Нас не отпустит

Меняем страны — пусть это странно. В бреду, пытаемся забыть что было с нами — ведь это были все твои тараканы. И пусть духа не хватило признать, кричать, ломать, обнять, за любовь стоять. Ты понимаешь всё? Я понимаю, что не забыть тебя. Было бы слишком просто сказать — прощай. *

      Пасмурно, тучи заполнили каждый уголок серого неба, не давая ни единого шанса солнечным лучам пробиться. Воздух стал довольно холодным, а ветер — промозглым, пробирая до мурашек. Температура опустилась до десяти градусов, женщина вышла из машины и направилась в кофейню. До начала открытых прокатов у девушек оставалось совсем немного времени, но его было вполне достаточно для небольшого перерыва на кофе. Перейдя порог, она ощутила терпкий аромат напитка, оглянулась в поиске столика у окна и, найдя подходящий, пошла по направлению к нему.       

Голова была загружена чем угодно, только не тем, о чем сейчас стоило бы задуматься. Она подходит к окну и садится на диван из мягкой обивки и даже не замечает, что столик занят. Посмотрев перед собой, она молча вглядывается в знакомое лицо. Обе изучают друг друга, не в силах что-либо произнести до тех пор, пока Этери не порывается с места, намереваясь пересесть. Однако, спокойный тон голоса сидящей напротив заставляет её остановиться:

      

— Долго будешь меня избегать?       — А кто кого избегает? — она вновь посмотрела в карие глаза и замолчала. Нервно постукивая пальцами по краю стола, она делает вдох и продолжает, — не буду мешать.       — Все нормально. — Повисла неловкая пауза, а Этери продолжала стоять на том же месте. Взгляд выдавал сильное волнение, и Медведева это заметила, поэтому добавила. — Останься. Я не против.

      Рухнув на диван, она выдохнула и подняла глаза на Женю. Острые скулы, тонкие губы, огромные карие глаза и, наконец, её цвет волос. Небрежный пучок на голове, опущенные плечи, осанка.. Прикусив губу, женщина взяла в руки меню, что лежало напротив девушки и принялась изучать. Вовремя подошедшему официанту она сообщила свой выбор и откинулась на спинку дивана. Женя сделала заказ следом за ней и посмотрела на женщину. Та словно не менялась, годы шли, а эти светлые кудри, утонченные черты лица, яркий, притягивающий к себе, как магнит, взгляд были неизменны.       Перебирая в голове темы для разговора, они так и не нашли подходящей, неловкая пауза затянулась. Прервать зрительный контакт пришлось только по причине внезапного прихода официанта. На стол были поставлены две чашки кофе и один маффин. Тарелку с которым Этери придвинула к себе. Медведева облизнула губы, глядя на десерт и взяла в руки чашку с латте.       — Ты явно хочешь о чем-то мне сказать, или мне кажется?       — Хочу.       — Тогда говори. У нас не так много времени. — Пальцами берет свою кружку и подносит к губам, делая первый глоток.       — Думаю, этот разговор стоит отложить до окончания прокатов. — Вдруг заявляет девушка.       — У меня есть время, так что говори сейчас, Жень.       — До Олимпиады рукой подать..       — Не тяни, ладно? — Подмигнув девушке, она отодвинула чашку и придвинулась ближе, вцепившись руками в диван.       — Ладно, мне тренер нужен.       — А как же Брайан? — усмехнувшись, она решила припомнить ей все её слова за последние два года. Естественно, в кратком изложении. Такой момент. Нельзя было упустить, и она это понимала. Довольная улыбка промелькнула на губах, давая понять Жене, что прощение ещё придётся вымолить. — Ты ведь так восхищалась своей новой командой. Лучшие тренеры.. в самом деле?       — Что ты хочешь услышать? — вскинув брови, спросила девушка, наклоняясь ближе к женщине.       — А ты сама скажи, не тянуть же мне из тебя то, что ты сама намереваешься мне сообщить. Давай. — Не скрывая того, что догадывается о последующих словах фигуристки, она приняла выжидательную позицию. Женя опускает взгляд и делает вдох.       

— Возьми меня обратно. — Смотрит в глаза, в которых Этери улавливает мольбу и нечто искреннее, противиться чему больше не в силах. Игра отходит на задний план, выдвигая наперёд чувства, что были под замком все это время. Скучала, — простучало в висках. — Черт возьми, Медведева.. это не закончится, — взгляд «бегал» из стороны в сторону и, наконец, остановлен на девушке.

