Сказка о любви, которой не было

Оплатить мою любовь и желание Мне не хватит всех монет сладострастья... "Татуировка" Б. Моисеев -Нет! Пожалуйста! НЕТ! Девушка отползает по огромной кровати от мужчины, движущегося на нее с грацией дикого кота. Она, глядя огромными от испуга глазами, уже даже не кричит, а только еле слышно, лихорадочно шепчет свое "нет...", как мантру, и продолжает медленно отползать от него. Мужчина криво усмехается краем твердых тонких губ, в антрацитово-черных глазах вспыхивает ледяное пламя, он резко наклоняется, хватает девушку за ногу, подтягивает ее под себя одним быстрым движением и прижимает забившуюся в железной хватке девушку к кровати своим сильным телом. - НЕТ! НЕТ! НЕ НАДО!... - Замолчи. Это звучит спокойно и холодно и отрезвляет лучше оплеухи. Девушка судорожно всхлипывает и глядит, глядит в разверзающийся ад его глаз, на дне которых она видит вожделение и ледяную решимость заполучить желаемое. Пристально глядя в ее огромные малахитовые глаза, полные слез и ужаса, мужчина наклоняется, резко втягивая носом ее аромат, и накрывает припухший от слез и крика розовый рот жертвы своими твердыми губами. - Мфмхммммм... Девушка пытается оттолкнуть тело, давящее на нее, но все бесполезно. Он сильнее. Он заламывает ее руки над головой, удерживая запястья сильной, чуть шершавой, ладонью с аристократическими длинными пальцами, вжимает их в постель, заставляя изгибаться ее навстречу ему, впечатываться в крепкий торс, елозить и тереться, в отчаянной попытке вырваться из его рук. Мужчина прерывает поцелуй и переходит к шее, на которой так соблазнительно бьется голубая жилка в такт заполошно стучащему сердцу. Он, усмехаясь, уверенно прикусывает нежную, слегка смуглую, кожу, оставляя свою метку, и движется дальше, ниже, к скрытой тонкой майкой высокой девичьей груди. Ткань с треском рвется и соблазнительные полушария выпрыгивают навстречу жадному рту и требовательной ладони. Он кусает и сосет одну грудь, сильно, вызывая болезненный всхлип девушки, сжимая вторую рукой, оттягивая и крутя твердыми пальцами горошину соска. - Нет... Не надо... Она уже может только хрипло шептать сорванным от слез голосом, парализованная страхом. Он только на миг поднимает голову, бросая через завесу смоляных густых волос острый предупреждающий взгляд, и опять возвращается к ее телу. Она чувствует, как ее запястья, удерживаемые его рукой, перетягиваются чем-то тонким и прочным и ложатся на подушки. Попытка просто пошевелить руками терпит фиаско и она молча сглатывает горькие слезы: не выбраться. Мужчина орудует теперь двумя руками: гладит, пощипывает, выкручивает ее плоть по своему желанию. Наконец, когда ему надоедает, он просто раздвигает ее бедра, чуть приспустившись и девушка дергается и болезненно стонет, чувствуя вторжение его руки в свое естество. Он проверяет ее, и его не устраивает, что она сухая. Что-то прошептав, мужчина опять вставляет в лоно девушки палец, резко, на всю длину, от чего та опять дергается, сцепив зубы, и удовлетворенно кивает. Она с ужасом следит за тем, как он спокойно снимает брюки и нижнее белье, обнажая крупный, перевитый венами, член, с прозрачной каплей возбуждения на кончике, и зажимается, старясь свести ноги, но мужчина не позволяет ей этого. Так же спокойно раздвигает ее ноги сильнее, наклоняясь и закидывая одну ее ножку себе на бедро, открывая доступ к лону девушки и, устроившись поудобнее, резко входит в нее наполовину. Девушка напрягается, захлебывается криком под пронзительным взглядом и, крутя бедрами, пытается соскочить с "кола", на который ее сажают, но только доставляет своему мучителю удовольствие, а себе - боль. Мужчина ждет, когда она, обессиленно, прекратив попытки соскользнуть, откидывается на подушки, чувствует, как расслабляются мышцы ее лона и проталкивает член до конца, забирая ее девственность и удовлетворенно прикрывая глаза. Она теперь лишь тихо плачет и обреченно закрывает глаза, а он, привыкнув к тугой тесноте и жару девичьего тела, начинает глубоко и размеренно двигаться, балансируя на грани своего удовольствия и ее боли. Постепенно толчки