Он не просто шпион 2

Миллионы звёзд отражались на идеально отполированной броне бронепоезда. Он сиял как алмаз, был красив как осенний лес, но в тоже время это был старый воин, повидавший многое на своем веку. Через сотни битв прошла эта машина, десятки войн пронеслись мимо нее, столько лет она служила верой и правдой нашим героям, столько лет это был дом и неприступная крепость. Бесчисленные орудия выглядели очень угрожающе, но в тоже время красиво. Невероятная артиллерия на конце состава поражала гигантизмом и мощью. Бронепоезд летел, разрезая космос, летел разбивая носом стену страха и отчаяния, летел в неизвестное. Почему в неизвестное? Потому что для проекта АБДУЛЛАХА необходим металл, состав которого неизвестен, из-за этого Абдуллах, даже с помощью своих технологий не может его создать. Но есть выход. Существует несколько планет, на которых предположительно может находится этот металл, но увы, неизвестно на какой из них. Мало того, что неизвестно, так ещё и они находятся страшно далеко от системы, поэтому добираться до них долго. Очень долго, даже используя технологии АБДУЛЛАХА, не получится достигнуть их раньше недели. Так неделя, это ещё на бронепоезде, а вот Протинусу потребовалось бы две недели, ведь он больше бронепоезда, менее маневренный и более медленный, а в проекте, именно в этом проекте важна скорость. Но ведь планет несколько, быстро их не обыщешь. Поэтому наша команда решила разделиться на несколько групп, которые будут обшаривать свои планеты. Чейз вместе с Маршаллом создали список, где значились участники той или иной группы. Скажу вам честно, список мало кому понравился, ведь отношение между патрулем и «Несокрушимыми» сильно обострились, а Чейз решил поставить их в перемешку, чтобы улучшить отношение между товарищами. Вот, например в одной команде будут Скай, Свитти, Эверест, Билл, Джек. Вот так вот. Надеюсь вы поняли, но во всяком случае, меня он поставил вместе с Вадимом и Абдуллахом, я этому только рад. Ладно, перейду теперь к повествованию. Чейз сидел за столом в своей комнате и пытался нарисовать дельфина. Рисовал он, мягко говоря, так себе. Дельфин был похож на гибрида быка и ящерицы. Над его неумением рисовать нередко посмеивался Билл, рисующий лучше всех. Вот и сейчас, зайдя без стука в комнату овчара, не отрывающегося от рисунка, он взглянул на его «дельфина» и сказав: «Ну-ну», сел в кресло. — Чего пришел? — равнодушно спросил Гонщик. — Да так… Скучно… — Скучно? — Да! С Кентом не поругаешься, заперся в комнате, сочиняет мелодию на гитару. С патрулем не подерешься, все спят. Вот бы что-нибудь этакое… — Что "этакое"? — Ну не знаю, шпиона какого-нибудь надо было бы вычислить… Тогда было бы интересней… — Ну… Нарисуй кого-нибудь. — У меня уже вся комната портретами и натюрмортами забита!!! И ты ещё хочешь, чтобы я кого-либо рисовал?! — Ну не знаю. Тогда… Ну… Побегай. — Чего? — Ну… Не знаю. Кстати, а с чего это тебе с патрульными драться? — Да так, замучили уже. — В смысле? — Ну, вот так. Враждуем и враждуем. — А из-за чего вражда-то пошла? — Ну… — Уже не помнишь? — Нет… — Понятно все с тобой… Повисла тишина… Пока ее не нарушили… — Чейз! — в комнату зашла Свитти. — Чейз! — Что случилось? — Я хотела сказать… — отдышавшись проговорила Свитти. — Что? — Я! Тебя!.. — Привет, ребят… — в комнату заглянул Рокки. Свитти обернулась и оскалилась. Мало того, что она враждует с патрулем, так ещё он ее перебил! Гончик слегка вздрогнул, а Билл, поняв о чем белая собачка, почувствовал себя лишним. — Что ты здесь забыл?! — Соглашусь со Свитти! — поддержал швейцарскую овчарку Билл. — Да я просто хотел… — Внезапно он посмотрел в глаза Свитти. — Чего хотел? — Что-то голова болит… — еле выдавил из себя Рокки, перед тем как упасть…