Тайна

Изуку с Тошинори неспешно передвигались по оживленной улице, остановившись вместе с толпой у красного сигнала светофора. Они направлялись в агентство Ночноглаза. Всемогущий был сильно обеспокоен тем, что Изуку с ним, но считал, что мальчик тоже имеет право знать, что происходит. А у его верного друга явно появилась новая информация, просто так вызывать его на личную встречу он бы не стал. Загорелся зеленый, и они вновь продолжили свой путь. В целях безопасности Мидория передвигался по городу точно так же, как и в школе – не снимая маскировки. Тошинори заметил, что Изуку больше не одергивает юбку и не тянется к парику, чтобы поправить его. Он явно перестал чувствовать дискомфорт и привык к своему новому образу. Агентство Ночноглаза располагалось в самом центре города. Сыщик руководствовался принципом: «если хочешь что-то спрятать – положи это на самое видное место». Однако рисковать, входя в его здание посреди самой оживленной улицы города, они все же не могли. А потому, прошли закоулками и дворами, пройдя через черный вход. Мидория замер от восхищения. Сэр Ночноглаз был одним из его самых любимых и уважаемых персон города, и он и мечтать не мог, что однажды переступит порог его агентства. Тем временем, навстречу гостям уже вышла верная секретарша сыщика, Каоруко Авата, более известная, как Баббл Герл. - Здравствуйте! – радостно поприветствовала она их. – Господин Мирай ждет вас. - Здравствуй, Авата, - поклонился Тошинори, и повел Мидорию к кабинету. Когда они вошли, Изуку едва не задохнулся от переполнявших его чувств. Вот он, настоящий сэр Ночноглаз сидит перед ними за столом, что-то печатает за компьютером, поправляя на носу очки. Когда дверь захлопнулась, он поднял взгляд на посетителей, и его брови стремительно взлетели вверх. - Я ждал только тебя, Тошинори. Мидория почувствовал себя неловко, и уже хотел извиниться за свое вторжение, но Всемогущий вмешался. - Было бы несправедливо не делиться информацией с мальчиком, кого эта история задела больше всех, - он опустился на стул возле стола, жестом указав Мидории сесть на соседний. – Тем не менее, ты явно предполагал такой исход, раз поставил в кабинете два лишних стула. Ночноглаз хмыкнул, окинув взглядом Изуку. - Неплохая маскировка, мальчик. - Спасибо, сэр, - застенчиво ответил мальчик. - Ну так? – Тошинори выжидательно посмотрел на сыщика. Тот тяжело вздохнул. - Инко Мидория была убита Лигой Злодеев, полагаю, это вам известно. Это сделали те члены Лиги, что не были арестованы в вечер ее убийства. Изуку вздрогнул, вспоминая побелевшее лицо матери, когда они смотрели вечерний выпуск новостей, ее телефонный звонок, кухонный нож, что она сжимала в своих тонких пальцах… От накативших воспоминаний у него защипало в глазах, и он низко опустил голову. Всемогущий заметил его состояние, и положил руку на плечо, пытаясь успокоить. - В то же время, - продолжал сыщик. – По поводу тех арестов также возникают сомнения. Я и мои люди наблюдаем за Лигой достаточно давно. И несколько дней назад Спиннер, который должен в данный момент находиться за решеткой, был замечен в городе. Мидория не верил своим ушам. Он надеялся, что хотя бы половина группировки обезврежена, но выходило, что ситуация была гораздо хуже. - Это подкрепляло теорию о том, что Лига и ее Лидер, кем бы он ни являлся, находится в сговоре с полицией. Но окончательное доказательство я получил лишь недавно – он кивнул Мидории. – Аудиозапись, сделанная в торговом центре. Если Старатель действительно на стороне Лиги, то это очень усложняет дело. - Старатель находится на одной из высших должностей в городе, но не в стране, - задумчиво сказал Всемогущий. – Я думаю, что мне придется связаться со старыми знакомыми. В опасности не только Мидория, а огромный город и миллионы живущих в нем людей. - Согласен, - кивнул Мирай, и