Глава 18
6 октября 2020 г., 21:01
Чанбин вместе с Хёнджином стоял у ворот универа и места себе не находил. Ведь действительно виноват перед Феликсом. Он видит, как идёт Сынмин, но он идёт один, так что парень тут же задаётся вопросом: «а где же Феликс?» И Сынмин видит его замешательство.
— А где Феликс? — спросил Чанбин, как только Сынмин оказался рядом.
— Он с Джисоном куда-то ушёл после третьей пары.
— То есть ты его после третьей пары не видел?
— Нет, не видел.
— Чёрт…
— А ещё Джисон оставил свой телефон, — добавил Сынмин. — Поэтому они ещё в универе. Я подожду их с вами.
Чанбин не мог найти себе место. Действительно чувствовал сильную вину за то, что сразу не сказал о своих отношениях с Хёнджином. Боялся… боялся разбить сердце такому невинному мальчику, как Феликс. Его любовь была такой искренней, что Чанбин просто не мог его бросить. Сначала всё время откладывал, а потом понял, что сам это сделать не сможет. В итоге… так и получилось. Но он должен был сам рассказать об этом. Чанбин за своими мыслями не заметил, как на телефон Джисона кто-то позвонил, а Сынмин ответил, а после что-то сказал парню рядом, но он не слышал. Даже не заметил то, когда Феликс с Джисоном вышли из универа и направлялись в их сторону. А когда повернулся, они были уже совсем рядом, а Феликс ударил его кулаком по скуле. Сила удара была такой большой, что, так уж вышло, пошла кровь.
— Я полагаю, ты знаешь, за что, — прохрипел Феликс.
— Прости… — произнёс Чанбин, посмотрев на Феликса.
— Что мне до твоего прости?!
— Не надрывай голос, — похлопал по спине Феликса Джисон.
— Почему ты сразу не рассказал мне? — спросил более спокойно Феликс.
— Боялся… — ответил Чанбин.
— Чего? Я же не кровопийца.
— Разбить тебя. Твоя любовь была такой искренней… Я… чувствую сильную вину перед тобой. Всё это время я не мог спокойно спать. Я изменял тебе, и это правда. Но… ты такой искренний, что я в какой-то момент подумал бросить Хёнджина.
— И вообще-то бросил, — добавил Хёнджин. — «Но ведь это неправильно. Я не хочу обманывать Феликса. Он так сильно меня любит! О нет!» — спародировал парня. — «О, Джисон! Помоги!»
— Я не так говорил, — буркнул Чанбин.
— Что-то похожее, — ответил Хёнджин.
— Я понял, — прервал их Феликс. — Но тебе действительно стоило самому рассказать.
— Я знаю, — ответил Чанбин. — Прости, пожалуйста. Я действительно очень долго тянул.
— Сколько?
— Э… месяцев 5.
— Почти год, — исправил Хёнджин. — Давай говорить правду?
— Год… про секс и спрашивать не буду. Но ты нормальный вообще? Ты спал с двумя людьми. Как тебе не было противно?
— Было. Было противно. Я ненавижу себя.
Феликс ничего не ответил и лишь отвёл взгляд. Всё, что хотел, спросил и сделал. Хотя не всё. Он ещё хотел ударить Хёнджина, так что кинул на него взгляд, но понял, что больно ему не будет.
— Что ты смотришь на меня? — тут же спросил Хёнджин. — Я собственник. Так уж вышло.
На горизонте появляется Чонин, который пришёл встретить Сынмина. И Феликс тут же обратил на него внимание.
— Чонин, не хочешь ударить брата? — спросил Феликс.
И Чонин, ничего не спрашивая, ударил Хёнджина кулаком в лицо. Попал в нос, от куда тут же потекла кровь, но стала быстро засыхать. Парни удивлённо уставились на мелкого, кроме Хёнджина и Джисона. Они знали, что тот не откажется.
— А что за повод? — спросил Чонин, посмотрев на Феликса.
— Он у меня парня отбил где-то год назад, — ответил Феликс.
— По твоей логике, я должен врезать Джисону, — произнёс Хёнджин, держась за свой нос.
— Тебе напомнить, что это Чанбин-хён попросил его отбить меня у него? — ответил Феликс.
— А что с голосом? — спросил Чонин.
— Джисон — падла, — ответил Феликс, ничего не поясняя.
— Сколько ещё ругательств ты знаешь? — спросил Сынмин.
— Много.
— Он всё же выебал тебя? — спросил Хёнджин, хотя спрашивает уже второй раз.
— Это было окно, Хёнджин, всего лишь окно, — ответил Джисон.
