Угасающий закат

       Хенджин кладёт свою ладонь на холодную и смятую постель. Сою нигде не видно. Он подрывается и запрыгивает быстро в свои чёрные джинсы с рваными коленями. Находит телефон и набирает ей, но девушка не поднимает. Он ещё раз звонит ей, но та снова не берет. Тогда он сбегает вниз по лестнице на кухню и слышит вкусные запахи, отдалённо напоминающие блинчики. Заворачивает к двери и замечает как она мило напевает что — то, стоя в его длинной майке. Сою не сразу замечает Хвана, лишь ощущает чьи-то тёплые руки на своей талии. Парень прислоняется носиком к её уху и зарывается в волосы.   — С тобой всё в порядке, слава Богу. Я так переживал, что ты убежишь, — Джинни кладёт свою голову ей на плечо и девушка случайно увлекшись этими тёплыми объятьями обжигает указательный палец. Шипит от боли, палец краснеет. Блондин берет её руку и дует на поражённый участок, а потом включает кран с холодной водой и подставляет ладонь под струю.   — Ты так заботишься обо мне. Но я не заслуживаю всего этого, — в ответ Хван затыкает её поцелуем. Отключает не глядя кран и нажимает на кнопку на плите, чтобы её выключить. Тянет девушку за собой, не отрываясь от её губ. Спиной толкает дверь в ванной и снимает с Сою свою майку. Включается благодаря их непроизвольным движениям холодный душ. У девушки намокают волосы, также и у блондина, который в этот момент не даёт даже втянуть побольше воздуха, просто дышать немного. Он прижимается всем телом, хочет просто раствориться в ней самой. Его пах трется о её живот, который приятно тянет от сильного желания. Сон обхватывает его ногами и целует сильно, с напором, откидывается назад немного, больно трется спиной, пока Хенджин вбивается в податливое тело девушки. Джинсы одной ногой отброшены в сторону, а сам, не отрываясь, движется ритмично, целуя рвано, страстно и даже слегка больно. Он хочет вкусить её губы, постоянно чувствовать аромат спелой вишни и корицы. Она же вдыхает запах ванили и морского геля для душа, от которого приятно вскружило голову. Хенджин делает последний толчок и задерживается в ней. Сою лишь падает обессиленная в его объятьях и чувствует как внутри разливается тепло. Ещё немного времени осталось побыть вместе. Сою одевается быстро, пока Хенджин заснул и сбегает к себе. Дома родители заждались дочь, а любимый питомец обиженно ходит мимо неё.  — Ну Роджер, пойми, что в жизни у меня появился ещё один мужчина. Ты же хочешь чтобы я была счастлива? — пёс медленно подходит и облизывает лицо девушки, которая присела и смотрит прямо на него. — Родж, я знала, что ты будешь со мной солидарен. Сою смеётся от шаловливости своего питомца и вспоминает, что оставила Хенджина совсем одного. Зная о его расстройстве теперь, Сон сбегает вниз по лестнице и, оставляя нараспашку дверь, бежит к дому Хвана. Парень спустя три звонка открывает. Лицо его бледное, волосы мокрые, а глаза красные от слез.   — Я думал, что ты меня бросила. Так быстро убежала, — она бросается в его объятья и просит прощение. Умоляет её простить, ведь и правда после всего, что было, она вот так бесследно исчезла, чтобы показаться просто родителям на глаза.  — Прости, моё солнце. Прости, я правда виновата, — в глазах у неё темнеет, а она падает в обморок прямо на его руках. Голос Джинни словно в вакууме. Последним, что видит девушка перед потерей сознания были его испуганные глаза и дрожащие губы.

