Вечеринка в Акацуки

Дейдара шел в незаметном ему направлении, да и сейчас ему совершенно не хотелось даже думать куда он идёт. «Почему? ПОЧЕМУ он так поступил?» На глазах наворачивадись слезы, а в душе засела обида. Он впервые в свой жизни кому открылся, перестал жить прошлым, попытался увидеть, что-то кроме своего искусства. Но в этоге это все принесло лишь боль, только ее. Ветер гнал облака в неизвестном направлении, а с ними уносил приятные воспоминания. Дейдара просто смотрел в небо, а взгляд был абсолютно пустым. В подрывника сейчас образовались две личность, одна хочет наплевать на все и снова пойти и обнять Тоби, а другая не смотря на то, что душа разрывается на части от одиночества, к утру вернётся в штаб, и не подаст и виду, о том, что на самом то деле очень хреново. Но видимо двуличным оказался Тоби. «Поиграли и хватит» подумал Тсукури, и пнул камень, куда-то в пропость. Ему не хотелось отпускать напарника, но он ведь преступник класса S. Значит должен засунуть подальше весь этот детсадовский лепет, хочу-не хочу. О чувствах речи вообще даже идти не должно. Он понял как может быть больно, и продолжать весь этот спектакль не собирался. Дейдара считал себя тряпкой, за это время мнение о самом себе испортилось. Но больше он не повторит своих ошибок. Он сконцентрируется на своем искусстве, которое всегда помогало избавиться от лишних эмоций или страданий. — Видимо моя судьба терять то, что я приобретаю, м. — произнес он и облакотившись на какой-то булыжник скатился вниз. Сложив руки на коленях он опустил голову и медленно закрыл глаза, пытаясь забыть все произошедшее. *ПРОШЛОЕ* — Семпай, семпай, а каким был Сасори? — поинтересовался Тоби идя хвостиком на занарником. — Сасори-Но-Данна, был самым великим кукловодом, он был моим коллегой по исскуству, но ссорились из-за этого мы каждый день, м. — сказал тот, пытаясь восстановить в своей памяти обрывки воспоминаний связанных с бывшим напарником — он всегда продумывал свои действия, был очень скрытным человеком. Свою душу не хотел показывать никому, но мне удалось разглядеть ее. Пусть и через марионетки, пусть и не сразу, но я узнал какой он. — Вы были влюблены в него, а, семпай? — поитересовался Тоби, в душе очень сильно надеясь, что оно не так. — Наверно… Да, что ко мне вообще пристал, м? — огрызнулся тот и пошел быстрее — тебя вообще это не касается, м. «Наверное нет, потому что я не успел его узнать. Кто тебя вообще просто лезть, тупица.» Подумал про себя Дей, но лишь закатил глаза. *КОНЕЦ ВОСПОМИНАНИЯМ* *Прошлое* — Семпай, я данго принес, хотите? — постуча в мастерскую напарника спросил Тоби. — Оставь возле двери и проваливай — рявкнул Тсукури, но все же встал и подошёл к двери. За ней не было не звука, вот только он знал, что напарник все же так стоит. " Какая муха его укусила, что он стал таким приставучий? Мне кажется ещё раз услышу его голос, и меня стошнит." — Но семпай, Тоби хочет посмотреть на ваше искусство — протянул тот, но ответа не было. — Ушел отсюда, а то взорву к чертям. — Крикнул Дейдара, и напарник мигом исчез. *Конец воспоминаний* — Эх, он был тактичным, ведь никогда не затрагивал темы, которые были не приятны, или останавливался. Не верится, что так могло произойти, м, — все так же с закрытыми глазами, прошептал подрывник. — Какого черта Мадара, ты действительно спорил? — взорвался Обито и начал кричать на Учиху. — Ну и что такого, зато я выиграл 2 миллиона — сказал он и показал чемоданчик с деньгами. — Не всрались мне твои деньги — крикнул Тоби и отбросил чемодан в стену, на которой осталась вмятина, довольно приличных размеров. — Как ты вообще с деньгами обращаешься? — начал возмущаться Какузу, но тут же умолк получив удар по голове от Хидана. — Блять, заткнить, хули ты лезешь, в семейные разборки — сказал тот и схватив за руку вывел напарника за дверь. Когда Мадара и Обито остались одни, сначала они просто смотрели друг другу в глаза, пытаясь заглянуть внутрь, вглубь души. Ну или прожечь друг друга взглядом, но способ явно был не эффективен. — Ты ублюдок! — прокричат Тоби и уже хотел было бросится, но притормозил. — кто тебя просил лезть? Кто тебе вообще давал право спорить на такое? — Да возможно я ублюдок в какой то степени, но зато я очень красивый — сказал тот, пытаясь разрешить атмосферу, но все явно только ухудшалось. — Ещё и самовлюблённый эгоист. Мадара