Служить верой и правдой

На мгновение ей показалось, словно она оглохла: звуки исчезли и она видела лишь фигуру короля Квирина, его спокойное выражение на лице, шевелящиеся губы словно что-то шептали, но что именно было абсолютно не слышно. Она стояла и не шевелилась, а её взгляд стал непроницаемым. Кажется, она даже перестала дышать, поражённая словами короля, сверлив его лицо взглядом. Она прекрасно делает вид, что всё в порядке, но ей казалось, что все вокруг всё поняли, что всё отразилось на лице: она не рада, и это заставляло нервничать. Нужно быть спокойной, Кесси. Нужно быть хорошей девочкой.  — Прошу принять эту честь в знак доверия к твоей персоне. Кассандра словно очнулась, выныривая из-под воды и звуки ворвались в её голову, оглушая. Кассандре хотелось поморщиться, но гвардейская выдержка позволила ей контролировать невольные движения тела. Взгляд скользнул к отцу и сердце Кассандры облили кислотой: взгляд отца был таким же гордым, как и пару минут назад. Как будто он думал, что ей эта идея понравится. Он знал, чего она хочет, знал. Она не раз говорила ему. И он решил её подставить, всучив другие обязанности: приглядывать за каким-то мальчишкой, словно захотел заменить её мечту одну на другую. Он решил заменить её судьбу, уводя Кассандру за руку в другую сторону, отдаляя её от её свершения. Если ты стал приближённым, то вряд ли быстро сможешь избавиться от этого титула. Он сделал это осознанно, лишь бы она…ещё какое-то время не смогла заниматься важными ей вещами, не могла докучать с просьбой поставить в ряд с гвардейцами или просто испытать. И это обескураживало. Он словно просто избавился от очередной проблемы. Но она не могла отказаться от такого. Её отец был в ответе за неё. Принц Вэриан, как говорили слухи, был хилым малым, скромным, почти не появлялся на публике — лишь изредка на важных мероприятиях дворян или при важных объявлениях, оглашения указов Королём, он стоял по правую руку от него. По левую стоял советник, что что-то постоянно нашёптывал королю. Кассандра видела его только издалека и то мельком, но могла точно сказать, что про его худобу слухи не врали, как будто его не кормили. Кассандра молча стояла и незаметно сжала одну ладонь в кулак — из глубины её пламенного сердца разливался по грудной клетки пятном гнев. Он словно заполнял её всю и дыхание стало тяжёлым, почти сиплым. Чувствовалось какое-то бессилие в натренированном теле. И Кассандра снова забылась, надеясь лишь на то, что это уже скоро закончится. И она выйдет из тронного зала, стараясь забыть этот день, схватить меч и будет бить по манекенам, наполненных соломой, сбивать с них шлемы, разрезать по полам и чувствовать кровь по венам, свежий ветер по вспотевшей коже. Отец словно повернул рычаг и вагонетка с Кассандрой сбилась с нужных рельс: теперь её судьба летит в пролом, в темноту шахт, где нет никакого света и лишь неизвестность. Капитан Королевской гвардии почти король, у него есть власть над людьми и оружием, а приближённый всего лишь инструмент для мелких дел высших господ.  — Сопровождать, помогать и оберегать принца для меня большая честь. Её внутренний голос процедил эти слова сквозь зубы, но её ровный и спокойный голос не дрогнул, несмотря на клокочущую ярость. Наглая и отвратительная ложь, но как приятно и осознавать, что ты всё равно не станешь прогибаться под какого-то мальчишку, голова которого позолочена только статусом. И, как думала Кассандра, юнца заткнуть можно будет легко. Конечно, радикальные меры ни к чему, тем более сейчас… Но Кассандре сейчас хотелось разнести всё вокруг себя, оставаясь спокойной внешне, как море перед бурей, набирая силы, чтобы рушить склоны и смывать людей в необъятные пучины.  — Тогда попроси советника дать тебе наряд для сопровождения принца. И ты свободна, — отмахнулся будто бы король. Она коротко кивнула и отвернулась. Что за маскарад? Этого она достойна? Спиной она чувствовала взгляды, что провожали её до самых дверей, будто хотели убедиться в честности её слов. Но даже когда двери захлопнулись за ней, она чувствовала себя уязвлённой. Возможно, даже подставленной. Она столько трудилась, столько работала над собой и ставила цели, пусть и маленькие, но добивалась их, несмотря на трудности. А когда ей было тяжело она мужалась и брала свои чувства под контроль, не выпуская их наружу. А ей просто предлагают быть помощницей «принеси-подай» для принца? Рукоять меча плотно лежал в её руке, ветер свистел в ушах, а с манекена слетел шлем, в следующую секунду хлопковая грязная ткань рассеклась и сильный ветер подхватил солому, закружив её в воздухе и сбрасывая на грязную землю к сапогам Кассандры. На небе собрались тучи, не предвещая хорошей погоды, ветер был холодным и Кассандра поёжилась, убирая меч в ножны. Солома всё вываливалась из бедного манекена, его одинокая фигура среди других покрошенных смотрелась ещё печальней: быть последним, кто видит гибель…удручающая судьба. Злость медленно испарялась из Кассандры и она стала быстрее замерзать, когда ветер пробирался под ткань и словно мазком проходился по коже, оставляя мурашки. Почему-то ей стало намного печальней, чем раньше. Она как-то странно слишком быстро смирилась, быстро остыла, словно шибко не противясь, или осознавая одну из печальных для неё истин: сколько не елозь, сколько не сопротивляйся, не трудись и не пытайся доказать — всё одно.  — Кассандра, — из-за спины послышался голос отца, — вот ты где. Как я и думал! Кассандра напряглась, но всё же обернулась на отца, сколько бы ей сложно это не было сделать. Ей было сложно смотреть на него. Всех её слов не хватит, чтобы выразить разочарование и обиду. Она больше не в силах говорить. А он ещё мог.  — Кассандра, советник просит тебя найти прийти к нему, он тебя уже… Кассандра? , — голос его был таким, словно ничего не произошло. Таким же заботливым, простым и добродушным. Неужели ему настолько кажется правильным этот выбор? Или ему настолько наплевать на её мнение? Она не знала, она была растеряна. Смотря на его лицо, вглядываясь в родные черты лица и карие глаза под которыми уже образовывались морщинки, хотя ему всего было чуть больше 40. И она не могла понять, он ли это перед ней: человек, что вырастил её и был поддержкой во всех начинаниях. Он же сам ей помог стать сильнее, закаленнее. В конце концов, она дочь капитана Королевской гвардии, разве не каждый капитан мечтает о такой дочери? Она опустила взгляд в пол, после того как он заговорил, никак не реагировала на отца и после минутного молчания отвернулась. В это повороте и в это взгляде было столько разочарования, что у капитана дрогнуло сердце. Она разочаровалась в нём снова.