Бывший — нынешний босс

У Хёри в животе бабочки порхают от переизбытка эмоций — казалось бы, за день она уже должна была свыкнуться с мыслью про то, что она теперь работает у Хёнджина, тем более с учетом того, что она ночью очень поздно легла спать, всё обдумывая и обдумывая это. Но нет. Она не привыкла. У неё сердце в пятки уходит, когда лифт перед ней открывается на нужном этаже и её взору представляется рабочая атмосфера в офисе. Цепляя на губы улыбку, она ровным шагом проходит, по пути кивая сотрудникам, с которыми вчера успела немного познакомиться благодаря Минджу. Да и не только с коллегами, но и с правилами она познакомиться успела, своими обязанностями, которые, благо, не так много в отличие у той же Черен — новой секретарши Ли Минхо. Потому что так называемый «начальник» Хёри, как оказывается, и вправду на работу толком не приходит, и очень-очень редко участвует на совещаниях или мероприятиях. Это только на руку Хёри не только в плане её немного ленивой натуры, но и в плане того, что Хван Хёнджина она не будет часто видеть и мучить себя морально. И она сейчас даже надеется, что он и сегодня на работу не приехал. Но увы, он приехал. Хёри видит Хёнджина рядом с его кабинетом, который по телефону с кем-то разговаривал и направлялся куда-то, но заметив её прямо напротив себя, остановился. — Ладно, я иду уже, — говорит он Минхо, который позвонил, чтобы к себе позвать, и сбрасывает на этих словах вызов. — Привет, — обращается Хван уже к своей новой секретарше, и улыбается, отчего она даже теряется на мгновение. Руками свою сумочку сжимает, и тоже пытается натянуть на губы улыбку, ну так, ради вежливости и признака того, что она реально решила забыть о старых обидах. — Добрый день, Господин Хван, — ладно, это уже перебор. Но ничего теперь не исправишь, и поэтому Хёри по-прежнему продолжает улыбаться, будто ничего такого не сказала и вообще все под её контролем. От её обращения Хёнджин брови вскидывает, явно не ожидая, что она так быстро привыкнет к новым изменениям. Очень-очень быстро начнет свои отношения с ним с чистого листа. Но всё же, ничего не говорит и, кивнув, продолжает свой путь в направлении кабинета Минхо. — Я сейчас вернусь, а пока подожди меня в моем кабинете, — говорит он проходя мимо неё, и как только он уходит, то улыбка спадает с лица Хёри. Что? Подождать в его кабинете? Чего ждать? Хёри раздраженно цокает, ибо желания говорить с ним в его кабинете совсем нет. Пусть и, скорее всего, о работе. Но все же собирает свои мысли в кучу, ведь она сама на это подписалась. И поэтому, выдохнув шумно, направляется к своему рабочему месту, чтобы для начала снять пиджак и оставить сумку, а потом уже подождать в кабинете «Господина Хвана».