становятся хаотичными и болезненно-глубокими, хотя она думала, что глубже уже просто не бывает. Она стонет от боли и сжимает ладони в кулачки, а он, дотрагиваясь кончиком полового органа, увеличившегося и ставшего таким чувствительным, до ее шейки матки, начинает резко и бурно кончать, скрипя зубами от острого наслаждения. Потный и обессиленный, он, не выходя, падает на нее, прижимая к кровати, заставляя ее задыхаться от тяжести его тела и ощущения разорванности там, внизу, и дышит, дышит, восстанавливая сердцебиение. Отдышавшись, наконец выскальзывает из девушки и ложится рядом с ней на спину, прикрыв глаза и медленно рукой поглаживая ее живот и груди. Девушка беззвучно плачет, понимая, что теперь для нее все кончено. Она принадлежит ему. - Отрасти волосы - раздается в напряженной тишине его бархатный баритон, от которого по спине бегут мурашки, а низ живота, где только что был его член, скручивается жаркой спиралью - Ненавижу короткие стрижки у женщин. *** Мы все любим представлять, что могло бы быть, если бы... Если бы мы жили в Раю... Если бы мы жили в постапокалипсисе... Если бы это был мир эльфов и фей... Если бы... Мудрые же говорят нам: "Бойтесь своих желаний, ибо они могут сбываться". Детьми мы все любили представлять, как бы поступили, оказавшись в мире своих любимых персонажей, что бы делали, что говорили, как себя вели. Многие люди живут иллюзией реальности, которая однажды может быть резко сдернута. Лиля, как и многие ее сверстницы, тоже любила представлять себя героиней любимых книг, где все у нее было замечательно: она точно знала, что не стала бы связываться с ведьмой, как Ариэль, а просто поговорила с отцом; не позволила бы обмануть себя Шраму, как в "Короле Льве" и не стала бы есть немытое яблоко от незнакомки, как Белоснежка. С годами она читала все больше и книги становились все сложнее и неоднозначнее, а потом она открыла для себя "Гарри Поттера...". Это был полет фантазии. Девушка категорически не понимала маму Гарри, ведь Северус Снейп был такой... такой... Слов нет сказать, какой. А как он любил! А она! Нет, Лиля точно знала, как бы она поступила на месте Лили Поттер, о чем неоднократно говорила подружкам. И с каждой новой книгой, она все больше убеждалась в своем мнении: Снейп - идеальный мужчина, пусть даже и Пожиратель. Однажды она даже разругалась со своей лучшей подругой Миланой, которая утверждала, что Лилин идеал - не такой уж и идеал. - Ты не знаешь, какой он, и вообще, как можно утверждать, что он - лучший? Лиль, ты думаешь, мама Гарри так плохо знала друга детства? - Ты ничего не понимаешь! - фыркала Лиля - Она просто курица слепая! А он... - Да-да-да, он "всегда" - усмехнулась Милана - Лиль, по-моему, это глупо, ругаться из-за книжного персонажа... Тогда они сильно поругались, первый раз в жизни, и именно тогда Милана, в сердцах, пожелала Лиле "встретить твоего Снейпа и самой убедиться, что он - не такой!". Лиля же в свою очередь заявила, что тоже очень хочет этого: увидеть Снейпа и... Нет, умирать она не собиралась, а только убедиться, что он "такой". Слово - самое сильное заклинание, придуманное человеком. Словом можно вознести до небес и низвергнуть в ад, слово определяет нашу судьбу, оно материально. И Милана потом долго жалела о вырвавшихся в сердцах неосторожных словах. Своих и Лилиных. Через некоторое время ссора забылась, девочки помирились, а Лиле стал снится он - Северус Снейп. Высокий, мрачный, с горящими, как уголь, внимательными умными глазами, он смотрел на нее и спрашивал, кто она. Сон повторялся и был таким реалистичным, что девушка, просыпаясь, долго не могла понять, где она: уже дома или еще во сне. И однажды она заговорила с ним и назвала свое имя. Снейп вздрогнул, услышав тихое "Лиля", а затем кивнул, прожигая ее полыхнувшими багровым отблеском глазами: "До встречи, Лиля..." *** - Что с тобой? - Милана отвела Лилю в сторонку - Тебе нехорошо? - Да нет - пожала плечами девушка и тряхнула каштановым каре - Нормально, а что? - Ты сама не своя. Как зомби ходишь... - А... - махнула рукой девушка - я просто сплю в последнее время плохо. Устаю. - Спишь