Темнее твоей души только моя

      Девять утра. Кабинет директора. За столом в кресле сидит сама Минерва Макгонагалл, напротив нее сидят министр Кингсли Бруствер, и конечно же сама Гермиона Джин Грейнджер. Все нервничают, ведь не знают к чему это всё приведет. - Давайте уже начнём обсуждение. - прервала тишину директор. - Полностью согласна. - согласилась Гермиона. - У меня ещё как ни как сегодня уроки. - Мисс Грейнджер, здесь только я буду решать когда и куда вам будет пора. - строго заметил Министр. - Конечно, конечно. Я же не возражаю. - Итак, как вам уже известно из газет, сегодня ночью был ограблен отдел тайн. Мы пытаемся отследить сейчас магический след преступника. Пока никаких результатов. Также работники Министерства просматривают списки всех посетителей, но тоже пока без результата. Вы, Гермиона, могли бы нам помочь в расследовании так как являетесь величайшей ведьмой столетия, и прошу заметить, ещё и неплохим преступником, но это сейчас не важно. - при этих словах Гермиона немного поморщилась. Кингсли же продолжил. - Ваши способности и знания поражают. А как вы уже заметили, помощь нам не помешает. Я думаю вам стоит набрать команду из трёх-четырех человек себе в помощь, но если верить слухам, то вы с мистером Поттером и мистером Уизли поругались. Так что я думаю вы будете работать одна? - С чего вы взяли что я вообще буду работать с вами? - изогнула одну бровь девушка. - Гермиона, только не говори что это тонкий намек на отказ. - настала очередь министра удивляться. - Возможно это и будет отказ. Все зависит от вас. Я возьмусь за помощь, но при условии что мне будут помогать Драко Малфой, Персефона Паркинсон и Блейз Забини. - голос девушки был холодным, ровным и сразу говорил, что ее решение не требует одобрения и согласования с кем либо. Министр и профессор удивлённо взглянули на девушку, а та лишь сидела в своем кресле с идеальной осанкой и положив руки на подлокотники. - Но они же Пожиратели Смерти, маглоненавистники, наглые и вообще, не знающие честной игры подонки. - Надеюсь что вы поняли, министр, что только что оскорбили моих друзей и я в праве отказаться от помощи вам в вашем расследовании? - А... Да, конечно. Но я могу сказать что я согласен на ваши условия. Вам все же виднее... - Министр нервно рассмеялся и Гермиона подумала: "Лицемер." - Вот и славно. - с ледяной улыбкой произнесла девушка. - Я подготовлю приказ, и вы сможете официально начать свое расследование. - Благодарю вас, Кингсли. Я вам очень признательна за то, что вы дали возможность проявить себя как и мне, так и детям бывших Пожирателей. Это так великодушно с вашей стороны. - яд так и сочился из каждой её фразы, василиск лопнул бы от зависти. - Обращайтесь, мисс. - сквозь зубы процедил Кингсли. После этого он встал, подошёл к камину, зачерпнул летучего порах и попрощавшись, удалился в Министерство. - Я ,пожалуй, тоже пойду. - произнесла девушка. - Не так быстро, мисс Грейнджер. Не так быстро. Грейнджер вернулась в кресло, где сидела. - Во-первых, юная леди, вы не имели никакого права так дерзко разговаривать с Министром Магии. - на этих словах девушка закатила глаза. - Вот о чем я и говорю. Слизеринцы на вас плохо влияют. Во-вторых, почему мне учителя начали жаловаться на достаточно высокомерное, наглое, своевольное поведение? Мисс Грейнджер, вас новый факультет испортил. Вы же были лучшей в дисциплине. Что же случилось? - - Минерва обеспокоенно посмотрела на бывшую ученицу своего факультета. - Ничего не случилось, профессор. Я всегда была такой. Просто сейчас я раскрываюсь в полную силу. И хотите один забавный факт? Шляпа хотела отправить меня на Слизерин, но я отказалась лишь из-за крови. Так что я не намерена вас больше слушать. До свидания. И не дождавшись ответа директора Грейнджер покинула ее кабинет. Решив не идти на уроки, девушка отправилась в комнату, где провела весь вечер и день. Она решила вызвать эльфа, чтобы тот принес обед и ужин. И Гермионе было полностью плевать что друзья ее искали. Уже поздно ночью проваливаясь в сон девушка вспомнила про них, и подумала, какой же разнос завтра ей устроит Паркинсон. Но это все завтра. Сегодня она слишком устала.