Дождливый день, или фортуна на моей стороне?

Бакуго взлетел довольно неожиданно для самого себя. Доверие к этой чертовой девчонке быстро выветривалось, и свежий воздух в макушках деревьев отрезвлял не хуже холодного потока воды. Но желание не прошло. Наоборот азарт распалился в геометрической прогрессии, что отдавала тонким араматом мазохизма, что Кацуки упорно игнорировал, не собираясь ложиться под эту мелочь. Очако не предпринимала попыток скинуть его на землю, но на всякий случай он держал руки на готове. Даже для самого себя было странно не ринуться стрелой вниз, а спокойно разрешать этой мелкой творить с собой все что душа пожелает. Своего рода нежный порыв чувств, от белобрысого. Хотя это лишь затишье перед бурей. Папочка ей ещё такое устроит, что она сломается настолько, насколько это возможно. Очако если честно собиралась его тут же опустить, но что-то, какое — то шестое чувство не отпускало напряжения. Что-то тут не так. Нет, с летающим в кронах деревьев, парнем было все нормально, просто это была своего рода отдышка перед новым раундом. Да и если честно говоря, в свои семнадцать она не очень понимала как можно добровольно раздвигать ноги перед каким-то человеком, да и тем более, что бы в тебя что-то вставляли! Она тут же покраснела от осознания, что «невинный» поцелуй Кацуки, вызвал такие пошлые мысли. И там на удивление, в её мозгах, уже далеко не было никаких войн или других их заигрываний. Девушка потеряла рассудок и контроль над своей причудой. Затуманеный взгляд и, стучавшее до ужаса громко в ушах, сердце не позволяло мыслить связано. Похоже этот придурок сделал это с ней, хотя другая часть её мозгов просто орала благим матом, что это всего лишь адекватное сексуальное влечение подростка с гормонами. И тут она услышала тихий шорох около себя. Резко дернувшись, пытаясь отстраниться, от так тихо приземлившегося рядом взрывного парня, она попыталась закричать на него. Так теперь вся игра ушла на второй план перед страхом будущего. Она просто не представляла, что может произойти дальше. Но её грубо притянули к груди, ладонью закрывая рот. Никаких романтических отголосков в движениях Бакуго не было. И это напугало. На долю секунды она решила, что он её сейчас изнасилует, прямо тут, в лесу, но он лишь наклонился к её уху и горячими губами докосаясь ушка, ядовито прошипел: –Дерьмоволосый… И тут же снова как будто в мозгу все поехало, как какая-то дверь — вертушка, уводя прежние мысли и вываливая новые. Новый уровень страха пронзил её одновременно с мыслью «Заметили!» Руки тут же потянулись к ладони парня, которая до сих пор накрывала губы. Надо скорее вырваться и свалить подальше. Но тут к её удивлению Кацуки прошептал такое, что она подавилась воздухом: — Кто первый поймает этого ублюдка, до того, как он дойдёт до базы лагеря, сможет загадать любое желание проигравшему. И тут же сорвавшись с места, парень тихо, но быстро передвигаясь по земле, не выдавая своего направления, отправился в сторону к жилым постройкам их начала приключений. Сразу опомнившись, она взяла пример с Бакуго и тоже дёрнулась с места. И вот уже она слышит взрывы, а что это значит? Это значит что там находится Киришима, и значит, что она должна помешать Кацуки. Обнулив свой вес, она быстро прибежала на место ЧП. Когда она в прямом смысле вылетела на поляну, которая на удивление была очень далека от лагеря, она увидела два валяющихся на земле парня, которые дралися похоже не на жизнь, а на смерть. Было видно, что Киришима уже начал сдаваться, судя по тому, что он просто лежал на земле полностью затвердев, пока Кацуки дубасил его по голове руками и ногами. Урарака на это лишь закатила глаза. Два идиота. Она кашлянула, показывая свое присутствие. Резко остановившись, белобрысый обернулся на неё как и Эйджиро. Последний увидев девушку, тут же скривил несчастную рожу и прошептал моление о помощи. Быстро дернувшись в сторону Очако, Кацуки облегчил захват красноволосого. Увернувшись от атаки взрывного, она схватила порядком избитого Эйджиро и прыгнула с ним ввысь, скрываясь от орущего и злого Бакуго в листве деревьев. Спустя минут пятнадцать они ушли в глубокую чащу леса, где в прошлом году был как раз таки самый разгар битвы с лигой. Вот и плато на котором дрался Деку с тем мясным ублюдком. Урарака отменила причуду только тогда, когда дотащила придурка — парня именно туда. Если ей и Ииде, Изуку показывал сюда путь, то точно не Кацуки. Да и тот сам не очень то и горел желанием туда идти тогда. Солнца уже не было и в помине, и лишь луна освещали одноклассников. Киришима, наконец отдышавшись от гонки на пару с шатенкой, встал и, улыбнувшись своей яркой улыбкой, проговорил: — Спасибо, Урарака! Что бы я делал без