Всегда ложитесь спать вовремя

Бывшим бойцам Демонической армии и безжалостным кровопийцам предстояло провести под одной крышей ещё ночь. Ещё целую ночь они должны были осматриваться и бояться, что вот-вот вампирам надоест дурачиться и они пойдут в атаку. После спасения Ферида Батори такое вполне могло случиться: едва ли тот со своим верным соратником Кроули в самом деле пожелал бы выручать королеву из беды. Особенной преданностью по отношению к ней ни тот, ни другой никогда не страдали; сказать то же самое о Микаэле едва ли повернулся бы язык, хотя именно Крул Цепеш его в своё время спасла и даже возвысила. — Слушайте, — с серьёзным видом предостерёг всех Глен, когда наступление закончилось и все бойцы собрались кругом него, — на этот раз я вас всех предупреждаю: будете идиотами и откроете спину — пеняйте на себя же. Вы просто не знаете, с кем мы связались. — Ну да, — высказалась Мито, — ты это знаешь намного лучше нас, Глен. Почему бы тебе не объяснить, как и когда ты познакомился с таким беспощадным убийцей, как этот… — Мито! — властно осадил её Глен. — Я же сказал, мне пришлось с ним связаться. И порвать эту связь я не могу. Просто не могу. — Но если бы ты нам об этом рассказал, то мы могли бы… — Я уже сказал, вы не можете помочь, — серьёзно заключил Глен. — Поэтому давайте ещё раз прогоним пластинку насчет правил безопасности. Шиноа! Та тут же отвернулась от Ёичи, с которым беззаботно болтала, и весело спросила: — Да? — Первое правило, — Глен наставил на неё указательный палец. — Держаться группками, — спокойно и рассудительно заявила Шиноа, — по ночам никуда не выходить в одиночку. — Стоп, — поднял руку Ю, — а как же туалет? — Потерпишь, — процедил Глен сквозь зубы. Ю не замедлил возмутиться. — А? Что за фигня? В смысле «потерпишь»? — Поймёшь, что не выдерживаешь — пруди в окно, — разрешил Глен, — всё равно все цветы под ним давно уже сдохли. Итак… — Нет, в смысле, я не понял! — продолжал бушевать Ю. — Ты же не хочешь сказать, что мы должны… — Именно это я и хочу сказать, а если не заткнёшься, то получишь по башке, раз так до тебя доходит лучше! — гаркнул Глен. — Итак, Мицуба, второе правило. Мицуба с важным видом поглядела на Ю. Сейчас она упивалась моментом своего торжества. — Всегда иметь при себе оружие, — сказала она, — таблетки и свиток, чтобы позвать на помощь. Глен тут же закивал и похлопал Мицубу по голове, как умную собаку, которая притащила вожделенную утреннюю газету и в придачу к ней — тёплые тапочки. Мицуба поглядела на Глена без особой радости, но похлопывание стерпела и даже нашла в себе силы улыбнуться. Глен продолжал держать руку у неё на голове, словно она была удобной тумбочкой, а рука у него, к слову, была тяжёлая. — Возможно, — продолжила Мицуба, — мы успеем крикнуть или свистнуть, прежде чем нас порвут этими мерзкими когтями. — Поэтому, — Глен надавил сильнее, — я и приказываю вам всё время держаться вместе. Это ясно? — Угу, — недовольно буркнул Ю. Он сидел прямо на полу, отвернувшись от Глена, как обиженный ребёнок, и показательно смотрел в стену. — Так точно, — по-военному отчитались товарищи Глена. — Всё ясно, — пропела Шиноа, — и не вызывает никаких вопросов. Глен ещё раз похлопал Мицубу по голове и подал сигнал расходиться. Когда старшие взяли молодых бойцов под опеку и повели ко входу в резиденцию, позади Глена провокационно прошёлся Ферид Батори. Мицуба не могла взять в толк, как они вообще умудрились спасти это чудовище. К счастью, пока он голоден не был, а потому раздражал всего лишь мерзкой