В отражении наших зеркал

      Всё, чего сейчас хотелось Эльзе – вернуться домой в тёплую постель и больше никогда из неё не вылезать. Сейчас девушка сидела, подперев щеку рукой, и слушала какую-то смазливую дамочку, которой не больше тридцати лет, что преподавала здесь языкознание. Надо же, Эльза никогда её раньше здесь не видела. Такую девушка точно бы запомнила, уж слишком она запоминающеся и вульгарно выглядит. Высокая брюнетка с волосами до поясницы и кучей украшений: сережки в виде рыбного скелета в ушах, на руках несколько браслетов и цепочек, вряд ли золотых. Блузка, сверху расстегнутая на две пуговицы, юбка-карандаш, что была ей до середины бедра. Но никого это особо не смущало. Профессор года на два-три старше ребят с последних курсов.       «Она выглядит просто сногсшибательно, ты обязан заполучить её, чувак!»       Эльза поморщилась. Перед парой она слышала эти слова от своего однокурсника, который подбадривал своего друга. Если ей память не изменяет, то его звали Ник.       Вот уж чем точно девушка не собиралась забивать голову, так это именами одногруппников. Ни с кем из них она не общалась, потому что все её друзья с других факультетов. Впрочем, так даже интереснее.       Уже четвёртый курс, а ты знаешь со своей группы только пару человек – старосту, и ещё одну девчонку, вместе с которой они делали одну из работ по теории литературы. Но больше Эльза с ней не общалась. Не понравилась она ей. Просто какая-то высокомерная курица, которая не давала девушке даже взяться за работу, а потом ещё и своим писклявым голоском, который из-за того, что девушка говорила на повышенных тонах был ещё более невыносимым, преподавателю нажаловалась на то, что «Разенграффе вообще ничего не умеет! Свалила всю работу на меня, а сама занималась не пойми чем!» Сначала Эльзе даже показалось, что это именно она сейчас вела у них языкознание, но, к счастью, это просто обезумевший и невыспавшийся мозг подкидывал такие ужасные фантазии.       Прошлой ночью она с друзьями зависала в клубе в самом центре города, в который она так не хотела идти. И сейчас девушка была более чем уверена, что выглядит как умирающий тюлень.       День с самого утра не задался. Сначала её чуть не раздавили у входа, затем она минут десять искала сначала двести шестнадцатый, а потом ещё пятнадцать сто пятый кабинет. И что-то подсказывало, что это не конец её мучений на сегодня.       — Разенграффе, что такого интересного ты увидела за окном, что решила наплевать на мой предмет? — послышался слегка писклявый, противный голос где-то рядом. Эльза готова поспорить, что та «высокомерная курица» – родственница этой мымры. Уж больно они похожи. А что больше всего раздражает, так это то, что она постоянно то «л», то «р» невыговаривает. В итоге, будет говорить она быстро – её никто не поймет. — Ты в молчанку решила поиграть? Ответь мне на вопрос…       Стук в дверь,а после её открытие с характерным для неё звуком – скрипом (иногда создается впечатление, что этому институту лет пятьдесят, хотя всего-то ничего), заставляет профессора замолчать. А Эльзу происходящее даже особо не колышет: она как сидела, повернув голову в бок и смотря в окно, так и сидит.       — Кхм, кхм, — прокашлялся кто-то в дверном проёме. Девушке вдруг стало интересно, кто там такой смелый соизволил прервать пару этой..дамочки. О, и надо же – профессор философии. Ему лет тридцать пять – сорок, а ведет себя как будто ему семьдесят, да и выглядит также. Противный тип. —Разенграффе, вас к ректору вызывают.       Что ж к ней сегодня все примотались-то, никак не возьмёт в толк девушка. Смысл сказанного дошел не сразу, но потом сразу стало ясно: вот сейчас и начнётся всё самое грандиозное.

