О чём говорят заклинатели

Памятуя о прошлом провале, ко взятию следующей резиденции было решено подойти с умом. - Один раз мы уже обосрались! – сообщил всем очевидное Вэнь Чао. – Так что в этот раз мы выставим в авангард профессионалов. - Но... но... чуваков с метёлками ведь нет... – расстроился Лань Ванцзи. Вэнь Чао гнусно ухмыльнулся и размял пальцы. - А на фига нам хорошие парни, когда есть плохие? Ну что, кукусики, повеселимся? Самое время выпускать злодеев! - Да, я здесь, я готов! – раздался голос Вэй Усяня. Вэнь Чао резко развернулся. - Куда пошёл? А ну, назад! Старейшина Илина блядь – гроза собак! Назад, в песочницу, не мешай взрослым социопатам развлекаться. - ... - Так, значит, ты и ты, - Вэнь Чао тыкнул в Сюэ Яна и Цзинь Гуанъяо, от чего оба нервно дёрнулись. – Шаг вперёд, на первый-второй рас-счи-тайсь! - Ну, почему сразу я?.. – взмолился Сюэ Ян. – Я же не такой, на самом деле! - Он Пикачу любит, - подтвердил Лань Сычжуй, энергично кивая. - Я Пикачу люблю? – удивился Сюэ Ян. – А, да, точно: я Пикачу люблю! - Пикачу любишь? – с издёвкой переспросил Вэнь Чао. – Точно психопат. У тебя котика нет случайно? У всех маньяков есть котики. Кошатников среди присутствующих было много, половина заклинателей тут же опустила головы, пока Вэнь Чао не обратил на них внимания. Зато на первый план снова молнией вылетел Вэй Усянь, старательно тяня руку вверх. - У меня! У меня есть кошка! Чо ты меня со счетов-то списываешь? - Вот! – вступил в разговор и Цзинь Гуанъяо. – Видишь, у человека кошка есть! - Да какой он человек?!.. – взвыл из толпы Лань Ванцзи. - ...а у меня собачки! – продолжал Цзинь Гуанъяо. – Маленькие такие, пушистенькие... Вэнь Чао приложил ладонь ко лбу. - Какие в жопу собачки?.. – простонал он. – Ты нетопыря завёл! - ... - ... - ... Цзинь Гуанъяо хлопнул ресницами. - Так это же Биг Мак! - ... - ... - ... - Кто?.. Цзинь Гуанъяо включил ямочки. - Сахарная летяга, - медленно, как дурачку, пояснил он. - Сумчатая. - ... - ... - ... - Ты точно псих, - подытожил Вэнь Чао. – Тебя изолировать надо. - Ну, и отъебись тогда уже от меня!.. – взмолился Цзинь Гуанъяо. - Отъебусь, - пообещал Вэнь Чао. – Но сначала мы надерём пару сотен задниц. Ну, или хотя бы парочку. - А я теперь, кажется, понимаю, почему его раньше всех убили... – шепнул Цзинь Цзысюань Цзян Чэну. - Всех заебал? - И даже после смерти продолжает это делать... - Разговорчики в строю! Но тут как раз вернулся из самоволки по родным пенатам Цзинь Лин с разведданными. - Взрослые! – крикнул он, трепля Фею по загривку. – Хватит орать! Там пусто – пойдёмте уже. - Как это – пусто? – нахмурился Цзинь Гуанъяо. - Можете сказать тёте «спасибо»... – буркнула Система. - Тетя, спасибо! - Ван Хаосюань, ты заебал всех хуже Пэн-гэ!.. - Я сейчас не понял... – возмутился дядь Вэнь. Цзинь Гуанъяо растолкал окружающих, вышел вперёд, отряхнулся, поправил ушамао, склонился в церемониальном поклоне и полностью трансформировался в «Мэн Яо». - Добро пожаловать в резиденцию клана Ланьлин Цзинь, многоуважаемые гости! – с доброжелательной улыбкой сказал он. – Мы безмерно всем вам рады! Чтоб вы все сдохли! *** Резиденция клана Ланьлин Цзинь, действительно, встретила их оглушающей пустотой. Где-то вдалеке ещё слышался какой-то посторонний шум, но знаменитая лестница Башни золотого карпа была девственно чиста. Заклинатели разбрелись по всей её длине, не особо зная, что делать