Тайна

- Изуку, передай мне соль, пожалуйста! - Держи, мам! Мидория отдает солонку и возвращается к нарезке овощей к ужину. Мать возится у плиты – тщательно перемешивает соус в маленькой кастрюльке. На кухне тепло и светло, витают вкусные запахи, на фоне звучит смех из какой-то комедийной программы по телевизору. - Папа задерживается, - Изуку высыпает нарезанные овощи в контейнер, и ставит его возле матери. - Твой папа много работает, - Инко помешивает в одной из кастрюлек на плите. – Ничего, появится как раз, когда все будет готово. Мидория кивнул, задумчиво покосившись на непроглядную тьму за окном. У него возникло необъяснимое чувство тревоги, похожее на то, когда ты просыпаешься посреди ночи, будто бы от прожигающего взгляда посторонних глаз. Но Изуку не любил попусту волновать маму, а потому решил оставить свои переживания неозвученными. Словно следуя потоку его мыслей, телевизор вдруг издал какой-то резкий и непонятный звук, и вместо передачи на экране отобразился ведущий программы новостей. - Срочные новости! Сегодня в Токио, в девятнадцать часов и восемь минут были задержаны участники преступной группировки, называющие себя «Лига Злодеев». На экране показали кадры из прямого эфира, на которых преступников в наручниках и под конвоем заводили в полицейскую машину. - Преступники были задержаны при попытке устроить налет на инкассатаров, перевозивших средства для национального банка. Благодаря анонимному информатору, вовремя передавшему в полицию эти сведения, были арестованы трое участников группировки, долгое время находившиеся в розыске. Они известны под именами Спиннер, Магне и Твайс. Замелькали фотографии арестованных, с краткой сводкой преступлений, в которых они обвинялись. Раздался грохот, заставивший Мидорию подскочить: его мама уронила чайник, что сжимала в руках, благо он был пуст. - Изуку, - прошептала она, и на ее лице был написан просто животный ужас. – Я думаю, папа сегодня не вернется домой. - Это ведь совсем близко. Папа ведь сейчас там, ловит этих преступников, правда? – часть ее страха передалась и ему, и он усиленно пытался не поддаваться панике. – В чем дело, мама?? Инко выглядела так, словно собиралась упасть в обморок. С трудом совладав с собой, она резко крикнула: - Собирай вещи, Изуку, мы должны бежать! - Но… - Немедленно! – громче крикнула она, и, схватив со стола кухонный нож, кинулась в коридор к телефону. Мидория, не на шутку перепуганный, кинулся в свою комнату, открыл шкаф и начал забрасывать в спортивную сумку все, что попадалось под руку. Вовремя очнувшись, он взял с верхней полки свои документы, и вытряхнул в груду одежды копилку со сбережениями. Мать с громким стуком положила трубку, оборвав звонок, и бросилась в спальню. - Ма… - начал было Изуку, но был прерван звонком в дверь. - Изуку, черный ход, - одними губами прошептала Инко, крепче сжимая нож. На этот раз повторять не пришлось, Мидория кинулся было к черному ходу, но осознал, что мать за ним не последовала. Послышался грохот выламываемой двери, и истошный крик. Изуку выскочил из коридора и онемел от ужаса. На пороге стояло трое. Одни их имена сеяли страх среди мирных горожан. Только что, в прямом эфире им удалось скрыться с места преступления. Изуку опустил взгляд вниз, и увидел бурые разводы крови. У самой двери, у ног преступников, лежала его мать, а из ее груди торчал кухонный нож, которым она несколько минут назад нарезала лук. - Б-беги, - из последних сил прохрипела Инко, и Мидория, наконец, побежал. Страх и ужас, что сковывали его тело, сейчас придавали ему сил, и он с легкостью отворил тяжелую дверь черного хода, и, спотыкаясь, вывалился на улицу. Он слышал их шаги и бежал, сам не понимая куда, зная одно: они убили его маму, сделали что-то страшное с папой, возможно, он тоже мертв, а он… Слезы застилали глаза, он уже не мог ничего перед собой видеть, не знал, сколько он прошел и сколько прошло времени. Мидория знал только, что должен бежать, ведь иначе его поймают и точно прикончат… Изуку выскочил в переулок, едва не попав под колеса машины, которой пришлось резко притормозить. Он тоже остановился, зачарованно уставившись в ярко горящие фары. - Мидория, мальчик мой! Изуку поднял голову и остолбенело уставился на водителя, вышедшего из машины. То был старый друг их семьи, Тошинори Яги. Тошинори в прошлом был знаменитым борцом, и за его многочисленные спортивные награды и медали, а также славу вечного победителя, получил прозвище «Всемогущий», коим его и называли большинство родственников и знакомых. Мидория был очень к нему привязан, но сейчас все чувства притупились, и он даже не смог ничего ответить. Тошинори понял его состояние, и забрал сумку из ослабевших рук мальчика, убирая ее в багажник. - Мне звонила твоя Мама. Где она?… - решился все же спросить Всемогущий, но заметив, как глаза Мидории наполняются слезами, все понял и без слов. - Нужно скорее уходить, - он открыл дверь заднего сиденья и подтолкнул туда Изуку. – Ложись и постарайся не показываться пока мы не приедем. Тошинори сел за руль и машина плавно двинулась с места. Буквально пару минут спустя из проулка показался высокий брюнет с множественными шрамами на лице, напоминающими ожоги. Он долго вглядывался во тьму, точно в ту сторону, куда уехала машина, прежде чем достать из кармана телефон. - Шигараки. Ему удалось уйти. - Значит, эта тварь все знала, и успела сбыть сыночка, - в трубке раздался леденящий душу смех. – Возвращайся, Даби. Мы прикончим его позже.