      — Что, прости?       — Возьми меня.. обратно. Если это реально, — довольная улыбочка коснулась губ женщины, когда та услышала повторную просьбу.       — Почему бы и нет. — Пожав плечами, заявила Этери. — А ты готова?       — Иначе зачем бы я просила?       — Не знаю, может потому что у тебя в нынешней ситуации выбора особого.. нет? — Слова прозвучали грубовато, но Медведева и не ожидала радушного приема. После произошедшего, даже это казалось чем-то невероятным. Согласилась. Точно не сон?       — Спасибо, — только и вырвалось у неё, спорить с вновь обретённым тренером она не видела смысла. — Только с объявлением подождём, как считаешь?       — Да.       — Удачи Ане и Камилле, — уже тише произнесла Женя, пристально вглядываясь в её лицо. — Многовато на тебя свалилось, а сезон ещё даже не начался.       Этери промолчала, допив свой кофе, и принялась собираться. Накидывает пальто на плечи, берет в руки шарф и оставляет пару крупных купюр на столе. Медведева округляет глаза, следя за тем, что происходит, но не произносит ни слова.       — Как оформишь переход, жду на катке. Удачи, — спокойно произносит женщина и покидает кафе.       Женя быстро собирается, допивая на ходу латте, и вылетает за порог вслед за ней. Догоняет у её машины и просит остановиться. И, чуть дыша, смотрит на неё во все глаза. Распахнутая парка, не замотанный шарф, Этери неспешно подходит к девушке, аккуратно беря в руки шарф и аккуратно заматывает прямо на ней. Застегивает ей парку и спокойным тоном произносит:       — Не ходи так, замерзнешь ведь, Жень. — Ласково посмотрев на Медведеву, она ничего не говорит. Только посмотрев на часы, задает один единственный вопрос, — подбросить тебя?       Кивает, затем нехотя подходит ближе и хочет обнять, но что-то мешает. Тогда Тутберидзе заключает её в свои объятия и целует в висок. В глазах — слезы, а от улыбки и какого-то тепла, что согревало сейчас получше любого шарфика, становилось невероятно уютно. В голове стоял шум, Женя не осознавала происходящего, а Этери скорее с трудом верила в то, что спустя два года, наконец, обнимает свою подопечную. Словно и не было этих двух лет.       — Я так скучала, — призналась девушка, утыкаясь носом в её светлые кудри. Их пальцы переплелись. Взгляды, спустя минуту, вновь пересеклись.       — Я рада, что ты вернулась, Жень. — Полушепотом одними губами произнесла женщина и отпустила её. — Садись, грейся.       — Да я.. согрелась. — С улыбкой ответила Женька и забралась в машину.

***

      После проката короткой программы они не виделись. Однако, на следующий день после произвольной столкнулись в коридоре и отошли вглубь, подальше от любопытных глаз.       — Всё попадала, — покачав головой, резюмировала женщина. Скрестила руки на груди и принялась дожидаться ответа.       — Этого больше не повторится, — смело заявила девушка, пытаясь отдышаться.       — Я надеюсь. Тебе, Жень, вообще падать нельзя. С таким контентом, — намекнув ей на отсутствие четверных.       — А в целом?       — Ты знаешь, я не из тех, кто любит похвалить, — пожав плечами, ответила женщина.       — И все же?       — Неплохо, неплохо, Жень. Но тебе надо много работать, ты и сама это понимаешь. Вижу по глазам. — Подходит ближе и проводит рукой по волосам.

***

      Соглашаясь немного прокатиться с целью отвлечься от прокатов, которые, наконец, состоялись, Женя не ожидала, что они поедут в Хрустальный. Остановив машину на парковке, Этери не спешила что-либо говорить, тогда у Медведевой появился дар речи:       — Я планировала приехать сюда завтра.       — Мне отвезти тебя домой?       — Нет, что ты. Мы зайдём?       — Зайдём.       Выйдя из машины, они направились ко входу в «Хрустальный». Привычный интерьер и воспоминания накрыли с головой девушку, прилив «ностальгии» оказался до того неожиданным, что в первые минуты она даже не нашлась, что произнести. Пройдя пост охраны, они прошли по коридорам, даже заглянули на каток. Затем направились в кабинет к Этери, Женя присела на диван, а женщина прикрыла дверь и подошла к своему столу.       Оперлась на него руками и спросила:       — Ностальгия нахлынула?       — Честно говоря, да, — улыбнулась она, оглядывая кабинет, в котором практически ничего не изменилось. Только их совместных фотографий здесь больше не было. Заметив выражение лица, Этери догадалась о причине поникшей Женьки.       — Не волнуйся, первое же фото из КиКа будет стоять здесь.       Женя молча кивнула и продолжила оглядываться. В происходящее верилось с трудом, как ей, так и женщине.       — Надо признаться, и я скучала. — Эти слова прозвучали с каким-то особенным трепетом. Женя встала с дивана и подошла к наставнице.       — По тренировкам со мной?       Обняв девушку, она провела ладонью по её хрупким плечам, вздрогнула, заметив, как похудела Медведева.       — Ты совсем не ешь?       — Ем..       — Что-то не видно, откармливать немного придётся, — ласково отозвалась женщина.       Не в силах больше выносить этот взгляд, смотреть на её манящие губы, Женя, наконец решается и касается их своими. Утягивая женщину в полный трепета поцелуй, кусает нижнюю губу, затем приоткрывает глаза и понимает, что Этери не отвечает ей.

      — Я не должна была.       Этери касается пальцем своих губ и вспоминает только что произошедшее. Затем произносит едва слышное:       — Я отвыкла. Мне нужно время. — Глядя ей прямо в глаза, произносит Тутберидзе и продолжает держать её за руки.       — Все нормально, — отвечает Женя, понимая всю абсурдность ситуации. Время. Это, наверное, потребуется обеим. Привыкнуть предстояло ко многому, не только друг к другу. И это не могло не радовать и не пугать одновременно. Шаг в неизвестность, хотя вокруг все было до боли знакомым. Нас не отпустит, я с тобой навсегда. Ты постучишься в дверь мою, и я тебе открою. **