дальше. - Бро, и что теперь?.. – печально спросил Вэнь Нин. Вэнь Чао мрачно огляделся, а потом заприметил хозяина этого всего, который по глупости забрался на верхнюю ступень. В мозгу дядь Вэня забрезжила отчаянная догадка. - Цзань Цзань, - вкрадчиво спросил он, - а тебя сколько раз с этой лестницы спинывали? - Да сколько же можно?.. – всплеснул руками Цзинь Гуанъяо. - Не меня!.. - Нет, как раз тебя – 25 дублей, - подсказал снизу Цзинь Лин. - Ладно, ладно, - послушно согласился Вэнь Чао. – Сколько раз Цзинь Гуанъяо спинывали с этой лестницы? Цзинь Гуанъяо почесал ушамао. - Ну, два. Один раз папенька, второй раз – братик названый. У него чудесные родственники были! Жаль, все умерли. - Ну, не совсем все... – туманно улыбнулся Лань Сичэнь. - А это несложно исправить! - Слу-у-у-ушай, - задумался Вэнь Чао. – А может, как раз в этом и есть задание? Добить тебя заранее? - Чего?.. - Ну да, где два – там и три? – истерично покивал Сюэ Ян с заборчика вдоль клумбы, протянушейся по длине всей лестницы. – По-моему, хорошая идея. - Так, хватит, - рявкнул Цзинь Гуанъяо. – Вы совсем с дуба рухнули? Вы же не собираетесь меня серьёзно скинуть отсюда?.. - Нет, конечно, нет! – согласился Вэй Усянь. – Мы рассчитываем на твоё самопожертвование. - На что?.. - Ну, как завещал Не Минцзюэ: пожертвуй собой. - Ничтожество... – буркнул из-за спины Вэй Усяня Лань Ванцзи - каким-то диковинным образом он постоянно оказывался с ним рядом. Цзинь Гуанъяо повертел было пальцем у виска, но потом заметил выражения лиц БроВэней, огляделся, увидел нечто подобное на лицах всех остальных и приуныл. - Господи... как же я вас всех ненавижу... – простонал он, в отчаянии запрокинув голову. - А мы тебя зато все любим! – вкрадчиво шепнул ему прямо на ухо незаметно подкравшийся сзади Не Минцзюэ. От неожиданности Цзинь Гуанъяо дёрнулся, оступился и полетел с лестницы Башни золотого карпа в третий раз. В торжественном молчании заклинатели проводили взглядами его полёт, сопровождаемый истошными воплями и проклятиями. - Низко летит... – задумчиво сказал Сюэ Ян. – К дождю... Как и положено по канону, Цзинь Гуанъяо пересчитал своими рёбрами все ступени, повалился кулём у подножия, конвульсивно вздрогнул и наконец затих. К телу подошли его сводный брат и племянник. - Пап, а можно я его пну? – спросил Цзинь Лин. - Сынок, - терпеливо начал Цзинь Цзысюань, элегантно заложив руки за спину. – Если я тебе, как отец, и могу дать какой-то дельный жизненный совет, так это «не ищи себе проблем с этим человеком»!.. Цзинь Лин с сомнением всмотрелся в торжественное отцовское лицо и уточнил: - А у тебя что, были с ним проблемы? - Да в том-то и дело, что нет! Я даже не успел... – обиженно насупился Цзинь Цзысюань. – А смотри, как вышло... Тело тем временем медленно перевернулось на спину и, раскинув руки и ноги в позе звезды, вперилось взглядом в небо. Помолчали. - Мне кажется, или ничего не произошло?.. – робко спросил Сюэ Ян. - Как не произошло?.. – взвизгнул Цзинь Гуанъяо. – Ёбнуть меня с лестницы как раз очень даже произошло!.. - Ладно... – вздохнул Вэнь Чао. – И правда, дохлый номер... давайте уходить. Все засуетились, но Цзинь Гуанъяо даже не пошевелился. - Оставьте меня здесь... - Эй ты, метр с кепкой! – начал заводиться Вэнь Чао. – Я б тебя с радостью бросил, но сейчас сюда понабегут неписи, и тебя здесь вообще-то могут убить. - А вы сами хотите?! – огрызнулся Цзинь Гуанъяо. – Нет