выразительно посмотрел на Изуку. – Не мог бы ты оставить нас? Нам нужно обсудить пару личных вопросов. Мидория, напуганный настолько, что уже начал плохо воспринимать происходящее, кивнул и покинул кабинет, плотно закрыв за собой дверь. В коридоре он опустился на диванчик, пытаясь унять бешеное сердцебиение. Лига под прикрытием полиции. На свободе все задержанные в ту ночь, и за убийство его мамы все еще никто не ответил. Даже сэр Ночноглаз, лучший сыщик в городе, не может отыскать его отца… Его начало мутить, он попытался встать, но тут перед ним появилась, словно из ниоткуда, Баббл Герл с чашкой чая. - Вот, - она поставила чай на журнальный столик возле Изуку. – Выпей, полегчает. Это мой фирменный травяной чай, он успокаивает. Мидория поблагодарил ее, и отпил, не глядя. - Не переживай ты так, - сочувственно сказала она. – Мы обязательно со всем этим разберемся! - Спасибо, - еле слышно ответил Изуку. Раздался телефонный звонок, и девушка убежала на рабочее место. Либо чай действительно успокаивал, либо слова секретарши Ночноглаза оказали на него такое действие, но Мидория пришел в себя. Настолько, что начал улавливать обрывки фраз, что доносились из кабинета сыщика. Недолго думая, он отставил чашку и на цыпочках приблизился к двери кабинета. - …Ты прекрасно понимаешь, что это невозможно!! – почти кричал Ночноглаз, и Изуку услышал удар кулака о деревянную столешницу. – Раньше нам помогала полиция, но каким образом мы должны искать сейчас?! - Ты знаешь, что мы должны делать все, что в наших силах, потому что, кроме нас, сделать это больше никто не сможет, - возразил ему Всемогущий. - Даже если поиски увенчаются успехом… Мы можем не успеть. - О чем ты говоришь? – резко спросил Тошинори. – Нам нужно отыскать все убежища Лиги как можно быстрее, но у нас есть время на… - Отец мальчика жив. Но я не знаю, сколько еще они позволят ему прожить. В ушах Изуку зашумело, колени подкосились, и он опустился на холодную плитку. Папа… папа живой, папу еще можно спасти! Одна из важнейших частиц его семьи, отец, все еще может вернуться, он все еще может ему улыбнуться и потрепать по голове, он… Мидория вернулся обратно на диванчик, дрожащими руками прижав к губам чашку с остатками травяного чая. Ему определенно нужно попросить еще. Изуку чувствовал, как медленно начинает сходить с ума. Дверь резко отворилась, и мужчины покинули кабинет. Изуку натянул на лицо фальшивую улыбку, изо всех сил делая вид, что он все также ничего не знает. Только пальцы, что ужасно тряслись, с трудом удерживая в руках чашку, могли выдать его состояние. Но они ничего не заметили. Сэр Ночноглаз сухо попрощался с ними и скрылся в своем кабинете. Баббл Герл снова вскочила, чтобы проводить их до выхода. - Все в порядке? – спросил Тошинори, когда они покинули агентство. - Да, - соврал Мидория. Ему ужасно необходимо было запереться в своей комнате с блокнотом, и тщательно все обдумать. Всю дорогу они провели в молчании, и Изуку едва не забыл попрощаться со Всемогущим, когда тот довел его до дверей общежития. - Не натвори глупостей, пожалуйста, - попросил Тошинори. Мидория оглянулся, и прочитал в его глазах, что тот явно догадывается, что Изуку услышал что-то лишнее. Но он больше ничего не сказал, и Деку лишь кивнул, скрываясь в недрах здания. В общежитии он сделал то, о чем мечтал всю дорогу: закрылся в комнате и схватился за блокнот. Записи всегда помогали ему упорядочить поток мыслей и начать обдумывать будущую стратегию. Несмотря на то, что он услышал, Мидория понимал: ему катастрофически не хватает информации. Все, что сказал при нем знаменитый сыщик, было упомянуто крайне расплывчато. Никаких точных данных о том, где видели Спиннера. Никаких упоминаний о расположении убежищ Лиги и откуда за ними наблюдает агентство. Но было то, что Мидория знал наверняка: к этому причастен