Что находится за этой дверью

      Окружающие могут и не замечать тех изменений, что мурашками отзываются у тебя.       Часть учеников, находящихся в классе, были увлечены разговорами друг с другом, кто-то повторял уроки, а кто-то просто спал, в то время как Белла уже привыкла к тому, что взгляды одноклассников больше не так внимательны к ней. Этого больше и не так хотелось девушке, ей было комфортно в окружении Павлы, общаясь даже на самые обыденные темы.       Это все — словно затишье перед бурей, но никакие странные предчувствия не мешали Белле наслаждаться моментом. Ощущение будто наконец-то наступил желанный покой, хоть многое ещё впереди.

***

      Будто только вчера Белла могла наблюдать падающие разноцветные листья, но сегодня она может полной грудью вдохнуть запах наступающей весны. Когда на месте опавших давно листьев начали потихоньку образовываться зелёные молодые почки.       Трое друзей стали ещё больше времени проводить вместе, наслаждаясь разговорами ни о чем и громко смеясь. И пока сугробы таяли, а листья начинали потихоньку проклевываться, чувства Беллы к Ди продолжали цвести, но страдать от них ей приходилось в одиночестве. Хоть, казалось, что Ди немного потеплел к Белле с течением времени, ближе эти двое так и не стали. Редкие, но взаимные «привет» и «пока» не могли удовлетворить желания девушки почувствовать теплоту от других слов, которые ей хотелось бы также услышать. Так, в один прекрасный момент, проходя мимо класса музыки, Белле пришла в голову идея: «Раз уж Ди металлист, то должен уметь играть на гитаре,» — дело в том, что Белла в прошлом имела дела с музыкой, — «если я смогу вспомнить, как на ней играть, может у меня появится шанс, чтобы сблизиться?» — такая логическая цепочка сложилась у девушки, при виде знакомых музыкальных инструментов. Для нее это была бы отличный предлог воплотить свои надежды насчет Ди и хорошая возможность вновь начать играть.       Когда-то давным давно нынешние родители Беллы пытались воспитать «идеального» ребенка, заняв все его время секциями и кружками. И маленькая Белла хорошо с этим всем справлялась, только вот маме с папой от этого было ни горячо ни холодно. Малышка начала работать ещё усерднее, дабы услышать похвалу, и даже равнодушно произнесённое «молодец» радовало Беллу. Однако вскоре и взрослым надоело играть в «хороших родителей», иметь ребенка для них было чем-то утомительным. А все попытки ребенка привлечь внимание своими, пусть и небольшими, но достижениями только раздражали.       Но сейчас Белла делает это для себя, по крайней мере, ей так казалось. Решимость ее была тверда. Поэтому, после уроков, попрощавшись со своими друзьями, маленькая Белла отправилась на осуществление своего плана.       Это был маленький кабинет, больше похожий на склад музыкальных инструментов. Уроки в нем велись редко (дети бы не дали стоящему в углу пианино или висящей на стене скрипке покоя), оттого аудитория перешла в пользование ребятами, умеющими играть на том, что здесь находится, за что те периодически должны были отчитываться на концертах и всяких скучных школьных мероприятиях. Среди ребят здесь тусующихся можно было увидеть: первый, кто привлек взгляд — разгильдяй, знающий пару аккордов, благодаря которым он теперь может пропускать уроки под предлогом «подготовки к концерту»; следующей была девушка, сидящая за пианино, она относилась к такой категории людей, любящих внимание; наименее заметным оказался парень, сидящий в углу кабинета, который оказался представителем странного типа творческих личностей, который Белле был наименее понятен. Народу немного, но и в таком количестве из коллектив не выглядел особо дружным. первый скрючился, уставившись в телефон, дальше девушка, наслаждавшася вниманием толпы (состоящей преимущественно из детей, ожидающих начала продленки), играла «Собачий вальс». И сидящей дальше всех личностью, был паренёк, внешний вид которого так и кричал о его творческой натуре: редкие цветные пряди, накрашенные ногти и взгляд, опущенный в нотную тетрадь; очевидно что из них всех он единственный, кто более менее разбирается в музыке, и тот, кто вероятнее всего не ответит Белле ни на один ее вопрос. Поэтому было решено обратиться к тому, кто занят меньше всего: — Извини, могу ли я взять гитару? — в привычной манере улыбаясь, Белла обратилась к парню, сидящему в телефоне. — А? Чего надо? — отвлекшись от своих важных дел, тот поднял голову не сразу, очень сильно будучи увлечённым игрой. — Могу я взять ту гитару? — А да, конечно… — вновь погрузившись в телефон, ответил паренёк, — Только лучше спроси об этом руководителя, он скоро придет, наверное… — пробормотал он, но Белла была уже на пути к гитаре.       «Ничего же не будет, если я возьму поиграть?» — подумала девушка, усаживаясь на скамейку уже с гитарой в руках. И вот, под аккомпанемент «Собачьего вальса», Белла пыталась заставить свои пальцы вспомнить хоть что-то из того, что раньше хорошо знала. Прозвучал первый аккорд, второй, и вот подушечки пальцев заболели, попробовав ещё раз, кое-как дойдя до середины произведения, Белла поняла, что дальше ей не вспомнить. Начала подбирать, ещё больше запуталась, в итоге пришлось начать все с начала. В итоге несколько раз повторяя ту часть, которую помнит, Белла таки вспомнила продолжение, но и в этот раз сыграть его не удалось. Вошёл преподаватель. — Так, мои дорогие разгильдяи, — сказал он, попутно разгоняя толпу, — идите уже отсюда, давайте, давайте, концерт окончен, — ещё раз, — пытаясь привлесь внимание своих подчинённых, сказал молодой мужчина, — да убери ты уже свой телефон! — Эй, за что? — отреагировал парень, когда того ударили стопкой бумаг по голове. — Нам начальство опять поручило работу, — он тяжело вздохнул, — вот вам репертуар, — протянул несколько листов сидящей за пианино, — вы пока знакомьтесь, а я пойду пообедаю, — зевая произнес он, и уже разворачиваясь в сторону двери, собрался уходить, как вдруг заметил новое лицо, сидящее на скамейке. — Так, а ты кто? — Белла вздрогнула. — Я хотела поиграть на гитаре и… — Ноты читать умеешь? — перебил преподаватель. — Вроде… — Тогда поможешь нашему крашенному разобрать с отстающими партитуру, тот все равно им ничего объяснять не собирается, а мне пора на совещание, — уходя продолжил учитель без имени. — Чё это мы отстающие? — выкрикнул тот, на кого пальцем никто не показывал. Но, к сожалению, ответа не последовало, так как очень последовательный педагог уже ушел, а Белла так и не успела возразить.       Пришло время знакомиться.