уж, дудки. Здесь я всё-таки хозяин башни... а с вами я точно в ящик сыграю... Вэнь Чао потемнел лицом. - Эй, Цзини оба два внизу, руки в ноги, ноги в руки. Тащите его. Цзинь Лин и Цзинь Цзысюань пожали плечами, а потом послушно подхватили мальчика-звезду за руки и потащили волоком. Мальчик-звезда даже не сопротивлялся. - А может, пора ему уже руку отрубить? – невзначай спросил Вэй Усянь. - Да бля-я-я-я-ядь... – расплакался Цзинь Гуанъяо. - Умный такой! – осадил Старейшину Илина Цзинь Цзысюань. – А тащить я его тогда за что буду? За ногу? Это неудобно. - То есть это единственное, что тебя останавливает?!.. Так визит в Башню золотого карпа тоже не приблизил наших героев к выполнению задания Системы. На их счастье звук её фэйспалма они не расслышали. *** В следующем забеге на очередной лес Цзинь Гуанъяо и Лань Сычжуй устроили баттл по нытью. Борьба была нешуточной, переживший падение с лестницы Цзинь Гуанъяо как профессионал своего дела лидировал, но потом допустил тактическую ошибку, вновь пожаловавшись на уши. Тут уже не выдержал даже Лань Ванцзи, хотя до этого весь свой потенциал он тратил исключительно на оскорбления Вэй Усяня. - Пиздеть запрещено! – рявкнул Лань Ванцзи. - Она тебе до ушей даже не достаёт. Цзинь Гуанъяо мрачно запрокинул к нему голову. - А по щам? – зловеще поинтересовался он. - А дотянешься? – глумливо ответил Второй нефрит. Цзинь Гуанъяо заметно погрустнел и стал казаться даже ниже, чем был на самом деле. Лань Ванцзи с горделивой ухмылкой оглядел заклинателей... и пропустил момент, когда Цзинь Гуанъяо вдруг ввинтился в пируэт и, выкинув ногу в вертикальный шпагат, съездил ему пяткой по носу. В этой эпической позе он ещё и замер – прямо как в сериальной боёвке. Из носа Лань Ванцзи на белоснежное одеяние клана Гусу Лань хлынула кровь. Цзинь Гуанъяо вновь принял почтительную позу и, не без наслаждения любуясь печальным зрелищем на физиономии Лань Ванцзи, с издёвкой сказал: - Разумеется, Ханьгуан-цзюнь. Куда мне дотянуться? БроВэни печально наблюдали за бардаком с левого фланга. - Знаешь, что меня больше всего беспокоит? – поделился с бро Вэнь Чао. – Ладно бы мы все просто превратились в своих персонажей... но почему у некоторых это произошло в такой извращённой форме?.. - Ты сейчас про кого-то конкретно, бро? Вэнь Чао просто медленно оглядел спутников. Лань Ванцзи сидел враскоряку на земле и хлюпал расквашенным носом. Раной занимался внезапно тот же, кто и нанёс, – остальные, включая сериального брата и бывшего, побрезговали. Пока Цзинь Гуанъяо поохивая тампонировал кровоточащие ноздри обрывками ванцзишного же рукава, Лань Сичэнь с чувством говорил ему: - Не поверишь: все 50 серий мечтал сделать то же самое! Вот только рукав надо было не оторвать, а обрезать. - ... Под улюлюканье мелкодуо Цзян Чэн отбивался от домогательств Феи. Не Минцзюэ мурлыкал новую серенаду: - Раз пошли на дело я и моя Бася... - А мы, я так понимаю, снова никуда не идём? – спросил Не Хуайсан. - Это мысль и меня посетила, - согласилась с ним Система. – Вам, может, карту дать? Ткните хоть куда-нибудь! Я на себе готова дотащить!.. - Ну, давайте хотя бы на гору Луаньцзан!.. - А что там делать? Что делать на горе Луаньцзан, не знал никто. Но и предложений получше ни у кого не имелось, поэтому, хором пожав плечами, все молча двинулись за Феей – к вящей радости Цзян Чэна, услышав новый адрес, собака-навигатор отправилась