Случай в парке

      В последний день успешно сданной летней сессии Темка Тихонов, поддавшись на уговоры сокурсницы Машки Сорокиной, особы шумной и настырной и умеющей добиваться своего, пошел с ней в кино. Настроение было просто отличноe: впереди были долгие летние каникулы, дома тоже никто глаза не мозолил — родаки уже неделю как на дачу укатили. Тема подумал и решил, ну, а почему бы и нет. Нет, так, как друг, Машка была ничего. Он только боялся, что она будет слишком настойчивой и полезет к нему, — уж слишком долго она приставала с предложением пойти погулять, — а как реагировать в этом случае, чтобы не обидеть и не раскрыть ненароком свой тщательно оберегаемый секрет, он не знал. Увы, ни волнующие формы, ни пятый размер груди, на который вовсю пускали слюни его однокурсники, не могли заставить биться быстрее темкино сердце. Сколько он себя помнил, ему всегда нравились одни мальчики, парни, мужчины. Но проблема была в том, что он тщательно скрывал от окружающих свою ориентацию и был слишком застенчив, чтобы самому активно начать поиск. Вот так ему не оставалось ничего другого, как предаваться в одиночестве мечтаниям о прекрасном незнакомце, который призывно взглянет ему в глаза, ухмыльнется и уведет за собой. Антураж фантазий с незнакомцем вариировался, но неизменными оставались его темные глаза, легкая небритость и ямочка на подбородке. В кино Машка вела себя прилично: руки не распускала, головкой к его плечу в истоме не припадала, лицо в особо страшные моменты на теминой широкой груди (м-мм, ладно, не такой уж и широкой) не прятала — Темка расслабился и даже согласился пропустить после фильма по коктейльчику-другому. Коктейльчики пошли хорошо — на улицу они вывалились развеселые. Дневная жара спала и сменилась приятной прохладой. Ветер овевал лицо легким бризом, а кожу на руках почти осязаемо окутывала бархатная июньская ночь. Было уже около одиннадцати, но идти домой совершенно не хотелось. — Может, сделаем крюк и через парк пройдем? — спросила Машка. — Можно, — сдержанно кивнул Тема. Они пошли по тихой безлюдной аллее, освещенной круглыми желтыми фонарями. Машка шла и о чем-то болтала — Тема сильно не вслушивался, весь погруженный в свои фантазии. Он находился в том блаженно-разнеженном состоянии, не в последнюю очередь благодаря алкоголю, когда понимаешь, что все хорошо и будет только лучше. Краем уха ловил машкин треп про какой-то яой, и про то, что Тема вроде был бы типичным уке. "Это еще кто такие?" — лениво подумал было он, но ввязываться в разговор и уточнять не хотелось. Вот что в Машке хорошо было, так это то, что она была вроде радио: трещала сама по себе и ответных реплик не требовала. За стеной из кустов, что росли вдоль аллеи, зажурчала вода, и у Темы мелькнула было мысль, не установили ли там фонтан, как вдруг журчание резко прекратилось, и, застегивая на ходу ширинку, навстречу им вывалился незнакомец. Тема вздрогнул и споткнулся. Незнакомец был один в один его ожившая мечта: те же темные глаза, легкая небритость и ямочка на подбородке. Точно он! При ближайшем рассмотрении Тема был в этом на сто процентов уверен. Явно хмельной парень лет двадцати пяти, но все же как-то умудряющийся твердо держаться на ногах, оглядел их парочку, оценил, ухмыльнувшись, машкин пятый и даже не глядя в сторону Темы, кинул: — Топай домой, мальчик, а для твоей дамы у меня кое-что найдется! Тема понял: сейчас или никогда. Конечно, это были не совсем те слова, которые жаждешь услышать от своей мечты, но он решил не занудствовать и брать, что дают. В голове все шумело от алкоголя или чего другого, не оставляя обычно застенчивому Теме и шанса на раздумья. Оттолкнув не ожидавшую подобного коварства Машку (хорошо, что хоть в кусты — не больно упала), он кинулся к незнакомцу: — Нет! Не трогай ее. Возьми лучше меня! Тема изо всех сил вцепился в его майку и пробормотал вглядываясь в совершенно ошалевшие глаза парня, не ожидавшего такого финта от тихого ботаника: — Прошу тебя, пожалуйста! Я так давно этого хотел! Тема начал легонько гладить его по предплечьям и рукам, но никакой реакции не