Сhateau Miranda

       В глубине квартиры-студии глухо хлопнула дверь, прозвучал звук щелчка и следом раздался звонкий голос Эмиля, в то же время отдающий еле слышной хрипотцой: — Дим? — немного взволнованно произнес парень и окинул пустое помещение взглядом. — Ты где? Братан. — с надеждой произнес парень, но ответа так и не последовало. Иманов скинул куртку на пол (за столько лет работы в этой студии так и не появилось даже крючков на стене; все куртки все еще всегда складировались на полу), быстро разулся и прошел в глубь квартиры. Помещение было охвачено мраком, везде был выключен свет. Единственным источником света была включенная светодиодная лента, что шла по периметру всей квартиры, изредка переливающаяся разными цветами. На кухне стояли пустые банки из-под лимонада, пива и энергетиков, оставшиеся после команды. — Видимо ушли до того, как Дима вернулся. — тихо констатировал парень и прошел чуть дальше. Эмиль заметил, что около ванной комнаты стоят Димины ботинки, в которых он всегда уезжал на ГОСТ, они были ужасно грязные и порванные в некоторых местах, на одном из них были следы крови; так же рядом лежала куртка, вся испачканная непонятным мусором и пылью, которая пахла отнюдь не привычным всем одеколоном. На диване в гостиной лежал портфель и чемодан, распахнутый настежь, из него торчали вещи Масленникова, которые он брал в поездку: хвост, сложенный пополам, небольшой защитный жилет, несколько штативов, свет и заряженные батареи к нему, походная бутылка для воды, ванные принадлежности, но не было ни одной камеры и микрофона. — Что случилось-то? — подумал Иманов. — Дима всегда бережно обращается с оборудованием, да и вещи так никогда бы не стал раскидывать. Меня все больше напрягает эта ситуация. Эмиль двинулся дальше, попутно заглядывая во все комнаты, но его встречали лишь пустые помещения и темнота, наконец он подошел к двери в небольшую комнату, где обычно происходил монтаж видео. На полу была тонкая полоска света, что просачивалась из-за закрытой двери. Парень взялся за ручку и почувствовал некое волнение, будто что-то не так, мелкая дрожь пробежала по телу электрическими искрами. Он взял себя в руки и повернул дверную ручку. В углу комнаты сидел Масленников, он был повернут спиной ко входу. Блогер что-то просматривал на мониторе компьютера, сидя в объемных наушниках, слушая огромное количество звуков, что трудно было различить без усиления звука и частых замедленных повторов.        Эмиль подошел к парню и притронулся к его плечу, одними губами произнеся: — Диим. Иманов ожидал, что брюнет как обычно дернется и шуточно обматерит его, давая небольшой подзатыльник мелкому, но этого не произошло. По спине Димы холодом пробежала легкая дрожь, парень поежился. Он медленно снял наушники, обернулся и посмотрел на Эмиля пустым и уставшим взглядом, но так же в этом взгляде читался страх, было видно, что Масленников был чем-то очень сильно обеспокоен. Эмиля волновали огромные мешки и синяки под глазами друга, что стали намного больше, чем до поездки на GhostBuster, они приобрели действительно пугающий вид, бегающие и раскрасневшиеся глаза еще больше наводили чувство того, что все пошло не по плану. — О, Эмиль, ты наконец приехал. — парень улыбнулся, но его улыбка была искаженной, какой-то измученной, будто лицо начало парализовывать от инсульта. — Дим, что-то случилось? Тебя не было недели две, хотя обычно ты задерживаешься максимум на дня четыре. На звонки не отвечал, в отеле говорили, что ты так и не вернулся в свой номер. Команда переживала нереально. Я уже был готов подавать документы на визу и вылетать первым рейсом. — Прости, Эмилька. — Дима вдруг почувствовал вину перед другом и потер руки, пытаясь снять внутреннее напряжение, поправляя немногочисленные браслеты на руках. — Так зачем звал? — наконец спросил парень. Он немного остыл и сел напротив брюнета, все пытаясь заглянуть тому в глаза, но парень постоянно отводил взгляд, опуская его вниз. — Ах да. — Масленников устало протер глаза и глубоко вздохнул, поправив очки на носу. Он всегда их надевал, когда монтировал видео. — Присаживайся. Расскажу тебе, где я был эти две недели. Только сейчас Иманов заметил, что на столе стоит наполовину выпитая бутылка виски и пустой стакан с немного подтаявшим льдом. Значит парень пил алкоголь залпами, вливая в себя стакан за стаканом. — Дим, ты чего за виски вдруг взялся? Ты же редко пьешь в таких количествах. Что-то серьезное произошло? Ты последний раз так пил, когда с бывшей расстался. Масленников налил немного жидкости из бутылки в сосуд со льдом и взял его в руку, обдумывая вопрос друга, немного помолчал, задумчиво вращая бокал с виски. Темная жидкость плескалась в бокале, словно волна при сильном цунами, что накрывает собой все и вся; не растаявшие кубики льда вскользь касались стенок посуды, громко звеня друг о друга, создавая причудливую мелодию, что ласкает слух каждого, кто ее слышит. Блогер пугал Иманова своей загадочностью все больше и больше, а потом ответил холодным и отстраненным голосом, как всегда отдающим хрипотцой: — Да. — Расскажешь? — прервал тишину Эмиль. — Ты ведь за этим меня звал? — Д-да, конечно. — опомнившись произнес брюнет. На самом деле он звал его не совсем для этого. Он просто хотел, чтобы хоть кто-то был рядом, теперь Дима не мог надолго оставаться в одиночестве, в голове сразу всплывали картины его «каникул». Его бездонные голубые глаза с расширенными от алкоголя зрачками и полопавшимися от недосыпа и стресса капиллярами не могли сконцентрироваться на чем-то одном и все время бегали по комнате, ища за что зацепиться. Парень сделал глоток виски, готовясь к долгому рассказу. На вкус этот виски был как поцелуй с первой любовью, имел сладкое послевкусие, и приятное жжение в груди навивало воспоминания. Вот только все это прекрасное чувство омрачали новые воспоминания, что каждую секунду всплывали в голове блогера, не давая ему уснуть даже на секунду. Он пытался спать, но сразу же просыпался, ведь этот кошмар все еще преследовал его. Глубоко вздохнув он произнес: — В общем…