прокладывать новый маршрут. - А могли бы дома сидеть, чай с конфетами пить... – гундел Вэй Усянь. - У тебя нет дома! – гнусаво напомнил ему Лань Ванцзи. – Тем более чая и конфет! Они мои! - Ван Ибо, у тебя есть конфеты? – оживился Лань Сычжуй. - А можно я к тебе пойду жить вместо Чжань-гэ? - ... - ... - Скажи, продаваться за конфеты он научился у вас или ещё у Вэней? – поинтересовался Цзинь Гуанъяо у Лань Сичэня. Тот задумался: - Хороший вопрос... я всё-таки подозреваю дурное влияние Вэй Усяня. Лань Ванцзи заметил, как лицо пресловутого Вэй Усяня вытянулось после пикантного предложения мелко-Ланя, и решил дожать. - А почему бы и нет! – драматично воскликнул Лань Ванцзи, рывком сгребая Лань Сычжуя в охапку. При этом, конечно же, пялился Лань Ванцзи только на Вэй Усяня. – Прямо сегодня и переезжай! Будут тебе конфеты и всё, что пожелаешь!.. У меня припасён очень вкусный леденец с начинкой! - Эргэ, мне кажется, это не Вэй Усянь... – сказал Цзинь Гуанъяо, стремительно краснея. А офигевший Лань Сычжуй не успел даже определиться, хочет он леденец с начинкой или нет, когда в ситуацию вмешался дядь Вэнь. Вэнь Чао вырос за спиной Лань Ванцзи, отодрал от него мелкого и зловеще сказал: - Так. Ты, недопедофил, оставь ребёнка в покое! - ... - Что?! - Дядь Вэнь, мне 23, я его на год всего старше. - Ещё одно движение – и 23-летним ты и останешься! – и Вэнь Чао отвёл Лань Сычжуя в сторону. - Дядь, ну ты чо? – снова быканул Лань Сычжуй. – Нормально ж всё было? Конфеты уже почти были у меня в руках!.. Вэнь Чао вздохнул и приобнял Лань Сычжуя за плечо. - Видишь ли, малыш А-Юань, - медленно начал он. – С возрастом ты поймёшь, что далеко не всегда, когда мужчина предлагает тебе конфеты, он имеет в виду именно конфеты. Не факт, что конфеты у него действительно есть. И уж точно он не будет готов делиться своими конфетами с первым встречным. Но... - Да! Всё верно! Я как раз могу рассказать историю из детства! – воскликнул Сюэ Ян. Лань Сичэнь и Цзинь Гуанъяо синхронно щёлкнули пальцами и, повернувшись друг к другу, хором сказали: - Точно - он! - Смотрю, город И для малыша не прошёл бесследно... - БА-А-А-А-А-А-А-А-АСЯ, СКОЛЬКО В ИМЕНИ ТВОЁМ ЕСТЬ НЕГИ... - ... - ... - ... - У меня такое ощущение, что с конфетами облом... – сокрушённо махнул рукой Лань Сычжуй. - Нет, это у кого-то с досугом на сегодня облом, - ядовито сказал Вэй Усянь, не спуская глаз с Лань Ванцзи. - Лузеры, - красиво откинул назад волосы Цзинь Цзысюань. – Без конфет никак? Я вот, например, умею девчонок завлекать и без них. Вэй Усянь презрительно хмыкнул. - Чего-чего ты умеешь, павлин? - У сестрёнки своей спроси. Оттаскивали Вэй Усяня всем Гусу Ланем. - А он вообще отчаянный! – с уважением кивнул в сторону Цзинь Цзысюаня Не Хуайсан. Цзян Чэн равнодушно пожал плечами: - Сын маминой подруги. Тут Лань Ванцзи обнаружил, что после оттаскивания Вэй Усяня продолжает держать оного Вэй Усяня в объятьях, отпрыгнул и на всякий случай буркнул: - Не смей ко мне прикасаться! И в этом момент Вэй Усяня закоротило: он решил, что если не вернёт Лань Ванцзи зеркалочку с сюрпризом, то его имя не «Сяо Чжань». Первым делом он решил ещё больше испортить настроение Цзян Чэну. Фея как раз возобновила свои ухаживания. - Цзю Цзю, а хочешь, я тебя поцелую? – спросил Вэй Усянь и показал Лань Ванцзи язык. - Или ты только с собаками лижешься? Цзю Цзю тоже потихонечку переходил в режим «Цзян Чэна», но