***

У Хёри в животе некий узелок стягивается от этого аромата духов в кабинете — Хёнджин любил такие не слишком горькие, неуловимо-приятные запахи ещё со школы. И Хёри тоже любила, особенно в те моменты, когда обнимала его крепко, утыкаясь в его грудь во время просмотров совместных фильмов по выходным. И Хёри тут же головой качает, чтобы отогнать эти ненужные воспоминания. Брови хмурит, и осматривает его кожаное кресло, а потом взгляд на настенные часы переводит. Ну и где он? И тут же, будто читая её мысли, в кабинет наконец заходит Хёнджин. — Так, на чем мы остановились? — спрашивает он и проходит к своему месту, а Хёри сильнее в диван сжимается. — На приветствии, — отвечает она, кусая свои губы и надеясь, что он реально работу обсудить пригласил к себе. Хотя, для чего же ещё? Он же обещал, что не будет доставать прошлым. Услышав её колкий ответ, Хёнджин усмехается под свой нос. Впрочем, он рад, что эту свою черту она всё ещё сохранили при себе. А ещё, она выросла. Это да. Он даже семь месяцев назад подметил эту деталь в мыслях на вечеринке Джисона, потому что немного «детская» припухлость исчезла, да и стиль в одежде изменился. Особенно эти изменения заметны сейчас, когда на ней строгий деловой костюм и собранные в хвост волосы. Она стала… сексуальнее, можно сказать. Хёнджин кашляет тихо, чтобы собраться блять, а не пугать девушку своим изучающим взглядом, и опустив голову, смотрит на свои руки. — Давай, пожалуй, начнем, — проговаривает он, а Хёри лишь кивает, хоть и не понимает, чего надо начать. Но все равно хочет поскорее уйти отсюда, потому что от этого молчания становится как-то неловко. И вообще, ей не по себе рядом с ним, ведь в конце концов, она не робот, чтобы спокойно реагировать на своего бывшего парня в лице нового начальника. Тем более, если учесть, как много они раньше пережили вместе. Её первый поцелуй, первый раз, первая настоящая любовь. А ещё, его многочисленные измены. — Я не часто прихожу на работу, но у меня всё же есть условия. Первое: не говори мне о незначительных совещаниях. Чаще всего значительны совещания это те, в которых участвует Господин Ыну — Минджу тебе расскажет, кто он, — и Хёри тут же облегченно вздыхает, понимая, что он всего лишь, и вправду, работу обсудить хочет. — Второе: старайся по-минимуму звонить мне, когда я вне работы. Я обычно бываю очень занятым в гараже. И кстати, да, ты должна взять мой номер, — продолжает говорить он, а Хёри несколько раз прокручивает в голове слово «гараж». Всё же не выдерживает, и перебивает его: — Занят в гараже? Всё ещё машинами увлекаешься? — и тут же блять свой язык кусает, мысленно чертыхаясь на чем свет стоит за свой неконтролируемый интерес, который так подставил её сейчас. Говорила ему, чтобы он не упоминал о прошлом, и вообще ставила условие, чтобы они вели себя, как незнакомые новые коллеги. Но сама же первой свое условие и нарушила. А Хёнджин на секунду от этого вопроса замирает и тупо на неё смотрит, приоткрыв рот. Совсем такого не ожидает. А потом горло прочищает, и ослабив галстук, взгляд в сторону отводит и проговаривает короткое: — Да, — а на деле на языке столько слов вертится. Ей это так интересно, что она собственное условие нарушила? Она до сих пор помнит про его увлечения? Но Хёнджин решает не озвучить ни одну из них и закрыть эти воспоминания о прошлом, тем более от того, что Хёри такой злой на саму себя выглядит, краснея жутко и губы поджимая. И это так… глупо. Они настолько в ужасные отношения скатились, что малейшее упоминание о прошлом вызывают такие отрицательные чувства в ней. И все по его вине. — Так, давай я запишу твой номер, — переводит он тему, чтобы отогнать неловкость, и тянется к своему телефону на столе. А Хёри же коротко головой кивает, и хочет быстрее закончить эту утреннюю встречу в его кабинете. Тут все на неё давит. Он давит.