скрестил руки на груди и медленно прошёлся по комнате. В голове он обдумывал, стоит ли рассказывать Тоби всю правду, или лучше умолчать. Но в конечном итоге он решил, что тот заслуживает знать. И от правды все равно никуда не денешься. — А кто помог сдвинуть ваши отношения с мертвой точки? — сказал он и выгнул одну бровь. — Кто-кто, но точно не ты. — Учиха хотел бежать за Деем, но сначала нужно было разузнать побольше, чтобы было, что сказать Тсукури. — Если ты не заметил, то когда в Дейдару попала ветка, ее же изначально там не было — бросил Мадара, и повисла гробовая тишина. Все пытались обдумать услышанное, а Обито пытался решить, какую пытну будет использовать при убивании дяди. Да, возможно это был толчок в развитии, но не таким же путем. Его семпай страдал, а он даже не мог понять, кто стоял за всем этим. — Черт! Черт! Черт! — произнес тот и начал стучать кулаками себе по голове — ты идиот, ты такой идиот. Я видеть больше никого не хочу. — Так иди и выколи себе гла… — он не успел договорить, как замолчал и понял, что момент не совсем подходящий. Он действительно лоханулся, и нужно же как то исправлять положение. Учиха не хотел портить отношения Обито и Дейдары, но никак не мог ожидать такого взрывного характера. — Что мне делать? Просто, что я могу сделать? — произнес Тоби и закрыл лицо руками. Он был беспомощен и выход из ситуации ему одному было найти не по силам. Взгляд Мадары за секунду сменился, с бездушного в более проницательный. Внутри он начал обдумывать разные планы действия, и какие из них с большей долей вероятности увенчаются успехом. — Одного не могу понять — через несколько минут сказал он. — Ты его что, действительно так сильно любишь? — Безумно — прошептал Тоби в пол голоса. — Ты хоть о чем-то можешь думать, кроме него? — и пристально посмотрел на Учиху. — Нет, не получается — он попытался сфокусироваться на том, как же можно попытаться все исправить, но ничего не получалось. — Кто хочет идеальную историю любви? Это в любом случае всего лишь стереотип. Мне кажется если вы пройдете через все вместе, то любовь станет только сильнее. — Ещё чуть-чуть и я сломаюсь. Сказав это он вышел из комнаты, так же как и его прошлый (нет) парень, хлопнул дверью. — Что один, что второй. — закатив глаза произнес Мадара — оба какие то неуровнавешанные. Знаете же то чувство, когда стоишь на самом краю обрыва и хочется спрыгнуть. Это чувство овладевало Дейдарой, который стоял прям на краю обрыва. Он хотел прыгнуть, но единственное, что его останавливало, это любовь к Тоби. Пусть тот не разделяет его чувств, пусть так поступил, но Тсукури все равно любит. — Дейдараааааа, семпай — донёсся откуда-то издалека голос Тоби. От звучания, чего то до боли знакомого, но теперь уже чужого хотелось прыгнуть ещё больше. И Дейдара прыгает, он прыгает в темную бездну. Ему было плевать, на то, что с ним будет после смерти. Будет ли кто-то плакать или скучать. Сказать, что умерев, он потерял что-то, да вроде нет. Тому у которого ничего не осталось, нечего терять. В туже секунду, как подрывник прыгнул, Тоби использовал технику перемещения и подхватил своего напарника. — Отпусти меня, отпусти я сказал, м — сказал Дейдара и начал предпринимать попытки по освобождению. Но Тоби был в несколько раз сильнее, поэтому все попытки провалились. — Семпай, просто послушайте меня. — сказал тот и прижал его к себе, но Дей не успокоился. Он находился в отвратительном состоянии, но все же пытался сбежать. — Я сказал выпусти, я не хочу с тобой говорить, мало того, даже видеть тебя не желаю, м — начал было кричать Дей, но его возмущения прервали. — Просто послушай, я не займу много времени, а после этого не трону тебя больше — никогда. — прошептал он, надеясь, что сможет донести до Дейдары всю правду. — Живо отпустил, м — в его голосе не было эмоций, но выбраться все-таки ему удалось. — Я тебя забуду, и никогда не вспомню, прощай, м. — сказал он на последок и помахав рукой ушел. Нет, боль не прошла, и даже не утихла. Но первому, чему учат шиноби, скрывать эмоции. А для него это было вообще раз плюнуть. Мастер Сасори научил его многому, и будь тот рядом, наверное подсказал бы правильный выход. Он просто устал грустить, терпеть боль, и жалеть себя. Хотя бы день или два нужно попробовать прожить нормально. Конечно если друзья дебилы, вряд ли такое получится, но друзей не выбирают.