почему-то в его случае это скорее окружающих рассмешило. Фея истерично носилась между ними, вот только Вэй Усянь её радостно почёсывал, а Цзян Чэн уныло от неё отбрыкивался. - Я тя поцелую, - мрачно сказал он. – Потом. Если захочешь. - А если захочу? - Ох, Чжань-гэ, не для тебя его лотос цвёл!.. – вздохнул Цзинь Лин, глядя на обслюнявленную дядину физиономию. - Не по канону у вас всё... – разохался Не Хуайсан. – Нехорошо, когда не по канону... Вэй Усянь искоса взглянул на Лань Ванцзи: выражение его лица было таким, будто он сейчас откусит Вэй Усяню жопу – и не только фигурально. Это несказанно обрадовало Старейшину Илина и вдохновило его на продолжение шоу. Далее Вэй Усянь пустился в графические описания всех порнографических хотелок экс-бойфренда. Второй нефрит стремительно краснел, бледнел, лиловел и покрывался крапинкой, а Вэнь Нин поскорее закрыл Лань Сычжую уши. Его примеру последовал Цзинь Цзысюань, вспомнив, что он всё-таки отец. То же самое Лань Сичэнь попытался сделать с Цзинь Гуанъяо, но потом прислушался повнимательнее и, задумчиво пробормотав «А, впрочем...», оставил его многострадальные уши в покое. - ... а ещё, когда Ван Ибо кончает, он... Никто не успел даже уши зажать. Внезапно и (не)предсказуемо Лань Ванцзи психанул. Он отчаянно заорал, потом начал прыгать и исступлённо махать кулаками. - ПОЧЕМУ??? НУ, ПОЧЕМУ-У-У-У-У???... - Твой братик перегрелся? – без особого участия в голосе спросил Цзинь Цзысюань у Лань Сичэня. - Может, съел что-то? – пожал плечами тот. – Эй, братюня, тебя полить водой? Или два пальца в рот? - Ой, фу-у-у... – сморщился Цзинь Гуанъяо. - Ну, брат же. Я бы и тебе так помог... - ... - ПОЧЕМУ? ПОЧЕМУ?? ПО-ЧЕ-МУ??? - Да ты заткнёшься уже, истеричка? – начал беситься Вэй Усянь. – Не знаю, о чём ты, но по кочану... - ПОЧЕМУ-У-У-У-У??? ПОЧЕМУ ЭТО ГРЁБАНОЕ ЗАКЛЯТИЕ МОЛЧАНИЯ НЕ РАБОТАЕТ, КОГДА БОЛЬШЕ ВСЕГО НАДО???.. - ... - ... - ... - Если этот ор сейчас же не прекратится, мы воспользуемся заклятием молчания от Сюэ Яна!!! – перекричал всех Вэнь Чао. В наступившей тишине подал голос сам Сюэ Ян: - А что, разве у клана Гусу Лань какой-то другой метод?.. Отвечать не хотел никто, но Лань Сичэнь всё же снизошёл. - Да, кровожадный ты наш. Клан Гусу Лань языки не вырезает. - Серьёзно?.. – искренне удивился Сюэ Ян. – Но ведь тогда эффект временный... - Аллилуйя! – перебил всех Вэнь Нин. – Луаньцзан ты моя, Луаньцзан!.. Неужели скоро всё закончится и следующие сутки я проведу без вас?.. - И кто-то всё ещё в это верит?.. – задала риторический вопрос Система. А впереди действительно их ждала тропа на гору Луаньцзан. Поднимались заклинатели медленно и без энтузиазма. В довесок Фея снова убежала, и никто не обратил внимания в какую сторону, поэтому вскоре они умудрились заблудиться. Растерялся даже Вэй Усянь, хотя ему, казалось бы, полагалось эту местность знать. В отчаянии кто-то (не суть важно кто, хотя это был Сюэ Ян) предложил идти на запах трупов. Этому кому-то выписали люлей, но носы по ветру выставили. Через несколько кругов, нарезанных по горе Луаньцзан, на пути заклинателей выросла неширокая, но зато весьма глубокая пропасть. - Это твоих рук дело?! – гневно спросил Лань Ванцзи у Вэй Усяня. Вид у него должен был быть устрашающий, но с тампонами, торчащими из носа, и гнусавостью, выглядел он скорее трогательно. - Это всё он! – Вэй Усянь тыкнул в Вэнь Нина. Тот даже растерялся. - Это не