Персиковый Клыкастик

***

Утром Чонгук приходит в себя и морщится от боли в затёкших мышцах. Раны уже совсем не болят, но есть одна проблема: он очень голоден. Уже месяц ходит голодным и больше не может терпеть. Альфа держит его в плену и кормить тоже не собирается. Не хочется подохнуть тут, застыв в одной позе, словно статуя. Со вчерашнего дня охотник больше ни разу не заходил к нему, да и дома было тихо. Живёт один? Внезапно он вздрагивает от звонка в дверь, а потом и от чужого голоса. Кто-то пришёл, и если его увидят — тем более если это охотник, — то ему каюк. Чонгук решает молча отсидеться. Он был не в силах закричать, даже если бы и хотел. Юнги с утра пораньше решил приехать к другу. Альфа обычно в такое время уже не спит, а сегодня отдых, поэтому Мин надеется, что не побеспокоит его. Он ждёт ещё несколько секунд, после чего ему открывают дверь. Тэхён выходит к нему с растрёпанными волосами в белой футболке и чёрных штанах. Точно спал, судя по заспанному лицу. — Извини, не хотел разбудить. Альфа отходит в сторону, приглашая Юнги внутрь. Тэхён идёт в сторону кухни, а друг следит за ним и внимательно смотрит по сторонам. Мужчина включает чайник и присаживается за стол напротив Мина. — Что-то случилось? — Нет, с чего ты взял? — сохранив бесстрастное выражение лица, спросил Тэхён — Мне показалось, что твой голос вчера был тревожным… вот и подумал… Что за срочное дело было, что ты аж меня там одного оставил? — Расскажу как-нибудь в другой раз. Сейчас не хочу об этом говорить, — с трудом отвечает Тэ. — Минхён тебя быстро нашёл? — Ну, вообще-то, после того, как я понял значение твоих слов, ринулся за тобой, но так и не нашёл, а потом по пути встретил его. Сказал, что ты позвонил и попросил увезти меня. Так это… правда? Ты нашёл истинного? — спрашивает с опаской. Тэхён пристально смотрит на мужчину и думает, как бы правильней ответить, ведь рассказывать про вампира в подвале не хочется. Дело вовсе не в том, что он не доверяет Юнги, — просто пока сам в себе не уверен. Не знает, захочет оставить его или отпустить. — Я слышал запах, но упустил. Нет, не нашёл. — Как думаешь, он… вампир? — не хочется с утра пораньше портить настроение друга, но очень интересно. — Минхён вчера ночью позвонил мне, сказал, что охота была весьма трудной. Во-первых, из-за погоды, во-вторых, потому что их было много. Также вчера было немало потерь из бригады. Я же говорил, что Джин будет нам мешать. Говорить об истинном больше не хочется, поэтому сразу переводит тему. Утром он первым делом думал проведать омегу, но, пока валялся в кровати, пришёл Юнги. Ночью вовсе не смог спокойно заснуть, а теперь все его мысли там, с ним. — Ты в лесу говорил, что встретил его, — внезапно вспоминает Тэхён. — Да. Он вампир, — тяжело вздыхает. Ким видит, с какой грустью говорит альфа. Юнги — тот человек, который убивает их, а тут — на тебе — твой предназначенный