последовало. Мальчик покусал губу, тряхнув головой, решился и, отойдя к скамейке, начал расстегивать рубашку. Затем замялся на мгновение и перешел к застежке брюк. Его пальцы дрожали и плохо слушались, но со стороны, эти движения, замедленные от робости, казались очень чувственными и продуманными... По крайней мере незнакомцу, судя по увеличивающемуся бугру на джинсах, явно нравилось то, что он видел. Тему накрыла дикая смесь стыда, возбуждения и предвкушения. Член налился и затвердел. Не отрывая взгляда от завороженного его действиями незнакомца, Тема начал неторопливо себя ласкать. Машка, слегка дезориентированная в первый момент броска в кусты, пришла в себя, уже успела рассесться по-турецки и наблюдала за развернувшейся сценой. Она решила вмешаться: — Ну что же ты застыл, как столб?! Смотри, какой мальчик хорошенький!.. И тебя хочет! — Не, а что, почему бы и нет... Если ты настаиваешь, — неожданно охрипшим голосом проговорил незнакомец. Он сделал пару шагов к скамейке, приподнял лицо Темы, посмотрел в испуганные, отчаянные и храбрящиеся глаза и мягко прильнул губам. Ему с такой готовностью ответили, что он даже слегка пошатнулся. Они начали беспорядочно целовать, лизать и гладить друг друга, куда только могли достать. Майка незнакомца полетела в сторону. Брюки на Теме сдернули до колен, его самого подхватили под ягодицы и начали вжимать в себя. — Вот и молодцы, вот и правильно! — тоном воспитательницы детского сада протянула Машка. Она достала сигарету из сумочки и с наслаждением закурила. — Все свои, не надо стесняться, мальчики... Незнакомец, не отрываясь от процесса, показал в ее сторону жест средним пальцем и Машка заткнулась, обидевшись. От ласк парня у Темы, кажется, даже коленки подкашивались — хорошо, что его крепко держали. Все фантазии бледнели по сравнению с тем, что просходило наяву. Наконец, незнакомец глянул в его совершенно пьяные от желания глаза и потянулся было к пряжке на своем ремне, но в последний момент остановился и спросил: — Точно хочешь? Я еще могу остановиться. Тот вместо ответа накрыл его губы своими и расстегнул на нем джинсы. Освободившийся из плена член как-то ловко выскочил навстречу руке Темы. — Да, да! Вот так хорошо, мой мальчик, — настал теперь черед незнакомца постанывать. Он развернул Тему к себе спиной и заставил встать коленями на скамейку, а локтями опереться об ее спинку. Положил руки на белеющие в темноте круглые половинки и начал нежно поглаживать и выписывать одному ему понятные узоры. Время от времени он прислонялся ближе и поводил своим членом по ложбинке между ягодицами, давая Теме почувствовать всю степень возбуждения. Темка весь покрылся гусиной кожей. Ему было одновременно страшно и сладко от предвкушения. — Вот черт, смазку я взять с собой не догадался... Эй, ты, подруга, — обратился он уже к надутой Машке, — у тебя с собой смазки случайно нет? — Ага! Мы, девушки, как выходим из дому, так всегда с собой смазку для анального секса в сумочку кладем! Помаду, пудренницу, расческу и смазку! — пробухтела уязвленная Машка. — Я им помогаю, а он мне жесты неприличные показыва... — Ладно, понял, замолчи, — он прервался на минуту, достал из бумажника презерватив, разорвал упаковку зубами и ловко надел на свой член. — Ну, хорошо! — вздохнула Машка. — У меня крем для рук есть. С ромашкой, — язвительно добавила она. — Подойдет? — Кидай! Все лучше, чем на сухую. Ловко поймав на лету крем, незнакомец выдавил немного на палец и начал медленно кружить вокруг сжавшегося от страха ануса Темы: — Ну-ну, не бойся, расслабься! Впусти меня! Так, поглаживая и добавляя еще крема, он постепенно ввел несколько пальцев. Нащупал бугорок простаты и помассировал, легонько надавливая, отчего по всему телу Темы волнами пошло удовольствие. Постанывая Темка упал вперед на руки, раскрываясь шире и одновременно подаваясь навстречу ласкающему пальцу. Через пару минут незнакомец заменил пальцы членом и начал медленно входить: — Будет больно — скажешь. Тема только слабо кивнул. — Тем, ты главное расслабься и дыши глубже! Вот так вот, рраз-два! - Машка глубоко затянулась и