Глаза в которых хочется потеряться

      Мы, вроде бы, перестали ругаться по любому поводу. Хотя, если так вспомнить, то Торд в какой-то момент и правда перестал отзываться на мои колкости, а я этого и не замечал. Когда о нашем перемирии узнали Эдд с Мэттом, они были несказанно рады этому, но скорее всего это потому, что мы больше не будем шуметь. И знаете… Наше общение даже начало налаживаться! Мы даже стали немного разговаривать, хотя в первое время было немного неловко. И… Чёрт… Он… Если не ругаться с ним, то он может оказаться вполне хорошим собеседником! Кто же знал! Хотя он и говорил с остальными двумя сожителями и был в это время вполне спокойным и дружелюбным, но со мной он ведёт себя как-то по другому. Более открыто и радостно что-ли. Кажется, что он был так рад, что мы помирились, что засветится. Хотя, если честно, то его глаза так и светились счастьем. И когда я предложил немного странное перемирие… Не хочется признавать, но он был милым… Да Иегова! Я прямо видел, как его так называемые «рожки» поднялись как уши кота! * Рыжего такого. Наверняка мягкого… Не о том думаю…       Сегодня я проснулся под обыденную трель своего будильника на телефоне. Если честно, мне так и хотелось закинуть это приспособление самого Сатаны прямо в стену, а потом продырявить его же гарпуном, но я сдержался и сел на кровати, перед этим всё же взяв и выключив раздражающий звук. Немного проморгавшись, я снова посмотрел на, уже откинутый куда-то в сторону, телефон и взглянул на время.       Шесть утра?.. А? В каком смысле шесть утра?! Тем более в выходной?!       Моё недовольство прервал стук в дверь. Сказав короткое «входите» я снова плюхнулся на кровать, ведь вставать в такую рань явно не намерен.       — Хей Том! — Ох… Я сразу поднялся с кровати и глянул на очень сонного и растрёпанного Ларсона в футболке и шортах, который был ещё милее, чем раньше, хотя я сомневался, что такое вообще возможно. Тут я кое-что вспомнил… — Ты же не забыл, что сам заставил меня поставить будильник, чтобы пойти на концерт любимой группы? — Его лицо искривилось в раздражённой усмешке. Тут я подумал, что ему ну очень не идёт такое выражение лица. Я зевнул, стирая остатки сна.       — Не забыл конечно… — пробубнил я, ставя ноги на холодный пол — Давай лучше собираться. Я уверен, тебе понравится. — я ему улыбнулся. Хм? Он отвёл взгляд… Мило.       Я нашёл тапочки, прошёл мимо него и направился в ванную комнату, куда, видимо, ещё не успел сходить «рогатый». Когда я был уже у самой двери, он опомнился и побежал ко мне, но я уже захлопнул дверь, перед этим сказав что-то типа «хаха! Я первый!» Кажется, я слышал как он фыркает. Ну и ладно. Я всё равно быстро. Сделав все водные процедуры и заодно сходив в душ, я причесался и вышел. Я стал глазами начал искать Торда. О Иегова… Он, облокотившись о стену близ двери, спал, уткнувшись носом в колени. Я бы это, если честно, с радостью сфотографировал. Как он так быстро заснул? Я же недолго там был! В любом случае его надо разбудить, хотя я и сам не прочь поспать ещё.       Я немного потряс его за плечо. Он еле разлепил свои глаза цвета сигаретного дыма, что он так любил, и немного повернулся в мою сторону.       — Ты уже всё? — сонно произнёс он и протёр свои глаза. Его ушк. Кхем. То есть рожки снова опустились, видимо, из-за усталости, он насупил немного вздёрнутый носик и снова прикрыл дымные, а сейчас ещё казалось, что затуманенные, очи, чуть ли не засыпая снова. — Том… Ты мне ответишь или нет? — Мои раздумья прервал его хриплый голос. Ой. Кажется я загляделся… Да что ж со мной такое!       — А? Да-да. Только не засни снова, а то никуда не попадём.       Что-то бубня про то, что я мог бы сходить с Мэттом или Эддом, а он тем временем отоспался бы, он встал и зашёл в ванную, отчаянно пытаясь не закрыть глаза. Я тут же направился в свою комнату. Достаточно резко открыв дверцу шкафа, я взглянул в прикреплённое к нему зеркало. Чёрт… С чего вдруг смущения? Надеюсь, он не видел, как я покраснел, а то вдруг подумает не то… Ладно… Надо бы собраться, а то не успеем.       Быстро одевшись, я стал ждать Торда, лёжа на кровати и просматривая ленту новостей.       