В Запределье

Неслышно шагая по коридорам, две пары ног продвигались вперед. Коридор был очень длинным со множественными входами в помещения по обе его стороны. По мере его прохождения бледные огни с голубоватым сиянием освещали путь впереди. Не было ни причитаний, ни возмущений, лишь шорох одежды идущих. В конце концов, один из них решил спросить: -Куда мы идем, Мандос? -Туда, куда не доходит взгляд нашего отца преисполненного благодати и доброты к своим творениям. -И как называется то место? -Запределье. Одним из идущих был, безусловно, Мелькор Бауглир, проигравший свою последнюю битву, но так и не раскаявшийся. Он понимал, что силы покинули его, а в такой битве ему нечего противопоставить своим братьям и сестрам айнур. Все свои силы он уже израсходовал на творения, на мир, который пытался кроить своими руками и на попытки доказать свою великую значимость в этом мире,созданном отцом. Он не стал спорить, и стал дальше идти молча, обдумывая услышанное. Тут уже не выдержал Мандос. -Мелькор, зачем ты ВСЁ испортил? – в слово «всё» он вложил, наверное, боль всего мира на которую был способен. Понятное дело, что Бауглир понял, о чем речь, но решив обдумать ответ, произнес чуть погодя. -Ман, ну смотри? Почему Он любит их больше чем нас? Они всего лишь игрушки, раз он их отдал нам. Мы же первые его дети, Он должен нас любить больше. -Мелькор, замыслы Творца неисповедимы. Зачем и для чего – известно лишь ему одному. Но любовь его одинакова ко всем… ты тоже не исключение. -Ну да, конечно. И поэтому меня отправляют в какую-то жопу Вселенной, лишь бы не мешал вам жить, - мрачно подытожил Бауглир. – Может, снимешь с меня эти оковы? Он показал на руки, на коих красовались солнечные обручи, действующие как магнит. Мало того что они делали стократно слабее любого, на кого были надеты, они не позволяли развести руки в стороны. - Сниму, когда придем. И снова они в полном молчании продолжили движение дальше. - Слышь, Мандос, почему ты им (подразумевает Валар) постоянно потакаешь и подчиняешься. Они ведь пользуются тобой? У тебя даже подружки нет. - Я привык быть один. Меня всё устраивает. И я совершенно не один. Столько каждый день прибывает новых лиц, при чем, не без твоей помощи и стараниями твоих соратников. За ними интересно наблюдать, а иногда и общаться. А если наш Отец призовет, мы можем вернуть героя обратно. Тебе ли не знать. -Почему тогда Феанора не воскресили? Такой муж в своей мощи, убедительный, мог бы и детишек своих обратно переубедить вернуться домой. -Феанор не вернется, он, как и ты, не раскаялся в содеянном и жаждет мести. Если бы он узнал, что ты тут и слаб, то сейчас бы гнался за нами. Но благо, что ему отведены чертоги с успокаивающим родником и кузницей для прихотей. Бывший темный Владыка хмыкнул, представив жаждущего мести Феанора за свои камушки. -Смотри за ним хорошо… -Ты так говоришь, словно заботишься о нем, но зная тебя – переживаешь за свою голову. Через некоторое время, оказавшись в тупике перед стеной. - Мы пришли. -Но здесь же ничего нет. - Надо подождать. Мелькор, я знаю, что ты был сильнейшим из нас, но напрасно растратил свою силу. Я хочу тебе кое-что дать с собой – все-таки ты старший из нас, - с этими слова Мандос, скинул со своей головы капюшон мантии, поднял руки и снял с головы венец. Привстав на цыпочки, он возложил его на голову Бауглира. Состояние последнего можно было описать как шок. Он конечно любил всех своих братьев и сестер, но с течением времени злость на них и обида взяли верх, что о любви можно было забыть. Мандоса он никогда не считал врагом, хотя тоже отчасти и на него имел зуб за то, что тот выпускал обратно в мир разных попрыгунцев. Но понятно, что это было по воле Эру, а не потому, что Ману так хотелось. Он даже расчувствовался, и в углу его красивых глаз заблестела невыпавшая капля. - Что ж, Мелькор Бауглир, ты наверняка знаешь, что Эру вновь тебя призовет, но для тебя это будет истинный и единый конец. Если честно, я бы не хотел твоей погибели, но такова воля Творца. А пока… Стена напротив них начала разрушаться, образуя за собой затягивающий тунель. Только затягивала она Мелькора, а Мандос как стоял, так и остался стоять. - Прощай, брат. Я не знаю, когда мы встретимся вновь и при каких обстоятельствах и произойдет ли это вообще. Но я обещаю, что буду присматривать за тобой, иногда заглядывать сюда. Если Эру мне позволит. А так… я и вправду, не знаю, что тебя там ожидает, какие ужасы. Но ты живуч и я точно знаю, что не сможешь умереть. Остальное мне неведомо. - Ой, да ладно тебе, Ман, раз батя наш так решил, чего уж тут поделать. Я натворил, мне и расплачиваться. И спасибо за корону, надеюсь, пригодится. Еще что-нибудь? - Нет. - Я пошел? - Иди… Одежда Бауглира, засасываемая тоннелем, хлопала, словно крылья огромной птицы. Он развернулся и сделал шаг в него. Его тут же подхватила неведомая доселе сила и мгновенно втянула. Секунда, и водоворот времени исчез. Мандос постоял еще немного, пытаясь что-то рассмотреть за дырой в стене, не решаясь даже просунуть руку в неё, а затем отошел. Он наложил на дыру невидимые для всех чары, поэтому окружающие видели только голые камни, а не дыру. А сам же сперва очень часто, а затем все реже приходил сюда, чтобы слушать Другую Вселенную.