выпустила из ноздрей струю дыма, став похожей на дикую помесь Будды со Змей Горнычем. — Вдох-выдох! — со знанием дела продолжала Машка. — Я читала, что это только поначалу немного больно, а потом тебе хорошо будет. У вас там такая точка есть, простата называется и... — Слушай, ты заткнешся сегодня, а? — прошипел парень. Эта дура отвлекала. Разозлившись, он не раздумывая, одним резким движением подался вперед и вошел до конца. Тема зажмурился и застонал от боли. На глазах невольно выступили слезы. — Прости меня! Прости! — Ты чо, сдурел??! – Машка от возмущения чуть сигарету из рук не выронила. — Кто ж так засаживает со всей дури?.. Вот мужики пошли, ну, ничего не умеют!.. Ты же мне его инвалидом сделаешь! Ты хоть раньше-то с парнем трахался? — Трахался, не переживай... Просто дыши, дыши, маленький! – незнакомец замер и ждал пока Тема привыкнет к ощущениям внутри себя: целовал его шею и плечи, нежно гладил, ласкал упавший член. — Ты хоть знаешь, что прежде чем свое орудие засаживать, мальчика нужно было хорошенько разработать??! — Отвали... Если бы кто-то не лез все время под руку со своими тупыми комментариями, я бы может и вошел помедленнее. — Что значит тупыми комментариями?! — взвилась она. – Да, что б ты без меня делал, маньяк недоделанный! Вон, у тебя даже смазки с собой не было. — Нет, она точно больная. Все нормальные девки давно бы уже с воплями из парка убегали! — А я и есть НЕ нормальная! Я — яойщица! Я этих яоев с энцой уже знаешь сколько перечитала? Могу даже уроки по теории анального секса давать, если очень попросишь, конечно... — гордо заявила Машка и вспомнив, тут же участливо спросила: — Тем, ты как там, живой? — Нормально, — просипел Тема. Резкая боль наконец-таки отступила. Он настолько пришел в себя, что даже смог оценить их перепалку. Машка явно чувствовала себя важным профессором-наставником, принимающим экзамен у неумехи-практиканта. У него вырвался смешок. — Ах, так! Кому-то весело? — Незнакомец сделал пару осторожных движений и тут же замер. — Больно? — Ничего,— ответил Тема, — давай. — Тем, ты держись, сейчас тебе начнет становиться хорошо! — Заткнись! Просто заткнись. И не. Мешай. Трахаться! — незнакомец начал двигаться в такт словам — сначала осторожно, а потом все более интенсивней. Теме было все также немного больно: крем, видимо, успел впитаться и в качестве смазки не слишком хорошо подходил. Но, моментами, когда член задевал простату, боль отступала и превращалась в удовольствие. Он даже начал подаваться бедрами навстречу движениям партнера, чтобы усилить ощущения. Однако долго это не продлилось: незнакомец как-то особенно глубоко вошел в него, привалился сверху и замер, кончая. Затем осторожно вышел и резкими движениями рукой довел и его до оргазма. Темка сразу обмяк и сполз весь обессиленный. Их благодарная зрительница, вытянувшая как гусенок шею и забывшая на время вид умудренной жизнью и уже все видавшей яойщицы, смогла только выдохнуть возбужденно блестя глазами: — Вау! Незнакомец уставился на мокрую от спермы ладонь, словно не понимая, откуда она взялась. Подумал немного, обтер сначала об скамейку, а затем о собственные штаны. Потом быстро отстранился, засуетился, привел себя в порядок и быстрыми шагами, почти бегом, понесся прочь из парка. — Эй, ты куда это? — крикнула Машка вслед. — А познакомиться, а телефон спросить? Секс не повод для знакомства, да?.. Вот все-таки мужики козлы! — уже более тихо фыркнула она и, отшвырнув давно потухший окурок, подошла к Теме: — Тем, ты как? Идти сможешь? Темка приоткрыл глаз и, казалось, поначалу вообще не понимал, где находится. Но уже через секунду пришло узнавание. Он охнул и заслонил глаза рукой. Сейчас, когда возбуждение и опьянение схлынули, ему стало внезапно очень стыдно перед Машей. — Темочка, ты что? Больно тебе?.. Он только помотал головой. — Или это тебе передо мной стыдно? — внезапно проявила женскую интуицию Машка. — Не надо стыдиться, Темочка, ты ж меня защищал! От маньяка. И от доли, которая приличной девушке хуже смерти. И уже другим тоном добавила: — Кроме того я же говорю, что я — яойщица. — А это кто еще такие? — Ты что меня совсем не слушал?! — закатила глаза Машка. — Ну, это девчонки, которые любят читать или смотреть картинки про любовь между парнями. Я вот прямо сразу в тебе уке почувствовала! — гордо заявила она. — Кого? — Уке. Ну, это тот, кто снизу. А этот парень был семе — сверху... Он тебе как, простату хоть простимулировал? — тут же деловито поинтересовалась Машка. Темка застонал. Но Маша не давала сбить себя с толку: — А что? Я читала, что есть такие умельцы, у которых получается одной только простатой...