***

Проходит неделя, а Сою всё ещё лежит и не может встать. Врач сказал, что у неё снова начали расти метастазы, только ещё вдвое быстрее обычного. Жизнь перевелась с месяцев на часы. Хенджина не пускают к ней, а родители посменно ночуют у палаты с особо тяжёлыми пациентами. Внезапно на пороге больницы появляется Джисон. Он долго не решается войти, но всё же ступает в коридор онкологического отделения. Родители не обращают на него внимания, а врач машет руками, что туда нельзя. Джисону плевать, он хочет прямо сейчас прийти и сказать всё, что у него на сердце, даже, если она не услышит. Он врывается, несмотря на все просьбы и даже замечания, внутрь и видит спящего ангела перед собой. Несмотря на огромное количество трубок и капельницу, Сою всё ещё так прекрасна. Хан садится на колени перед ней и берёт за руку.  — Прости меня. Прости, что тогда не подошёл. Прости, что не поздоровался, когда ты меня так звала. Мне всё ещё болит тут. Я не могу больше не замечать тебя и то, как сердце стучит бешено лишь от одного твоего имени. Я лю… Хану не дают сказать важное для него. Его под руки забирают медбратья и уводят. Буквально выкидывают из отделения.  — Постойте! Это очень важно! — но перед его носом закрывают дверь. Он спускается и буквально оседает на лестнице. Хенджин поднимается в это время по ступенькам и замечает сидящего одногруппника. Он протягивает ему кофе, хотя не очень то и хотелось с ним даже заводить разговор.    — Зря ты так сделал. Ты же прекрасно осознавал, что она тебя не любит. На что ты рассчитывал вообще? Джисону плевать. Ему плевать на свои принципы, он готов постоянно ей признаваться в любви, лишь бы в её сердце что-то пробудилось. Надежда ведь всегда умирает последней. Хан встаёт и молча уходит. Больше он ни слова не скажет Хенджину, да и что ему доказывать. Ведь всё и так очевидно, что Хан влюблен настолько же сильно, сколько Джинни дорожит девушкой. Хенджин смотрит вслед уходящему парню и поднимается этажами выше. Он проходит в холл и присаживается рядом с родителями Сою. Смотрит им в глаза с сожалением, что ничем не может помочь.

***

Месяц прошёл. Девушку выписали, но сказали строго настрого принимать тяжёлые медикаменты. Сою берёт пса и идёт на противоположную сторону, к дому Хенджина. Тянет руку к звонку, но не успевает нажать, как двери открываются, выпуская аромат ванили прямо на саму девушку. Хван её тут же тянет на себя, в свои объятья. Он прижимается и вдыхает её запах волос. Казалось, что его блонд стал ещё светлее, а волосы длиннее. Они стоят так пару минут, пока Ками не толкает носиком парня в штанину.   — Да, уже иду, милашка, — говорит он это собаке и они выходят за порог. Джинни берёт за руку Сою и парочка движется к парку. Они долго гуляют у озера, собаки резвятся сами себе. Наступает время вечера. Слегка розовый закат касается уходящих лучей солнца. Он так прекрасен, как эти двое влюблённых, гуляющих рядом с фонтаном. Сою убегает от Хвана, а он её пытается догнать. Девушка влюбленным взглядом смотрит на Хенджина, но его взгляд тревожный. Зрачки расширяются, а рот приоткрыт. Он смотрит на Сою, а она всё ещё улыбается ему.    — Давай посидим Джинни, — он отводит её к лавочке, из носа у девушки течёт кровь. Он пытается найти платок, чтобы ей передать, но Сою опускает его руку.   — Сейчас, потерпи, девочка моя. Он ищет в её сумке таблетки, но она отказывается его слушать. Кладёт свою ладонь поверх его.   — Посмотри на меня, моё солнце. Посмотри же в глаза мне, — просит о последнем желании девушка. Хенджин мотает головой и не может поверить в то, что это всё происходит с ним.   — Нет. Я не отпущу. Не отпущу, — сгребает её в охапку он. Крепко прижимает и даже не думает сдаваться, вот только она в последний раз отпускает его руки и приближается к нему губами Касается их невинно, Хенджин ощущает соленоватую жидкость на своих устах. Рука её, что сжимала парня за куртку медленно разжимается. Сою начинает тошнить кровью. Она задыхается, Хенджин снова бессилен перед её болезнью. Он звонит в скорую и просит срочно как можно нереально быстро приехать. Джинни берёт её на руки и садится на лавочку. Усаживает Сон к себе на колени и прижимает. Руками обнимает и качает из стороны в сторону. Последний угасающий закат стоит в глазах Сою, который так трепетно, с любовью, улыбкой на устах, с лёгкостью отпускает эту жизнь. Сердце задаёт последний удар и становится, становится в режим покоя уже навсегда. Девочка Хенджина умерла у него на руках. Уже не будет ничего как прежде, ведь для Хвана все закаты не будут иметь смысла, потому что её больше нет. Угаснул последний луч света для неё, как и она забрала его тепло, оставляя лишь последний нежно — розовый хаотичный хаос на небе.