болтовнёй. Только вот Мицуба не забыла, как он, когда Лест Карр вырвал ему сердце, бросился на Кимизуки и едва того не обескровил. Им нужно было избавиться от вампиров как можно скорее — так жилось куда спокойнее. Правда, в число этих вампиров Мицуба не включала Микаэлу, хотя он тоже питался кровью, причём рассматривал в качестве корма и Шиноа, и Кимизуки, и Ёичи, и Ю, и саму Мицубу. Чтобы не обессилеть, они поили Микаэлу по очереди, а тот даже не составлял себе труда притвориться хоть на полчуточки благодарным. Впрочем, он явно не считал, что должен кого-либо благодарить. Шиноа и Мицуба ночевали в одной небольшой комнатке, где потолки были серыми от старости, а в неухоженных углах скапливались паутинные узоры. Шиноа с сосредоточенным видом распускала бант на волосах, напевая себе под нос. Кажется, её совсем не беспокоило, что им придётся спать в непосредственной близости от опасных кровопийц. Впрочем, одёрнула себя Мицуба, до недавнего времени её это тоже не особенно тревожило. Собственно говоря, все их проблемы были связаны с Феридом Батори. Пока по резиденции бродили только Кроули и Микаэла, Мицуба могла без особенного беспокойства отправиться посреди ночи в туалет или душ, а то и вовсе выбраться на улицу, хотя Глен запрещал им это. — Как-то всё слишком уж запутанно, — пробормотала Шиноа, — всё слишком стремительно меняется. Мы сделали свой выбор, когда согласились пойти против Демонической армии, но теперь мне начинает казаться, что у нас возникло слишком много неприятностей. — Ты сама сказала, — напомнила Мицуба, — это наш выбор. Мы должны помочь Ю и Кимизуки. Демонической армии доверять нельзя. — Не тогда, когда во главе её стоит семья Хиираги, — спокойно сказала Шиноа. Она вела себя так, словно бы речь шла не об её родственниках. Но Шиноа действительно имела право не считать Хиираги близкими себе людьми. Для них она никогда не была достойна любви, и Мицубе казалось, что Хиираги в принципе не умеют сближаться не из эгоистических соображений, не ради выживания, а по велению сердца. Сердца у Хиираги, скорее всего, были каменными и холодными, как гробовая плита. — Но и вампирам доверять нельзя, — продолжала Шиноа, — мы ведь прекрасно понимаем, кто они такие и на что способны. Мицуба покивала. — А избавиться от них пока не получится, — прошептала она. — Придётся быть настороже. Все эти мрачные разговоры, однако, не отбили у Мицубы дикого желания поспать. Последние дни выдались для их отряда слишком уж сложными и напряжёнными. Они попали в лапы вампиров, столкнулись с могущественными прародителями, Ёичи повстречал убийцу сестры, Ферид раскрыл им страшный секрет Глена, а потом сам угодил в плен, и им пришлось спасать это болтливое чудовище. От всех этих крутых поворотов у Мицубы даже голова пошла кругом. Заползая под одеяло и отворачиваясь к холодной стене, она была уверена, что её не разбудит ни шум битвы, ни падение крыши, ни даже пинок от Глена. Только Мицуба всерьёз ошиблась. Когда она распахнула глаза, кругом было темно, тихо и холодно. Она как будто лежала в гробу. В комнате царило удушающее молчание. Мицуба аккуратно сглотнула ком в горле и пошевелилась. Боковым зрением она уловила очертания фигуры Шиноа, съёжившейся в другом углу под одеялом. Между Мицубой и Шиноа на полу лежали длинные тусклые полосы лунного света. За кронами одиноких горбатых деревьев в саду Ичиносе повис кривой полумесяц. Мицуба сердито закрыла глаза. «Рано, — приказала она себе, — ещё слишком рано просыпаться. Спи, Мицуба. Завтра снова будет трудный