— Ага, — кивнул Феликс.
— Вау, получается я уже дважды за сегодня успел нашкодить, — произнёс Чонин, что-то посчитав в своей голове.
— В смысле? — спросил Чанбин.
— Смотри, ударил Хёнджина, а оно так сразу не затянется, как обычно, ведь это я ударил, и подбил Сынхэ напоить Минхо. Точно! Ещё умудрился списать у Сынхэ на уроке Минхо. Получается 3 раза. Что-то я в ударе сегодня.
— Погоди, Минхо пьян? — спросил Хёнджин, удивлённо взглянув на Чонина.
— О да. Прямо сейчас он пьян.
— Я за год, что живу с вами ни разу не видел его пьяным.
— И не увидишь. Он спит. Минхо не любит пить, а если пьёт, то сразу вырубается.
— Считаю отношения внутри семьи вампиров очень странными, — отметил Чанбин.
— Это нормально, — ответил Чонин. — В каждой семье вампиров дети рождаются от разных матерей или разных отцов. И чаще всего отношения в семье складываются за счёт того, кто второй родитель. У нас так и произошло. Если я и Хёнджин ещё хоть как-то между собой общаемся, то Минхо полностью отгородился от нас. И со мной он говорит только если дело касается моей учёбы. Сегодня какого-то хрена делал вид, что ему важна моя учёба, когда я заныл, что тот совсем не чувствует братскую любовь. Я списать просто хотел. И это был мой с ним первый диалог за последние полтора года, а может и больше.
— Чем же отличаются ваши матери? — спросил Сынмин.
— Чаще всего вампиров рождают люди, но они всё равно считаются чистокровными, — начал отвечать Хёнджин. — А тот, у кого оба родителя — вампиры, обычно называют чистым. У чистых больше способностей, которыми они могут пользоваться. Например, управление огнём и всё такое. И в нашей семье есть чистый. У Чонина и Минхо матери погибли, что случается в большинстве случаях рождения вампиров. Не выносят роды, что произошло с Чонином, или в итоге малыш убил мать, что произошло с Минхо. А моя мать жива, поэтому я с ней и прожил большую часть жизни. У Чонина мать — вампир.
— И вампиры разве не бесполы? — спросил Феликс.
— Да, кроме полукровок из-за того, что они были людьми, — ответил Чонин. — Не будут же у них расти новые органы. Хотя это и происходит…
— Если вампир рожает, то его в семье начинают называть матерью, — пояснил Хёнджин. — Кстати, иногда такое бывает, что вампир рожает человека, или от вампира родился человек. Но это бывает так редко, что многие считают, что это невозможно. Почему-то так захотелось узнать больше о родах.
— Чанбин-хён, ты знал, что меняешься койкой с Джисоном? — спросил Феликс.
— Не меняюсь, потому что сразу съезжаю к Хёнджину, — ответил Чанбин.
— Пойдём, — Хёнджин взял Чанбина за руку и повёл по дороге.
— И мы пойдём, — произнёс Чонин, протянув руку Сынмину.
— Ага, — кивнул Сынмин, после чего взял его руку в свою и тоже пошёл куда-то вместе с вампиром.
— Одни голубки вокруг, — пробурчал мимо проходящий Чан, а потом резко остановился и посмотрел в какую-то сторону, где оказался Уджин, но быстро отвёл от него взгляд, а потом понял, что мимо него ему придётся пройти, и смело пошагал в ту сторону, прошёл мимо, даже не задев плечом.
— Продолжишь избегать? — проговорил Уджин, когда Чан проходил мимо, но тот не ответил и даже не остановился.
Хёнджин сразу лёг на свою кровать. Кровь из носа уже не шла, но он всё ещё болел. Рядом прилёг Чанбин. Казалось, что вампир теперь может расслабиться, ведь прятаться больше не нужно. Но внизу живота немного тянет и очень неприятно.
— Можно… укусить тебя? — спросил Хёнджин, приподнявшись на локтях.
— Да, но следующий раз можешь не спрашивать, — ответил Чанбин.
Хёнджин сразу приблизился к шее парня и прокусил его кожу. Стал пить, но жажда почему-то не становилась меньше. Хотя он всё же смог немного утолить, но понял, что больше пить не может из-за того, что кровь у Чанбина конечна. Отстранился и снова лёг так же, как и лежал до этого. Потом неожиданно скручился, взявшись за живот, и промычал.
— Ты чего? — спросил Чанбин.
— Живот болит… — проговорил Хёнджин, после чего оказался в объятиях своего парня.
— Вы можете болеть?
— Да… Редко, но болеем…