***

Год спустя Последний учебный год в колледже. Хенджин снова и снова возвращается к той лавочке, где когда — то познакомился с этой милой и очаровательной девушкой. Флешбеками проносится их первая встреча, их первый поцелуй, предательство их общих одногруппников — Джисона и Дженни, благодаря которым они стали ещё ближе. Их первый секс и последствия после. У Джинни сжимается сердце, но он пытается его унять, постукивая сжатым кулачком в грудь. На лавку рядом присаживается Джисон и протягивает ему какой — то футляр.  — Думаю, что Сою хотела чтобы это осталось у тебя. Он встаёт и уходит. Хенджин ещё долго гуляет с Ками, пока не замерзает и не бежит греться. Он замечает напротив своего дома табличку с надписью «Выставлен на продажу». Мистер Сон выходит с огромной коробкой и замечает парня. Он кивает ему, чтобы Хван подошёл. Отдаёт что — то квадратное, перетянутое подарочной бумагой.  — Это было частью жизни моей дочери. Возьми же, — протягивает он парню и тот берёт.   — Но… Но вы не хотите оставить это себе? — хочет вернуть Джинни ему предмет. Мужчина кивает в знак отказа головой.   — Это точно для тебя предназначено, Хенджин, — парень ещё раз прощается и крепко обнимает мужчину. Он убегает, так как собирается дождь. Хенджин заваривает большую кружку чая и идёт к себе в комнату. Закрывает дверь и прыгает на кровать. В глаза бросается то, что ему отдал отец Сою. Хенджин гипнотически «дырявит» глазами этот предмет и всё же любопытство берёт верх. Он разрывает бумагу и конечно же находит дневник. Тот самый, который он тогда видел у Сою в ту ночь. Парень проходит по каждой строчке, вдумчиво читает, пока не доходит до последней записи… Дорогой Хенджин! Если ты читаешь эту запись, то значит меня больше нет… Знаю как тебе тяжело сейчас, а моим родителям трудно смотреть в глаза… Прости, что не смогла сдержать обещание и ушла, оставив тебя одного. Не знаю поймёшь ли ты, но я с первой нашей встречи ужасно тебя ненавидела и если честно презирала, — парень улыбается, едва сдерживая слезы, но продолжает мучать себя этим. Всё же он должен узнать то, что осталось после неё. То, что он не смог сберечь. … Но речь не об этом. Я столько хотела тебе рассказать, но боюсь, что этого не хватит ещё на оставшиеся три-четыре странички, — Хенджин и правда подсчитал страницы и их так и оказалось. — Потому возьми футляр и открой, — он делает то, о чём его просит Сою, — … Сделал? А теперь посвяти на последнюю строку страницы, — нажимает на кнопку, которую находит где — то внизу и правда она светится. Парень читает по буквам то, что там написано невидимыми чернилами. Буквы формируются в слова, а слова в предложения. «Я ведь твой угасающий закат, который всегда будет греть твоё сердце, ведь с небес мне ещё ближе к тебе подобраться, чем было на земле. Моя любовь затрагивает теперь не только одну планету, но и целую вселённую, целый этот прекрасный мир, в котором ты — лишь ты моё самое ценное и дорогое сокровище. Я люблю тебя от земли и до неба Хван Хенджин…»