день». Но тело отказывалось подчиняться. «Нет, — сердито пробормотала она про себя, — только не сейчас, пожалуйста-пожалуйста, я ведь специально заскочила в туалет, чтобы…» Несколько мгновений Мицуба ожесточенно сражалась с требованиями тела, а треклятая Шиноа Хиираги спокойно спала себе под одеялом. Вот именно за это Мицуба её и невзлюбила при первой встрече. Треклятую Шиноа Хиираги невозможно было вывести из себя — а Мицуба, наоборот, легко теряла контроль. Потеряла и сейчас. «Ничего не поделаешь, — она обеспокоенно сбросила одеяло и поёжилась. — Полковник разрешил Ю ходить в туалет в окно, но я, даже если бы могла, всё равно не посмела бы… да и не стала бы!» Мицуба сердито фыркнула и поднялась с постели. Телу сразу стало ещё холоднее. Хотя мурашки так и ползали по коже, Мицуба не позволяла себе даже взглянуть на уютное и такое одинокое одеяло, пока деловито натягивала сапоги и застёгивала пуговицы на воротнике рубашки. По предложению Шиньи, поддержанному Гленом, было решено, что все люди будут спать в одежде. Так было бы намного проще собраться и сориентироваться, если бы им неожиданно пришлось сражаться или бежать. «Чего мне бояться? — яростно поинтересовалась у себя Мицуба и для пущей храбрости топнула. — Я ходила по ночам постоянно до того… до того, как мы спасли этого вампира, и ничего, никто меня не съел! С чего бы мне погибнуть сейчас? В конце концов, когда мы поехали на его машине, он ведь никого, кроме Кимизуки, не покусал, да и то не насмерть!» Тем не менее, Мицуба всё же прихватила полный набор, который настаивал брать на ночные выходы Глен. Взявшись за прохладную ручку двери, она с сомнением поглядела на Шиноа, которая неподвижно лежала под своим одеялом. Шиноа была такой крошечной, что совершенно утонула в уютных складках. «Да ну её, — решила Мицуба, — ещё засмеёт». Она аккуратно повернула ручку и выскользнула за порог так, что не скрипнула ни одна половица, так, что даже дуновение холодного ветра снаружи не успело ворваться в комнату. В конце концов, Мицуба была бойцом Демонической армии и происходила из элитной семьи Сангу. Сбегать, прятаться и двигаться незаметно она научилась прежде, чем села за школьную парту. За пределами комнаты на Мицубу накатил такой ужасающий холод, что она снова подумала, не вернуться ли ей обратно и не последовать ли неприличному совету Глена. Мрак клубился под высокими потолками и скапливался в углах коридора. Всё кругом молчало, только лунный свет танцевал на пыльном полу, испещренном отпечатками их ботинок, которые накладывались один на другой, смазывались, сливались. Словом, всё было так же, как и вчера, но на Мицубу эта пустынность наводила ужас — стоило только подумать, что в бывшей резиденции Ичиносе остановился беспощадный и могущественный Ферид Батори, как кровь застывала у неё в жилах, а пальцы отказывались сгибаться. Мицуба сглотнула и неловко засеменила вперёд. «У меня свисток, у меня оружие», — успокаивала она себя, а сердце всё же пугливо трепетало у неё в груди. Тем не менее, Мицубе всё же удалось добраться до места назначения без особенных приключений — и это уже сняло большую часть тревоги с плеч. Обратно она двигалась полусонной, довольной и почти спокойной — ровно до тех пор, однако, пока не заметила за окном стремительное и лёгкое движение, похожее на быстрый скачок антилопы. Мицуба тут же встряхнулась и приготовилась активировать оружие. Конечно, она узнала бы это движение, даже если бы увидела его лишь одним глазом. Так могли перемещаться только вампиры — благо что