Carnivorous butterflies (Хищные бабочки)

      Золотые глаза рассматривали беззвездное небо, висящее над Метрополисом, словно какой-то темный навес. И здесь с самого низу, рядом с окраиной не было никого, кто бы мог сказать гостю, что гулять по заброшенным зданиям опасно. А здесь было действительно опасно, заброшенная стройка была словно минное поле для невнимательных, но отличное место для паркура. Сейчас цель была забраться на самый верх недостройки. Отличная тренировка хаоса, на первый взгляд, пока в какой-то момент не задумаешься, а ты уже падаешь вниз с высока.              Белые подошвы таких же белоснежных кроссовок оттолкнулись от грязной поверхности мокрого асфальта, подбрасывая хозяина на пару метров вверх. Небольшой угол дал возможность пролететь выше и рассмотреть возможные места приземления. Глаза сразу зацепились за горизонтальную балку. О да, вот идеально. Сохраняя руки в карманах, ежик приземлился на балку, одновременно с этим садясь на корты. Гордо подняв голову, парень поднялся и побежал в сторону, где вертикальная балка все еще была цела и вела до следующего этажа. Когда дорожка закончилась, он подпрыгнул и окружил себя бирюзовым свечением, притягивая ногами к балке. Сработало.              Он вновь побежал, но уже вверх, и когда добрался до потолка, то взбежал по нему, на ходу повернув в сторону и резко меняя свое положение из верх тормашками в привычное. Итак, два этажа уже преодолено, осталось еще шесть. А что если… Белый ежик шагнул назад, придавая себе горизонтальное положение и подпрыгнул, свернувшись в клубок, чтобы сделать сальто. Притянув себя к очередной балке, он улыбнулся, отлично. Смертельный трюк, во время которого он забывал контролировать свой полет, успешно выполнен.              Три. Ежик снова побежал по очередной балке, во время приближения к вертикальной такой же, он вновь подпрыгнул, но уже в воздухе повернулся и ногой оттолкнулся от нее, чтобы перебраться на вторую «дорожку», пересекающую первую. А затем он повторил трюк, когда забрался на третий этаж. Четыре. Однако повторять дальше шаг за шагом было как-то скучно, поэтому оставшиеся четыре этажа он решил просто перелететь.Бирюзовое свечение вновь окутало ежа и он подлетел, сделал сальто и приземлился точно на конец балки, сев на корты. Белый капюшон не смог скрыть белоснежной улыбки. И вновь выпрямившись он спрыгнул на бетонное покрытие, поправил широкие подвороты джинс, как и шнурки на кроссах.              — Впечатляет. — раздался низкий рокочущий голос, который заставил ежа пару раз оглянуться, чтобы убедиться, что ему не показалось. А затем он обратил внимание на то как сверху прямо перед ним на силе левитации спустился еж, окутанный фиолетово-грязным свечением. Когда свечение пропало, то он опустился на бетонное покрытие. Зеленые иглы, словно крашенные, потому что казалось, что природа никогда не нарисует таких идеальных полос на копнах, развевались на ветру. Здесь наверху, он был действительно сильным.              — Меф. Приятно видеть тебя после длительного отсутствия. — рука в белой перчатке стянула капюшон, открывая вид на лицо Сильвера, длинные колючки так же подхватил ветер и теперь игрался с ними как с большим флагом. Две длинные копны теперь представляли одну большую, а челка, которая часто напоминала всем известное растение, была укорочена и зачесана назад. Черно-зеленый еж был готов поклясться на своих же костях (если бы у него были кости), что теперь это белый пушистик чертовски хорош.              — Мне тоже, Сноуи. — кислотно-зеленые глаза прошлись по местности, словно проверяя есть ли кто, и могут ли их подслушивать. Однако они вновь смягчились и уставились на повзрослевшего путешественника во времени. — Тренируешься?              — Ага. Пошел слушок по Резистенс, что хотят собрать отряд, потому что Соник возвращается в строй. Но я по-прежнему считаю, что это просто слух, ты вообще видел его? Он же просто зомби в живом теле. Не понимаю чего Шэдоу с ним возится, гиблое дело. — высказал свою мысль белый ежик по поводу всей ситуации. Хотя стоит признать, что он бы сам хотел, чтобы индиговый ежик, наконец, ожил. Все-таки он когда-то был кумиром Сильвера, а теперь они к тому же фактически родственники.              — Потому что любовь, Сноуи. — демон издал брезгливый звук, похожий на «беее» и оба засмеялись. Любовь это глупо, не правда ли? Неужели двоих людей может связывать какое-то там странное чувство, потому что сердце сказало. Ну, серьезно, сердце сказало. Такой глупости еще придумать надо уметь.              — Это ужасно, больше никогда так не говори. — золотые глаза вновь поднялись на небо. Такое же как и снизу, без звезд. Лишь луна говорила о том, что это все-таки не брезент, накрытый поверх бетонной коробки. Улыбка бесследно исчезла. Помнится, до этого кошмара небо было намного ярче, и там даже можно было разглядеть небольшое количество звезд. Особенно в августе, как сейчас. Но даже сейчас их нет, как будто перед своим уходом в другую вселенную, эта ошибка генетического кода уничтожила все звезды. — Ты идешь?              — Вообще, мне желательнее оставаться здесь. — побрезговал демон, уставившись туда же куда и его собеседник. Но как ни крути, никаких других небесных светил кроме полумесяца обнаружено не было. Это было так… разобнадеживающе, загоняющее в тупик. Даже для такого сгустка, которого обычно сторонятся все, но только не этот белый комок колючек. Такой наивный и глупый. Или просто дружелюбный и смелый. — Но раз ты так просишь…              Мефилес оттолкнулся от пола и побежал по направлению, где больше всего крыш, перелетая пятиметровую бездну так, словно это была обычная лужа, которую можно было и обойти. Офигевши от такого трюка, белый ежик побежал за демоном, в этом случае помогая себе психокинезом, как делал это на тренировке. Бегать по крышам с таким необычным другом было чем-то завораживающим. Не так, как с одним из этих быстрых колючих комков. Они постоянно убегали, что приходилось толкать себя лишь с помощью сверх сил. А сегодня все было по-другому, совсем по-другому.              Черно-зеленый еж никогда не был быстрым, несмотря на то, что украл тень самой Тени. О хаос, как это глупо звучит. Он не мог ровняться по скорости на них даже с помощью своих демонических сил, у него просто не получалось разогнаться до отметки в один и одна десятая маха. Зато у Мефа было то, чего не было у многих. Это безумие. Не то безумие, капля которого присутствовала во всех. Это когда ты словно псих, который только что сбежал из диспансера. Поэтому когда он спрыгнул с крыши, в полете приобретая форму звездочки, то Сильвер ничуть не удивился, так же следуя за ним, зная, что ему не дадут упасть, если что-то выйдет из-под контроля.              Так и произошло, белого ежика как можно мягче подхватило фиолетовое свечение и увело куда-то под крышу. Это оказался транспортный тоннель, заброшенный еще лет пять назад из-за простой ненадобности. Дымка поднесла ежика ближе к асфальту, и когда он спрыгнул, то тут же исчезла. Кислотные глаза наблюдали за психокинетиком, как за психом. Ну да, конечно, а кто тут с крыши прыгнул первым? Сырой запах ударил в нос, такой неприятный, однако он слышал запахи и похуже. Например, вонь горящей помойки, когда бомжи захотели погреться и согреть объедки, что смогли найти на улице за день. Ох, это кошмар, от которого хочется блевать, даже когда просто вспоминаешь.              Подошва тихо шлепала по асфальту, пока два ежика шли ближе к центру населенного пункта, где как раз проживал белый. Теперь понятно почему от тоннеля решили отказаться, здесь было кошмарно находится, что не яма, то кучка навоза, неясно кем оставленного, и узнавать кем именно не желательно. Радовало одно, с прошлого дождя калдобины не были наполнены водой, как те, что на дорогах снаружи. И поэтому когда белый сникерс случайно оказывался в какой-то яме, то он не промокал. Хотя их уже нельзя назвать белыми из-за той грязи, что осела на них. Теперь светлее оттенка коричневый им никакой не припишешь.              Всего двадцать минут понадобилось двум ежам, чтобы преодолеть оставшийся путь пешком. И только провернув ключи в замке изнутри, Сильвер понял как устал сегодня. С самого утра он не находил себе места из-за образовавшихся слуха в БХиТИ. В белой голове до сих пор были догадки, что это были обычные слухи, но внутри что-то колышилось, словно, это правда. Надо было спросить Роботника, черт, да! Майлз наверняка знает что там за дела. Все-таки, они с Соником братья.              Со спокойной душой белый ежик выдохнул и почувствовал как на него второй волной навалилась усталость. Ох, хаос, пора все-таки спать. В полудреме добредя до кровати, еж скинул олимпийку, выбрасывая ее на стул, и так же поступил с джинсами, оставаясь в одном белье и футболке, он плюхнулся на кровать, прячась под одеялом под чавканьем демона на кухне. Сам уйдет, когда надоест ему.              