тебя. Бакубро пытался заставить меня сказать какую-то ерунду, что меня поймали, но я так и испугался, когда увидела вас там… Ой.! Извини меня пожалуйста Урарака! — парень согнулся в поклон, на угол в девяносто градусов, и, сложив руки в молящем жесте, плаксиво глянул на сидевшую на откосе девушку. Минуты молчания были мучительны. Парень скосил глаза в направлении Очако и увидел, что она медленно поворачивается к нему. –Урарака-сан?.. С т-тобой всё в порядке? — нервно и медленно отходя от девушки, до него начало медленно доходить. — Скажи, что я тебя поймала, пожалуйста, — Уравити была похожа на умоляещего наркомана о порции новых доз. Эйджиро теперь всерьез задумался о том, что они себе придумали блять? — Хэй, да ладно тебе! Что за игру ты устроила с Бакубро? — красноволосого очень рассмешил эта реакция девушки, он уже оклемался от нападения Кацуки и теперь на его лице блуждала игривая ухмылка. Очако же, увидев, что мольбы не действуют, недовольно закатила глаза. До этого сидевшая на краю скалы, она медленно поднялась, не забыв оттряхнуть с колен невидимые пылинки. — Ццц… Десять… Нееее пятнадцать, да думаю справится… — бормоча под нос девушка, как-то откровенно разглядывал Киришима, у которого от её взгляда холодный пот градом катился по спине. — Эээй, Урарака! Что это за странные взгляды? Заразилась от Бакубро?! Что…!!!? Что ты там бормочешь я не слыш… Договорить крашенному не дали. Его быстрым и точным движением уложили на лопатки. Всё-таки стажировки у героев, обладающих боевыми исскуствами, не прошли даром. С рваным выдохом он еле успел укрепить голову, сильно ударившись о камни. Она стояла, зажав ногами его ребра, нависая над ним. Эйджиро попытался скосить глаза на шатенку, но долго этого делать не пришлось, лицо Очако тут же оказалось в нескольких сантиметрах от его. Его губ коснулось горячее дыхание, но момент о котором парень мечтал всю жизнь с хоть какой-нибудь девушкой сейчас просто напросто ужасал и хотелось как можно бальше оказаться от этих сщуренных глаз и жуткой ухмылки. От кого только эта девочка такого понабралась?! Даже у Кацуки улыбки были приторно — нежные по сравнению с этим жутким оскалом. Или они выдумали что-то новенькое? Киришима уже жалел, что застал этих двух. Её губы зашевелились и жар на лице стал таким, что казалось, будто он горит заживо. Ну или такое действие оказывали её слова. — Сюда голову поднял, — резкое движение и её милые пухлые пальчики зажали его подбородок с такой силой, что он нервно сглотнул, — Если ты сейчас не скажешь, что я тебя поймала, то конечно, тебе ничего не будет. — её вторая рука, которая до этого находилась в кармане, потянулась к его волосам, — Но лучше сделай мне приятное и скажи это. Парень, которого тянули за патлы вверх ближе к ее лицу инстинктивно подался вперёд, но его тут же ногой в печатали обратно в камни. Теперь он был прочно зафиксирован. Одна рука на подборотке. Вторая же где-то глубоко в крашенных волосах. Правая нога находилась на плече и, мягко говоря, неприятно вдавиливала ещё сильнее в острые камни. Кто из этих двух ещё хуже, Эйджиро затруднялся ответить. — Урарака-сан! Пожалуйста отпусти. Как только он появиться тут же скажу это! Кареглазая недоверчиво оглядела его лицо, проверяя не в сговоре ли тот с Кацуки. Убедившись в том, что нет, она одобритаельно кивнула и мило улыбаясь проговорила. — Это хорошо, Киришим- кун, рада, что ты принял верное решение. Но для под страховки… — она на секунду как будто замялась, обдумываю свою мысль, — Думаю да! Полёта не много, хорошо? С этими словами она с лёгкостью толкнула парня со скалы и тот без любого доступа к хоть какой-нибудь точке опоры, завис в воздухе.

Кацуки в этой паре, был определённо пушистой принцессой

***

Когда Бакуго выбежал на скалу, он увидел парящего над пропастью Киришиму и сидящую, свесив ноги с обрыва, Очако. Услышав шорох, шатенка обернулась и, улыбнувшись милой улыбкой, помахал ему. — О! Я почти угадала! Тринадцать минут, — тут она обернулась к дерьмоволосому, — Хэй, Эйджиро-кун, твоя очередь блистать! Парень встрепенулся и кое — как развернувшись, то и дело болтая руками и ногами, испуганно заорал: — Бакубро! Она меня поймала! Всё, я все сказал! Урарака, блять, отпусти меня! Белобрысый выпал в осадок. Киришима никогда не матерился. Никогда. Что же она с ним сделала, раз тот так орёт?! Кареглазая же недовольно хмурилась. Ей определённо не понравилась такая выходка Киришимы. На лице всплыла задумчивая улыбка, Кацуки сразу понял, что у той на уме. Эта улыбка появлялась каждый раз, когда девушка замышляла какую нибудь пакость. Только скорее не пакость… А пиздец. Смотря красноволосому прямо в глаза, Урарака сомкнула пальцы. Киришима Эйджиро полетел в пропасть.