в его губы страстным поцелуем и стал медленно освобождать его от одежды.       Сегодня я рассказал отцу о своих серьёзных намерениях по поводу отношений с Кириллом. Естественно, его это не обрадовало. Он угрожал наследством, домой, семьёй. Однако мышонок для меня был важнее. У нас всё будет хорошо. Мы устроимся на работу, сделаем в его квартире ремонт и будем жить друг для друга. А у отца есть второй сын. Пусть он продолжает наш семейный бизнес и род.       — Кир, ты для меня важнее всего на свете! Будь, пожалуйста, навсегда только моим! — я нежно обнимал его за талию и смотрел на него глазами, полными любви.       — Дурачок! Я и так твой! — он потянулся и легко чмокнул меня в верхнюю губу.       — Я давно хотел попросить у тебя прощение за свой поступок тогда, когда мы проснулись вместе! — мне правда сильно нужно было его прощение. Я не хотел начинать строить наши отношения на недосказанности. Меня не пугало, что если он меня не простит, мне придётся жить на улице. Я боялся, что ему не нужен!       — Уже давно простил! — он посмотрел на меня серьёзным взглядом, а потом, смутившись, добавил. — Я полюбил тебя очень давно, ещё со школы. Ты был таким красивым, сильным, и до сих пор таким остался. Поэтому если бы я не был с тобой, то ни с кем бы не был.       — Я люблю тебя! — от его откровений меня потянуло на страстный поцелуй, который медленно перешёл в попытки добраться до спальни, не отрываясь друг от друга.       Наконец, добравшись до места назначения, я повалил его на небольшую кровать. Интересно, как мы тут уместились вдвоём в тот раз. Неважно, зато будем ближе друг к другу. Я, разорвав поцелуй, снял с него футболку и стал зацеловывать шею, ключицы, затем соски, оставляя кое-где засосы и небольшие укусы.       Вдоволь насладившись верхней частью его тела, перешёл на нижнюю, предварительно спустив с мышонка штаны. Я гладил и целовал красивые ножки своего возлюбленного, помечая свою собственность. А затем перешёл к кульминации нашего единения. Я обхватил его член руками и стал брать в рот головку. Признаться честно, мне впервые приходиться это делать. Обычно я наслаждался умелыми ротиками своих пассий. Однако сейчас мне хотелось доставить удовольствие своему малышу.       Судя по реакции Киры на мои манипуляции, ему очень даже нравилось. Он весь покраснел и зажал рот, чтобы заглушить стоны, но особо сильные всё же вырывались из его прекрасного ротика. Ничего, сделаем звукоизоляцию со временем, и ему не придётся себя сдерживать. Хотя я и сейчас не против услышать его откровенные вскрики, доказывающие, что ему действительно приятно, но смущать мышонка ещё больше мне не хотелось.       Пока манипуляции с членом отвлекали Кирилла, мои пальцы готовили его к чему-то ещё более приятному. Как только он излился мне в руку, я притянул его к себе и, поцеловав, медленно вошёл. Сначала получилось только на половину, но через минут пять Кира впустил меня полностью. Эта ночь оказалась самой волшебной в моей жизни! Мне никогда не было так хорошо!

***

      Я проснулся от назойливых солнечных лучей, лезущих мне прямо в глаза, и запаха кофе. На кухне тихо звенели столовые приборы, а мне хотелось, чтобы оттуда скорее показалось моё чудо, которому не спиться после столь бурной ночи.       — Проснулся? — Кира тихо заглянул в комнату, а потом вошёл, неся чашку, из который струился пар и стойкий запах кофе. — Я приготовил тебе густой, как ты любишь! — мышонок передал мне горячую чашку и сел рядом, пытаясь остудить свои нежные пальчики. — Спасибо, — я отведал столь манящий напиток и, убедившись, что малыш просто чудо, обнял его, целуя каждый пальчик. — Откуда ты узнал, какой я люблю? — поставив чашку на тумбочку, притянул его к себе и заставил лечь рядом, укрыв нас одеялом. — Мне удалось попробовать как-то раз. В столовой почти никого не было, и я отпил из твоей чашки, когда ты ушёл, — мышонок смутился и прижался ко мне, уткнувшись носиком мне в грудь. — Я полагаю, теперь моё утро будет начинаться не с кофе! — я с улыбкой посмотрел на него. — А с чего? — мой малыш, кажется, не понял, на что я намекаю. — С этого, — я поцеловал его и принялся тискать, подминая под себя. — Стой, в университет опоздаем! — Кира попытался выползти из-под меня, но я не позволил, углубляя поцелуй. — Успеем…