Монастырь Ан-Роват

Таун Ан-Роват Всё-таки вернуться домой — это счастье! Особенно вернуться с деньгами. Контракты выматывают и физически, и морально. На первой трети срока ещё ничего, а потом начинаются перепады настроения и обостряются страхи. Вдруг ребёнок родится с уродством? Нет, родители не откажутся от такого сына и обязательно оставят его себе, но бесплатно. Зато ты, получается, целый год потратила зря. А если мёртвый, то ещё и в биографию запись попадёт… Одна — ещё ничего, с каждой бывает. А вот две или три — считай клеймо «бракованная». Контракты давать будут, но только дешёвые. О богатых домах с полноценным уходом и магией можно забыть. Придётся в деревеньки ездить, где для носящих отдельная изба построена, которую самой убирать надо. Ладно летом, а зимой ещё и топить дровами. Волей-неволей помощницу возьмёшь, а это дополнительные расходы. Можешь хоть десять брать. Денег-то всё-равно конкретную сумму дадут, а там сама думай на что потратить. Хотя есть и такие, кому нравится по деревням ездить. Народ там простой живёт, к носящим с уважением относится. На улицу всегда можно выйти, по деревне пройтись — все кланяться будут. Оно понятно: один носящую обидит — вся деревня без детей останется. Во время контракта там все друг за другом в три глаза смотрят. У нас парочка опытных на такие контракты в одиночку ездят. Возьмут лекарский артефакт, лошадь, сумки с вещами и сопровождение до места. А там уже на попечение всей деревни переходят. Такие контракты по осени чаще всего бывают. До первых холодов, говорят, настоящий отдых. А мне больше по душе городские дома: купцы, чиновники, стража… На улице, правда, не особо погуляешь, но садик или парк всегда есть. И оплата в половину выше, и лекаря всегда приведут. Не надо только на артефакт надеяться. Каждый раз едешь — и каждый раз дочку ждёшь. За неё тебе монастырь сам двойную цену платит. Да и хочется повозиться с малышкой. Только мне не повезло пока. — Таун! — окликнула меня наша новенькая. — Таун, я поговорить с тобой хочу. — Нилай, ну что на этот раз? — вздохнула я, улыбнулась и, взяв за руку, повела к себе. Мне нравилась эта девчушка. Родом она из Ан-Дорай, что в западных лесах империи. Вот и носит его имя. Фамилий у нас нет, вместо них название монастыря, в котором мы родились. Так легче летописи вести и контракты подбирать. В самом монастыре имена редко повторяются. Даже если появятся одинаковые, то всегда различают: старшая, младшая. — Таун, в реестре две сотни магических контрактов. Дай мне один! — потребовала Нилай, прекрасно зная, что я вхожу в совет. — Нилай! Мы с тобой уже говорили об этом, — обняла я её и нежно провела рукой по щеке. — Говорили, — прищурилась Нилай. — Год назад, после чего ты тут же взяла контракт и сообщила мне об этом в последний момент. На это я только вздохнула. Что я могла ей ответить: «Я надеялась, что за этот год ты передумаешь? Найдёшь себе более достойную наставницу?» Нилай — магичка. Одна из пятидесяти семи в Ан-Роват. А я, хоть и с высоким статусом, но простая. — Нилай, тебе восемнадцать, — попыталась я образумить её. — Тебе ещё год можно жить на попечении монастыря. — Мне надоело, — нетерпеливо притопнула она ногой. — Я не хочу больше ютиться в общей спальне. Я хочу свои комнаты, а их можно получить только после первого ребёнка. Таун… — хитро прищурилась она. — Ты же поедешь моей наставницей? Ты только с контракта вернулась, а значит ещё как минимум полгода ничего взять не сможешь. — Хорошо, — сдалась я. — Я посмотрю, для тебя подходящий. Да, в общем реестре магических контрактов немало. Он у нас один общий на все монастыри. Обновляется ежедневно с помощью магии. Что-то забирают, что-то добавляется, какие-то идут со специальными пометками. Вот, например, морской граф Лотан с примечанием не брать монастырям Ан-Зор и Ан-Вилад. Слишком близкое родство носящих. Виконт Каитар, второй сын. Примечание: ребёнок младшего мужа. Читай — как будто первый, да ещё и с младшим возись. Такие никогда с первого раза сделать не могут — не встаёт у них. Но я не хочу отправлять Нилай на «старшего сына». Первые роды всё-таки. А к наследникам требований предъявляют куда больше, чем ко вторым сыновьям. Да и отцы уже учёные, а то такие кадры иногда попадаются! Матриарх из Ан-Шерда рассказывала, что