Tears of Blood

От Автора: Писалось на скорую руку ночью в поезде, так что приношу свои извинения за ошибки, которые я не заметила. Если кто-то что-то заметит, прошу, исправьте, пожалуйста. Всем спасибо. Приятного чтения :3 Удар головой о стену. Из разбитой брови сочится кровь, алыми каплями стекая вниз по лицу. Боль… Но боль прекрасна… Я давно принял роль подчиняющегося. А он принял роль господина… Это можно назвать игрой, только моральной, игрой на нервах. Когда ему плохо, когда он зол, он срывается на мне. Я не против, лишь бы ему было хорошо… Не знаю зачем я это делаю. Я мог давно уйти и не вернуться. Разъединить наши судьбы, но я все еще тут. Любовь? Возможно… Какие-то странные чувства… Непонятные… Раз за разом я терплю. Раз за разом он срывается. Я знаю, он любит меня. Всегда знал. С первой нашей встречи. Но он вспыльчив. Гнев, злость на весь мир, он не может это подавлять, он выплескивает это наружу. С самого детства жизнь его изматывала, не давая ни дня покоя. На плечи ребенка сыпались проблемы, кои не каждый взрослый мог решить. Это больно. Я понимаю. Мое детство было не лучше. Только разница в том, что со мной были люди, поддерживающие меня, научившие радоваться и смеяться, у него же их не было. Я не был одинок, в отличие от него, человека, который был одинок всю жизнь. Сейчас мы вместе. У него появились друзья. Появился я, любящий его не смотря ни на что, однако гнев в нем не погасает. Каждый раз он заводиться за считанные секунды. Действует быстро. Сразу… Превращая чистые чувства в жесткую пытку. Я не против. Боль… Унижение… Я привык. Удар кулаком в челюсть. Падаю на кровать, неотрывно наблюдая за Гаарой, хочу знать - чего ожидать… Подходит ко мне и наклонившись припадает к моей шее. Острые зубы прокусывают кожу. В глазах застыла злость… Еще немного и он окончательно потеряет над собой контроль… - Больше крови – безумно шепчет Гаара. Это пик. Кровь возбуждает его, вконец снося все преграды, снося крышу. Сильные руки срывают с меня футболку, отбрасывая ее. Пальцами проводит по бокам и торсу, останавливаясь на бедрах, до синяков сжимая их. Приглушенный стон срывается с моих губ. Тело отчетливо чувствует каждое прикосновение, каждую рану пронзающую его болью. Он не садист. Я не мазохист. Нет. Просто жизнь выдала нам эти роли, заставляя подчиняться им. Играть… Да. Все лишь игра. Жизненная постановка с элементами драмы. Не более. Нетерпеливо стягивая с меня нижнее белье, Гаара ловко переворачивает меня на живот, приподнимая за бедра, продолжая дальше изводить меня. Ногти царапают спину, оставляя рваные, глубокие раны. Жар… Безумный жар… Тело отзывается на привычную боль. Хочется еще. Немного… Не сдерживаю громкий стон, когда он меня хватает за волосы, потянув назад. - Проси – тихий шепот хриплого голоса сводит с ума. Горячее дыхание обдает кожу, отчего глаза все больше застилает дымка похоти. - Доставь мне удовольствие – сдержанно шепчу, морщась от боли. - Что? – издевательски спрашивает, ожесточая хватку. - Прошу доставь мне больше удовольствия... Больше боли… Возьми меня – срываюсь на крик. Это не первый раз, я уже привык. Не первый и не последний… Это будет продолжаться пока один из нас не сдастся, не сбежит. Уйду я – жизнь пойдет вверх. Уйдет он и все кончено, тьма сможет поглотить его, и не останется больше ничего… Гаара отходит к столу и, взяв что-то, тут же возвращается. Спину пронзает что-то острое, разрезая кожу. Кровь струится из новой раны, измазывая спину алыми пятнами. Еще один порез, только глубже. Терпеть становится труднее. Откидывая этот предмет, любовник берет что-то еще. Я не смотрю. Не хочу знать… Сосок больно сжимают между пальцами, чуть оттягивая, затем протыкают его иголкой. Сжимаю зубы, подавляя крик. - Не молчи – хрипло шепчет Гаара, сжимая рукой мою шею – я заставлю тебя кричать. Резкий толчок. Боль выбивает из меня крик. Без смазки Гаара входит в меня, до синяков сжимая бедра, начиная быстрые не размеренные толчки. Слезы стекают вниз по лицу… Физическая боль ничтожна. Тело лишь оболочка. Намного больнее переживать страдания душой. В один момент ты понимаешь, что больше не в силах терпеть и сдаешься. Сбегаешь… Кровь стекает по моему бедру, распаляя Гаару. Это безумие не прекращается, а наоборот, набирает обороты. Выходя полностью, любовник вставляет заново, до конца, продолжая резко и грубо двигаться. Я почти не дышу, лишь хрипло постанываю, лаская слух любовника… Ему так легче… Ему так нравится… Острые зубы впились в плечо, раздирая кожу, добираясь до мяса… - Крови никогда не бывает много, верно? Ему не нужны ответы. Ему плевать на мое мнение. Ему нужно отыграться, сбросить напряжение, избавиться от злости. Жесткие толчки уже не раздирают нутро. Кровь служит смазкой, сглаживая движения. Возможно сейчас самое время все прекратить. Сбежать. Оставить. Забыть. Но я не могу. Моя привязанность, моя любовь, мое сочувствие не позволяют… Мешают двигаться дальше. Мешают преодолеть страх идти по жизни разными путями. Боль поглощает с каждым разом все больше. И с каждым разом все труднее терпеть. Терпеть и прощать. Любить и жалеть. Жить и забыть про смерть… Быстро выйдя из меня, Гаара переворачивает меня на спину, за волосы, стаскивая с кровати. - Поработай ртом шлюха – эти слова больно, будто током пронзают сердце… Впервые в жизни я хочу остановить это все. Впервые я готов это сделать. - Нет – тихо шепчу я, отводя взгляд. Два раза повторять не нужно. Гаара вскипает и от одного, единственного отказа. Резкий удар по ребрам и я падаю, боясь открыть глаза. Боясь представить, что будет дальше. Вновь меня хватают за волосы железной хваткой, поднимая на колени. Открываю рот, тихо шипя, и тут же в него загоняют член. Бедра в быстром темпе двигаются, заставляя полностью заглатывать. На глаза вновь наворачиваются слезы. Еще пара толчков, и он, выйдя, кончает мне на лицо; скалясь и злобно смотря на меня. Обессилено встаю и заползаю на кровать. Это все что я сейчас могу. На что хватает сил. ***** Открываю глаза. Все тело жутко ломит после вчерашнего. Так всегда. Я привык. Гаары рядом нет. Значит, ушел уже... Встав, я направляюсь к шкафу с единственной целью: взять чистые вещи и пойти в душ. Открываю деревянную дверь, и мое сердце сковывает ужас. Пусто. На нижней полке лежит небольшой листок: «Прости…».