тоже из их племени. Да и самому не лучше, ведь и ему достался вампир. — Я должен съездить в компанию, по пути думал забежать к тебе. Просто чтобы узнать, как ты. Вижу, всё в порядке, теперь я спокоен. — Чай? — спрашивает Тэ. — Нет, спасибо. Я уже позавтракал. Тэхён провожает альфу и возвращается обратно на кухню, налить себе зелёный чай. Персикового что-то больше не хочется, а спускаться в подвал — и подавно, но другого выхода нет. Сначала он принимает ванну, одевается, а после решает спускаться к вампиру. Чонгук, мягко говоря, выглядит хуёво. Будто стал ещё бледнее, чем вчера, и двигает только глазами, которые смотрят безжизненно. Губами потрескавшимися что-то пытается говорить, но не выходит. Альфа понимает, что тот умирает и, кажется, ещё один день не протянет. Он проклинает всё и, резко развернувшись, возвращается в дом. Снимает футболку, напяливает жгут, ставит миску, берёт нож и, удостоверившись, что опасные места не заденет, делает несколько неглубоких надрезов выше предплечья, сцеживая кровь. После он промывает раны, перевязывает бинтом, наливает кровь из миски в стакан и спускается обратно в подвал. Он не может смотреть на то, как умирает его истинный, даже будучи, блять, вампиром! Альфа осторожно берёт его за голову и подносит стакан к губам. Омега безвольно смотрит несколько секунд, после начинает пить. С каждым глотком течка только усиливается, а запах становится ярче. Чонгук облизывается и поднимает голову, с благодарностью смотря на альфу. Тэхён не может сам себе объяснить эмоции, которые сейчас пережил. Отвращение? Сожаление? Облегчение? Всё сплелось в один клубок. — Сколько времени ты не пил кровь? — интересуется он. — Я… ещё ни разу… — запинаясь, еле как отвечает Чон. — Ясно. Думаю, пока можно тебе помочь донорской кровью. На сколько тебе этого хватит? — хотя альфа прекрасно понимает, что одного стакана ему точно не хватит. — Я н-не знаю. Меня о-обратили месяц назад, но я до сих п-пор держусь, хотя это были последние с-силы. Тэхён внезапно вспоминает про своего друга Алекса, который работает в больнице. Он ходит к нему время от времени сдавать анализы, а иногда из-за ранений. Альфа возвращается к себе в комнату, берёт телефон и звонит ему. — Тэхён? Привет! Сколько лет, сколько зим. Ну да, альфа, если нет надобности в нём, не звонит, потому друг звонку удивляется. — Привет. Слушай, у меня есть к тебе серьёзная просьба. Буду благодарен, если сможешь помочь. — В чём угодно помогу, если смогу. Говори. — Мне нужна кровь. На том конце трубки мужчина замолкает. — Я правильно услышал? Тебе нужна кровь? Зачем? С тобой всё в порядке? — беспокойным голосом задаёт вопросы альфа. — Да-да! Мне нужно для кое-чего другого. Так сможешь помочь с донором? — спрашивает с надеждой. — Да, конечно, помогу. Имеет ли значение группа крови? — Нет, любая, и как можно скорее. — Окей, тогда я тебе перезвоню, как только получится.