я!.. - Это ты. - Это я???... - Бро, ну ты-то?.. – расстроился Вэнь Чао и, окатив Вэй Усяня презрительным взглядом, прошёл десять метров в сторону – до вполне приличного на вид верёвочного мостика через пропасть. – Я начинаю подозревать, народ, что, когда вы на толчке по большому сидите, вы промахиваетесь!.. - Дядь Вэнь, а откуда ты зна... ой. - ... - ... - ... - А чего мы стоим?!.. – голос Вэнь Чао начал срываться. Заклинатели поспешили за ним и, толкаясь, забрались на мостик. Но поскольку мостик оказался хлипковатым, а заклинатели были поголовно долбоёбами, прогнившие верёвки начали гулко лопаться, и вскоре мостик рухнул, тоскливо повиснув на обрывках. Некоторое время последних перебежавших втаскивали на ровную поверхность. - Бася, держись!!!.. - Дагэ!.. По канону ты должен кричать «Хуайсан»!.. - ... - ... - А ты в пропасть сейчас падаешь? - Не падаю, но... - Ну и что я буду зря орать?! - ... В конце концов все отдышались и успокоились, насколько это было возможно. И только тут наконец заклинатели заметили на противоположной стороне пропасти одинокую маленькую фигуру в ушамао. Боль на неё лице не смог бы понять даже Сюэ Ян. Снова помолчали. - Цзань Цзань... ну, ты это... бывай тут, - трагическим голосом сказал Вэй Усянь. - Зла не держи. Ничего ведь личного: просто иногда в бою приходится бросать друзей... - С такими друзьями, как ты, врагов не нужно!.. – огрызнулся Лань Ванцзи. Цзинь Гуанъяо тяжело вздохнул, развернулся и нетвёрдой походкой зашагал прочь. - Цзань Цзань, мы будем тебя помнить!.. - Эй-эй-эй! Да не переживай, мы сейчас Лю Хайкуаня перекинем как жердь – он как раз в длину подходит. А ты по нему переползёшь! - А параллельно можно ещё Ван Ибо. По двум жердям удобнее. - Ой, а ещё мелких можно как шпалы – перпендикулярно – сложить. Тогда вообще зачётный мост получится. - Эй, мостостроители! – возмутился Цзинь Лин. – Вы не забыли ничьего мнения по этому поводу спросить? - Хм-м-м... – задумался Вэнь Нин. – Ты же не думаешь, что Лю Хайкуань откажется? Цзинь Гуанъяо продолжал молча идти прочь. Заклинатели забеспокоились. - Ты всё ещё можешь сам отгрызть себе руку! - ... - Ну, не психуй! Или боишься не допрыгнуть, сын шлюхи? Все с осуждением посмотрели на Вэй Усяня, а Цзинь Гуанъяо резко остановился, развернулся и встал в высокий старт. - Ну, мрази! – прошипел он. - Молитесь, чтоб не допрыгнул. С этими словам он разбежался и в изящном балетном па взмыл над пропастью. Заклинатели синхронно вдохнули. А Цзинь Гуанъяо, с солидным запасом перелетев препятствие, грациозно приземлился прямо перед Вэй Усянем. Заклинатели синхронно выдохнули. - Десять лет балетной школы, козёл! – практически выплюнул Цзинь Гуанъяо в лицо Старейшины Илина и со всей дури треснул его кулаком в грудь. От неожиданности Вэй Усянь отлетел на метр назад, потерял равновесие и, несколько мгновений беспомощно помахав руками, начал падать спиной в пропасть. - ЧЖАНЬ-ГЭ!!!!!!!!!!!!!.. К пропасти рванулась долговязая белая молния и, повалившись плашмя на её край, успела схватить падающего Вэй Усяня за руку. - Ни у кого нет ощущения дежа вю?.. – спросил Не Хуайсан, и все яростно покивали. - Чжань-гэ, держись! – тем временем отчаянно рыдал Лань Ванцзи. - Ван Ибо... – нежно прошептал Сяо Чжань, а потом завопил как резаный: - ВАН ИБО ТВОЮ МАТЬ ВЫТАЩИ МЕНЯ ОТСЮДА СЕЙЧАС ЖЕ Я СЛИШКОМ МОЛОД И КРАСИВ ЧТОБ УМИРАТЬ!!!.. - Вот сейчас уже нет... – ответил