в садах Ичиносе не бегали антилопы. «Отступай, — приказала себе Мицуба, — и предупреди Шиноа, что за окнами шляются вампиры». Мицуба неслышно влетела в комнату и привалилась спиной к двери. Удивительно, но это давало ложное ощущение безопасности — как будто вампиры не смогли бы высадить хлипкую преграду с полпинка вместе с самой Мицубой, как будто она об этом не знала! — Шиноа! — прошипела Мицуба. — Шиноа, проснись! Под окнами… под окнами ходят вампиры! Шиноа! Нужно срочно позвать… Одеяло оставалось торжественно неподвижным. Мицуба озадаченно склонила голову набок. Она вбежала сюда на цыпочках, так и не потревожив ни половицы, однако тренированный боец уловил бы подозрительное колебание воздуха, слишком шумное дыхание и проснулся бы. Но Шиноа, капитан их отряда, по-прежнему неподвижно лежала под огромным одеялом, и одеяло это даже на волосок не приподнималось в такт дыханию. Мицуба подкралась к месту Шиноа на цыпочках, схватилась за край одеяла и резко отдёрнула его. Ничего другого она и не ожидала увидеть, однако у неё всё равно сбилось дыхание и испуганно заколотилось сердце, стоило ей обнаружить пустую смятую постель, на которой вместо Шиноа спокойно лежали заплечные мешки c запасной одеждой и аптечкой. Мицуба брезгливо отбросила одеяло: казалось, под ним шевелился клубок змей. Она прижала руку к груди и порывисто обернулась. «Чёрт… где эта Шиноа? Когда она успела сбежать?» За окном снова метнулась чёрная тень. Мицуба напряжённо втянула воздух и аккуратно отступила в угол. У вампиров было отменно острое зрение, однако едва ли они смогли бы заметить Мицубу, даже если бы заглянули в окно. Прижимаясь спиной к стене, она аккуратно прокралась к двери. Волосы вставали дыбом, стоило ей подумать, что придётся снова красться по полумёртвому заброшенному коридору, залитому неверным и обманчивым светом луны. Хотя комната девушек из отряда Глена была совсем близко, Мицуба не была уверена, что вообще сумеет пробраться туда. Во-первых, вампиры с легкостью могли перехватить её — только высунь нос из комнаты. Во-вторых, ноги у неё неожиданно стали ватными — и всё это потому, что в окне она вдруг заметила слишком хорошо знакомую фигуру. «Да какого чёрта?» — вскипела она. Уж не узнать Хиираги Шиноа она попросту не могла. Шиноа была снаружи, полностью одетая (только почему-то без оружия), и луна насмешливо серебрила её глупый тёмно-фиолетовый бантик. Именно этот бантик Мицуба сейчас так ненавидела, так презирала, что его хотелось порвать зубами, растащить на лоскуты, растоптать и уничтожить, обратить в пепел. Шиноа, ничего не заметив, ни капли не устыдившись, бодрым шагом двинулась в сторону высоких окон гостиной. Именно через гостиную всегда проходил Ю, направляясь на свои загадочные тренировки. Шиноа шагала легко, быстро и спокойно — совсем не так, как шагают люди, которым полагается, вообще-то говоря, лежать в постели и надеяться, что за это время никакому вампиру не взбредёт в голову перегрызть ему горло. Мицуба сглотнула и завертела головой. Инстинкт самосохранения подсказывал, что куда более разумным решением было бы броситься к отряду Глена, всех разбудить и вернуть Шиноа вместе — но Мицуба была в одном отряде с Юичиро Хакуей. Юичиро Хакуя был примером заразительным — как в хорошем, так и в дурном, а потому она, мысленно проклиная себя и молясь, чтобы кругом особняка носился Микаэла, подняла раму. Она спрыгнула в траву так мягко и аккуратно, что Шиноа её не заметила, и медленно двинулась следом. Почва шуршала под её ботинками, холодный