Старатель. А его сын, Тодороки Шото, очень кстати учится с ним в одном классе. Ему нужно только… Изуку убрал блокнот в выдвижную полку письменного стола и поднялся. У него уже созрел план. Открыв дверь, он обнаружил целый ворох любовных признаний (к его почитателям присоединился еще и Минета) но читать не стал: он торопливо бросил их на кровать и закрыл комнату на ключ. Сейчас он надеялся только на одно: чтобы оба необходимых ему человека были у себя в комнатах. С гулко бьющимся сердцем он постучался. Дверь сразу же распахнулась, и из комнаты высунулась крайне недовольная Кьека. - Что тебе? - Я пришла поговорить. Впустишь? Пожалуйста, - добавил Изуку. Она задумчиво оглядела его с ног до головы, но все же посторонилась. Мидория огляделся: комната была битком набита музыкальными инструментами, а стены – наглухо обклеены плакатами различных музыкальных групп. - У тебя… мило, - улыбнулся он. - Зачем пришла? – грубовато поинтересовалась Джиро. Мидория вздохнул. - Я знаю, ты злишься из-за Каминари. - Не твое дело, - вспыхнула она. – Я… вообще нет. Этот тупой идиот никому не сдался. И меня мало волнует что он… - Кьека, - мягко сказал Изуку. – Мне не нравится Каминари. Я была бы рада если бы он… Забыл обо мне. И я могла бы помочь тебе. Если ты поможешь мне. У меня есть план. Лицо Джиро вытянулось, и она без раздумий сказала: - Говори. В назначенное время Каминари спустился в общую комнату на первом этаже, получив записку весьма интригующего содержания, с приглашением провести вечер вместе. Подписи не было, но Денки решил, что Деку наконец приняла знаки его внимания, а потому охотно принял приглашение. Деку в гостиной не оказалось. Там вообще никого не было, но Каминари решил, что девушка задерживается, а потому просто опустился в кресло и стал ждать. Несколькими минутами ранее Кьека, глубоко вздохнув, постучала в дверь комнаты Тодороки. По счастью, ее хозяин был у себя, и еще не успел лечь спать. Джиро в слезах сказала, что у ее любимой гитары лопнули струны, а она знает, что Тодороки сан все может! Уже поздно и ей больше некого попросить, а она просто не может лечь спать, зная, что ее малышка в таком состоянии. Гитара стояла в том же общем зале, куда ее заранее поместили. Кьека, скрепя сердце, сама обрезала струну. В действенность этого плана она не очень-то верила, но одноклассница выглядела до того убедительно, что Джиро согласилась. Дело в том, что Мидория решил в прямом смысле «сыграть» на чувствах Каминари. В своих любовных записках тот неоднократно грозился спеть Изуку серенады, а когда Мидория проходил мимо его комнаты, тот даже показывал ему свою гитару. План был до безумия прост. Кьека должна была уговорить Тодороки помочь ей, и отвести его в общий зал, выкурив из собственной комнаты. Денки же под дверь подкинули записку, заставив его также оказаться там. Ну а дальше – дело техники. Главной составляющей плана было желание Мидории попасть в комнату Тодороки. Он не знал, что конкретно собирался там искать, понимал, что, в общем то, не имеет на то никакого права. Но сейчас он отбросил все нормы приличия. Если его отец и правда жив, и находится в логове у Лиги, то информацию он должен добыть любой ценой, при чем в кратчайшие сроки. Изуку не надеялся, что все пойдет как по маслу и Шото просто забудет свой ключ в замочной скважине. Естественно, этого не произошло. Но он рассчитывал на Джиро, и ей действительно удалось уговорить Тодороки покинуть комнату. Парень был сонный, и, когда Кьека протянула ему предмет своих бесконечных страданий, он взял гитару с легким недоумением. Каминари от скуки тоже принялся наблюдать за развернувшимся действом. - А ты уверена, что струна просто порвалась сама? – задумчиво сказал Шото. - Чего? – легкий испуг прозвучал в голосе девушки, но она постаралась придать ему обычное звучание. – Ну конечно! - Это