Спаси и сохрани

-Подожди. Что ты только что сказал? -изумленно спросила Беллум. -Я серьезно. Тут и твое имя…- девушка тут же выскочила и выхватила из рук Слендера письмо самым грубым способом. Как бы не было это странно, но оно пахло лимоном и выглядело очень изысканно. Такой красивый сверточек из светлой, но не белоснежной бумаги, обрамлен округленными подпаянными краями. На нем темно-красными чернилами каллиграфическим почерком были вычерчены слова, а также имена всех троих. -Откуда они знают, что ты здесь? — спустя некоторое время заговорил Оффендермен, но не получил ответной реакции от женщины, потому что она была слишком сильно погружена в мысли и вовсе пропустила мимо ушей его слова. Прошла где-то минута, и она наконец очнулась от мозгового штурма у себя в голове. -Ты что-то сказал? — это скорее был риторический вопрос, потому что после сразу последовал ответ, — не знаю, мне кажется, за мной следили… -Ну и что мы будем делать? — сам себе задал вопрос Оффендер. -А давайте пойдем? Нам же нечего скрывать, в общем-то… Если за тобой и следят, что очень маловероятно, то они знают о нас всё и нам нечего терять, — поразмыслил Слендермен. -Ну не знаю, это всё как-то очень странно. Единственные, кто мог знать о том, что я на земле сейчас находятся в очень жарком месте внизу… Вампиры туда ни за что пи своей воле не пойдут. И уж тем более, ни с кем не заговорят- они слишком гордые для этого. Помню одного вампиренка, попавшегося нам в аду- это был кто-то из аристократии. -Как ты это поняла? Неужели по его поведению? — спросил Оффендермен. -Нет, я просто узнала об этом от фамильяра моей подруги. -Интересная же у вас жизнь там, внизу, — ухмыльнулся старший из братьев. -И не говори, — ответил второй. -А когда этот бал? — раздался вопрос среди абсолютной тишины. -Мы всё-таки идём? — больше риторически спросил Слендермен -Ну да, нас же позвали… -Тут написано, что сегодня в сумерках, — задумчиво произнес Безликий. -Не слишком ли рано для вампиров?.. Пришло время. Вот они уже собираются. Основательно, чтобы не к чему было придраться. Если честно, никто из троих особо на балах не бывал. Беллум, потому что рано умерла. Слендер и Оффендер, потому что их раньше не звали. Поэтому для троицы это было каким-то фантастическим приключением! Беллум в десятый раз осматривала себя со всех сторон. Удивительно, что она, вообще, нашла платье. Хотя, зная ее связи и способности, можно было примерно догадаться. На ней было надето свежее и лёгкое бархатное платье такого приторного бордового цвета. По силуэту оно особо не выделялось, да и, в общем, особо ничем не цепляло. Оно просто строило хорошую картину на фоне самой девушки. Ей же казалось, что оно слишком вульгарное- ей не нравилось декольте. По ее мнению, оно слишком сильно открывает ее грудную клетку, но, на самом деле, ей просто не хватало уверенности, чтобы выйти в нем куда-то. Особенно сильно этот фактор выделяется, если знать, что носит она обычно: лёгкие платья, большие по размеру сорочки, длинные юбки и прикрывающие шею блузы. Двое братьев сейчас делали практически одно и то же, хотя находились совершенно в разных комнатах. Оба пытались завязать галстук. Единственная разница между двумя этими практически одинаковыми сценами- это их мастерство. Для Оффендера надеть галстук было проще всего. Что нельзя сказать о Слендере, ему точно нужна была помощь с этим. В один момент, все как по сигналу отперли двери своих комнат и начали спускаться по лестнице. Разница была только в этажах. На самом нижнем ярусе была Беллум. Выше шел Слендермен- 8 этаж. А самым большим любителем высоты являлся Оффендермен- он находился на 16 этаже. Одним из минусов этого роскошного, но в то же время жуткого, дома было абсолютное отсутствие лифта. Никому из жителей дома даже в голову ни разу не приходило поставить лифт! А это должно было о чем-то сказать. Спускались он быстро, даже очень, иногда перешагивая через сразу две лесенки. В итоге, оказавшись на первом этаже, все трое начали оценивающе осматривать друг друга. Кто-то с восхищением, кто-то с стыдливостью. Картину мог испортить только галстук Слендера, который он так и не смог завязать. И вот, он стоит, ощущая только прилив гнева, от того, что у него не получается, как ощущает на себе маленькие, чуть ли не фарфоровые, ручки, тянувшиеся к его шее. Он, поняв, что ему хотят помочь, немного опустился, замечая огромную разницу в возрасте с девушкой. Беллум ловко, но аккуратно дотрагивается до ленты и принимается делать разные узлы, которые, не то, что с первого раза не запомнишь, тут и с десятого не получится! В заключении остаётся только красиво оформленный галстук и тихое и неловкое «спасибо» от его носителя.