ну или как там... ее стимуляцией... партнера до оргазма доводить... М-да, какой-то маньяк нам неопытный попался. Ничего не умеет, ни фига не знает. Я сразу заподозрила неладное, как только он у меня про анальную смазку спросил... Ну ничего, не переживай, Темка, мы найдем тебе другого. — Машка, ну, прекрати. Ох! — сморщился Тема, выпрямляя ноги и поднимаясь с лавки. "Там" все болело, как будто в задницу вставили раскаленный прут, а вынуть забыли. Тема натянул штаны и рубашку и, сделав пару шагов, прислушался к себе. Вроде бы все было не так уж и плохо, как показалось на первый взгляд. Идти, по крайней мере, можно. Медленно и слегка враскорячку Темка направился к выходу из парка. Машка шла рядом, размахивала сумочкой и продолжала болтать. Как ни странно, ее болтовня отвлекала и не давала циклиться на себе. — А знаешь, мне еще очень нравится про омегаверс читать... Ну, это когда все люди делятся на альф и омег. Омеги издают сильный запах, который притягивает к ним альф, — пояснила она в ответ на удивленный взгляд. — Ой, ты был бы таким классным омежкой: светленький, тоненький, хорошенький такой! Если бы этот маньяк недоделанный был бы твоим альфой, он бы тебе поставил метку, ты бы от него забеременел и родил ребеночка, а я бы помогала его воспитывать. Он был бы таким же сладким лапочкой, как и ты! — начала фантазировать Машка, забывая, что в омегаверсном мире ей бы места не было. Тема представил себя с беременным животом и рассмеялся. Машка сначала надулась, но потом расхохоталась вместе с ним. При расставании она опять проявила чудеса прозорливости: — Он же тебе понравился, да?.. Я же видела, понравился! — покивала она. — У меня глаз наметан. Я же девушка, так что такие вещи с ходу секу... И ты ему понравился тоже. Ты не думай, что он так убежал, может он там надумал себе чего или что-то еще... Тема стоял ссутулившись и засунув руки в карманы. Он опустил глаза и безразлично пожал плечами. Машка постояла, подумала, затем решительно потянула его за руку и быстро заговорила, заглядывая в лицо: — Слушай, может быть стоит завтра опять туда пойти? Я почему-то чувствую, что он тоже придет. Мое женское сердце мне подсказывает, — она прижала руку к пухлой груди. — Обещай мне, что пойдешь! Иначе, пойду я и тогда на меня нападет настоящий маньяк и убьет, а я потом стану привидением и буду к тебе являться и доставать всю твою оставшуюся жизнь. Машка приводила еще много аргументов, перемежала их угрозами и шантажом, и ни капли не краснела при этом. И выбила-таки из Темы клятвенное обещание вернуться в парк.

***

Следующим вечером после долгих и тяжких раздумий, по интенсивности мало уступающим гамлетовским, Тема тщательно оделся, причесался, успел закрыть дверь и спуститься до двери подъезда, как вдруг, резко развернулся и, беря за один раз по две ступеньки, бодро поскакал наверх. Вошел в квариру и упал на диван, совершенно обессиленный. Где-то через час полного бездействия встрепенулся, словно внезапно укушенный диванной пружиной, вскочил и начал лихорадочно собираться. Он натянул первую попавшуюся обувь и не разбирая дороги почти что побежал в парк. Издалека заметив, что на скамейке сидит вчерашний парень, Тема начал постепенно замедляться, пока не остановился метрах в пятидесяти. Незнакомец, видимо, почуствовав взгляд, поднял голову, вскочил и быстро пошел навстречу. Сегодя он был гладко выбрит, аккуратно одет и трезв. — Я надеялся, что ты придешь... Извини меня за вчерашнее, сам не знаю что на меня нашло... Я ведь так, приколоться хотел. Меня, кстати Леха зовут. Алексей.