довольно странно, - заключил Тодороки. – Я конечно не эксперт, но… Шото полез в карман за прихваченным подручным средством: чайным пакетиком. Естественно, он понимал, что в этом случае необходимо попросту перетянуть струны, но не увлекался музыкой, и мог помочь девушке только так. Пока он вытаскивал пакетик, ключ бесшумно выпал из его кармана и утонул в мягком ворсе ковра. Кьека наступила на него ногой и незаметно положила в свой карман. - О боже, я на секундочку, - пробормотала она и выскочила из гостиной, где ее ждал Мидория. - С тебя причитается, - прошипела Джиро, сунув ключ в его ладонь. – Надеюсь, что ты знаешь, что делаешь. Изуку кивнул, забирая ключ. Рассыпаться в благодарностях он будет позже, сейчас на это попросту нет времени. Он пулей кинулся наверх, и трясущимися руками отпер дверь чужой комнаты. Каждый его одноклассник оформил свое пространство в соответствии со своими вкусами и предпочтениями. Изуку видел некоторые, но комната Тодороки воистину оказывала впечатление. Она была полностью в традиционном японском стиле, и парень поначалу даже растерялся от такого контраста, потеряв пару драгоценных минут на разглядывание пространства. Но сумел взять себя в руки: он не знал, как долго Кьека сможет отвлекать внимание. Мидория заглянул под кровать, осторожно осмотрел наволочку. Потом начал выдвигать ящики шкафов, сам не зная, что он может там отыскать. Неожиданно его внимание привлек свет, пробивавшийся из под аккуратно сложенной тонкой рубашки. Изуку заглянул туда, и увидел мобильный. Свет исходил из-за пришедшего сейчас смс. Воровато оглянувшись, Мидория взял телефон. В сообщении было фото незамысловатой карты, криво нарисованной от руки. Подпись была короткой – завтрашняя дата, и время: ровно три часа ночи. Недолго думая, Изуку сфотографировал дисплей мобильника на свой телефон и убрал его на место. За дверью послышались звуки шагов. Мидория едва успел спрятаться за шкафом, как в комнату вошел хозяин. - Странно, я вроде запирал дверь, - тихо произнес он. Изуку задержал дыхание, прижав руки ко рту. Если Тодороки заглянет за шкаф и обнаружит его здесь… Но Шото лишь взял что-то со своего письменного стола и вышел, прикрыв за собой дверь. Мидория выждал некоторое время, и пулей вылетел из комнаты. По счастью, в коридорах больше никого не было, и он беспрепятственно отдал Джиро ключ. Девушка поступила ловко - она положила его обратно на ковер, и сообщила Тодороки о своей находке. Тот странно посмотрел на ключи, но кивнул в знак благодарности. Он передал Кьеке гитару со струной, оборванные концы которой были перевязаны веревочкой от пакетика. Джиро понимала, что подобная мера никак не поможет инструменту, но горячо благодарила Шото. Тот отправился спать, а она попыталась сыграть на пострадавшей любимице, искоса поглядывая на Каминари. Денки особо не проявлял интереса к починке инструмента Тодороки, но сейчас, слушая, как Кьека пытается играть на сломанной гитаре, вздохнул и подошел ближе, заставив девушку вздрогнуть. - Может, я смогу помочь? – улыбнулся он, а девушка покраснела, мысленно посылая однокласснице огромные лучи любви. Ее мало интересовало, что Деку делала в комнате Шото, но вот Каминари разговаривает с ней, просит осмотреть ее любимицу… Вечер определенно удался. Мидория с гулко стучащим сердцем направлялся в свою комнату, лихорадочно соображая. Тодороки носил мобильный с собой, и тот, что он нашел в его шкафу, был не тем, который он доставал при всех. Зачем парню второй телефон? Шифруется от отца? Или… заметает следы? Изуку уже собирался переступить порог своей комнаты, как вдруг его остановила Яойорозу, прислонившаяся к стене и как-то странно за ним наблюдавшая. - Ох Деку, - ответила она на его вопросительный взгляд. – Знаешь, я очень долго думала, и раскрыла твой секрет. Только зачем ты это так скрываешь?