ветер норовил засунуть невидимые пальцы за воротник. Мицуба дёргала плечами, встревоженно осматривалась, пытаясь в ночном мраке рассмотреть противника, и с тоской вспоминала членов отряда Глена, Кимизуки и Ёичи, но всё равно шла, потому что бестолковая, вечно ухмыляющаяся беззаботная идиотка Хиираги, которую невозможно было вывести из себя, плелась по запущенному саду Ичиносе, как будто она была бессмертной, и ей было абсолютно наплевать и на хвалёные правила безопасности, и на Мицубу, о слежке которой она, конечно же, не подозревала, иначе Мицуба отказалась бы от собственной семьи. В роду Сангу бездарей не водилось: они отлично умели как загонять жертву, так и преследовать, ничем не выдавая своего присутствия. Шиноа завернула за угол, и Мицуба затаилась. Через мгновение Шиноа показалась снова. Она миновала кусты, аккуратно приподнялась на цыпочки и заглянула в просторный зал. У Мицубы уже голова шла кругом. Кого могла выслеживать Шиноа, оставалось великой загадкой. Мицуба присела за кустами и приготовилась ждать. — Дальше ты не пойдёшь, — прозвучал у неё за спиной ясный холодный голос. «Я?» — в ужасе подумала Мицуба. У неё не было совершенно никаких идей насчёт того, каким образом ей оправдываться перед Микаэлой Хакуей, не особенно дружелюбно настроенным по отношению к их отряду. Микаэла, однако, обращался не к ней. И это нисколько не радовало, а даже пугало, потому что Микаэла держал обнажённым меч, который смотрел точно в горло Ферида Батори. «Да когда они успели?» — испуганно спросила себя Мицуба. Шиноа спокойно шагала в тени окон, не обращая на вампиров никакого внимания. Мицуба медленно переместила взгляд в сторону. Кажется, сейчас её должна была заботить вовсе не дура-Хиираги. — Почему бы это? — чрезвычайно вежливо поинтересовался Ферид. В свете луны его фирменная ласковая улыбочка казалась жуткой. — Кого ты тут сторожишь, Мика-кун? Позволь-ка узнать, кто отбирает у меня твоё… — Я же сказал, — настойчиво произнёс Микаэла, — дальше ты не пойдёшь. Думаешь, я не понимаю, что ты собираешься сделать? — Попросту прогуляться! — живо воскликнул Ферид и даже всплеснул руками. — Неужели ты хочешь сказать мне, Мика-кун, что считаешь меня… — Чудовищем, — отчеканил Микаэла, — что ты делаешь под этими окнами? Здесь живут члены отряда… Ичиносе, — с отзвуком отвращения в голосе произнес он. Ферид невинно захлопал глазами. — А сам-то ты тут что делаешь? Мицуба отчаянно обхватила себя за плечи. Для достижения совершенного счастья ей не хватало только драки между вампирами — а Микаэла, очевидно, был не прочь отсечь Батори голову. К сожалению, Мицуба не могла быть уверена, что отсутствие головы того остановит. — Не твоё дело, — Микаэла продолжал держать меч у горла Ферида. Кусты зашуршали, и Мицуба едва сдержала на губах неприличное ругательство. Вальяжным шагом к Фериду приблизился, держа руку на эфесе меча, его лучший друг Кроули. Кроули оценивающе поглядел на Микаэлу, затем — на Ферида, фыркнул и негромко спросил: — Тебе нравится так стоять? — Безумно, — закивал Ферид, словно бы не замечая опасной близости острия к своему горлу. — Ну, о безумии ты явно знаешь не понаслышке, — всё так же спокойно согласился Кроули и метнул на Микаэлу взгляд, который Мицуба не могла охарактеризовать иначе, чем «насмешливый». — А вот тебе стоит поискать южнее, если ты собирался договориться с ней… насчёт еды. Ферид тут же облизнулся, и сердце Мицубы аккуратно спустилось в пятки. — Ай-ай-ай, — он плавно отступил на шаг и покачал головой, — ай-ай-ай, Мика-кун. Ужасно