Младший брат

Картман появился в дверях через несколько секунд после крика его мамаши-шлюхи: “Поросёночек!” Я скривил лицо в отвращении и дожидался, пока жирный удосужиться показать ебало. – Ну что там ещ… А-а, Кенни. Здравствуй-здравствуй. – Даже не думай использовать мою сестру в своих целях, – начал я с главного. – Так-так-так, продолжай. Я заинтригован. – Что там было? – Где, мой дорогой Кеннет? – Не прикидывайся. – Если память мне не изменяет, то помадка. А в некоторых карамель. Кстати, советую. – Ты не мог просто угостить девочку печеньем. Ты бы скорее сам сожрал, жирный. Что ты задумал? Лицо Картмана расплылось в улыбке. Он вышел на крыльцо и закрыл за собой дверь. – Если я скажу, что мне просто нравится твоя сестра, ты же мне не поверишь? – Если бы ты так сказал, то я бы тебя убил. – Ты такой собственник, Маккормик, я хуею. – Говори сразу, что тебе нужно. – Еврей. Я решил, что просто не понял, что он имеет в виду. – Это название блюда? Авиарейса? Что это блять? – У нас один еврей. Я застыл. Я оцепенел, а моё лицо исказила гримаса недоумения, удивления и лёгкого шока. Он намекает на то, что ему нужен Кайл? Как вещь? Чтобы я принёс его ему, перевязанным красной ленточкой? – Именно так, – ответил он мне, когда я спросил его, – Только лучше не просто красной. А, скажем, с чёрными и белыми полосами по бокам. “Намёк на свастику”, – подумал я. – Ты ебанулся? – Мы все немного ебанулись, Кенни. К тому же, это же не я сегодня сосался с Баттерсом в школьном коридоре. Блять, и он туда же. Это знают уже все, а значит, что никакого шантажа с помощью этой информации не получится. Такер не получит своего, это точно. Но Картман хочет манипулировать мной с помощью другого. – Если ты не забыл, то у Токена будет вечеринка послезавтра. Понимаешь, Кенни? Приведи Кайла ко мне и обеспечь нам уединение, тогда я не трону твою сестру. У меня слов не было, чтобы сказать, как я его ненавижу. – И, да, это ещё не всё. Я знаю, что все и так в курсе, что вы с Баттерсом пидоры, а он дрочит на тебя в школьном душе, но всем на это плевать, если никто не видел доказательств. А у меня, мой дорогой, они есть, так что я имею целых два рычажка. Мне сейчас очень не хватало Такера позади себя, чтобы он сдерживал меня и заламывал руки. Картман, ухмыляясь, пожелал мне удачного вечера и удалился в свой дом. Я же, стоя на крыльце, просто не понимал, что мне делать теперь. Я ни на секунду даже не думал о том, что я пойду на поводу у Картмана и приведу ему Кайла. Ни за что. Я буду говнюком, если поступлю так. Было бы более верным решением рассказать Кайлу, что Картман готовит что-то против него. Может всё обойдётся и тогда Кайл не пойдёт на вечеринку вообще. Он ведь и не особо это всё любит. Меня больше волновало, что же я буду делать с Карен и Баттерсом. Я не могу не отходить от сестры вообще, но, зная Картмана, он может сделать что угодно и когда угодно. В любой момент, особенно когда я этого не ожидаю. А что насчёт Баттерса, то я не знаю о каких доказательствах говорил жирный, но если они у него есть, то Стотч может пострадать. Я не хочу этого. Первым делом я зашёл к Кайлу и передал ему всё, что с меня потребовал Картман. Кайл был не так удивлён, как я ожидал. Я думал, что он будет биться на полу в конвульсиях, но он просто возвёл глаза к небу, вздохнул и поблагодарил меня. А потом ещё добавил, что, в принципе, и не сомневался, что Картман что-то против него готовит. К счастью, Кайл сказал, что всё равно не собирался идти к Токену, а лучше задрочит физику или поиграет в приставку. Значит, волноваться за него мне не нужно. Нужно было теперь как-то смотреть за Карен. Я вернулся домой. К моему удивлению, родители дома ещё не появились. Баттерса и Карен я нашёл у себя в комнате. Они мило беседовали, сидя на полу. О чём именно я не знал, потому что как только я зашёл, они сразу взглянули на дверь и немедленно замолчали. Зато я заметил, что Карен приложила палец к губам, как бы говоря Баттерсу “тс-с”. – О чём это вы секретничаете? – Да тебе всё равно будет неинтересно, – ответила мне Карен, улыбаясь. Забавно. У моей сестры появились от меня секреты, но которыми она делится с Баттерсом. Я ревную, скажете вы? Как бы не так. Я чертовски ревную. – Ла-адно. Карен, сегодня ты будешь спать у меня? – поинтересовался я. – М-м, нет, – ответила она, – Я хочу сегодня поспать у себя. А вы с Лео поспите вместе! Что-что? Лео? – Я правильно понимаю слово “вместе”? – решил уточнить я. – Думаю, да. Лёжа на одной кровати, в обнимку, как мы с тобой. Я удивлённо вскинул брови. – Что ты такое говоришь? – улыбнулся я. Карен улыбнулась снова, встала с пола и поманила меня пальцем, чтобы я нагнулся. Она шёпотом произнесла мне в ухо: – Будь с ним добрым, пожалуйста. Ты ему очень дорог. Карен вышла из комнаты, а я остался наедине с Баттерсом. Он подобрал под себя ноги и грустно улыбнулся.