***

Хёри понемногу привыкает к этому своему удобному креслу прямо напротив кабинета Хёнджина. Она кулаком щеку потирает и лениво осматривает свой маникюр, не зная даже, что делать, потому что Хёнджин оказывается реально не врал насчет того, что он не очень много работает в компании. Если босс не работает, то что говорить вообще о его секретарше? Однако, не сказать бы, что эта ситуация её не устраивает хотя бы потому, что ей не придется часто его видеть, и поддаваться безвольно воспоминаниям и, боже упаси, озвучать их рядом с ним, как утром. Но ей и вправду интересно стало после его слов про гараж! Вспомнились былые времена — та самая красная машина, название которой она даже не запомнила из-за своей незаинтересованности во всей этой теме, но она прекрасно запомнила его горячие прикосновения к своему телу на капоте этой машины в гараже. Страстные поцелуи, засосы, которых она потом дома тщательно замазала, чтобы никто не увидел, и остывший кофе на столе с инструментами, который она по дороге к нему захватила из кафе, когда услышала, что он снова застрял в своем гараже... — Кхм, девушка, — вдруг Хёри вздрагивает, когда её от мыслей отрывает какой-то голос, который звучит совсем рядом. Резко глаза поднимает и натыкается на молодую женщину, которая стояла рядом с её столом, и видимо, уже не раз к ней обращалась, но она совершенно внимание не обратила благодаря тому, что утонула в своих мыслях. В таких блять стыдных мыслях, из-за которых у неё все лицо горит, и даже голос дрожит немного когда она переспрашивает: — Д-да?.. — Хёри в себя пытается придти, кашляет тихо в кулак и акцентирует во свое внимание на ней. Немного удивляется, наконец заметив, как эта женщина красива — слишком нетипичные для азиатки, округлые формы, которых она не стесняется и подчеркивает глубоким декольте и обтягивающим платьем; кричащий алый цвет на губах и большие кошачьи глаза. Она настолько красива, что даже у Хёри дыхание затаивается и она сильнее теряется. — А Господин Хван у себя в кабинете? Свободен? — спрашивает она, прокручивая пальцем одной руки свой локон, а другой рукой документы к груди прижимая. Не знает, на самом деле, зачем ей вообще надо было сначала у новой секретарши разрешение спросить, ведь раньше она спокойно к Хёнджину заходила — но раз Минджу приказала, то что поделать. А Хёри же понимает наконец, чего от неё хотят, и вспоминает, что, между прочим, она тут не для украшения интерьера сидит и деньги получает. Быстро взгляд на сегодняшнее расписание своего начальника опускает, а потом кивает, поняв, что у него совещание только через два часа. — Я сообщу ему про Вас, — и хочет бы к рабочему телефону потянуться, ведь мало ли, а вдруг Хёнджин не желает видеть эту женщину, хоть и свободен сейчас в своем кабинете, но она прерывает Хёри: — Не нужно, зай, если он в своем кабинете, то он в любом случае впустит меня, — улыбается она шире, и уверенно разворачивается, цокая каблуком к кабинету Хёнджина, пока Хёри хмурится, чувствуя как восхищение красотой этой незнакомки отходит на второе место, уступая неприятному послевкусию после этого надменного «зай». Это прозвучало ни разу не мило и дружелюбно. Да и такая самоуверенность уже напоминает наглость. Но Хёри решает забить на это и отводит взгляд от двери кабинета Хёнджина, которая хлопается за спиной у женщины. Старается не думать — даже ради интереса — почему Хёнджин впустил бы её «в любом случае».