***

      Видимо, судьба решила сыграть с Эльзой злую шутку. Нет. Она решила крупно подставить девушку.       Общежитие, гордо именуемое «домом» эти последние три с половиной года осталось позади. Эльзе пришлось собрать свои вещи и освободить свою комнату.       Её отчислили.       Отчислили на четвёром курсе. На грёбанном четвёртом курсе. Сейчас перед Эльзой всё было как в тумане. Она не помнит как вышла из институа. Не помнит, как добралась до общежития. Не помнит, как собирала все свои вещи, как вышла из комнаты, сдала ключ. А сейчас она стоит и просто смотрит куда-то вперёд, думая, куда ей сейчас идти. У её подружек сейчас бурная личная жизнь, у них есть вторая половинка, которая отражается с ними в одном зеркале.       Если человек – твоя судьба, то смотрясь с ним в одно зеркало, ты будешь видеть в нём обоих. Впрочем, это «правило» распространяется только на зеркала. Смотря в экран телефона, делая селфи, видно всех и вся.       Вот только, как уже говорилось, Эльза не верит во всё это. Просто так судьба тебя ни с кем не сведёт (нет, конечно, бывают исключения, и всё же), нужно за неё бороться. Поэтому девушка особо-то никого и не искала себе «в мужья». Пока есть возможность – она будет просирать свою жизнь по полной. Но сейчас, ощущение, что кто-то остался у разбитого корыта.       Сейчас главное найти жильё, поэтому Эльза всё-таки сдвинулась с места и пошла куда глаза глядят. Не особо важно где и с кем она будет жить. Хотя, нет. Есть исключение. Только не в дом к своей семье. Там её точно не ждут и рады не будут.       Чего в этот момент точно не хватало, так это вспоминать всё то, что происходило с ней, пока Эльзе не исполнилось восемнадцать, и она наконец-то не свалила от своей бешеной семейки. Конечно, не совсем «свалила», это скорее они её прогнали оттуда. По таким долбанутым девушка точно скучать не собиралась, а уж тем более – просить помощи в затруднительном положении. Тогда она докажет, что слаба и ни на что не способна, ведь три с половиной года жизни вне стен родного гнезда ничего не значат. За всё это время ей никто так и не позвонил и даже не написал. Да уж, любящей и поддерживающей семьи у Эльзы хоть отбавляй.