когда она ещё контракты брала — к местному графу поехала. А там мальчишка, у которого год назад встал впервые. Так вот этот граф… это «чудо» у неё член искать принялся! И далеко отправлять тоже не хочу. Смена климата, непривычная еда могут сильно повлиять на организм, вплоть до выкидыша. Вот и остаётся выбирать из малого. Этот слишком беден… Да, набрал денег на контракт, но это половина трат. Кормить он нас чем будет? Кашей да супами? Носящей нужны овощи, фрукты, рыба, мясо, а не только варёная крупа. Если, конечно, родители здорового ребёнка хотят. Другой — раздолбай по жизни. Не даром пометка стоит: «почти деревня». Небось куры да собаки по дому, как по сараю ходят. Видали мы таких: вечно с кувшином вина в обнимку, да и слуг не дозовёшься. Нет, пусть кто другой берёт. Сумма неплохая — найдутся желающие. Пожалуй, вот! Баронет Виллар, тридцать два года, второй сын, с пожеланием прислать носящую не старше тридцати. А «не младше» не указано. Сам баронет — маг Жизни. Из-за чего стоимость контракта снижена. Правильно, такой сам будет отслеживать здоровье носящей и ребёнка — никакого артефакта не надо. Для Нилай — в самый раз! Перед ужином я отправила Нилай записку зайти ко мне вечером. На всякий случай застелила чистую постель, но накрыла её покрывалом. Не стоит демонстрировать мой интерес так явно. Захочет — останется. А нет — пусть другую наставницу ищет. Контракт я уже подтвердила, так что поедет она в любом случае. — Таун? — приоткрылась дверь моих апартаментов. — Скажи, что ты нашла мне контракт? — Нашла, заходи, — улыбнулась я и пригласила к столу. Сейчас, сразу после контракта, я могу себе позволить излишества. Не только монастырскую еду, но и покупную. Вино, сладости, привозные фрукты. Можно, конечно, шиковать всё время от контракта до контракта, ничего не откладывая на старость, но тогда и жить потом придётся на одну пенсию. А она напрямую зависит от количества и стоимости контрактов. Ведь платится она из фонда монастыря, куда идёт вторая половина денег за ребёнка. Теоретически, любая носящая может всю жизнь прожить на попечении монастыря, не родив ни одного ребёнка. Но одно дело, если носящая от рождения с пустым лоном. Они в архив идут работать, уборкой занимаются, стирают, за огородом да скотиной смотрят. Таких ни в чём не винят и никак не притесняют. Даже подарки иногда подкидывают с хорошего контракта. Совсем другое дело, если носящая может, но не хочет брать контракты. Её голодной не оставят — отрубной каши всегда дадут. И на улице она спать не будет — на лавку соломенный матрац кинут. Только от каждой в монастыре она будет упрёки слышать. Ни пенсии ей никакой не будет, ни лечения, ни ухода в старости. За что уважать ту, которая за общественный счёт живёт? — Ты специально для меня мёд купила? — смутилась Нилай, потому что знала — эту сладость я не переношу. — Побаловать тебя хотела. В общей столовой сладости только раз в неделю дают. — Я усадила Нилай за стол и взъерошила короткие волосы. — Пей чай, потом о контракте поговорим. Нилай не чай пила с мёдом, а мёд чаем запивала. И десяти минут не прошло, как плошка опустела. Ни булочек не взяла, ни творога. А губы сладкие, аж блестят от мёда. Хоть я и не люблю его, но тут не удержалась. Подошла сзади, наклонилась и облизала их языком. Нилай вздрогнула и тут же повисла на шее, не давая мне разогнуться. — Скажи, что будешь моей наставницей, Таун? — Далась я тебе старая? — притворно нахмурилась я. — Далась! Я тебя ещё девчонкой видела. Ты к нам в Ан-Дорай приезжала три года назад. Я после этого своей родительнице весь мозг склевала. До матриарха дошла, чтобы меня в Ан-Роват перевели. Ты же научишь меня всему? — Значит, не передумаешь с контрактом? — Нет. Мы теперь вместе ездить будем. Ты со мной наставницей, а я с тобой помощницей. Таун! Я упёртая, я же всё равно добьюсь своего! — Поняла уже, — усмехнулась я. — Тогда идём, — кивнула я в сторону спальни. — Про контракт тебе расскажу. — Когда? — прищурилась Нилай. — Через месяц поедешь. Тебя ещё подготовить надо. У тебя плева не порвана, и лоно не растянуто. А то будешь рыдать на первом контракте, так его вообще отменят. Или другую наставницу возьмёшь? — Вот ещё чего! — вскинулась Нилай, решительно поднялась из-за стола и сама потянула меня в спальню.