невежливо с твоей стороны было пойти к столу одному. Даже недостойно. Вампир выпрашивает кровь. Как-то мерзко звучит… Меч в руке Микаэлы задрожал. — Не твоё дело! — резко заявил он. — Уйди прочь! — Вот уж нет, — возразил Ферид, — мы тоже голодны. Ты забываешь, что я пережил, Мика-кун. После такого потрясения я нуждаюсь в качественной молодой крови. А Кроули? Взгляни на него. Он всё ещё не может прийти в себя после того, как ему отсекли голову. Это серьёзное душевное потрясение. — Не думаю, что после знакомства с тобой мне угрожают какие бы то ни было потрясения, — заметил Кроули добродушным тоном. — Более того, дети не в моём вкусе. Я уже говорил тебе об этом. — Зато детская кровь по нраву мне, — мягко сказал Ферид, — ну же, Мика-кун, в знак нашей давней дружбы ты мог бы и отойти с дороги. Отчего ты так упорствуешь? Неужели у тебя появились… Микаэла дёрнулся. В его расширившихся глазах мелькнуло бешенство. Мицуба сидела в кустах, не шевелясь, и стук собственного сердца казался ей оглушительным, словно бодрый зов сотен боевых барабанов. — Нет! — отрезал Микаэла. — Да ну? — поинтересовался Ферид. — Неужели ты сам в это веришь? — Я не позволю тебе никого здесь убивать! — отчеканил тот. — Мика, разве ты считаешь меня чудовищем? — искренне поразился Ферид и даже театрально всплеснул руками. — Когда ты предложил мне свою кровь, помнится, я всегда сдерживался, хотя от такого угощения было нелегко оторваться!.. Микаэла не двигался с места. И Мицуба готова была умолять его, чтобы его решимость не дрогнула: вне всяких сомнений, интерес Ферида Батори к детской крови нельзя было назвать безобидным. — Уходи, — повторил он, — если нападёшь на них, Ю будет… — Да, расстраивать его как-то невесело, — с видимым сожалением согласился Ферид. — Но ты ужасно низкого мнения обо мне. Нападать, убивать… — А разве именно это тебе и не нравится? — встрял Кроули. — Вовсе нет! — отмахнулся Ферид. — Мика-кун, мы будем страдать от голода исключительно из дружеских чувств к тебе. Помни, как губительно он на нас влияет, и думай. Думай, Мика, ведь ты достаточно сообразительное дитя. Оба вампира величественно развернулись и растаяли в густом мраке ночи. Микаэла стоял, напряжённо вглядываясь им в спины, и всё ещё держал меч обнажённым в вытянутой руке, словно рука эта окаменела и перестала ему подчиняться. Мицуба сидела в кустах, не чувствуя тела, смотрела на него и всё пыталась выдохнуть. На сердце как будто навалилась стотонная тяжесть. Глаза её слезились, плечи тряслись, но она не могла ни моргнуть, ни шевельнуться. Вдруг Микаэла резко развернулся на каблуках. В синем мраке ночи алой вспышкой полыхнули его прищуренные глаза. — Ты этого не видела, — процедил он. — И не видела меня. Мицуба шевельнула губами, и вместе с долгожданным выдохом она всё-таки сумела шепнуть: — Да… — Я отведу вас обеих обратно, — Микаэла вложил меч в ножны и резким движением поправил перевязь, — чтобы вы не наткнулись на ту парочку. Но даже не пытайтесь выдумывать себе никакую семью и никаких друзей. Мицуба неуверенно поднялась на ноги. Напряжение всё ещё сковывало её тело, словно опутывая грубыми верёвками тело. — Спасибо, — сказала она слабым голосом. Микаэла смотрел в сторону, упрямо вздёрнув подбородок, но в том, что он её услышал, Мицуба могла не сомневаться. Пусть он этого и не хотел, пусть не желал это признавать, но всё же они стали куда ближе друг к другу, чем тогда, когда Шиноа впервые решила встать на его защиту и позволить ему украсть Ю из-под защиты Демонической армии.