Не Хуайсану Цзинь Цзысюань. Заклинатели наблюдали за происходящим со стороны, подойти поближе никто и не думал. - Чжань-гэ!.. – обливался слезами Ванцзи. – Прости меня!.. Я больше не буду тебя пилить за то, что ты не вынес мусор!.. - ... - ... - ... - Вы слышали то же, что и я?.. – переспросил остальных Цзян Чэн. – Они серьёзно поругались из-за мусора?.. Да я их сейчас сам в эту пропасть скину. - Каноничненько! - Цзю Цзю, дуй до горы! Я помогу допихнуть! - Да! Отрежем Цзань Цзаню руку и швырнёмся ей в Чжань-гэ! - Да почему опять Цзань Цзаню?! – вновь начал закипать Цзинь Гуанъяо. – Персонажу!.. Пер-со-на-жу! - Верно! А-Яо не единственный персонаж, которому отрубили руку! – согласился Лань Сичэнь. - Ещё был Сюэ Ян! - Э-э-э... - Гениально! – поддержал идею Цзинь Цзысюань. - Швырнёмся в Чжань-гэ двумя руками! - Да оставьте уже в покое чужие руки!.. Пора переходить на новый уровень: отрубим голову дагэ! - ВАШУ ДОЛБАНУЮ МАТЬ! ВЫ ПОМОГАТЬ МНЕ БУДЕТЕ???!!! – раздался истошный вопль Лань Ванцзи. За обсуждением, чем лучше швырнуться в Вэй Усяня, заклинатели не заметили, что Лань Ванцзи не только не приблизился к его спасению, но и сам начал сползать вслед за ним. При этом вид у Лань Ванцзи был такой, что его дядю хватил бы удар: волосы растрепались и упали на лицо, из-за чего ему приходилось ежесекундо их поддувать, лобная лента вообще слетела на лицо Вэй Усяня, а ханьфу задралось до затылка, обнажая подштанники с принтом совокупляющихся кроликов. Тяжело вздохнув, Лань Сичэнь обречённо подошёл поближе, не без труда вытащил меч и, поддев краешек братского ханьфу, натянул его до пят. - Я сделаль! - ... - ... - ... - Идиот... – проскрежетал Вэнь Чао и ринулся вытаскивать Лань Ванцзи, а с ним и Вэй Усяня. Через минуту ревущие как не в себя Вэй Усянь и Лань Ванцзи уже страстно обнимались в безопасности. А ещё через мгновение раздался голос с неба. - Поздравляю!.. – казалось, что Система тоже плачет, но вряд ли по той же причине. – Ваше задание выполнено. Хорошего вам дня... и валите уже на хрен отсюда!.. И всё исчезло. *** ...а потом появилось снова. В гримёрке было не продохнуть, но слаще этого спёртого воздуха актёры сериала «Неукротимый: Повелитель Чэньцин» ничего в жизни не вдыхали. - Ничосси приход... – выдохнул Хэ Пэн. - Вот да: кого на измену пробило, кого на хавчик... Чжэн Фаньсин неуверенно выглянул из-за спинки дивана и облегчённо вздохнул. Ван Ичжоу снова был в одних усах, парике и трусах. Вот только вместо любимой Баси в руках у него была обыкновенная пластиковая дура... - А, дерьмо!.. – стиснув зубы, проскрежетал он, смахнул скупую слезу и не прощаясь убрался восвояси. Чжу Цзаньцзинь стащил с головы ушамао и выпустил пар из цицяо. - Пойду уши маслом смажу... – сообщил он и отправился вслед за дагэ. Цао Юйчэнь с прискорбием отметил, что до этого идеально (по-цзиньцзысюаньски) выглаженное ханьфу стало снова (по-цаоюйчэньски) мятым, вздохнул, выключил утюг и удалился плакать в сортир. Потихоньку разошлись и все остальные. Наконец в гримёрке остались только Цзи Ли и БроВэни. Хэ Пэн молчаливым кивком указал бро на выход. Они с Юй Бинем вышли и прикрыли дверь. - Бро, ты думаешь о том же, о чём и я?.. Юй Бинь наклонил голову, в его глазах начало появляться понимание. - Бро!.. - В эту передрягу попали, - продолжил Хэ Пэн, - БоЧжани и-и-и-и-и... - ... те, кто был в нашей гримёрке, когда мы выясняли, кто попал!.. - ... а закончилась вся эта поебень, когда-а-а-а-а-а... - ... БоЧжани помирились!.. Значит, это и было заданием! - Ебать твоё коромысло! – согласился Хэ Пэн. – А кто больше всех был заинтересован в том, чтоб они помирились? - То-о-о-о-от... - ... кто попал! – договорили они хором. - Он то и дело говорил что-то по делу! – сообразил Хэ Пэн. – Всю дорогу топил за канон. И именно он предложил идти на Луаньцзан! - ...