***

За время, пока та девушка находится в кабинете Хёнджина, Хёри успела с несколькими коллегами познакомиться и пообщаться, помочь Минджу донести документы до стола, да даже свой новый маникюр до каждого дюйма рассмотреть. Хёри вздыхает шумно и поднимает ленивый взгляд на дверь своего начальника. Почти час с чем-то ни та девушка, ни Хёнджин из кабинета не выходят, и Хёри знать не знает, почему её это так… угнетает что ли? Ну устала она ждать, и сама не зная, чего именно. Да и скоро совещание у Хёнджина должно начаться. Неужели они планируют весь день там проторчать? И будто её мысли читая, дверь наконец неожиданно открывается, отчего Хёри вздрагивает и сразу же выпрямляется. Видит, как та особа, смеясь, выходит из кабинета, а за ней и Хёнджин, поддерживая с ней разговор. — Серьезно, Джуи, ты должна признаться уже себе в этом, — с улыбкой тянет Хёнджин и волосы взъерошивает, бросая короткий взгляд на Хёри, отчего она почему-то сразу глаза опускает и делает вид, что занимается чем-то важным у себя на столе. — Ну Господин Хван, я реально все правильно написала, — обидчиво тянет та, которую по всей видимости зовут Джуи. Глазками хлопает и губы надувает, а потом, посмеявшись, как бы невзначай кладет руку на его плечо. — За что Вы так строги ко мне? — Иди, Джуи. Иди и правильно перепиши все, а потом покажи Минхо, — хоть Хёнджин и говорит с веселым тоном, но в одну секунду кажется, что он хочет уже побыстрее избавиться от её общения. Даже игриво как-то её подталкивает от себя, но Джуи ни капли не обижается на это, а наоборот, еще сильнее смеется, и все же да уходит, азартно фыркнув под конец. Хёри от этой сцены, за которой она исподлобья, максимум незаметно наблюдала, пальцами по столу стучит и глаза закатывает от нелепости. А потом теряется, когда Хёнджин снова на неё смотрит, и вздохнув шумно, уже к ней направляется. — Хёри, — тянет он её имя и останавливается прямо напротив её стола, отчего Хёри сильнее в свое кресло сжимается и поднимает на него вопросительный взгляд. Удивляется, узрев, что Хёнджин сейчас выглядит очень и очень серьезным, немного даже раздраженным и усталым, чем минутой ранее. — Я, конечно, сам сказал, что ты особо работать не будешь в связи с тем, что я не активный как Минхо, но это не значит, что ты работать не будешь вообще. — Эм… Что я сделала не так?.. — тянет Хёри и глаза распахивает, поняв, что её в прямом смысле этого слова отчитывают. — Впредь, прежде чем пускать ко мне людей, будь добра и спроси у меня или хотя бы в известность вставь, — говорит Хёнджин, реально усталый от всего этого. На самом деле, плюс в своей секретарши заключается не только в том, что это Ли Хёри, но и в том, что она может хотя бы немного оградить его от назойливых людей. Особенно от Джуи, которая в течение длительного времени все старается привлечь его внимание, как будто специально допуская глупые ошибки в своих отчетах, чтобы вот так вот нагло просидеть в его кабинете. Хёнджин даже не жаловался бы, если бы он его главным начальником был — но нет, с какого-то черта она всегда путает дорогу к кабинету Минхо и к кабинету Хёнджина, каждый раз придумывая глупые оправдания в виде занятости первого. Да и не удивительно то, что молодые сотрудницы так ищут возможность встретиться с Хёнджином — он красивый сам по себе, богатый, и в отличие от Минхо, у которого невеста уже есть, абсолютно свободный. Удивительно то, что даже с наличием его секретарши они умудряются нагло в его кабинет вырываться. А Хёри же еще больше теряется и глаза опускает. Ей не по себе становится, потому что тон голос Хёнджина таким раздраженным и отчитывающим кажется — Хёри в принципе теряется, когда её отчитывают, тем более если на первый же день в работе. — Я хотела поставить те… Вас в известность, но она мне помешала и сказала, что Вы все равно впустите её, — кусает Хёри губы и уже увереннее на него взгляд поднимает. Вспоминает, что в конце концов он же не только её начальник. Но и бывший парень-козел. Почему она должна теряться от его ругани? Тем более, он же сам, судя по всему, дает такую уверенность Джуи, раз так мило кувыркается с ней, как недавно. А Хёнджин же понимает, что чутка перегнул со своим тоном и высказываниями, увидев недобрые искорки в её глазах. Просто устал от часовой болтовни Джуи, вот и сорвался на Хёри. — Окей, Хёри, но будь добра, кто бы что там не говорил, спроси у меня для начала, — уже мягче просит он и взъерошив свои волосы, снова цепляет на губы улыбку, но