***

Приближается вечер, а от Алекса всё ещё нет новостей. Конечно, дело нелёгкое — стырить кровь, учитывая, какую должность тот занимает. Тэхён сидит в гостиной и смотрит телевизор, но никак не вникает в суть передачи, что идёт по каналу, потому что задумывается о своём. Альфа думает о том, как хотел убить вампира, зная, что они — истинные. Вспоминает, как раненый омега хотел убежать от него, и как он во второй раз выстрелил в него. По глазам было видно, как Чонгук боялся его. Один из самых слабых вампиров. Тем временем Чонгук, немного утолив голод, тоже думает о Тэхёне. Почему альфа хотел его убить? Почему выстрелил, но в итоге оставил у себя? Может, ему вообще не нужна любовь вампира? А может, у него уже кто-то есть? Или же он слишком гордо носит своё звание охотника. Интересно, какой он? Сколько ему лет? Чтобы не морочить голову, Чонгук решает задать интересующие вопросы самому альфе, когда получится. Тэхён собирается дать омеге возможность хотя бы умыться, потому что тот всё ещё в ужасном состоянии, в грязной и рваной одежде. По крайней мере, вампир бессилен и не сможет напасть на него, да и Тэхён не промах. Альфа включает тёплую воду, зная, что тому температура нипочём, и наполняет ванну, а после направляется к парню. Чонгук всё ещё слабо двигается и не особо обращает внимание на истинного. Охотник сперва отцепляет ноги, после руки, но ослабший омега как сидел, так и сидит. Он берёт его на руки и выносит из подвала, сразу направляясь в сторону ванной комнаты. Альфа бесцеремонно разрывает рубашку — омега начинает слегка протестовать, но ему побоку, — затем снимает штаны, под которыми ничего нет, и погружает его, всего пропитанного смазкой и полностью голого, в тёплую и чистую воду. Омега пытается скрыть свои сокровенные места, на что Тэхён закатывает глаза, как будто их тела внешне как-то значительно отличаются. Он быстро моет его, как маленького, после чего одевает в одну из своих пижам — синюю клетчатую рубашку и такие же штаны. Домашний стиль. Даёт таблетку-блокатор. Неудивительно, что после ванны Чонгук чувствует себя лучше. Альфа замечает, что парень становится хоть немного похож на человека. Раскрасневшиеся, пухлые щёчки. Но в итоге снова возвращается с ним в подвал и сажает на цепь. Омега смотрит на него большими глазами, которые поменяли цвет с красного на ярко-золотистый. Успокоился? — Почему ты держишь меня в подвале? Я не нападаю на людей, — звучит даже обиженно как-то. — М-м… Ну да, вы нападаете только на кроликов и невинные, как белые пушистые облака, — саркастично говорит Тэ. — Ты ведь в курсе, что если я захочу сбежать, то эта цепь мне не преграда?! Мы истинные, будь со мной хоть чуточку повежливее. Я не сделал ничего плохого, чтобы заслужить твою ненависть! — начинает беситься. — А то, что ты вампир? — смотрит тяжёлым взглядом. — Я в этом не виноват! Я был обычным студентом, у которого были мечты. Таким же простым человеком, как и ты. Но вся моя жизнь разрушилась в один миг. Думаешь, я этого хотел? Чонгук снова вспоминает тот роковой день и не может сдержать слёзы. Почему всё так несправедливо? Сначала семья его выгнала и боялась его. Родители смотрели так, будто первый раз видели своего сына. А теперь истинный поступает так же. Не может отказаться от него, но в то же время и ненавидит его. — Скажи, что тебя останавливает? Только истинная связь между нами? Поверь, это того не стоит! Убей меня, или просто отпусти. За тебя это сделают другие охотники. Альфа резко подаётся вперёд и сильно сжимает челюсть омеги, хотя тот чувствует лишь лёгкую боль. Охотник в ярости и утробно рычит: — Никто не посмеет даже смотреть в твою сторону! Тэхён так яро держится за омегу. Он понимает, что любить его всей душой не сможет, но и отпустить — это самое последнее, о чём он думает. Несмотря на свои на ветер брошенные слова, которые недавно говорил другу, альфа не может поступить иначе. Омега тянет его к себе одним взглядом и запахом. Тем, какими глазами он смотрит на него. Но в глубине души он знает, а также сам замечает, что Чонгук боится его. От этого его внутренний альфа воет, просит обнять вампира, успокоить, пометить и сделать своим. Тэхён же упёртый и не будет делать так. Он подчиняется своему разуму и принципам, а не альфьей сущности. «Пускай повоет себе там и успокоится, в конце концов», — думает охотник, но он и понятия не имеет, насколько ошибается. Он отпускает его и смотрит всё таким же тяжёлым взглядом, дыхание учащается. Нежно проводит по потрескавшимся губам и видит два длинных клыка. Если обратить внимание и отключить на время свою ненависть к вампирам, то можно заметить, что его истинный красивый. Большие глаза, милые родинки, нежные красные губы, носик — просто кнопка, а запах сводит с ума. Это же надо такому жестокому человеку любить сладкие и нежные персики. Чёрные, как смоль, волосы, отросшие и закрывающие глаза. Надо будет как-нибудь подстричь. Альфа не может идти против самого же себя, против своих чувств. Он не может сказать, что любит этого клыкастика, но что-то всё же чувствует и по этой причине держит его здесь, как принцессу в башне. Хотя она, наверное, там жила намного лучше, чем омега здесь. В холодном подвале, на цепи, голодный. Надо было разрешить себя покусать, чтобы тот смог насытиться. Но альфе кажется, что все правила, которые он поставил себе, разрушит. Чонгук же первый раз так вблизи осматривает Тэхёна. Идеальный разрез глаз, на одном даже двойное веко, пухлые губы, ровный нос и родинка на его кончике. Волосы аккуратно уложены и зачёсаны назад, открывая лоб. Высокий, с накаченным телом и весь его. Этот идеальный альфа принадлежит только ему. Вот бы облизать его с ног до головы. «Чёртовая течка», — тут же ругает себя Чон. Тэхён молча встаёт и уходит, оставляя омегу одного, как обычно.

***