и он единственный, кто ни разу не потребовал отрубить Цзань Цзаню руку! - ... - Совпадение? Не думаю! - Вот тебе и Незнайка. БроВэни посмотрели на дверь, потом друг на друга и синхронно – по канону – кивнули. Цзи Ли сидел в одиночестве в полутёмной гримёрке и с блуждающей улыбкой продолжал листать что-то в телефоне, когда возле него, подобно двум лютым мертвецам, выросли БроВэни. Мгновенно учуяв пиздец, Цзи Ли вскочил, но две руки, вцепившиеся в его плечи, усадили его обратно. - Ну, что, друг Цзи-Сюн, как поживаешь? – дружелюбно улыбаясь, спросил Юй Бинь. - Но-нормально... - А что это мы тут читаем? – Хэ Пэн вгляделся в экран телефона Цзи Ли. – О! Мы «Систему» читаем! Отличный выбор, друг Цзи-Сюн! - Я... это... я тут... - Ничего не хочешь рассказать дядь Вэню? - Да я ничего не знаю! Не спрашивайте меня!.. - Ой, незадача... а мы как раз ОЧЕНЬ хотели кое о чём тебя спросить. Тут, казалось, и Вэй Усянь бы заговорил. Но Цзи Ли вдруг включил режим «позднего Не Хуайсана», изменился в лице и холодно сказал: - Руки убрали. А не прекратите доставать – дагэ пожалуюсь. - ... - ... - Аргумент... – наконец согласился Хэ Пэн, и нехотя БроВэни убрали руки. Цзи Ли как ветром сдуло из гримёрки. - Талант!.. – с уважением покивал Хэ Пэн. - Не признается... – сокрушённо констатировал Юй Бинь. - Не-а... но мы-то знаем! - Бро! - Бро-о-о-о! И финальная пятюня вслепую стала для БроВэней идеальным завершением дня. *** Из закутка под лестницей раздавались постанывания и причмокивания. Ван Ибо сидел на коленях Сяо Чжаня, они нежно держались за руки и каждые несколько секунд целовались. - Чжань-гэ, - прошептал Ван Ибо. – Давай больше никогда-никогда не будем ссориться!.. - Конечно, мой хороший... – Сяо Чжань запустил руку в волосы Ван Ибо и в миллионный раз поцеловал его. – Какая разница, кто будет выносить мусор? - Да!.. Мы все, все обязанности по дому будем делить поровну!.. Стоны и причмокивания смешались. Сяо Чжань погладил любимого по лицу, медленно поцеловал в лоб, в нос, в обе щеки, в подбородок. Его глаза были полны бесконечной нежности, а взгляд Ван Ибо горел страстной любовью. Сяо Чжань улыбнулся Ван Ибо в губы. - Завтра нужно будет сменить лоток Орешек, - тихо сказал он. - И я совсем не против, если это сделаешь ты. Ван Ибо замер, отстранился от Сяо Чжаня и сузил глаза. - Ты не против?! – переспросил он. – Это вообще-то твоя кошка! - Ах, вот оно что! – нахмурился Сяо Чжань. – То есть как дела по твоему дому – так всё поровну, а как лоток кошке сменить – так кошка сразу моя?! Ван Ибо вскочил и, не рассчитав высоту лестницы, треснулся об неё головой. Потирая затылок и глотая выступившие слёзы, он процедил: - Если вспомнить, кто чистил твоей кошке лоток весь последний год, то эта кошка – моя!.. Сяо Чжань тоже вскочил. И тоже треснулся. - И я... я отдал своё сердце такому мелочному эгоисту?.. – воскликнул он. *** - Видеть тебя больше не хочу! - И не смей мне больше звонить! - С этого момента ты для меня умер! - Отличные новости!