Через минут двадцать я всё же встал и направился в комнату к этому коммунисту. По идее он уже давно должен был закончить все водные процедуры. Я спокойно подошёл к его двери и толкнул её. К моему удивлению она была открыта, так что я спокойно вошёл в комнату в тёмно-красных тонах. В нос сразу ударил стойкий запах сигарет, хотя он стал намного меньше, чем когда мы ругались, то ли из-за того, что он стал чаще проветривать помещение, то ли из-за того, что стал в принципе меньше курить. Как только я вошёл, мой взгляд зацепил сам Торд, который снимал с себя футболку. Одно «ушко» зацепилось за край одежды, так что, когда Торд посмотрел на меня, оно всё ещё было прижато к голове и выглядело это, мягко говоря, мило. Но пытаясь собрать все мысли в кулак и скрыв румянец, который точно проступил на моих щеках, я прокашлялся в кулак и заговорил.       — Если хочешь ещё поесть перед выходом, то давай побыстрее. — Как можно более холодно сказал я и поспешно вышел из комнаты, закрыв за собой дверь.       Да что же со мной такое?! Почему я не могу думать ни о чём другом рядом с ним?! Может меня кто-то проклял? Хаха… Надеюсь на это… В любом случае надо что-то приготовить. И раз уж это я его почти насильно позвал с собой, то так уж и быть приготовлю еду я.**       Придя на кухню, я первым делом залез в холодильник с разными магнитиками и напоминающими записками, которые всё равно никто не читает. К моему удивлению там был бекон и яйца. Как раз то, что любит этот ушастый. Ха… А ведь раньше я его всегда называл рогатым, ведь иногда он и правда походил на какого-то дьявола, особенно на первое апреля, когда я попадался в его ловушки. Снова я не о том… Чёрт! Да соберись ты, Том! Я легонько похлопал себя по щекам. Вроде и глупо, но помогает хоть немного. Взяв всё необходимое для приготовления завтрака, я приступил к делу.       Когда я уже заканчивал, на кухню спустился Торд. Как обычно он в своей красной худи поверх серой футболки и чёрных штанах. В принципе ничего необычного, я примерно так же выгляжу, только у меня синяя кофта.       — Что готовишь? — спросил он, садясь за стол.       — Завтрак. Или хочешь голодным пойти? — Я мельком усмехнулся, чувствуя, что кто-то меня прожигает недовольным взглядом. Я достал тарелки и разложил еду. Правда, когда я повернулся к столу, я увидел, уже успевшего устроиться поудобней, Торда, что спал. Н-да… Он и в правду соня… На самом деле я почти уверен, что он ни в жизнь добровольно не проснётся раньше десяти утра, а если и проснётся, то постарается поспать в любую свободную минуту и… Это видимо правда! — Вот же соня… — сказал я тихо и принялся завтракать. Всё же я решил его не будить и вообще не ходить никуда, хотя мне бы очень хотелось прикупить пару плакатов и значков на том концерте, но, видимо, не судьба. Слишком уж он сонный для того, чтобы слушать хоть что-то, а концерт можно и дома посмотреть потом, да и одному будет скучно, так что так уж и быть. Пускай спит. Хотя это всё звучит так, как будто я просто оправдываюсь, чтобы не будить это спящее чудо… Да какого чёрта я вдруг начал его так называть?!       Когда я доел свою часть, я положил его порцию в холодильник и, подумав пару секунд, я взял ушастого на руки как принцессу и понёс в его комнату. Он, на удивление, очень крепко спит. И так как он моего роста и примерно того же телосложения, что и я, то он был немного тяжёлым.*** Ну ничего — прорвёмся.       Я достаточно быстро отнёс его на второй этаж и подошёл к двери, на стене которого была табличка «не входить! +18» Было довольно сложно открыть дверь с телом на руках, но всё же я смог и, поддев дверь ногой и открыв её тем самым шире, вошёл в обитель инженера хентайщика. И всё же эти плакаты с так называемыми лоли достаточно резко контрастировали с пистолетом на тумбе, различными чертежами на синей линованной бумаге на столе и книгами по робототехнике вперемешку с хентаем разных жанров и размеров в шкафу с книгами. Но я уже привык к этим странностям, так что просто положил его на кровать, а после накрыл одеялом. Теперь он спокойно посапывал, прижав угол плотной ткани к себе. Ещё раз оглядевшись и снова задержав взгляд на посапывающем друге, я ушёл.       Я снова в своей комнате, но осматриваться не стал, так как знал наизусть каждую песчинку поимённо. Хотя не то, чтобы прям поимённо, но всё же я могу с точностью сказать в каком отделе на полках лежит что и в каких местах развешаны плакаты каких групп. Тут на меня накатила усталость. А чего я ещё ожидал? Сам то не лучше Торда. Встаю минимум в девять, а тут на тебе.       Я, сладко зевнув, начал снова переодеваться, ведь в одежде спать неудобно, а когда закончил — блаженно развалился на мягкой кровати. Ах! Как же всё-таки приятно окунуться в тёплые объятия своей мягенькой удобной кроватки, особенно с самого утра, когда ты ещё даже не успел почувствовать всю прелесть, так манящего к себе, сна! **** устроившись поудобнее, я быстро уснул, придаваясь объятиям забвения.