***

             Следующий день Сильвер посвятил поиску и выяснению информации. Поэтому как только он проснулся, то тут же оделся и выбежал из квартиры, держа свой курс в институт в центре города. Именно там сейчас в основном проходили все исследования, и когда-то была приостановлена миссия «Блудная гусеница». Хотел бы белый ежик глянуть кто придумал такое замечательное название, хотя в душе догадывался. Кто ж еще тут такой креативный болван.              Пробравшись в здание с помощью старого пропуска, молодой ежик накинул капюшон и сунул руки в карманы. Раз он проник в институт по пропуску, то и донимать его никто не станет. Все законно, насколько это возможно в такое кризисное время. Кабинет главного ученого находится на самом верху. Храни Хаос того кто придумал лифт. Потому что даже со своей силой здесь пройти просто не получится. Хоть владей ты всеми техниками хаоса сразу. Продумано.              Второй раз за пять минут ему пришлось использовать свой пропуск, открывающий доступ на абсолютно все этажи, хоть это и не требовалось, так как все что посещали «бабочки», это были кабинет Роботника, кафетерий и полигон. Но может кто-то из них лабораторию, но это было очень редко. Лифт размеренно поднимался наверх, на пятьдесят седьмой этаж. И как ежик сразу не додумался спросить, дескать, с первых рук.              Но вот когда перед ним расступились двери и пропустили на этаж, попался ему не лис совсем, а подросток рыжий ежик, врезавшийся ему в грудь мордой. Похоже этот малой куда-то спешил, и сейчас потирал свой нос. Не оставляя мальца в беде, Сильвер протянул ему руку и помог встать.              — О, Сильвер! Помнишь меня? — ежик улыбнулся и поднял руки чтобы забрать на себя все внимание. Какой же он низкий. А вот и этот креативный болван, помощник первого ранга главного ученого Био-Химического и Технологического Института. И как он только дослужился до такой должности? — Ну я Арис. Я тебя искал как раз.              — Помню. — расчехлив все свое дружелюбие произнес белый ежик, потрепав мелкого по голове, а ведь когда-то он был такой же мелочью. Такой же наивной, раздражающей и забавной мелочью. — А я искал твоего начальника.              — А доктор Роботник занят, у него какие-то важные переговоры. Наедине. — произнес молодой ученый, приставляя уголок между большим и указательным пальцем к подбородку с таким видом, словно все что не касается его самого — неважно. Маленький засранец, любящий внимание. Наверное, поэтому, после его должности, маркером аккуратно приписано «инструктор по синхронизированным костюмам». — В общем, тебя тут вызывают, потому что ты у нас так же часть «бабочек», к тому же являешься прямым родственником «блудной гусеницы». И…              Но договорить подростку не дала разъехавшаяся дверь, ведущая как раз в кабинет Майлза. А потом оттуда вышел синий ежик в своем черно-синем костюме бабочки. А ему действительно шло, как и утверждал производитель. Но что-то в этом еже поменялось, он выглядел как-то не так. И лишь спустя полминуты до Сильвера дошло, синие иглы даже не доставали до плеч, теперь они были неаккуратно подстрижены, словно он связал их в хвост и отстругал этот хвост ножницами. Словно прочтя мысли, Арис на носочках подтянулся к белому уху и зашептал: — Говорят, он обрубил их собственной катаной.              Эта догадка звучало еще безумнее, но если знать безумие Соника, то его бы вполне хватило на такой трюк. Вот только колючки для любого ежа это гордость. Неужели из-за всей этой ситуации с «гусеницей» он решился на такое? Психокинетик представил как Шэдоу негодующе смотрит как его муж расстается со своей фактически защитой, но сделать ничего не может, просто потому что знает, что тот и без его ведома это проделает, если захочет.              — Бошка вперед не падает, а, Менелай? — из всех возможных вариантов как бы Соник в таком состоянии отреагировал на шутку, были все неверны. Вместо того, чтобы промолчать и недовольно посмотреть прямо в темные глаза, что было самым возможным вариантом, он просто усмехнулся и покачал головой. А потом встретился взглядом с белым собратом.              — Идешь? Шэдоу ждет нас на полигоне. — абсолютно серые глаза, в которых так отчетливо можно было прочесть отчаянье, было страшно смотреть в них, и так грустно. Сразу нагонялась какая-то необъяснимая тоска. Получив непоспешный утвердительный кивок от белого ежика, Менелай кивнул в ответ и ушел, исчезая за дверями лифта. Что ж, похоже команда снова в сборе.