уже искреннюю. — Ты обедала? — переводит он тему на более приятную, и упирается одной рукой на её стол, немного наклоняясь, отчего она губы сильнее кусает и немного назад поддается, сжавшись в кресло. Вздыхает шумно, уже ярче ощущая его приятный, пробирающийся до мурашек аромат, и не понимает причину его вопроса. — Нет, — проговаривает и прямо в его глаза смотрит, выжидая дальнейших слов. — Я тоже, — тянет он неловко и губы облизывает, будто набираясь уверенности сказать основную мысль. — У нас в столовой подают ахуенный чай… Могу ли я угостить тебя?.. — И Хёри тут же воздухом давится от такой наглости. Он уж слишком сильно забывается! Неужели думает, что она согласится с ним пообедать? Да, конечно она сама предложила ему вести себя, как ни в чем не бывало и забыть о прошлом, но не до такой же степени забыть, чтобы наглость иметь вообще ляпнуть такое! — Простите, Господин Хван, но я хотела бы пообедать со своими новыми коллегами и получше с ними познакомиться. Да и думаю, у Вас нет времени для чаепития, потому что у Вас по расписанию скоро начнется совещание, — старается выглядеть Хёри как можно невозмутимой, хоть внутри и лопнуть от негодования готова. Руки в кулачки сжимает, и выдохнув полной грудью, устремляет тяжелый взгляд прямо в его глаза, отчего тот задумывается. — У меня есть еще некоторое время для совещание, да и ты вполне можешь после познакомиться со своими коллегами, вот я и захотел тебя угостить в первый рабочий день, исключительно как твой босс. Но я конечно пойму, если ты еще не готова к таким банальным посиделкам в работе со мной, — пожимает он плечами, специально над её смелостью и уверенностью издевается своим последним предложением, ведь реально, если они хотят работать вместе в дальнейшем, то должны привыкнуть друг к другу в роли коллег. Избегая, как она, проблему не решишь же. Да и глупо и бессмысленно избегать своего же босса. А Хёри же еще сильнее возмущается от его провокации, но все равно решает не проиграть ему и, сохраняя всю ту же невозмутимость, говорит: — Я просто побеспокоилась, как бы Вы на совещание не опоздали, но раз уж Вы утверждаете, что есть еще время, то и я причин отказать своему боссу на его предложение угостить меня обедом не вижу, — уверенно говорит, уже сейчас понимая, что пожалеет после на свою чрезмерную смелость, снова вызванную манипуляциями Хёнджина. Но плевать. В данный момент она только Хёнджина хочет заставить пожалеть за свою уверенность.

***

Хёри свои локоны за ухо заправляет и краем глаз осматривает столовую компании — и не скажешь, что столовая, точно какой-то изысканный ресторан напоминает. Но её особое внимание ни интересный интерьер привлекает, даже ни уже знакомые коллеги, с которыми она кивком головой и улыбкой здоровается, а сидящий напротив и попивающий свой чай босс. Вилкой в салат тыкает и губы поджимает, периодически смотря на него исподлобья, пока он о чем-то своем думает. Оба молчат, и Хёри на секунду даже кажется, что Хёнджин реально, просто от чистой души хотел угостить её исключительно как новый начальник. С такими темпами, быть может, вся эта затея реально пойдет им на пользу двигаться дальше? — Тут еще и очень вкусные кексы делают, может, закажем? — начинает Хёнджин разговор, снова ни о чем, что не может не радовать Хёри, которая думала, что этот обед окажется для неё пыткой воспоминаниями и упоминаниями о прошлом. Вот бы он всегда так вел себя с ней. Так… обычно. Как с прохожим, работником, коллегой, знакомым — да с кем угодно, только не с «его малышкой Ри-Ри». — Нет, не стоит, — отказывается Хёри, душа которой в данный момент вот совсем сладкое не просит. — Зря, тут они такие же, как и в кафе «Хаын» около нашей школы. Ты ведь любила их, — как бы невзначай подмечает Хёнджин, чтобы просто вкус десерта сравнить, до конца даже не думая, как Хёри отреагирует на это. А реагирует она уже не добродушно. На миг на месте замирает, пока сердце с грохотом вниз падает