***

      Я разлепил свои глаза. В окно неумолимо бил дождь. При чём бил он с такой скоростью и силой, что я даже проснулся. И как так вышло, что недавно хорошая погода вдруг резко сменилась таким мраком? Не знаю. Да и знать как-то не особо хочется, так как голова всё ещё не соображала и выходить из кровати не особо хотелось. И тем не менее я ясно понимал, что не засну как минимум ещё ближайшие несколько часов, так что я потянулся в кровати и сел. Я немного продрог от того, что в комнате было довольно холодно, от чего меня спасало одеяло, нагретое моим телом. Сладко зевнув уже точно окончательно стирая остатки сна, ведь спать я больше не намерен, взглянул на время в телефоне. Хах. Я проспал всего 2 часа, а уже вполне выспался.       Как я помню, концерт начинался в 9, так что на трансляцию ещё успевал. Хотя куда спешить, если тебе всё равно не надо никуда ехать 2 часа и можно спокойно заварить себе чая или кофе. Хотя я уже сомневался, что концерт вообще проведут, ведь дождь разыгрался не на шутку. Я снова включил телефон и посмотрел на сообщение, говорящее о грозовом предупреждении и призывающее оставаться дома. Я хмыкнул и зашёл в инстаграмм, и меня встретило уведомление от профиля музыкантов. Н-да… Хорошо, что не пошли. Концерт всё же отменили. Ну и ладно. Билеты я собирался покупать на месте, а песни были из уже созданного альбома, так что я не очень расстроился.       Я встал и потянулся уже стоя. Пытаясь найти себе занятие на то время, пока ещё никто не проснулся, я зацепился взглядом за мою дражайшую гитару с прекраснейшим именем Сьюзен. Она поманила меня своей шахматной расцветкой и тонкими струнами. Я прикусил губу и, заигрывающе, подошёл к ней. Нежно взяв её за гриф, я притянул к себе столь манящий инструмент и аккуратно взял на руки. Дальше я пошёл к кровати и сел на неё, поудобней устроив на себе мою любимую. Скажете — странно? А я скажу — идите вы сами знаете куда. Эта крошка со мной прошла огонь и воду и в буквальном и в переносном смысле, так что я к ней отношусь с неограниченным трепетом.       Если бы у меня была девушка, она бы точно ревновала меня к Сьюзен. А Торд? Он бы ревновал? Стоп! О чём я только что подумал?! Что за мысли такие?! Я закрыл лицо рукой и жалобно промычал. Да что же за мысли такие в последнее время? Уже и милым его называю про себя и представляю за место девушки… Нет! Меня точно кто-то да проклял! Не знаю за какие уж злодеяния, ведь у меня их было вагон и маленькая тележка, и это считая только проказы на рождество, но кто-то определённо это сделал! Ну либо же я просто заболел, вот и краснею на каждом шагу, туплю, смотря на Ларсона и слушая его немного певучий прокуренный и от того хриплый голос. Вздрагиваю, когда он произносит моё имя, иногда нарочно протягивая гласные, то ли, чтобы раздражить, то ли, чтобы привлечь. Иногда представляю, как он нежно простанывает моё имя, эротично протягивая его и обрываясь на полуслове от судорожных вздохов… Я огорчённо выдохнул и почти всем телом навалился на гитару, которая сейчас как-то потеряла свою ценность и поэтому жалобно проскрипела, как бы прося успокоиться и больше не причинять боль, повидавшему виды, корпусу. Окей, Том. Тебя точно кто-то проклял. На этом и порешим и не будем впредь обращать внимание. Только, пожалуйста, прекрати об этом думать. Я всё же поднялся с гитары и снова устроил её у себя на коленях.       Проведя пальцами вдоль ладовых порожек, я услышал мелодичный звук. Глубоко вздохнув, я стал перебирать, уже давно огрубевшими пальцами, струны, зажимая разные лады, производя тем самым какую-то незамысловатую мелодию. На струны я и не смотрел и поэтому даже не заметил как темно в комнате, ведь тучи так сильно заволокли небо, что солнце не проглядывает ни на дюйм. Я так ещё немного бессмысленно играл что-то, успокаиваясь, и глубоко вздохнул.       Я снова посмотрел на время в телефоне. Воу! Уже прошёл целый час? И как я так завис? Немного подумав, я зашёл в интернет и поискал песни из того альбома, который и хотели представить на концерте и начал наигрывать аккорды из песен.       