***

      Спустя трёх часов ходьбы непонятно куда и непонятно зачем, девушка решила посидеть на лавке. На единственой лавке в этом парке. Но, по всей видимости, её опередили: там уже сидел пепельноволосый парень, которому от силы лет двадцать семь. В костюме, а рядом с ним лежал мужской портфель.       В принципе, Эльза всегда была общительным человеком и ей ничто не помешает просто взять и подсесть к, наверно, какой-то важной персоне. Больно официально он одет.       Парень не сразу понял, что рядом кто-то приземлился, развалившись на лавочке, и потягиваясь. После тяжелого рабочего дня ему даже голову поворачивать лень. Поэтому просто посмотрел, кто там, боковым зрением.       Девушка с белокурыми волосами и большой сумкой, которая с грохотом приземлилась на землю.       «Надо же. Обычно никто не присаживался сюда, пока тут кто-то есть. Люди в этом городе серые и хмурые, желающие всегда найти место к уединению. Конечно, не все такие. Куча молодежи отжигает в клубах, ходит в рестораны, гуляют с колонками по окнами любой многоэтажки, пока какая-нибудь глухая бабуля на них не наорёт. А... »       — Сегодня очень красиво, да? — мелодичный женский голос прервал размышления парня. Чтобы не выглядеть грубо, для ответа ему нужно было повернуть голову. Но, как оказалось, девушка в его сторону даже не смотрела. Просто наблюдала за опадающими с деревьев янтарными листьями. Она выглядела какой-то... растерянной? Грустной?       — Да. В это время года природа прекрасна... А вот ты выглядишь грустной. Что-то случилось? — решил поинтересоваться парень. Ему стало даже как-то жаль её. Вдруг действительно произошло что-то серьёзное?       — Да ничего. Подумаешь, из института на четвёртом курсе выгнали. Всего-то, – язвительно ответила она. — Ты тоже, между прочим, не зашибись выглядишь.       — Из-за каких же стараний тебя постигла такая участь? — спросил Джек. Девушка же оставила его без ответа. Поэтому он продолжил: — У меня ничего серьёзного не произошло. В отличии от тебя. Просто сегодня ко мне на стол по ошибке попал реферат по философии. Но ко мне этот предмет отношения не имеет, — тяжело вздохнув, разъяснил свою ситуацию парень. — И найти девушку, которая его оставила, мне так и не удалось.       — Вот же растяпа она. Хах, а ты, типа, препод что ли? — хмыкнув, спросила девушка.       — Да уж. Ага, «типа препод», — покачав головой, ответил парень.       Создается ощущение, будто разговариваю двое старых знакомых, невидящихся очень много лет. Не со всеми можно так быстро найти общий язык. Но им явно повезло.       — И как зовут эту растяпу? — посмеиваясь, спросила Эльза.       — Элизабет. Элизабет Разенграффе, — тихий смех девушки прекратился. Джек заметил, как она медленно повернула голову и уставилась на парня во все глаза. Пауза слишком затянулась. Было непонятно, что в этот момент она ощущала: растерянность, непонимание, гнев?       — Подожди, — нахмурив брови, произнесла Эльза. –То есть, хочешь сказать, что я растяпа? — с какой-то нарастающей злостью спросила она. Такое чувство, будто она готова рвать и метать, и сейчас вырвет парню глаза.       — Что? — не понял Джек и здесь уже точно ясно: уставился на девушку с явным непониманием.       — Три минуты назад, ты сказал, что я растяпа! Вот! — на повышенных тонах ответила она.       — Что? Не-ет, — протянул Джек, качая головой и поворачивая её в сторону. — Я такого не говорил. И тебя только это сейчас волнует?       — Да нет же! Просто у тебя память, как у рыбки! — надула губки девушка, скрестив руки на груди и отвернувшись.       — Пхах, кто бы говорил, — Джеку даже стало смешно от такого поведения девушки. У неё очень изменчивое настроение: сначала она милая и общительная, потом язвительная, а сейчас чем-то обиженная. По сути, сама же сказала, что она – растяпа.       И вдруг у парня что-то в голове щелкнуло, и его внезапно осенило.       — То есть, Элизабет Разенграффе – это ты? И это твой реферат по философии? — доставая из сумки синюю папку, спросил парень.       Девушка сразу оживилась и, не успел Джек достать её работу из своего портфеля, она сама выхватила её из рук парня и открыв, начала читать первую страницу – титульный лист.       — О-ох, — Эльза кинула папку на лавку и схватилась за голову. — Ну как так можно-о? А-а-а... Сдай я этот чёртов реферат в нужный кабинет, меня бы не выперли из института и общежития, оставив на улице! — девушка отчаянно скатилась по лавке вниз, закидывая голову назад.       — Неужели ты на улице осталась? А как же семья? — нахмурив брови, спросил Джек.       — Ну да... осталась на улице, — пожав плечами, ответила девушка. — Про семью даже слушать не хочу. Такие долбанутые, что даже под угрозой смертной казни я не вернусь туда, — на лице Элизабет отразилась гримаса отвращения, и только Джек открыл рот, она его перебила с явной угрозой. — Только попробуй что-нибудь спросить по этому поводу.       Парень так и остался сидеть с открытым ртом, обдумывая, что сказать дальше. Она могла и не предупреждать о том, чтобы не спрашивать о семье. Сразу было видно, что для девушки эта тема неприятна, и вряд ли она будет с охотностью отвечать на вопросы незнакомцу.       Хотя, уже не совсем незнакомцу. Эльза никогда так легко не знакомилась с человеком. Не разговаривала так просто, будто знала его вечность. Не рассказывала о своих проблемах, стараясь не нагружать этим других, храня всё в себе. И это очень тяжело: нет ни поддержки, ни понимания. Да, возможно, это неправильно, но девушка никак не могла избавиться от ощущения того, что навязывается к кому-то. Но с человеком, который сидит сейчас рядом и, кажется, понимает её, она хотела делиться всеми событиями в своей жизни.       Хах, судьба – сложная штука. Эльзе особо сейчас не до размышлений, и кто-кто, она точно не считает это каким-то предначертанием. Просто наконец-то нашла человека, который может ей помочь вылезти из болота серой жизни. Последнее время девушка просто в какой-то прострации. Не хочется никуда идти, общаться с кем-то из друзей. Душа чего-то желает, но чего – загадка. Даже ночной поход в клуб, в который друзья предложили сходить, чтобы расслабиться, вызывал только напряжение. В итоге, сбежала она оттуда через полтора часа, уже просто невынося всего этого. Может, она уже взрослеет? Может, становится серьёзней? Такое вполне возможно, но смысла в этом уже нет. Куда ей сейчас идти? Что делать дальше? Образование у неё только среднее, а без окончания института куда возьмут? Дворником работать? Слишком много вопросов, от которых голова разрывается.       — Послушай, у меня подруга сдаёт квартиру. Почему бы тебе не пожить там? — обдумав всё как следует, спросил Джек, вставая с места.       — Я не знаю. У меня осталось очень мало денег, сомневаюсь, что смогу оплатить съёмную квартиру, — поправляя волосы назад, и открывая вид на белоснежную шею, сказала девушка, наблюдая за парнем.       У неё остались какие-то накопления – с подработки и стипендии, ещё до того, как она на четвёртый курс перешла. Тогда у неё не было таких огромных проблем.       — Думаю, первое время я могу тебе помочь, — кивнув головой, сказал парень.       — Что, серьёзно? — уставившись на него как на дурака, спросила Элизабет. Сейчас он начал вызывать подозрения. Отведёт её куда-нибудь, и бабки-колдуньи приготовят из неё зелье для вечной молодости.       — А я на шутника похож? — подняв одну бровь и скрестив руки на груди, поинтересовался он.       — Ну, может, совсем чуточку? — с глупым выражением лица сказала Эльза, руками показывает «чуть-чуть». — И да, кстати, я до сих пор понятия не имею о том, как тебя зовут, — вставая с места, отряхиваясь и поднимая свою сумку с земли, произнесла девушка.       — Меня Джек Фрост зовут, — наблюдая за девушкой, произнёс парень слегка хриплым голосом. — Нам лучше поспешить. Иначе ты точно на улице останешься ночевать, — хмыкнув, поторопил он Эльзу.       Он уже шагал где-то впереди, пока Элизабет с кряхтением и пыхтением шла за ним, жалуясь на то, как же ей лень и вообще, можно же было посидеть ещё минуточек пятнадцать.