от того, что снова блять, снова Хёнджин все разрушил. Вот нужно же ему было упоминать то кафе! Хёри, реально, изо всех сил старается не обратить на это внимание и зациклиться только на теме кексов, но какие к черту кексы, если кафе «Хаын» — то самое место, где произошло их первое свидание. И последующие свидании в связи с тем, что Хёри реально понравился не только милый интерьер внутри, но и десерты. А еще там произошла одна их ссора из многочисленных, после которых она возненавидела то кафе и тот вкус грёбаных кексов. — Ты про то кафе, в котором ты, находясь на свидании со мной, отошел в «уборную» и успел вернуться с номером одной красивой официантки? Спасибо, теперь я никогда в жизни эти кексы в столовой не закажу, если их вкус напоминает тот самый вкус горечи от наглого предательства, — Хёри не может себя контролировать и не сказать эти слова, потому что она до сих пор помнит, как ей было больно от его взглядов в сторону той девушки и его футболки, который весь пропах душными, чужими духами за те десять минут, что он отошел оставив её совершенно одну за столом. Хёри даже не было бы больно так сильно, если бы, быть может, Хёнджин хоть немного совести имел флиртовать с другой не вовремя их же свидания. И совершенно уж точно Хёри сейчас даже рот бы не открыла, если бы Хёнджин несколько лет назад сам же не превратил её любимый вкус кексов в самый ненавистный. А Хёнджин же понимает наконец, что облажался, вообще заикнувшись про то кафе. Но у него реально задних мыслей не было, он говорил просто про кексы! Чертыхнувшись, Хёнджин хмурится и наблюдает за тем, как лицо Хёри мрачнеет с каждой секундой. В одно мгновение и ему паршиво становится от её слов и воспоминаний. Каким же придурком он был в конце концов… Блять. — Я был ребенком, Хёри. Да, ты была младше меня, но я все равно был глупее и не имел серьезных взглядов на мир и думал, что все в мире мне дозволено и простительно, потому что вырос так. Сломал игрушечную машинку? Куплю новый. Сломал отношения с девушкой? Ничего, заведу новые, даже две, — он реально не планировал начать этот разговор, вообще сказать ей, какой точкой зрения придерживался в школьные годы. Он, черт возьми, даже не извинился перед ней должным образом, и сейчас совершенно уж точно поздно этого делать, но он хочет хотя бы немного смягчить ей эти ощущения от воспоминаний. — А что сейчас изменилось в тебе? — сузит глаза Хёри и голову набок наклоняет, стараясь отогнать дрожь в голосе от кома, который огромным куском застрял в её горле от того, что простые разговоры о кексах превратились в это. Глупо было вообще полагать, что этот обед обойдется без дерьма. — Я повзрослел, — отвечает Хёнджин без раздумий, имея в виду не только возраст. Человек в течении всей жизни много раз меняет взгляды на мир и мышления, а болезнь отца, с которым он никогда-то и близок не был, как ни странно, дал главный толчок Хёнджину. В один момент он задумался о том, что жизнь никому ничего не прощает, и что нужно перестать смотреть на неё, только как на игру. Да и окружение его сильно изменилось во время учебы в университете. Хёри просто была в его жизни в не тот период — Хёнджин поклясться готов, что очень многое изменил бы, если бы она ворвалась в его жизнь именно сейчас. — Да, Господин Хван, вы повзрослели и уже не свободный школьник, который может долго просидеть в столовой. Через пять минут у Вас начнется совещание, — переводит Хёри неожиданно тему, взглянув на наручные часы, и стараясь особо не смотреть ему в глаза, чтобы не выдать свои настоящие эмоции от этого разговора, с места встает. Направляется прочь из проклятой столовой, игнорируя его оклик, потому что да, он был прав — она еще не готова к таким «банальным посиделкам со своим начальником». Потому что этот начальник в школьные времена не просто отношения с девушкой сломал, ссылаясь на то, что заведет новые две. Он саму эту девушку сломал. И это уж точно не исправишь обычным «повзрослел».