плохо? - удивилась Милана - А почему? Кошмары? Лиля улыбнулась и покачала головой: - Неееет... мне Северус снится... - Сев... Лиииииль? - Милана пристально смотрела на подругу - И давно? - Пару недель - задумчиво ответила девушка, скользя взглядом по унылому октябрьскому пейзажу за окном, около которого девушки стояли. Вдруг она напряглась, тонкие пальцы вцепились в край подоконника, взгляд расширился. Милана, наблюдавшая за подругой, чей вид ей не нравился (похоже, Лиле нужна была помощь), уловила эти изменения в состоянии подруги и тронула ту за плечо: - Лиль? Лиля! - Не кричи - тихо сказала Лиля, продолжая напряженно вглядываться в осеннюю серость - я слышу. - Что с тобой? Ты посерела прям... - Милан... Я, наверное, с ума схожу. Милана нахмурилась, вглядываясь в лицо подруге: - Почему... ты так решила? - она старалась быть спокойной. - Мне кажется, за мной следят. - ЧТО?! - вот этого Милана точно не ожидала. - Следят. Не ори... - Лиля судорожно выдохнула - Я в последнее время постоянно замечаю одного и того же человека. Возле дома, здесь, у универа, в магазине... Он следит за мной... Милан, мне страшно...- девушка повернулась к подруге - Я боюсь, что схожу с ума. Это если мне кажется, а если нет? Милана задумалась: Лиля не была похожа на сумасшедшую, ведь первый признак, что человек не в себе - отрицание своего состояния. Сумасшедший упрямо будет доказывать, что он здоров, это все вокруг ненормальные. Лиля первым делом подумала, что это она не в себе, а значит, она здорова. - Лильк, а может, это разные люди? - Нет, - тихо ответила девушка, опять поворачиваясь к окну - это один и тот же, я уверена: рост, походка, жесты, одежда... Она такая... Странная... Милана потом долго вспоминала этот разговор и никак не могла понять, что же все-таки так насторожило подругу. *** Лиля, сжавшись в комочек, сидела в медленно остывающей ванной. Девушку трясло, слезы, вылившиеся за этот долгий страшный вечер, казалось опустошили ее, оставив только оболочку. Внутри же были пустота и страх. Северус Снейп не был таким, каким описывала его в книгах Роулинг. Он был не таким, каким представляла его Лиля. Он не был "всегда". Тот, кто сейчас находился за тонкой дверью ванной комнаты, был умным, физически сильным мужчиной лет тридцати пяти; не будучи красивым в каноническом понимании мужской красоты, он мог очаровать яркими глазами и харизмой, а его мускулистое тело и породистое лицо впечатляли, как и невозмутимость и жесткость. Но Лиля ничего уже этого не видела, она боялась его. Раздался громкий хлопок и перед вздрогнувшей девушкой появился домашний эльф - небольшой, ушастый, в чистой холстине с вытесненным на ней гербом дома, которому он служит. - Мисс должна одеться - пропищал эльф, протягивая Лиле нечто длинное темно-синего цвета. Девушка смотрела на волшебное создание и не шевелилась. - Мисс... - позвал ее еще раз эльф - Мисс, хозяин ждет вас, мисс! Вам надо одеться! От этих слов Лилю опять накрыло: потекли слезы, горло сжали удушливые рыдания, ее забила крупная дрожь. Эльф охнул и исчез с громким хлопком, а через мгновение в ванную, отшвырнув дверь, вошел сам Северус Снейп. Он тяжело посмотрел на обнаженную трясущуюся девушку в глубокой, почти остывшей ванной. - Тилли, - негромко позвал он и эльф с одеждой тут же возник возле него - оставь одежду нашей гостьи здесь. Иди. Эльф поклонился, оставил вещи для Лили на небольшом комоде, стоявшим тут же, и исчез. Снейп, все еще смотревший на теперь уже свою женщину, хмыкнул, подошел к ванной и присел на край. Девушка резко шарахнулась в сторону от мужчины и выставила руки перед собой: - НЕТ! -Успокойся - Снейп говорил тихо и размеренно - Посмотри на меня. Лиля подняла на него полные слез глаза и наткнулась на горящий антрацитовый взгляд. По телу девушки прокатилась жаркая волна, все стало вдруг безразлично, в голове было легко и пусто: - Выйди из воды и оденься - последовал новый приказ и девушка, не колеблясь и не стесняясь, встала из остывшей воды, вытерлась лежащим на краю ванной полотенцем и потянулась за платьем. Пока она одевалась, Снейп удовлетворенно кивнул - Империусу вообще мало кто может сопротивляться. Магглы точно не могут. *** Северус Снейп отчетливо помнил тот день, когда его позвали. Пару недель назад, когда он занимался очередным зельем для нужд Темного Лорда, в голове прозвучали слова о желании увидеть его, а ночью, во сне, пришла она - невысокая, стройная, с большими малахитовыми глазами и каштановыми волосами. Она неуверенно, с любопытством, оглядывалась, пока не наткнулась взглядом на него, осторожно наблюдающим за ее действиями. Когда она улыбнулась ему, чуть удивленно и растерянно, и заговорила с ним, Снейп понял, что девушка не осознает происходящего, думая, что все это - сон. Это было ему на руку. На протяжении двух недель Северус наблюдал за ней, ощущая, как просыпается нормальное мужское желание обладать этим созданием, тем более, что девушка сама хотела этого. Он чувствовал. Дело оставалось за малым - перетащить ее в свой мир. На дворе был конец октября, приближался Хэллоуин - время безвременья, время слияния миров. Его время. Для перемещения ему нужно было знать ее имя и приблизительно представлять, в каком из миров она существует. Все это он узнал достаточно быстро: имя девушка сказала сама (он ужасно удивился, узнав, что ее зовут Лиля. Прямо как Лили Поттер, будь она неладна!), а уж выследить ее не составило ему, опытному и сильному магу, труда. Она была маггла. Неделю он наблюдал за ней в ее мире и вот, наконец, вечером 30 октября, когда исчезли границы миров и время смешалось, Северус Снейп забрал Лилю из ее мира. Навсегда. *** - Товарищ участковый, но она же пропала! Милана и родители Лили, почерневшие от горя и слез, сидели в кабинете участкового и просили найти их дочь и подругу. - Не переживайте, - участковый, мужчина сорока лет, устало смотрел на сидящих перед ним людей - Сколько времени прошло, как ... хм... пропала девушка? - Вчера она пропала - Милана требовательно смотрела на представителя закона. - Вчера? А у нас поиски начинают, если человек три дня не появляется дома или на работе. Может, ваша подруга с парнем своим уехала куда, а вас забыла предупредить... - У нее нет парня - рыдала мать. Отец хмурился, но молчал. - Так, может, у подруги какой... - Я ее единственная подруга, - опять подала голос Милана - и в общаге университета ее тоже нет, мы проверяли! - Так, граждане, - участковый несильно хлопнул ладонью по столу - давайте так: оставляйте мне все данные о вашей дочери, фотографию там, в чем была одета, что при себе имела. Да! Приметы если есть особые, тоже опишите. Если до завтра она не появится - объявлю в розыск. Все, что можем, сделаем, но только завтра. Сегодня не могу. Никак не могу... А вы пока больницы обзвоните, что ли... Участковый смотрел на родителей "потеряшки" и грустно думал о том, что это - очередной "висяк". *** Северус Снейп удобно сидел в глубоком кресле возле жарко горящего камина, держа на коленях Лилю, одетую в длинное темно-синее платье с глубоким декольте. Девушка была спокойна, Империус и успокоительная настойка делали свое дело, позволяя мужчине, задумчиво глядящему на огонь, неторопливо поглаживать ее по спине, зарываться тонкими чуткими пальцами в короткие локоны, ласкать шею. Мысли зельевара крутились вокруг идеи-фикс, которая уже давно застряла в его голове, и которую, кажется, у него появилась возможность воплотить. Конечно, для этого потребуется время, но его то у Снейпа было предостаточно. Он оторвался от раздумий и перевел взгляд на ничего не выражающее лицо его женщины, хмыкнул. Так дело не пойдет. Ему понравился огонь и строптивость Лили, а Империус убивал очарование девушки, делая ее аморфной амебой, но без него она впадала в истерику, что тоже не устраивало зельевара. В идеале, ему хотелось бы, чтобы огонь ее страстной натуры сочетался с покорностью ему, как мужчине, но до этого был долгий, полный истерик и наказаний путь. Северус был готов пройти его. Лишь бы сил и нервов девчонки хватило. - Идем спать - тихо произнес зельевар, обращаясь к девушке, морально готовясь снять заклинание подчинения, как только они окажутся в спальне. Амеба в постели ему точно не нужна.