Госпожа.

       У Юй Цзыюань был слишком сильный характер.       Нет, даже не так... У неё была необходимость в подавлении чужой воли. В "хорошем" смысле. Ей претило быть ведомой, будь то бой или замужняя жизнь, с которой, тогда ещё, молодой и горячной Цзыюань сталкиваться абсолютно не хотелось. И если в самом начале, была призрачная надежда на что-то особое, то пара свиданий с будущим мужем напрочь отбили все нежные помыслы, оставляя после себя только горечь разочарования и желание размазать кого-нибудь по полигону. "Прости, но я не могу." "Мне жаль, но мое сердце принадлежит иной."        Раньше, Юй Цзыюань казалось, что чтобы вывести её из себя требовалось приложить хоть какие-то усилия. Цзян Фэнмянь добился этого простым взглядом в пол и виноватой улыбкой в сторону одной бродячей заклинательницы. Молодая Госпожа не любила быть на вторых ролях. Если бой, то только победитель. Если женщина, то единственная значимая. Цзыюань горела долго. На свиданиях язвила и старалась уколоть больнее, уходила, гордо подняв голову, не стесняясь показывать свое принебрежение будущим супругом. Наедине сама с собой кусала губы и хотела разреветься, громко хлюпая носом и роняя слезы на подол клановых одежд. А после просто предложила разорвать помолвку.        Только вот кто ей это позволит?       В день своей свадьбы она так и не позволила прикоснуться к себе уже супругу и всю ночь провела в дальней беседке у маленького пруда, стараясь не вспоминать чужих нежных рук и губ, бережно целующих её собственные. Велико было желание утопиться. Или притопить одного придурка, некогда заявившего в лоб о любви к другой женщине, а теперь смотрящего смущённо и преданно.

Бесит

. ***        Когда девичья ножка, с совершенно не присущей девушке силой, давит на грудь, Фэнмянь неожиданно для себя понимает, что попал. У Цзыюань глаза сверкают ярким огнем и дыхание сбито. Грудь под ночными одеждами судорожно поднимается и опускается, а фароровая кожа на оголившемся бедре выглядит слишком притягательно в свете лампы. Госпожа Юй кривит пухлые губы и сильнее вдавливает супруга в пол, убирая мешающуюся прядь волос за ухо.        Мужчина шумно сглатывает, ощущая, как по телу пробегает оглушающая волна жара, оседая где-то внизу живота и под ребрами. Цзян Фэнмянь думает, что был идиотом. Когда отрекся в первую встречу, когда невольно оскорбил своей прямолинейностью одну из лучших заклинательниц своего поколения. И теперь это выходит ему боком. Цзыюань не простила. А он пропал. Какая ирония, но... — Не смей даже думать о ней в моем присутствии! — шипит Госпожа рассерженной кошкой смещая ступню чуть ближе к шее мужа. Цзыдянь на пальце искрится фиолетовой молнией, показывая степень раздражения хозяйки и обещая хорошенько отходить "неверного" супруга.        Цзыюань сейчас слишком хороша. Настолько, что когда ступня все же давит на горло, чуть придушивая, мужчина неожиданно издает полузадушенный всхип и немного прогибается в пояснице.        Неожиданно комната погружается в тишину. Фэнмянь чуть приподнимает веки, вглядываясь в пораженное лицо своего маленького божества, что медленно покрывается румянцем и дышит так же загнанно, ошеломленно. Цзыюань с шоком и неким интересом наблюдает, как муж нежно обхватывает её лодыжку своими пальцами, аккуратно оглаживая косточку, и целует кожу чуть выше пальцев, не отводя от её лица пристального взгляда. Женщина тонет в потемневшей радужке его глаз, облизывая пересохшие губы, пока Фэнмянь, медленно принимает сидячее положение, скользя ладонью по бедру и целуя коленную чашечку. — Ты сумасшедший — голос Юй Цзыюань хрипит, но глаза выдают предвкушение от новой забавы.       Фэнмянь не скрывает улыбку и приглащюшающе тянет свою Госпожу за рукав одеяния, выражая покорность.        Кажется, подход найден. ***        Покои главы Ордена Юньмен Цзян окутаны полумраком и запахом надвигающихся гроз. Где-то там, за их пределами, тихо спят жители резиденции и маленькая проблема, объявившаяся нежданно негаданно на пороге их дома. Ну как нежданно?... Цзыюань вполне себе уверенна, что прибытие семьи Вэй не было для мужа особым сюрпризом, судя по его опущенным в пол глазам и ладоням, что чуть взволнованно стискивали ткань штанов. О, Небожители, дайте ей сил!        Фэнмянь сейчас больше походил на нашкодившего мальчишку, нежели на главу одного из Великих Орденов. Стоя на коленях перед собственной супругой и чуть ерзая от её прожигающего взгляда, пока Цзыдянь опутывал его тело, мужчина пытался выровнять дыхание и хоть немного ослабить собственное возбуждение от ситуации. До чего же он докатился... — Я даже слушать твоих оправданий не хочу — фыркнула Цзыюань, заставляя мужа дернуться в путах и тихо зашипеть, когда артефакт Госпожи предупредительно кольнул его зарядом под ребра — Время идёт, а твои слабости все те же... — Моя Госпожа ... — Уймись! — рыкнула женщина, силясь подавить в себе нарастающее раздражение. Ревновать было ни к чему, но от чего-то старая обида и неожиданная раздражительность ударили в голову сильнее чем ожидалось. Они молчат ровно до того момента, пока не догорает единственная палочка благовоний. Тяжёлый вздох и Цзыдянь покорно возвращается к своей владелице, опутывая палец кольцом и затихая. Юань закидывает ногу на ногу, удобнее устраиваясь в кресле, и отводит взгляд в открытое окно. Время идёт, а что-то так же остаётся не изменным. — А-Юань... — Фэнмянь медленно приближается к супруге, мягко улыбаясь, но та неожиданно упирается ногой ему в плечо и кривит губы в усмешке. Лёгкий толчок и мужчина снова оказывается на коленях, и снова не в силах дотянуться до своей Госпожи. — Я сказала сидеть, — тихо и властно произносит женщина, наблюдая, как тело мужа чуть дрогнуло от её голоса, а светлая радужка глаз начала темнеть.        Юй Цзыюань быстро пробегается кончиком языка по губам, ловя задушенный вздох со стороны мужчины и голодный взгляд из-под опущенных ресниц. Она знает, что это ему нравится. Он понимает, что добровольно вручил "поводок" в руки этой женщине. И ни капли не жалеет. Они вросли друг в друга так, что не разорвешь. Цзыюань умела укращать. Фэнмянь не против оказаться снизу. Идеальная пара безумцев, ничего не скажешь. — Иди сюда... — шепот кажется оглушающим, отдается где-то в груди и разливается теплом у золотого ядра. Она немного расставляет ноги, нагибаясь вперёд и манит его тонким пальчиком, не скрывая чуть шальной улыбки, и Фэнмянь не в силах отказать.        Качнувшись к ней, мужчина опирается ладонями о колени жены, тянется к пухлым губам и замирает, стоит Цзыюань аккуратно встряхнуть мужа за ворот одежд, опаляя горячим дыханием его уста. На дне аметистовых глаз пожаром горит желание и искорки озорства. — Отрабатывай, мой Господин — мурлычет она и, толкая его на пол, приземляется сверху, придавливая своим телом. Фэнмянь не может сдержать радостной улыбки.        Он абсолютно не против.