Тут ко мне кто-то постучал. Неужто я кого-то да разбудил своим бесцельным бренчанием? Сказав негромкое «входите» я снова перевёл своё внимание на гитару. Дверь открылась и кто-то вошёл в комнату и, ничего не говоря, присел рядом. После этого я сразу перевёл глаза на, беспокоящего моё личное пространство, человека и удивлённо открыл глаза, когда обнаружил перед собой улыбающегося Торда, который был всё ещё в уличной одежде.       — Что делаешь? — спросил он, поглядывая на телефон с текстом за моей спиной и на гитару.       — Концерт отменили, и я решил тебя не будить. — сказал я и немного покосился на ещё больше улыбающегося друга. — Ты такой довольный, потому, что поспал? — Он кивнул. Я всё же не смог сдержать улыбки и взял телефон из-за спины. — Могу сыграть пару песен.       — Правда?! — его глаза загорелись. Я легонько кивнул. — Ура! — он поднял руки в радостном жесте. Я не удержался и немного посмеялся.       — Ладно. Сейчас выберу какую-то. — Я немного порыскал по альбому и выбрал песню.       Я помню её наизусть, так что мне даже текст не нужен, но я всё же его открыл и положил телефон между мной и моим слушателем. Сначала я играл спокойную мелодию, которая длится достаточно долго, но вот, спустя немного времени, я запел. Да мы почти не видимся Дорожные пунктиры Вокзалы, клубы, рестораны Съёмные квартиры И холодильники в магнитах Полки в сувенирах И смех, и радость, и восторг И тонны позитива       Я мельком глянул на Торда и улыбнулся, увидев, что он смотрит на меня как заворожённый. И эта глянцевая вывеска Ну, а за кадром Сидит девчонка в ванной На полу с мобильным гаджетом Строчит ему в WhatsApp Камыш, берёзка гнётся Она все ждёт Когда же он вернется       Я пел уже не обращая внимания на то, что Мэтт и Эдд спят. Но тут я услышал хриплый от сигарет голос моего рогатого слушателя. Я никуда сегодня, в общем, не тороплюсь Хотя нас носит по земле, как пургу зима Но если ты захочешь сильно — я появлюсь И мы с тобой закрутим в плеере наш роман Я никуда сегодня, в общем, не тороплюсь Хотя нас носит по земле, как пургу зима Но если ты захочешь сильно — я появлюсь       Я слушал, как мой, казалось бы, недавний враг поёт со мной припев песни, старательно читая его с телефона и пытаясь попадать в такт моего голоса, что у него неплохо получалось. Его лицо освещал свет из экрана, и я видел как в металле его глаз отражаются слова. И не обходится без слёз Упрёков, ну и прочее Мобильник — в стену, на куски И отношения в клочья И здесь вполне могла быть точка Но тут многоточие И строчки льются от тоски В ночи неровным почерком       Снова пошли главные слова, но он всё ещё пел со мной. Его голос прекрасен. Эта хрипота приятно отдаётся в голове, а то, как он нараспев говорит слова из текста, заставляет вслушиваться в голос всё больше и в итоге утонуть в мягких волнах его интонаций. И на другом конце страны Где точно — неизвестно Напишется такая странная Грустная песня Она его простит К утру умолкнет вьюга И всё закрутится Конечно же, опять по кругу       Мы поём почти в унисон. Наши голоса прекрасно сочетаются между собой, почти заставляя слушать нас неотрывно. Я никуда сегодня, в общем, не тороплюсь Хотя нас носит по земле, как пургу зима Но если ты захочешь сильно — я появлюсь И мы с тобой закрутим в плеере наш роман Я никуда сегодня, в общем, не тороплюсь Хотя нас носит по земле, как пургу зима Но если ты захочешь сильно — я появлюсь       Кажется он увидел, что там снова идёт припев и поэтому отложил телефон, теперь переведя взгляд металлических, отливающих какой-то искринкой, глаз на меня. Я тоже смотрел ему прямо в глаза. Я никуда сегодня, в общем, не тороплюсь Хотя нас носит по земле, как пургу зима Но если ты захочешь сильно — я появлюсь Не схо… И мы зак…       Он, видимо растерявшись, перепутал строчки, и поэтому я перестал играть, давая свободу звуку дождя за окном. Он судорожно взял в руки телефон и пролистал текст до этого момента.       — П-прости… Я всё испортил… — Он отложил телефон и закрыл лицо руками. Я рассмеялся и положил руку ему на голову, погладив между рожек.       — Ничего страшного! Ты хорошо спел! — Я ободряюще улыбнулся ему, а он убрал руки с лица и посмотрел на меня смущённым взглядом.       — Торд! Том! Это было потрясно! — В комнату вошли другие два сожителя, всё же включив перед этим свет.       — Д-да ладно вам ребят… — он отвернулся, но я увидел его покрасневшие уши и улыбку, что он так старательно прячет.

И всё же меня кто-то точно проклял…